Царство Зыбучих Песков

Глава девятнадцатая Барра-Шака. Экспедиция подходит к концу, но бакалавры продолжают умирать. Часть первая

Плавное течение реки убаюкивает, и я зеваю.

Рядом плещутся играющие у самой поверхности воды рыбы. Летают стрекозы, охотящиеся на москитов. Солдаты якобы бдят, но скорее просто болтают. К их разговорам я не прислушиваюсь. Надоело.

Оглядываюсь и смотрю на десятки других на скорую руку собранных плотов идущих как за нами, так и впереди нас.

Почесав нос, рассматриваю свой перстень мага, камень в котором светится ярким солнечным светом, а потом перевожу взгляд на медальон со слегка светящимися, утопленными в нем звездочками. Поправляю сползающую на затылок шляпу из кожи красного цвета и натираю глаза, пытаясь проснуться.

Последние две ночи я разбирал записи ведьм снятые с их тел и сильно умаялся. Ни слова обо мне в тех бумагах и личном дневнике Вельмы я не нашел — но зато расширил свою личную библиотеку знаний десятком новых забавных фактов. Вельма писала не о магии, а о жизни. Так что теперь я куда лучше понимаю как быт ведьм, так и их стремления. Увлекся, читая, вот и не выспался.

Вынув из кармана ее дневник и обрывки писем и записей Нин, я уничтожил последнее напоминание о них. Под моим взглядом бумага скукожилась и превратилась в земляную труху, развеянную по ветру. Удовлетворенный этим, я опустил кисти рук в воду и сполоснул их, в процессе щелкнув по лбу хищного вида рыбу, что тут же всплыла кверху брюхом и была кем-то выловлена после. Пойдет на обед.

Заметив что я больше не витаю в своих мыслях, ко мне обратился старик.

— Господин, Кай? — Осторожно потрогал он меня за плечо чтобы привлечь внимание.

— Эм-м? Что?

— Взгляните, — указал он пальцем вперед. — Кажется мы на месте.

— С чего ты это… а-а-а…

Впереди, за поворотом реки, непоколебимо стоял город сложенный из крупных камней всех оттенков синего и мы к нему стремительно приближались.

Это был Голубой Камень. Столица острова Барра-Шака.

— Наконец-то, — пробормотал я.

Первые плоты уже причалили к набережной и из них на землю ступили ругающиеся младшие магистры, каждый со своей свитой, а потом… начался ХАОС. Они просто ушли! Оставили нас растерянно озираться по сторонам, когда как сами в окружении избранных бакалавров и учеников, порознь, но все же, скрылись в городе. Связаться с ними не получалось. Наиболее настойчивые бакалавры владеющие заклинанием телепатии хватались за головы и пускали из носа кровь при повторах таких попыток.

Но кое-кому все же удалось это сделать, и все мы, я в том числе, услышали это:

«Дальше вы сами!» — сказали нам голосом Азиза Фиолетового источающего желчь и угрозу.

«За нами не идти! Сгною!»

Я наблюдал за всем этим с воды. Мой плот все еще болтался в реке.

Решив ничего не скрывать, я передал слова младшего магистра всем кто был на плоту вместе со мной.

— Как так? — Растерялся едва не плачущий от обиды, Афелий.

Жизнь хорошо так окунула этого мальчишку в дерьмецо. Три ранения и потеря мизинца на левой руке.

— Тьфу! — Сплюнул вслед Азизу Фиолетовому и Ябегрозу Потоку, и всем кто с ними ушел, старик, сморщившись словно усохший на солнце персик.

— Сволочи! — От бессилия сжимали кулаки солдаты с оглядкой на магов-офицеров роты скрипевших зубами.

— И что нам делать? — Услышал я до боли знакомый вопрос, после которого все посмотрели на меня.

На набережной среди тех кто не ушел вместе с младшими магистрами находились два знакомых мне бакалавра с «говорящими» прозвищами — Огор Горб и Фуу Слепец. А что касается Хибы Копье и сестер Исы и Асо… Они исчезли. Южмаш Свет тоже пропал.

Я хмыкнул.

— Господин?

— Первым делом — хватит сеять панику, — мрачно надавил я на всех кто был рядом своим духом, заставив людей подавиться пылью. — Пользы от младших магистров все равно никакой не было. Что они есть, что их нет. Плюнуть и растереть. Забудьте о них. Теперь мы сами по себе.

— Но что дальше?

Я пожал плечами.

— Как я понял — целью этой экспедиции было благополучно добраться до этого города — «прикрыв своими жизнями жопы младших магистров» подумал я, но не сказал это вслух — и цель мы эту выполнили! Теперь наша задача живыми вернуться домой.

Пока мои слова передавали другим, мы успешно перебрались с плота на берег.

— Лейтенант, давай, — хлопнул я его по плечу, — проведи перекличку и проверь припасы. Удостоверься что ничего по пути не утонуло, а я пока пообщаюсь с коллегами, — кивнул я на других бакалавров, отошедших в сторону и что-то между собой жарко обсуждающих. — Афелий, Зиг, Жокий, Рыжая, Тосол. Хватит отлынивать и лупать по сторонам глазами! Помогите лейтенанту и другим офицерам роты! Бездельники…

— Меня вообще-то зовут Наяда, — пробурчала девушка выглядевшая очень мило в своем возмущении, и на этом возражения закончились.

Бакалавры к которым я подошел не понижали голос и не скрывали своих намерений, так что я быстро разобрался что к чему.

— Говорю же, если вы присоединитесь ко мне, мы легко вскроем дом этого давно почившего младшего магистра! — Убеждал всех какой-то чересчур холеный маг, от которого я смог уловить неприятный запах высокомерия. — И, да, — закатил он глаза словно устал объяснять всем простейшее уравнение, — я уверен что никто этого еще не сделал.

Ворчание.

— Мало информации…

— Остальное я расскажу тем, кто согласится ко мне присоединиться. Что касается добычи, три доли мне — как организатору, и по одной доле тем, кто последует за мной. Вы в деле?

— В деле? Ха-ха-ха. Ты что, действительно предлагаешь нам вскрыть дом младшего магистра? Дом, под которым находится свой собственный источник магии? Ты идиот?

— Эй! Следи за языком!

Несмотря на вполне разумный довод, желающие все же нашлись и четверо бакалавров нас покинуло. А с ними ушли и их солдаты, младшие маги и офицеры.

Потом нас покинуло еще несколько бакалавров, сговорившись о чем-то между собой за нашей спиной. Остались только я, Огор и Фуу (думаю, другие сторонились нас из-за внешности). Еще остались те, кого я не посчитал. Наши и чужие солдаты — и офицеры тех рот, чьи командиры ушли вместе с младшими магистрами или по-тихому исчезли, как тот же Южмаш Свет и Хиба Копье.

— Объединимся? — Спросил нас Огор.

Я кивнул. Фуу вроде тоже. Не понять.

Удостоверившись в том что мы (ну или я) согласен, он продолжил разговор:

— Я так полагаю у тебя, — обратился он на этот раз непосредственно ко мне, — как и у нас с Фуу намечены какие-то дела в городе, и помощь в этих делах тебе не нужна? — Саркастично и с пониманием — добродушно усмехнулся мне в лицо горбатый бакалавр.

Я пожал плечами.

— Место которое я собираюсь посетить — вам должно быть известно. Не вижу смысла молчать об этом, нагоняя таинственности, — не менее саркастично улыбнулся я краешком рта. — Я направляюсь в усадьбу Запутанных Мыслей.

— О-о, — удивленно посмотрел на меня (если так можно сказать, ведь глаз у него как раз таки не было), Фуу. — Ты знаешь о ней? Откуда?

— Раскопал информацию в архивах.

Тут я соврал. В архивах я ничего не нашел.

— Что ж. Тебе будет полезно там побывать, — кивнул он, — но ни мне, ни Огору усадьба дать ничего не сможет. Ведь так, Огор?

— Верно, — проворчал бакалавр. — У нас с Фуу другая цель. Тебя, извини, мы с собой не возьмем.

Я отмахнулся.

— Не претендую. Вопрос в другом. Что делать с солдатами? Чем их занять? И не опасно ли оставлять их без нашего прикрытия?

— Первое. Голубой Камень известен тем, что здесь добывали ЭТО, — подкинул в воздух и сразу поймал блеснувшую на солнце монету, Огор. — Раньше ручей Золотой что проходил сквозь город охраняли как люди, так и серьезные чары, но они давно протухли. Смекаешь?

— Предлагаешь оставить солдат и младших магов мыть золото?

Он поморщился.

— Это лучше чем шариться по чужим домам рискуя схлопотать проклятье, способное добраться через тебя даже до дальних родственников или выпустить на волю сторожевых големов.

Я согласился.

— И второе. Нам с Фуу нужна лишь пара часов обделать наши делишки, так что нянчиться с солдатами кому?

Он намекал на меня, и я кивнул, ожидая что он скажет дальше.

— А как мы вернемся — придет твое время. Одобряешь?

— Хорошо. Принимается. Но сколько у нас этого самого времени?

— Пара дней. Не больше. В противном случае мы рискуем не успеть вернуться.

— Тогда стоит поторопиться?

— Я тоже так думаю.

Не сказать что пока мы разговаривали солдаты стояли без дела. На Барра-Шака так не бывает. Вспыхивающая изредка заполошная стрельба. Редкие проявления волшбы. Проносящиеся мимо нас маги-лекари с носилками на которых лежат раненые бойцы. Все это шло привычным фоном.

Объединив роты и перетасовав офицеров — мы утвердили новую вертикаль командования, на случай если с нами что-то произойдет и выдали повеселевшим солдатам понятную и приятную цель.

Короткий марш-бросок к ручью, зажатому со всех сторон каменными берегами. Зачистка близлежащих домов. Поиск инструмента золотодобытчиков. И… выставив охранение, отмашка солдатам — приступайте.

Фуу и Огор ушли. Мне оставалось только ждать.

Прогуливаясь вдоль ручья, я наблюдал за солдатами желавшими жадно намывать в лотках золото, но первым делом офицеры по моей указке заставили всех, раз уж выдалась такая возможность — постирать вещи и помыться. Воняют…

Сам я уже забыл о том что такое пот, спасибо «серому телу».

«Ненароком» остановившись у заводи с купающимися в ней солдатами (прекрасного пола) и девушками-офицерами (из магов), я позволил себе понаблюдать за этими милыми созданиями чарующими нас одним своим видом и, несомненно, созданными дьяволами нам на погибель. Девушки заметили меня и стали похихикивать, стреляя в моем направлении глазами (даже мой нос и цвет кожи их не отвадил), но вредная Наяда все испортила. Она отчего-то разозлилась и начала брызгаться в меня — прогоняя. Ее поддержали другие лучезарно улыбающиеся мне девицы, окатившие меня водой с ног до головы.

Извинившись — под их смех — я был вынужден ретироваться.

Заметив старика слонявшегося без дела, но успевшего спрятать улыбку (он все видел), я подозвал его к себе.

— Золото мыть собираешься?

— Кхе, — кашлянул он. — Стар я для этого. Суставы если долго их мочить распухнут и придется обращаться к лекарям. Если б не они! — Цокнул он зло языком, взглянув на свои руки и ноги — предатели.

— Тогда вот что.

Шепнув ему на ухо несколько слов, я его отпустил.

Надо сказать что золото в ручье было и немало. Много самородков размером с пуговицу. Солдаты богатели с каждой минутой и не хотели выходить из воды. В глазах лихорадочный блеск. Руки трясутся. Дошло до того, что пришлось вмешаться мне, щедро раздав пару оплеух самым непонятливым — не желающим заступать в охранение. Видите ли, они маги-ученики, а не кто-то там! Пусть простые люди этим занимаются!

Нахватав от меня зуботычин, свою спесь они растеряли.

Дело в том, что несколько дней назад я разозлился на одного мага-неофита — чуть не пристрелившего из-за игр с револьвером (крутил его в руках) — солдата, и со злости выдал ему подзатыльник, выпустив наружу дух и стихию. Тот маг сделал частью своего Атолла щит, и он в тот момент его защищал, НО! После моего удара он треснул и рассыпался ворохом искр.

Не показав своего изумления, я отчитал идиота неофита, и казалось, успокоился, а на самом деле я кипел восторгом.

После, проведя ряд испытаний и превратившись на пару дней в тирана порядка и дисциплины — я выяснил что могу ломать кулаками и затрещинами щиты не только неофитов, но и учеников! Все дело в духе, пропитанном пылью. Теле, усиленном ей же. И стихии.

Я был очень, очень доволен. И все же, по ряду причин — мне бы не помешал хороший атакующий артефакт. Прямое управление стихией жутко выматывает.

Прошла не пара часов, а все четыре, прежде чем бакалавры Фуу Слепец и Огор Горб вернулись. Я не стал интересоваться что у них в мешках, только лишь убедился что они в порядке, сдал им дела и покинул лагерь под отводом глаз.

По дороге ничего значимого не случилось. Сам Голубой Камень внушал. Красивый был город, но от него мало что осталось. Много разрушений и боли пропитавшей эти камни. Люди сюда уже не вернутся.

Черные зевы пустых оконных проемов. Желтые, обглоданные зверьми кости на дорогах. Пятна давно въевшейся в мостовую крови и вызывающие тоску сгнившие вещи людей пытающихся эвакуироваться из обреченного города в последний момент…

Голубой Камень не раз посещали мародеры — я видел следы, так что нетронутыми остались только резиденции серьезных организаций и дома магов расположенные на источниках магии. Я не собирался к ним лезть и держался подальше.

Без происшествий добравшись до усадьбы Запутанных Мыслей я не стал любоваться архитектурой этого места (дом как дом), а просто прошел через дверной проем (двери отсутствовали) и, оставляя за собой цепочку следов в пыли поднялся на второй этаж. Повернул направо и, оказавшись в картинной галерее, огляделся.

Пусто.

Картины давно украдены или же сгнили, впрочем, меня интересовали не они, а черно-белое мозаичное панно на дальней стене. Его не смогли повредить ни вандалы, ни время. Мозаика сияла чистотой словно ее каждый день протирали мокрой тряпкой.

Я подошел ближе.

Со стены на меня смотрел… э-э-э… человек? Затрудняюсь ответить, но выглядит это именно так, как мне и описывали.

Жутковатое человекоподобное создание в накинутом на голову капюшоне. Могильные мешки под глазами, из которых слезами вниз — по щекам, до краешек губ стекает похожая на густую грязь жижа. Ссохшиеся губы, не пробовавшие воды много дней. Потрескавшаяся словно отражение в кривом зеркале кожа на лице. И умный взгляд сверкающих всевечным льдом глаз, которые видят все…

Проклятое панно… Это оно. Как мне и обещали.

Первым делом я обошел дом и завалил вход в него мусором и только потом вернулся к жутковатой мозаике на стене, протер перед ней пол и присел на него, поджав под себя ноги.

Настраиваясь на тяжелую работу, я сделал несколько размеренных вдохов-выдохов и поднял взгляд, сосредоточив все свое внимание на глазах этого… человека. Чем дольше я в него вглядывался, тем более серьезное давление на меня оказывалось. Первый рубеж — неофит — и я его прошел, погрузившись в мир панно сквозь темную пелену.

Затянувшая меня в мир картины сила подарила мне неприятные ощущения неоднократных попыток содрать с меня кожу. Неудачно… А потом меня накрыло слуховыми галлюцинациями. Стенания. Плачь. Агония.

Я абстрагировался от них. Отбросил. И нашел новый проход.

Второй рубеж — ученик. Мой дух вздрогнул, но устоял и я ухнул вниз — в темноту этого мира.

Я прозрел и огляделся. Черно-белое измерение вокруг — казалось было собрано неумелой рукой ребенка. Реальность была смята и вывернута. Ей придали форму и соединили шиворот-навыворот. От одного взгляда на это можно было сойти с ума…

Прикрыв глаза, я перестал полагаться на зрение и сделал шаг в сторону, опираясь только лишь на хеморецепцию.

Третий рубеж — бакалавр.

Мысли путаются. Я то плыву, то парю. Со мной щедро делятся знаниями. Внутри моего Бесконечного Пространства Внешнего Моря рядом с прудом разрастаются десятки новых кустов, и я ликую. Их становится все больше и больше. Не успеваю считать.

Я счастлив, но что-то не дает мне покоя. Вызывает беспокойство. Подспудный страх.

Я делаю попытку вспомнить нечто важное, но мысли путаются…

Продолжаю парить. Чьи-то ласковые руки гладят меня по голове. Так приятно… Хочется чтобы это продолжалось вечно.

Я снова пытаюсь вспомнить, но меня отвлекают. Голос Рогеды меня успокаивает. Ее запах. Ее смех. Она шепчет мне приятные слова. Мне хорошо. Мне… Чего?

Я вскрикиваю.

— ЧТО? РОГЕДА⁈ ЭТА ХОДЯЧАЯ НЕПРИЯТНОСТЬ! ДА НУ НАХ!

Я все вспомнил, и мир вокруг треснул, отвергая меня и выкидывая в реальность.

Моя поза изменилась. Я сидел перед панно и упирался в него рукой.

— Тьфу! Проклятье!

С усилием оторвав от него руку, я оставил на мозаике кровавый отпечаток. Панно все же взяло с меня свою плату.

— Мда, — пробормотал я, потерев затылок и рассмеявшись. — Придется все же поблагодарить Рогеду при следующей встрече.

Восполнив потерю крови и залечив ладонь приказом–лечением, я бросил последний взгляд на панно (моя кровь с него исчезла) и засобирался. Раскидал завал в дверях который сам же и устроил, и вышел на улицу. Ночь. Я провел в мире картины около десяти часов. Странно…

Еще раз оглянувшись на усадьбу Запутанных Мыслей, я выбросил ее из головы и ступил на обратную дорогу.