Дважды одаренный. Том VIII

Глава 16

Княжич Пермский поступил так, как считал по чести — отдал моим ратникам всё снаряжение нападавших, а в придачу ещё и их микроавтобус, который стоял в соседнем квартале. Разумеется, перед этим СБ его княжества со всех сторон изучила трофеи, чтобы «не отдать лишнего — жучки там всякие, или, не дай Боги, взрывное устройство». Себе княжеские СБэшники забрали то, что представляло для них куда большую ценность, нежели оружие — самих исполнителей.

Что ж, пусть разбираются. Я сказал своим шибко не лезть в это дело. Если случайно удастся удовлетворить любопытство и узнать, кто покушался на жизнь княжича средь бела дня — славно. А нет — так и не стоит обострять отношения с его СБ.

Кстати, ратникам баронессы тоже предлагали часть трофеев, но они отказались. Тоже их понимаю — им лишние головняки ни к чему. Им Анну надо незаметно защищать… И тут ведь забавно получилось — я считаю, что главной причиной, почему малютка Завьялова согласилась пойти на приём с княжичем, было как раз то, что благодаря совместному походу появлялась возможность собрать мощный совместный кортеж охраны. И вопросов ни у кого не возникнет — в порядке вещей, когда пары из разных родов для охраны используют совместный кортеж. Так каждый род показывает, что он не нахлебник и не нуждается в том, чтобы партнёр его защищал. Что отношения равны… Насколько это возможно между баронессой и княжичем.

То есть, ради повышения безопасности поездки Зина согласилась на предложение княжича Пермского.

А в итоге из-за княжича произошло нападение в дороге.

Иронично…

С другой стороны, никто не пострадал, и охрана княжича отработала выше всяких похвал. В отличие от его СБ, которая облажалась. Ведь в идеале охрана вообще не должна вступать в бой — грамотная СБ пакует врагов за решётку ещё до того, как те начали претворять свой план нападения в жизнь.

Обо всём этом я думал по пути в квартал Резановых. Однако же стоило впереди показаться КПП, расположенному на границе графских земель, и все лишние мысли выветрились из моей головы.

Я хорошо провёл время с Анной. Но теперь пора работать.

Работать во благо светлого будущего себя, своих близких, а заодно и всего мира.

— Её сиятельство и Леонид Игоревич будут ждать Александра Ярославовича у тренировочного зала для одарённых, — сообщил моему водителю дежурный, хотя мы его ни о чём и не спрашивали.

«Имперец» проехал мимо шлагбаума, и Таксист, не оборачиваясь, спросил:

— Туда?

— Туда, Вася. Туда, — отозвался я, прикинув, что в багажнике есть сумка со сменной одеждой.

А то идти к деду в хорошем костюме совсем не хотелось — вдруг ещё испортит, старый вреднила!

Алису и Вавилова я увидел издали через лобовик «УАЗика». Сестра переминалась с ноги на ногу, глядя на нашу машину. Вавилов же выглядел гораздо более спокойным.

И был более усталым — после похода в Проклятые Земли он так толком и не отдохнул.

Я вышел из машины. Алиса пулей подлетела ко мне, схватила за руки и выпалила:

— Саша, он стал реже выбрасывать заклинания! — Сестра тревожно смотрела мне в глаза. — Намного реже! Но импульсы стали сильнее!

— Всё в порядке, — мягко произнёс я. — Так и должно быть.

Секунд десять она пристально смотрела на меня, затем кивнула и отошла в сторону.

— Я могу пойти с вами? — спросила Алиса, хотя, как мне кажется, и сама знала ответ.

— Нет, — спокойно ответил я и повернулся к Леониду. — Ты потом домой?

— Если никаких форс-мажоров не произойдёт, то да, — кивнул он. — Агата ждёт. Но утром приеду.

— Идёт, — кивнул я и снова повернулся к сестрёнке. — Пожалуйста, распорядись собрать для Леонида и Агаты ужин и завтрак. А ещё нужно приготовить покои для графа… лучше на первом этаже. И каталку.

— Каталку? — снова напряглась Алиса.

— Нам всем нужно отдохнуть, так что пусть лучше он поспит до утра, — улыбнулся я.

Алиса хотела что-то сказать, но вдруг из-за стен тренировочного зала раздался душераздирающий рёв:

— ГР-Р-Р-А-А-А-А!!!

Стены зала затряслись от врезающихся в них заклинаний.

Да уж… он до сих пор так силён! Впечатляющий старик! Был бы он чуть менее вредным — цены бы ему не было.

— Пойдём, — велел я Леониду и закинул сумку с вещами на плечо. — Мне ещё переодеваться.

Когда я поднялся на крыльцо, меня окликнула сестра:

— Саша!

— М? — обернулся я.

— Удачи вам, — твёрдо произнесла она. — Я сделаю всё, что ты сказал.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся я и вошёл в зал.

Пока я переодевался в удобные штаны, футболку и кроссовки, дед молчал. Но стоило мне выйти из раздевалки и направиться в сам зал, как он снова заревел, и во все стороны полетели ветровые и металлические лезвия.

Мы с Леонидом были готовы к этому и поставили щиты.

— Кхым… — прохрипел Вавилов. — Силён… граф! И это после целого дня горячки!

— Вот и я о чём, — хмыкнул я, вливая больше маны в щит.

Спонтанный выброс силы прекратился, и мы с Леонидом, держа наготове парочку защитных заклинаний, подошли ближе к деду.

Шкура, которую подложили под него по приказу Алисы, была посечена ещё сильнее и сейчас походила на бумагу, пропущенную через шредер.

Сам дед ожидаемо выглядел ещё хуже, чем утром: щеки впалые, кожа бледная настолько, что сквозь неё видны тёмные вены и капилляры. Седые усы, забрызганные слюной и пеной, походили на старую мочалку.

Даже лысина графа сверкала как-то тускло и напоминала старую, сморщенную картошку.

— Спасибо, что пришёл, Рак, — проговорил я ровно, сев на корточки рядом с дедом.

— Да разве я мог оставить пациента, — хмыкнул Вавилов. Я почувствовал, что мана в нём начала концентрироваться иначе — Леонид менял защитное заклинание на лечебное и готовился вот-вот пустить его в ход.

— Рано, — сказал я. — Понадобится что-то крайне мощное, чтобы вбить в него и удерживать внутри. Без особо тонкой работы.

Леонид нахмурился.

— Но тогда я могу окончательно уничтожить его энергетическую систему, а за ней и всё тело! Да, он силён… но сейчас-то в ослабленном состоянии! И значит…

Леонид замолчал, когда я поднял на него взгляд.

— Просто поверь мне и подготовь то, что я прошу.

Я улыбнулся и подмигнул ему.

А затем прикрыв глаза, обратился к своему Персональному Дару. Второму Дару, как говорят в этом мире.

Мой Дар уникален, и у него много разных свойств, разных техник. Правда, некоторым из них нужно время, чтобы восстановиться.

И всё же сейчас я чувствую, что готов. Самый важный и мощный отдел Дара — «Зодиакальный Круг» — обновился и наполнился силой. Именно из этого отдела я и зачерпнул ману — взял едва ли не всё, что успело скопиться, и повёл её по каналам к кончикам пальцев правой руки. Туда, где в мгновенье ока сформировался нужный конструкт: простой символ, похожий на латинский знак победы — букву «V», но с закруглёнными и опущенными вниз краями — витыми рогами барана.

Печать Овна.

Едва я подумал о том, чтобы отпустить конструкт с пальчиков, как он сам начал дёргаться из стороны в сторону.

Ну нет, дружище, так дело не пойдёт! Ещё не родился, а уже норов показываешь?

Мысленно я удерживал конструкт, чтобы он не рассыпался, и параллельно с этим воззвал к Печати Близнеца. Моя Печать охотно вдарила всей своей мощью по Печати Овна, баран дёрнулся и прекратил сопротивляться.

— То-то же… — пробурчал я и сам отпустил конструкт.

Печать сорвалась с кончиков моих пальцев, взлетела в воздух и засияла на весь зал.

— Красиво… — с придыханием произнёс Леонид. — Будто бы звезда родилась.

— Если бы тут звезда родилась, нас бы разметало по всему кварталу, — отозвался я, невольно вспомнив своё сильнейшее атакующее заклинание.

— Да, и… — начал было Леонид, но я перебил его:

— Тише. Не отвлекай!

Печать вновь начала ерепениться. Она не разваливалась, как было в своё время с Печатью Тельца — сейчас я сильнее и маны вложил гораздо больше.

Печать Овна просто пыталась сбежать.

Мне приходилось вливать кучу дополнительной маны, чтобы удержать контроль над грёбаным Звёздным Бараном.

Я почувствовал, как у меня вздулись вены на висках, на глаза потёк пот.

— Вот ведь упёртый… — прорычал я, снова задействуя силы своей Печати. — А НУ ПОЛЕЗАЙ К ХОЗЯИНУ!!!

Преодолев огромное сопротивление Печати Овна, я опустил обе ладони на грудь деда, вбивая в неё сияющий конструкт.

— Фух… — выдохнул я, когда освещение зала стало привычным.

— Всё? — осторожно спросил Леонид.

— Нет, — отозвался я.

— Кха-а-а!!! — захрипел дед, и его выгнуло дугой.

— Вот теперь лечим, — спокойно произнёс я и полностью сконцентрировался на своём Даре, оказавшемся внутри искорёженной энергетической системы графа Резанова.

Леонид быстро спохватился и, как я просил, влил в старика уйму целительной энергии его Родового Дара, водной стихии и Печати Рака.

Я методично направлял упёртую Печать Овна к Источнику деда. Леонид ударной дозой энергии восстанавливал его разваливающееся тело и каналы. Дед… инстинктивно сопротивлялся нам обоим. Ну, ещё бы — две чужие энергии оказались внутри него, когда он и свою-то контролировать не может.

Однако же старик за целый день потратил кучу сил, потому не мог перебороть ни меня, ни Леонида.

Дело шло медленно…

Но шло!

Погрузившись в него с головой, я позволил себе немного разгрузить мозг пространными размышлениями.

Я ведь не сразу почувствовал в дедуле потенциал принять Печать Овна. Такое бывает — для принятия Печати нужно соблюсти ряд условий. Однако же после нашего знакомства дед с каждым днём расцветал, возвращая себе былую силу и нрав. В какой-то момент он стал подходить для того, чтобы принять Печать Овна.

Но не для того, чтобы войти в МОЙ Зодиакальный Круг. То есть, по характеру он стал достойным претендентом, но вот наша с ним связь на тот момент до этого не доросла.

Сейчас же…

Он понял, что не стоит пытаться прогнуть меня. Понял, что нужно воспринимать меня не как перспективного внука, а как равного. Первого среди равных.

Правда, вряд ли упёртый баран в ближайшее время сможет признать это вслух.

— Тело стабилизируется, — напряжённо проговорил Леонид.

— Да, — кивнул я.

А затем, выплеснув всю энергию, что копил до этого, толкнул упёртую Печать прямо в Источник упёртого деда.

Усмехнувшись, я громко выдохнул и выпрямился во весь рост.

— Оставь пока, — сказал я, отступив на шаг. — Давай посмотрим.

Дед несколько раз дёрнулся и расслабился. Только после этого Леонид осторожно отошёл от него и встал рядом со мной.

— Конец? — проговорил он. — А татуировка?

— Смотри давай, — отозвался я, наблюдая за процессами внутри тела графа Резанова.

Из его груди вырвалась Печать. От неожиданности Вавилов едва не выпустил по ней водяное копьё, но смог удержать себя в руках.

— Это… — пробормотал он, не отводя глаз от сияющего символа.

— Уже часть него, — улыбнулся я. — Выбирает себе место.

— Да-да… — закивал он. — Я помню. Хоть было всё в тумане… Но я всегда был уверен, что с моей Печатью так само получилось, а не ты специально поставил её мне…

Он замолчал, не став напоминать, где именно располагается его Печать. Пусть ею Агата любуется.

Между тем Печать Овна резко запульсировала и ударила прямо в лоб старику. Его выгнуло дугой, а когда он снова расслабился, сияние полностью исчезло, а прямо посреди графского лба уже красовалась «V» с закруглёнными краями.

Я не выдержал и засмеялся:

— Ха-ха-ха! Так тебе и надо, старый! Пусть все знают, что ты баран.

— Жёстко это как-то… — проговорил Леонид, глядя на графа.

— Он нарушил твои врачебные рекомендации, — напомнил я.

Вавилов нахмурился и недобро покачал головой.

— Вот бы печать побольше была. Чтобы люди издали видели!

Я продолжил смеяться. Дед был спасён, можно расслабиться, и…

— Ух ты… — Прекратив веселиться, я мигом посерьёзнел и, не сводя глаз с графа Резанова, усилил все свои рецепторы.

— Что происходит? — Вавилов метнулся к пациенту и приготовился его лечить.

— Спокойно! Не мешай! — остановил его я, наблюдая за тем, как Печать, ныне похожая на татуировку, рывками двигается в разные стороны. — Редкое зрелище… — прошептал я.

— Уже такое видел? — Леонид расслышал мои слова. — У Артёма было?

— Забей, — махнул я рукой, не отводя глаз от Печати Овна.

Медленно, но верно, она продвигалась вверх по черепушке деда. Я видел такое лишь один раз — в прошлой жизни. Тогда у Девы Печать появилась на пояснице — чуть выше правой ягодицы. Дева посчитала это место на своём теле недостойным для татуировки приличной девушки и силой воли смогла передвинуть её выше.

Дед делал сейчас примерно то же самое.

Стоп! Он ещё и разворачивает её!

— Н-да… — выдохнул я, когда Печать опустилась на затылок графа, и мы не смогли её видеть.

— Лицо очистил, — проговорил Вавилов. — Для графа это важно. Хотя… С татуировкой на лысом затылке он всё равно выглядит как байкер-хулиган.

Я перевёл взгляд на старика. Кожа, уже не такая бледная, начала разглаживаться.

— И всё-таки с татуировкой на лбу ему было лучше, — изрёк я. — Ладно, подлечи его, пожалуйста, и в сон до утра. Только не промахнись, Рак. Не хочу с ним ночью разговаривать.

Леонид усмехнулся и кивнул.

Мы оба понимали, что после всех этих потрясений лечебный сон графу Резанову жизненно необходим.

Завтра вечером у меня поход на концерт Амбер, которого так ждут Лапищев с Медведевым, и ещё один персонаж, охотно согласившийся быть четвёртым.

Однако же до концерта мне нужно хорошо поработать. И начать эту работу придётся в квартале Резановых. А значит что? Правильно — глупо разъезжать по Москве, когда и тут кровати есть.

Алиса очень обрадовалась, едва я сказал, что останусь ночевать, и попросил подготовить мне гостевые покои.

Правда, после этого она в очередной раз предложила мне подготовить покои для наследника графского рода.

— Нет, спасибо, — спокойно ответил я.

Сестра едва заметно улыбнулась и грустно вздохнула:

— Поняла. Что ж, гостевые так гостевые.

Переубедить меня как раньше она даже не пыталась — похоже, уже приняла, что становиться графом Резановым я не собираюсь.

Вместе с сестрой мы решили поужинать в одной из беседок, наслаждаясь погожим августовским вечерочком. После того как деда перенесли в другие гостевые покои (чтобы не тащить по лестнице в его личные), Алиса немного успокоилась. Она видела, что щёчки графа порозовели, а сам он сладко спит и не буйствует.

Так что за ужином на тяжёлые темы мы не общались. Зато обсудили мой сегодняшний выход в свет. Про покушение на княжича я не стал упоминать, чтобы лишний раз не напрягать сестричку, и вместо этого рассказывал про само мероприятие.

— Братец, ты не устал перечислять закуски? — в какой-то момент рассмеялась сестричка. — Тебя послушаешь, так ты туда только поесть приходил.

— Ну а зачем же ещё? — подыграл я ей.

— Может быть, насладиться времяпрепровождением со своей дамой? — лукаво улыбнулась Алиса.

— Ну и за этим тоже, — кивнул я. — Но только на сытый желудок.

Алиса весело рассмеялась. Тревога её совсем отпустила, и это радовало.

— А что Анна Михайловна сказала насчёт твоего наряда? — легко спросила сестра, поставив на стол чашку с чаем.

— Не сомневаюсь, что ей всё понравилось.

— Ха! Иначе и быть не могло! — гордо вздёрнула носик сестричка. — Знал бы ты, сколько времени я потратила на то, чтобы собрать твой образ!

— Догадываюсь. И за это я тебе благодарен.

— Да ладно, — махнула рукой Алиса. — Для тебя, Саша, мне ничего не жалко. А Анна Михайловна… — Алиса замолчала и посерьёзнела. — Мне она кажется хорошей девушкой. Пусть мы и виделись только один раз в Проклятых Землях… но как раз в таких экстренных ситуациях люди и показывают истинное лицо. Она сильная и заботится о тех, кто её окружает. — Алиса вдруг расплылась в ехидной улыбке и произнесла: — Хотя ты её интересовал явно больше других боевых товарищей.

— Ну ещё бы, — не повёл я бровью. — Я же командир. Логично, что на меня бойцы обращают больше внимания.

Сестричка скривилась и покачала головой.

— Какой ты кремень, а. И не подловишь!

А вот её саму я легко мог подловить — стоило лишь заговорить об Артёме. Но я пока решил поберечь невинное сердечко своей сестры и не поднимать эту тему. По крайней мере до того, как сам пойму, насколько у них там всё серьёзно.

Забавно, что случай разобраться в этом подвернулся мне довольно скоро. После ужина я проводил Алису до дома, а сам решил прогуляться по кварталу — подышать свежим вечерним воздухом.

Ноги вывели меня к гостевому дому, в котором разместились мои товарищи из интерната. Сегодня они расторгли договоры Служения с родом Резановых, но, конечно же, из квартала их никто не прогонял. Я велел ребятам отдыхать, а потом перевезу их на тренировочную ба… кхм, в смысле на наше лесозаготавливающее предприятие.

Так вот, когда я шёл возле их дома, услышал весёлые голоса. А ещё раньше я учуял запах жареного мяса. Ноги сами понесли меня к очагу веселья.

— О, привет, Саш! — помахала мне бутылкой пива Маша, одетая в короткие шорты и рубашку, подвязанную краями на животе.

— Привет! — вслед за ней отозвался Глеб, тащивший к столу ящик с пивом. — Ты вовремя! Будешь с нами?

Остальные ребята, кроме Артёма, тоже находились здесь, рядом с крытой беседкой, установленной возле красивого кирпичного мангала.

— Празднуете? — спросил я, поздоровавшись с каждым.

— Да не… — протянул Борис. — Так-то просто поужинать планировали.

— Ну и немного расслабились, — улыбнулся Глеб.

Против такого времяпрепровождения ни я, ни жители квартала против не были — ребята вели себя прилично и никому не мешали.

Да и полезно воинам отдохнуть после тяжёлых боёв.

Я принял их приглашение, и вскоре мы уже сидели за одним большим столом.

— Ну, за то, что все вернулись! — объявил Глеб, подняв бутылку.

Мы чокнулись, выпили, приступили к мясу…

Да уж, целый день сегодня ем.

— Ну как вы тут, нормально? — спустя пару минут издалека начал я.

— Да, а чего нам? — усмехнулась Маша. — У нас всё в порядке. Готовимся возвращаться на базу.

— В смысле лесозаготовительную, — поправил её Антон.

— Ждём, когда ты станешь аристократом, — кивнул Егор, — чтобы подписать договоры.

— Всё стабильно, — резюмировал Глеб. — Мы ж не особо пострадали. Парней вон ещё Рак подлечил. Это Тёме больше других досталось. Но он писал, что завтра утром тоже сюда приедет.

— Радостно слышать, — кивнул я.

— Ага, — продолжил Глеб. — Я сегодня Алисе Ярославне сказал об этом, она тоже обрадовалась и…

Он заткнулся, поймав на себе пять тяжёлых взглядов. Егор тяжело выдохнул и обречённо покачал головой. Маша, глядя на Глеба, покрутила пальцем у виска.

А я что? Я прожевал мясо и запил его пивом.

Заметил, что все робко поглядывают на меня, и спросил:

— Кстати да, об этом… Что там происходит между Артёмом и её сиятельством графиней Резановой? А?