Царство Зыбучих Песков

Глава четырнадцатая Несколько дней из жизни бакалавра, часть вторая

Наблюдая за своими солдатами, что под руководством сержантского состава перекапывали поле под посадку тыквы (я выслушал и откликнулся на просьбу старосты деревни) — я ощущал себя если не царем или канцлером, то кем-то близким к ним. В моем подчинении больше двухсот человек и два мага офицера. Оба они — ученики, которые уже никогда не станут бакалаврами. Но в чем им не откажешь, так это в опыте. И хоть они и выглядят лет на сорок, и я, и солдаты знают, что офицеры, сидящие по правую руку от меня, годятся им в прадеды.

Эх, хороший день…

Прищурившись, я посмотрел на солнышко, что меня больше не припекает (спасибо «серому телу») и улыбнулся. Я с офицерами уютно сижу под крышей поставленной солдатами на скорую руку беседки. На столе полный графин ледяной, колодезной воды. Рядом мой лес, нашептывающий мне обо всем, что происходит на его границах. Тело приятно ломит после практики дорог, но что не дает мне покоя, так это цифры. Две недели я без передыху провожу энергию по дорогам и…

Плоть — 0,781% из 100% на ранге бакалавр

Дух — 0,756% из 100% на ранге бакалавр

Разум — 0,744% из 100% на ранге бакалавр

Стихия — 7,19% из 100% на ранге бакалавр

А-а-а-а, к ведьмам! В идеальных условиях мне понадобятся десятки лет практики, чтобы достичь 100% преобразования. Стихия вообще не сдвинулась с места! А идеальные условия? Ха! Это сейчас в относительной безопасности я могу позволить себе потратить ВСЮ свою энергию внутреннего моря, потакая желаниям, да и то я рискую как дурак. Нельзя оставаться с пустым резервом! Глупо это. Больше так поступать не буду, тем более — все, что хотел я уже выяснил.

Бросив взгляд на общающихся офицеров, я снова перевел его на поле и на солдат, чей шепот и проклятия в наш адрес — при желании — я мог услышать.

Последнее время меня кое-что беспокоит. Как только я стал бакалавром, меня охватила тревожность и с каждым днем она все нарастала и вот-вот, на днях, выйдет в апогей. Я, было, подумал, что это связано с Церковью Спасителя, но нет. Те пока не шевелятся. Выходит — дело не в них. И, кажется, я догадываюсь в чем.

Пора принимать меры.

«Еще и это» — подумал я, погладив письмо, что пришло с острова Красные Воды. Странно, но так устроена жизнь. Мы торгуем и поддерживаем связь с Империей Плеть, несмотря на то, что люто ненавидим друг друга.

Прикоснувшись к посланию от Ти-о-та — переполненному надеждой, я пожелал, чтобы оно исчезло, и письмо осыпалось песком. Стихия земли в действии.

Незаметно для своих офицеров я перевел дух. Даже такое простое колдовство вызывает у меня приступ слабости. Стихия пока разочаровывает.

Ветераны Морского Приказа закончили обсуждать что-то свое и вспомнили обо мне.

— Эм, капитан? — Заставил меня выйти из созерцательно-задумчивого состояния голос лейтенанта Жешува Бондаря.

В тот миг, когда он ко мне обратился, я вспомнил его личное дело и пролистал его.

Лейтенант-ученик Жешув Бондарь. Атолл Основания Глубокого Омута. Заклинания: малый подорожник, башенный щит и ледяная пуля. Типичный продукт местной школы магии.

Я не только успел вспомнить его дело, но и осмотреть его, а он даже моргнуть не успел, хоть и ученик.

Каждая морщинка на его лице, изгиб губ, прищуренный глаз — все это несет на себе отпечаток долгой службы. Осанка. Отсутствие волос на голове. Твердость во взгляде.

Он дышал армейским порядком.

— Да?

— Вы определились с нашими дальнейшими планами?

Я кивнул

— Как вы и советовали, устроим солдатам марш-бросок через лес с полной выкладкой. Пусть пропотеют.

Запах подсказал мне, что он доволен моим ответом, хоть по его словно закаменевшему лицу этого и не скажешь.

— А что с солдатом из нового пополнения, заснувшим на посту? Как будем его наказывать? По уставу или… — Спросил уже лейтенант Ырхыз Пахарь. Еще один ветеран зеленых касок. Как и у его товарища — волосы, как и любая растительность на лице — сбриты. Его возраст выдают только глубокие морщины прочертившие лоб — словно каньоны. Атолл Основания Незыблемого Камня. Заклинания: малый подорожник, башенный щит и гранитная пуля.

Оба моих лейтенанта продолжают меня опасаться. Держат дистанцию и изучают мой характер. Умные мужики. Мне с ними повезло. Рота держится на их плечах.

— Вы опытнее меня, — спокойно признал я, пожав плечами, — вам решать.

Они переглянулись.

Прикрыв глаза — я дал своим офицерам сигнал, чтобы они меня не отвлекали, и погрузился в эфир, слушая чужие незащищенные разговоры сперва на острове Чайка, а потом все дальше и дальше, за сотни миль отсюда, пока не достиг северного берега Океании.

Мое заклинание телепатии не перестает меня радовать. Оно относится не к редким, а к очень-очень редким чарам. Как и два других моих заклинания взятых на бакалавре.

Я слушал эфир не из-за праздного любопытства. Мне нужна практика. Навык нужно тренировать.

С каждой минутой голова все тяжелела и тяжелела и через час — полностью вымотавшись, я закончил тренировку. В ушах стоял звон.

— Ух-х-х-х, — выдохнул я устало и, открыв глаза (для большего сосредоточения приходится их закрывать), осмотрелся.

Мои офицеры оставили меня в беседке одного и теперь ходят среди солдат, у которых наступило личное время. Вечереет. Скоро ужин. Отрядный повар с заступившими в наряд солдатами готовит (сильный вздох через нос), готовит гуляш и отваривает картошку с зеленью. Пахнет вкусно.

Кое-что меня отвлекает. Я чувствую на себе взгляды части бойцов.

Нахмурившись, я повел плечами, сбрасывая с себя их копившуюся, и прилипшую ко мне, за весь день — злость. Не поленился и сложил пальцами рук отвращающий зло знак, к своему удивлению почувствовав дуновение ветерка в лицо, смывшее с меня чужие негативнее эмоции. Забавно.

Солдаты продолжают обсуждать нового командира и причитают о том, что их старый ротный не заставлял их копать грядки. Я зло усмехнулся. Они почему-то забыли, что я кормлю их фруктами и орехами, а жители деревни — поделились с ними свежим хлебом, молоком и медом, таким образом, отблагодарив своих защитников за помощь. А в это время жители города, даже дети — перебиваются одной лишь жиденькой кашей. Ничего, я запомнил всех недовольных. Завтра их ждет особый маршрут через лес.

После ужина, офицеры скомандовали отбой, приказ продублировали сержанты, и палаточный лагерь на краю волшебного леса заснул. Не спал только я. «Серое тело» сократило мою потребность во сне вдвое.

Котел. Пламя. Сила. Я растворял заложенную природой магию растений в посеребренной воде и вслушивался в шепот трав, пытаясь понять чего им не хватает чтобы отдать всю свою магию без грязного остатка.

— Слышу, мои хорошие, слышу, — погладил я ягоды шиповника, торопившие меня и желающие присоединиться к братьям в котле.

Пестуя свой новоприобретенный талант зельевара, мыслями я перенесся в недавнее прошлое.

Воспоминание. Пару недель назад.

— Госпожа, Хиба. Госпожи, Иса. Асо.

Я поклонился встречающим меня женщинам.

— Кай. Ко мне зашли подруги, — извиняясь, улыбнулась мне уже мой бывший ментор и учитель, — но они нам не помешают.

Ее магия доброжелательности прошла сквозь меня, никак на меня не повлияв.

— Присаживайся к нам. На диванчик, — похлопала на место рядом с собой, госпожа Иса, но я не поддался на провокацию и сел в кресло напротив, что не избавило меня от соблазнов.

Обе девушки-бабушки, да и госпожа, Хиба — позволили себе надеть платья, оставив ножки голыми, так что я вынужден был смотреть на их изящные коленки и полные женские бедра.

И почему девушки любят закидывать нога на ногу, покачивая ими в воздухе? Еще и этот цветочный запах… Они что, пользуются продукцией моего цеха?

Отведя взгляд в сторону, и едва не закипев, я спросил.

— Вы хотели меня видеть?

— Позволь нам вначале поздравить тебя. Выпьем.

Слуга, дожидающийся команды по ту стороны дверей услышал то, чего ждал и занес в комнату серебряный поднос, на котором стояло четыре изящных фужера наполненных чем-то пузырящимся, цвета заката.

— Вино? — Нахмурился я, приняв один из фужеров из рук слуги.

— Не хмурься, серенький, — хихикнула госпожа Асо, облизав свои алые губки, прежде чем пригубить напиток. — Эм-м-м-м… — Развратно простонала она от удовольствия, заставив меня напрячься и прочитать про себя три раза должностную инструкцию хранителя садов и лесов.

— Это не совсем обычное вино. Ох-х-х… — Издала короткий, сладкий стон — сестра Асо — упустив часть напитка, из-за чего капля алой жидкости скатилась с уголка ее губ вниз, по подбородку, на шею, а потом — по ложбинке, на высоко вздымающуюся из-за частого дыхания грудь… оставив после себя влажный след.

Я прикрыл глаза, прогоняя энергию через дорогу разума.

— Это напиток, которые могут позволить себе немногие, — сказала наполненным внутренней теплотой голосом, госпожа Хиба, рассматривая пузырьки и переливы заката в фужере. — Небесная роса. Первый вздох. Пот демоницы. И сладость губ ведьмы.

Я с сомнением посмотрел на напиток в моих руках. Состав вызывает вопросы.

— «Поцелуй непорочной девы» — так называется это вино. Попробуй, — подбодрили меня. — Тебе понравится.

Госпожа, Иса, добавила к сказанному:

— Оно настаивалось под гнетом источника магии стихии бамбук третьего класса более ста лет. Грех не попробовать это чудо, — облизнулась она на последних словах, с сожалением посмотрев на опустевший бокал в своих руках.

После слов про источник, у меня возникло стойкое подозрение, что сестры сперли это вино из-под носа магистра Янь.

Ладно. Я пригубил один глоточек, попробовав его языком, и сам не заметил, как вылакал все, что плескалось в бокале.

— Дикарь! — Услышал я сквозь набегающие на меня одна за другой волны приятных ощущений и эмоций.

— Ах-х-х-х-х…

Вот стыдоба! Это же мой стон!

Хорошо, что у меня «серое тело». Если бы не оно, эти три хищницы увидели бы румянец у меня на щеках.

Мой взгляд сам прикипел к ногам госпожи, Хибы — а она, словно издеваясь надо мной, поерзала, и переложила ножка на ножку, при том сделала все так плавно, так соблазнительно… По-домашнему мило и… А-а-а-а! Я даже забыл, зачем я здесь! Все мысли об одном.

Вдох-выдох. Дорога разума. Выдох-вдох. Уф-ф-ф-ф…

— Понравилось? — Лукаво, с блеском в глазах, спросила меня одна из сестричек, небрежно скинув со своей светившейся непорочной белизной кожи — ножки — туфельку. Что на фоне темной кожи, госпожи, Хибы…

А-а-а-а-а! Ведьмино вино! Все помещение просто пропахло животной страстью!

— Кхм, — прочистил я горло, мобилизовав всю свою волю. — Странные ощущения. Мне кажется, этот напиток больше подходит женщинам.

— Ты прав. Что-то нас развезло. Подождешь, пока мы немножко охладимся? — Спросила меня моя бывшая наставница, вставая и поправляя на себе платье.

Вопрос не требовал ответа, и девушки удалились, вернувшись лишь через полчаса с мокрыми волосами и кожей, из-за чего платья теперь липли к ним, что прямо сказать…

Зараза!

— Итак, — улыбнулась мне темнокожая… девушка… да. Буду теперь называть их девушками. Все же пора забыть об их возрасте. Для магов это такой пустяк. — Мы вернулись.

— Ты заметила, как он на нас смотрит? — Хихикнув словно юная девочка, приложилась к ушку сестры, Иса, будто бы шепча свой вопрос, но на самом деле лишь повысив голос. — Мне кажется, он что-то знает о ритуале поклонения луне.

Они обе прыснули смехом, деликатно прикрывая рты ладошками.

— Ты опоздал, да и место не подходящее, — улыбнулась мне, Асо, перестав смеяться и мягко, но с отрицанием, покачав головой.

Она погладила себя, э-э-э… В общем, я старался не спускать взгляд с их лиц и не смотреть ниже.

— Этот ритуал полезен лишь ученикам — не способным самостоятельно прорваться и взять новый ранг, — показала она мне кончик своего розового языка, дразнясь.

«Это вино или они всегда так развязно себя ведут?»

Я посмотрел на Хибу Копье, лучше контролирующую себя и свои порывы после «Поцелуя непорочной девы» и сказал.

— На одном из ваших приемов, бакалавр Южмаш Свет осмелился мне угрожать, велев отказаться, если сестры, — бросил я на них взгляд, — предложат мне поучаствовать в этом ритуале.

— Бедный мальчик, — с притворным сожалением прижала руку к сердцу, Иса. — Он все еще влюблен в нас. Хи-хи-хи.

Госпожа, Хиба, тяжко вздохнула и поправила копье, прислоненное к дивану на котором они втроем сидели.

— Тебе был не нужен этот ритуал и даже вреден. Так я девочкам и сказала, когда они об этом заикнулись. А Южмаш… Он хороший мальчик, но больно уж горяч и молод. Не намного старше тебя. Опыта маловато.

— Вреден? — Уловил я самое важное.

Она кивнула.

— Влюбленный мальчик и мечтать не мог стать бакалавром, но с помощью этих девиц, — со строгостью посмотрела темнокожая девушка на игривых сестер, со смехом пытающихся дотянуться до моего кресла своими ножками, — он им стал.

— Это очень, очень интимный ритуал, — грудным голосом заявила мне Асо, прозрачно намекая на то, что они сделали с бедным майором департамента полиции.

— Как я понимаю, бакалавр — это его потолок? — Спросил я, отодвигаясь.

— Ты правильно понимаешь, Кай. А еще, — в этот момент сестры перестали дурачиться и стали чуть более серьезными, — девушки выкорчевали его склонность к стихии, так что он остался без нее.

— Плата, — пожала худенькими плечиками, Иса, не спеша поправлять соскользнувшую с него бретельку и…

Тьфу! Ведьма!

Позже, мне все же объяснили, зачем звали. На предложение поучаствовать в экспедиции по джунглям запретного острова Барра-Шака — я ответил согласием, после чего с сожалением попрощался с девушками, восхищающими меня своей красотой, и кажущейся доступностью и покинул гостеприимный дом. Ну, или сбежал, отказавшись переночевать в гостевой комнате.

Конец воспоминания.

Несколько дней спустя. То же место близь леса. Полдень.

Солдаты тренировались в стрельбе. Мы установили мишени, и они стреляли в сторону леса. У них в руках автоматические карабины — «Жало».

Грохот. Пыль. Кружащиеся над нами птицы, оглашающие округу своими криками.

Я с офицерами наблюдаю за стрельбами из-за спин солдат и жду, чувствуя, что воздух вокруг меня сгущается. Вязкое напряжение. Чей-то взгляд издалека и…

Солдаты что до этого стреляли по мишеням, разворачиваются, направляют дула карабинов на нас и открывают шквальный огонь.

Мои офицеры ничего не успевали сделать, и я — рывком, закидываю их себе за спину.

— С-ука! — Вскрикнул Жешув, едва разминувшись с пулей.

— Т, т,т, т,т… — Сухо трещит оружие в руках солдат, а вокруг меня вместо фонтанчиков крови, расцветают наполненные весенними красками листья, красиво разлетаясь спиралью и облетая меня по кругу, пока у самой земли — они не превращаются в черную, словно ночное небо — землицу.

— Стойте, — отдал я приказ своим офицерам, собирающимся из-за моей спины ударить по солдатам атакующей магией. — Это не они на нас напали.

Повернув голову, я посмотрел вдаль. В сторону города. А потом сделал первый шаг к солдатам.

Чем ближе я к ним подходил, тем неувереннее они становились. Я вытеснял своей магией чужую волю и вскоре туман забытья из глаз людей полностью исчез. Они осознали, что наделали и…

— Это не мы!

— Не надо!

— Пощадите!

И попадали передо мной на колени.

— Встаньте, бестолочи. Господин, капитан-бакалавр и так знает что это не вы, — поднял их с колен старый солдат-сержант, щедро раздавая подзатыльники.

Моих офицеров трясло от злости.

— Что это было, капитан? — Спросил меня лейтенант Ырхаз, наглаживая свои морщины на лбу. — Кто на нас напал?

При разговоре, он брызгал слюной.

Я же продолжал смотреть вдаль.

Мой ответ был рассеянным и отрывочным. Да и мои слова и близко не были правдой.

— Мерзкая магия Церковников. Диверсия. Охотятся на офицеров.

— Твари!

— Нужно доложить!

— Да-да, — согласился я, а сам подумал «Вот они и пришли за мной».

Успокоив солдат и велев им ждать — мои лейтенанты, воочию убедившиеся в моей силе, с интересом рассматривали все еще кружившиеся вокруг меня хороводом — листья, и я, выдержав паузу, не стал дожидаться их вопроса.

— Листопад. Так называется это заклинание.