Дважды одаренный. Том VIII

Глава 19

Главный штаб Московского отделения ОКЖ. Кабинет дежурных аналитиков.

Один из компьютеров пиликнул, а затем ровным тоном произнёс:

— Объявлена война.

Прапорщик Карапузов отложил в сторону недоеденный беляш и принялся неспешно вытирать руки о салфетку.

Компьютер пиликнул снова, и тот же голос безэмоционально повторил:

— Объявлена война.

Прапорщик напрягся и поспешил к компьютеру. Его коллега, оторвавшись от поедания хинкали, уставился на широкую спину Карапузова.

— Что там, Сём? — спросил он, не вставая с места. Мог себе позволить — пусть начинал этот мужчина службу одновременно с Карапузовым, недавно за «особый вклад в дело Жандармерии» он получил ещё одну звезду. И теперь он — старший прапорщик Малышев.

Карапузов обернулся и удивлённо произнёс:

— Прикинь, два личных дворянина войну объявили дворянскому роду.

Малышев удивлённо хлопнул ресницами и выдал:

— Они совсем дурные, что ли? Они ж и полдня не протянут!

— Ага, — хмыкнул Карапузов, пару раз кликнув мышью и сделав нужные пометки. Он уж было хотел вернуться к обеду, оставив полное оформление инцидента на потом, однако же что-то внутри него звякнуло, и мужчина снова повернулся к экрану.

— Бородин… Секачёв… — пробормотал он, а затем звонко хлопнул себя по лбу и выпалил: — Да это ж наши бывшие! Подполковник и майор!

Карапузов снова уставился на своего коллегу. Малышев же, покончив с хинкали, вытер руки и встал из-за стола.

— А вот это ещё интереснее, — произнёс он, направившись к компьютеру, — нужно подготовить отчёт.

— Ага, — кивнул Карапузов.

Оба дежурных знали, что те, кто покинул службу в ОКЖ, находятся под пристальным контролем бывших коллег. Затягивать с отчётом явно не стоит.

— Они оба вроде сильные были, — припомнил слухи Карапузов. — Может, выиграют?

Малышев оторвался от заполнения бумаг и посмотрел на друга с явным состраданием во взгляде.

— Вот поэтому, Сёма, ты до сих пор обычный прапорщик, а не старший. Головой нужно думать! И что, что сильные? Один в поле не воин. А у дворянских родов и своих силачей хватает. Пиши давай. Через полдня война кончится. Нам к этому времени нужно будет понимание иметь, как всё дальше оформлять.

Личный дворянин Бородин объявил войну дворянскому роду Колпинских. Официальная причина конфликта более чем достойная: похищение и удержание Слуги Бородина и принуждение его отказаться от Служения Господина. С точки зрения закона — к такой причине и не придраться.

Вслед за Алексеем Михайловичем Бородиным войну Колпинским объявил и другой личный дворянин — Секачёв Геннадий Сергеевич. Здесь тоже вопросов со стороны ОКЖ быть не должно — «поддержка дружественного аристократа», в нашем случае, более чем весомый аргумент для вступления в войну.

В общем, всё официально.

И вполне на официальных основаниях моя Первая Дружина — Кабан и его «Слуги», а также Бородин с несколькими бойцами, которых уговорили подписать временный договор Служения с ним — сейчас едет к основному имению рода Колпинских. На нашей стороне три Иерарха. Впечатляющая сила, с которой явно не готов столкнуться враг. И пусть один из Иерархов — десятник Харченко — всего лишь недавно взял новый ранг, Колпинским от этого легче не будет. Ведь даже простенькие заклинания в исполнении Иерарха бьют гораздо больнее, чем те же заклинания, но выполненные Адептом.

Сами же Колпинские против этой могучей троицы сразу смогут выставить лишь одного Иерарха — глава рода явно будет защищать свой дом до последнего, надеясь на чудо и своих ратников. Но ведь и у меня не одни лишь Иерархи идут в бой. Там ещё бывшие спецназовцы, которые ещё совсем недавно выполняли сложнейшие задачи ОКЖ. Их боевой опыт вполне свежий. В отличие от боевого опыта ратников Колпинских, которые в последние годы только учения и проводили.

Ну и остальные у меня бойцы тоже молодцы.

Так что я мог бы вообще не вмешиваться в эту войну лично.

Но!

Местоположение тревожной кнопки показало, что Васю держат не в главном особняке рода. А в отдельной усадьбе за городом. Охраны там явно меньше, и взять её штурмом было бы проще. Однако тогда война затянется — враг оценит нашу мощь, выдернет своего Магистра из отпуска, может быть, наймёт ещё бойцов… А я рассчитываю принудить Колпинских к выгодному для меня миру за несколько часов. И поэтому основной ударный кулак должен сразу штурмовать их главное имение.

Колпинские не ждут такого от личного дворянина Бородина, за что и поплатятся.

Однако же, поняв, что проигрывает, глава рода Игорь Игоревич Колпинский, скорее всего, решит использовать Васю в качестве живого щита.

Вот и получается, что одновременно нужно штурмовать и родовое гнездо, и усадьбу.

Задействовать ещё больше сил?

Можно…

Но зачем?

Этим конфликтом в дальнейшем будут интересоваться более сильные мои враги. Так что не стоит им показывать сразу всех своих могучих воинов.

Пусть думают, что я использовал лишь одного умелого скрытника.

А может, и вообще придут к выводу, что я «занял» Кота у рода Резановых и выдал его за Слугу Бородина. Никто ничего не докажет… зато потенциальный враг успокоит себя выгодными для меня домыслами.

Примерно с этой мыслью я и решил поучаствовать в этой войне.

Хотя…

Ладно, главной причиной было то, что я лично хотел убедиться в том, что Вася случайным образом не погибнет во время своего спасения.

От размышлений меня отвлёк скрип тормозов. Я качнулся вперёд и прикрыл лицо руками, чтобы не удариться о торпедо автомобиля. Однако же ремни безопасности выдержали — натянулись до предела в самый последний момент.

— Прошу прощения, Александр Ярославович, — беззаботно улыбнулась мне сидевшая за рулём девушка. Она была облачена в спортивные штаны и футболку с коротким рукавом. Спортивная фигура, густая белокурая шевелюра и несколько ярких веснушек на гладком лице. Пожалуй, какая-нибудь бабулька-простолюдинка, увидев эту девушку, не поверила бы, что Олеся Ивановна родила всего лишь два с половиной месяца назад — уж очень свежо она выглядит.

Но чего ещё ждать от сильной дважды одарённой, внутри которой бурлит мана? Олеся Бородина года через два, а то и раньше, вполне может стать Иерархом. И тогда по суммарной мощи и запасу энергии она даже обгонит своего мужа.

— Ничего страшного, — ответил я. — Но будь всё-таки поаккуратнее.

— Хорошо! — отозвалась молодая мать и, едва загорелся зелёный, ввалила газ.

Да уж… как тут говорят: «Муж да жена — одна душа». Или «Жена да муж — змея да уж»… Или…

А, неважно! Главное — Олеся водит ещё безумнее, чем её супруг. А ведь именно на его двухдверной «Ладе. Тарпан» мы едем выручать Василия.

Да уж… выпустили молодую мать из дома без ребёнка. Вон у неё как глаза горят, когда она другие машины обруливает!

Нет, я ничего не имею против — пусть развлекается. Я как никто другой знаю о ценности душевного равновесия.

Но всё же стоит мне уже научиться управлять местным транспортом и получить водительские права. Чтобы мог сам себя перевозить, когда надо…

Я покосился на Олесю и усмехнулся. За рулём спортивной машины бывшая Ведьма Корпуса похожа на ведьму из сказок. Ну, ту, что на метле летает.

Ладно, пусть наслаждается автопрогулкой. А я, пожалуй, отдохну.

Стоило мне прикрыть глаза, как мозг услужливо подсунул «кадры» часовой давности. Серьёзный Артём предложил поговорить, мы с ним пошли прогулочным шагом по аллее квартала рода Резановых…

— Саня… я насчёт её сиятельства, — проговорил Артём, когда я уже хотел его поторопить.

Сказал и замолчал. Идёт, глядит под ноги… думает.

— А что не так с её сиятельством? — спокойно спросил я, глазея по сторонам.

О, Вера Михайловна, бабушка Марины, опять цветы подстригает в саду.

Ха, а Григорий ей снова чай выносит.

— Всё хорошо с её сиятельством, — проговорил Артём. — Просто… ну…

Он резко остановился и решительно заглянул мне в глаза.

Я криво усмехнулся и произнёс:

— Говори уже, дружище. Хорош тянуть кота за хвост.

Несколько секунд он выдерживал мой взгляд, а затем отвернулся.

— Мне стоило раньше тебе сказать, что я несколько раз прогуливался с её сиятельством и даже обедал с ней, — тихо проговорил он, не глядя на меня.

— Да? — хмыкнул я.

— Да.

— Зачем?

Артём снова уставился на меня, недоумевающе хлопая ресницами.

— Зачем гулял? — переспросил он.

Я молчал, хмуро улыбаясь и наблюдая за его реакцией.

— Ну… — протянул этот здоровяк. — Я… Я отказывался! Но её сиятельство не принимала мой отказ. Вот и… гуляли.

Он неуверенно уставился на меня.

— Понравилось? — спокойно спросил я.

Артём дёрнулся, чтобы что-то ответить, но в последний момент сдержался. Несколько секунд он нервно смотрел на меня, а затем не выдержал и опять отвернулся…

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Ты можешь просто ответить, «да» или «нет»? — спросил я. — Только честно. Без этих надуманных мыслей о том, что твой ответ может меня расстроить или что из-за твоей откровенности мы можем поссориться. Говори прямо, Тёма, как и подобает мужчине, который берёт ответственность за свои действия. Ну?

Он набрал полную грудь воздуха и медленно повернулся в мою сторону. Взгляд его наполнился решимостью.

— Да, Саня, — ответил он. — Я очень хорошо провёл время с её сиятельством.

Под конец слов Артём даже кулаки сжал. Нет, не для того, чтобы мне вмазать — просто сказать такое в лицо другу было для Тельца невероятным испытанием.

Я усмехнулся и хлопнул его по плечу.

— Вот и молодец.

Он изумлённо замер. Я же продолжил:

— А когда я спрашивал «зачем?», я имел в виду «зачем ты должен был мне это сказать раньше»?

Артём вконец оторопел. Секунд двадцать он как истукан смотрел на моё улыбающееся лицо, пытаясь переварить услышанное.

— Погоди! — выпалил он, выставив перед собой руки и, как бык, мотнув головой. — В смысле «зачем»? У тебя ведь… ну… свои виды на её сиятельство, правильно? Я не имел права проводить с ней время! Вот и…

Он замолчал, ожидая моего ответа.

Я недобро нахмурился, Артём невольно отступил на шаг.

— Что «вот и»⁈ — холодно произнёс я. — Тебе нужно чужое разрешение, чтобы проводить с ней время, а⁈ — Я пошёл на него, а он продолжил пятиться. — Если ты хочешь быть с Алисой, то единственный человек, мнение которого на этот счёт должно тебя волновать — так это сама Алиса. Понимаешь⁈

Я почувствовал, как воздух за моей спиной начал закручиваться вихрем. Ратники Резановых, шедшие неподалёку, напряглись и стали медленно приближаться к нам.

— Но… — пробормотал Артём пятясь. — Но она — графиня! А я — простолюдин.

— И что? — Я дал волю эмоциям, и вокруг нас уже бесновались воздушные потоки, в которых то и дело вспыхивали яркими вспышками маленькие искры. — Такая мелочь тебя волнует, да⁈ Эта ерунда⁈

— Ерунда?.. — пробормотал Артём и, мотнув головой, перестал пятиться. — По-твоему, разница в нашем положении — ерунда⁈

— А разве нет⁈ — подошёл я к нему вплотную. Из-за разницы в росте Артём нависал надо мной, но мне было плевать. Пусть от излишнего давления в нём сейчас и проснулась Печать Тельца, противостояние со мной вытягивало из моего друга все силы.

А у меня их ещё в запасе было с достатком.

— Разница социальных статусов, мнение родственников — всё это ерунда, если ты хочешь быть с ней, — произнёс я, сверля его взглядом. — Тому, кто боится такой мелочи, я не могу доверить свою сестру!

Я выпустил ещё больше маны, и от столкновения двух потоков воздуха прямо над нами загрохотал гром.

— Боишься⁈ — рыкнул я.

— Нет! — выдавил из себя Артём.

Я резко убрал давление, ветер исчез, и вокруг всё стихло.

— Хочешь быть с Алисой? — спросил я предельно спокойно.

— Хочу! — выкрикнул Артём, который не успел мгновенно отойти от моего давления.

Я замолчал и усмехнулся:

— Ну а мне-то ты об этом зачем говоришь? Ей и скажи.

Я хлопнул его по плечу и, обойдя стороной, пошёл дальше. Жестом показал ратникам Резановых, что всё в порядке, и беспокоиться не стоит.

Артём же некоторое время стоял как вкопанный, пытаясь прийти в себя после классического аттракциона «эмоциональные качели с Близнецами».

Затем, развернувшись, он побежал за мной.

— Стой, Саня! — догнал он меня. — Сестру? Ты сказал «сестру»?

Он заглянул мне в глаза, улыбаясь, как идиот.

Ха… пожалуй, перспектива выбирать между другом и девушкой пугала его гораздо больше, чем пропасть в социальных статусах со своей избранницей.

— Верно, — ответил я спокойно. — Алиса Резанова — моя родная сестра.

А в голове мелькнула мысль: «По крайней мере, по отцу уж точно». С тех пор, как я нашёл тайник Пожарских, а кольцо и бывшие вассалы приняли меня, я снова начал задумываться, что без теста ДНК мне не узнать, кто биологическая мать моего тела. Уж очень странно выглядит всё это «безумие» няньки и последующие за ним утверждения Распутиных, что мне они не родственники.

Вполне может быть, что Ярослав Резанов и согрешил на стороне, а Анастасия Резанова прикрыла этот позор, назвав меня сыном.

До и Алисой она очень быстро забеременела…

Но в широком смысле на эти нюансы плевать — ситуация осталась в прошлом, и даже Распутины сейчас поуспокоились и стали мне полноценными союзниками.

А чего это Артём лыбится, как придурок?

— Сестра, значит… — пробормотал он.

— Да, сестра, — прервал его я. — Видя, с каким пиететом ребята относились к баронессе Завьяловой, я не говорил вам о своих родственных связях раньше. Не хотелось, знаешь ли, чтобы их отношение ко мне изменилось из-за моего происхождения.

Артём подобрался и решительно кивнул:

— Понимаю. Я… тоже не скажу.

— Позже, когда стану аристократом, можешь и сказать, — махнул я рукой.

Он улыбнулся и кивнул.

А затем его улыбка снова стала идиотской.

Вконец расслабился наш Телец.

— Так вот, — холодно произнёс я, буравя его взглядом. — Как раз потому, что она моя сестра, я буду внимательно следить за развитием ваших отношений. И, если ты предашь Алису или сделаешь ей больно, я с тебя шкуру спущу.

Артём сглотнул, опасливо косясь на меня, а затем вдруг расправил плечи и, хмыкнув, проговорил:

— Не переживай, Саня. Я всё сделаю правильно.

— Теперь ты настроен серьёзно по отношению к графине Резановой? — усмехнулся я.

— Да, — коротко ответил Артём, не отводя в сторону решительного взгляда.

Я снова усмехнулся и произнёс:

— Ты это Алисе говори, а не мне.

В тот момент я подумал, что у Тельцов стабильно хромает контроль пространства. Даже без своего Поискового Заклинания я давно заметил, что деловая встреча моей сестрички уже закончилась. Что Алиса возвращалась домой, увидела нас, спряталась за кустами…

И всё это время грела свои пунцовые уши.

— Красивое местечко, — заметила Олеся Бородина, когда мы оба вышли из машины.

Мы оказались за МКАДом, проехали небольшую деревушку, прокатились по короткой лесной дороге и только после этого увидели окружённый высоким забором огромный деревянный дом на холме.

— И территория большая, — согласился я с Бородиной. — Много людей можно разместить. А с её противоположной стороны ещё и выход к речушке есть.

— Отличная усадьба, — закивала женщина. — Ольга бы оценила.

— Какая Ольга? — не понял я сразу, ибо в тот момент думал о предстоящей вылазке.

— Ну так Секачёва, — как ни в чём ни было ответила Бородина и на всякий случай пояснила: — Жена Кабана. У них трое детишек, и она давно мечтает о большом доме на природе. Говорит, так можно будет и ещё парочку завести.

Я усмехнулся и с интересом спросил:

— А ты, Олеся, так не считаешь?

— Точно не сейчас, — категорично заявила она. — У меня один ребёнок, и мне жилья в черте города хватает. А на природу за свою жизнь я насмотрелась, пока в Корпусе служила. — Она глянула в сторону усадьбы и с горящими глазами выпалила: — На штурм⁈

— Ты — остаёшься.

— Но ведь это война моего мужа! — возмутилась она. — Как я могу сидеть без дела!

— Без «но», — парировал я. — Я взял тебя с собой только в качестве водителя.

Она насупилась, а я усмехнулся и произнёс:

— И не вздумай меня ослушаться. Будешь самовольничать, в будущем даже в Проклятые Земли не возьму.

— Да поняла я, поняла, — вздохнула молодая мать. — В курсе я ваших отношений с моим мужем. Он вассал своего Слуги, — усмехнулась она, а затем добавила: — а значит, и я — тоже.

— Вот и славно, — кивнул я, натягивая на голову чёрную лыжную маску. — Оставайся тут и будь на связи. Я пошёл.

Я рванул в густые придорожные заросли.

— Будьте осторожнее, — донеслось из-за спины.

Но я уже не ответил. Активировав «Воздушное рассеивание», я уже на всех парах нёсся к усадьбе.

Там всего лишь девятнадцать человек — считая Васю, его безумно влюблённую пассию и Слуг. Ни одного Иерарха или дважды одарённого.

А значит, закончим быстро.