Дождь на реке. Избранные стихотворения и миниатюры

Вернувшись из ежегодного двухнедельного отпуска

в Петалуме,

Как я замечаю, Вилли медленней управляется с лопатой,

Когда мы вкапываем стойку ворот на южном краю

Храмовой равнины.

Подначиваю его: «Что такое, Вилли, забыл

В большом городе, как рулить ирландским

канавокопателем?»

И хотя в ответ он рявкает: «Бля, да я сточил

Больше лопат до того, как у меня волосня на жопе пробилась,

Чем тебе за всю жизнь перепадет», —

Для Вилли такой ответ слишком уж вял,

Да и шевелится он весь как-то болезненно.

«Немощь одолела?» — спрашиваю я.

«Чутка», — признает он.

Трамбует еще немного камней вокруг стойки,

Потом опирается на рукоять лопаты, как рабочий

из «Калтранса»

И глядит через равнину на бурые летние горы.

«Знаешь, — качает он головой, —

Это ж надо совсем спятить, чтоб в города наезжать.

Первые девять дней отпуска я вискарь глушил,

Потом минут пять из меня ногами срань выбивали

Какие-то мексиканские батраки, я их

Разозлил в баре на Саут-стрит.

Потом почти всю ночь просидел в трезвяке, кровью ссал,

После чего меня перекантовали в Окружную больницу,

И там я провел остаток отпуска.

Ушло, прикидываю, $500 на виски, штука на штрафы

И еще $4700 на эти блядские больничные счета.

Мексы-то, наверно, оттоптались на мне так,

что дурь повышибли,

Но я-то и сам не дурак. Во, гляди —

В отпуск буду ходить по двадцать минут зараз,

Прям тут, в горах,

Вот как теперь».