Эксперимент

Глава 30

Когда человек задумывается о своем психически нездоровом состоянии это хорошо или плохо? Наверное, все же неплохо, ибо реальные психи вряд ли нагружают свой мозг такими дилеммами.

У меня еще крыша не совсем поехала, но назвать себя полностью здоровым уже не могу. Никогда не замечал в себе замашек одержимого дебилоида, но сейчас диагноз налицо. Провести семь дней почти двадцать четыре часа в сутки бок о бок и дико раздражаться от каких-то пары часов Наташиных отлучек в последние три дня – это явно беда с башкой.

Веду себя как самая настоящая обиженная мелюзга, у которого наглым образом отбирают единственный оставшийся день в январских загульных каникулах.

Спрашивается, какого хера я должен дожидаться Наташу, пока та навещает ребенка брата, тогда как последний в этот час прекрасно проводит время с моей сбежавшей невестушкой? Хорошо устроился, пока я прикрываю его пока еще целехонькие, не простреленные Берсеньевым яйца.

Хотя, так уж ли его я прикрываю? Плевать я хотел на него и на временную Машину свободу. Я своим желаниям потакаю. Никогда не замечал в себе такого эгоизма, но сейчас он из меня так и прет. Я готов выйти из машины и сродни малолетки зайти в это ужасное место и увезти Медведеву за руку.

А, собственно, кто меня просит приезжать за ней и ждать? Сам херней занимаюсь. Еще и приперся на полчаса раньше положенного, в то время, как мог хотя бы сделать вид, что чем-то занят.

Вместо того, чтобы подумать о чем-то позитивном, мой мозг, как назло, стал мне подкидывать картинки Армагеддона, который развернется, когда будет все всем известно. А ведь это все вопрос времени.

И если со мной лично все будет в порядке, за исключением возможных подстав в бизнесе со стороны Берсеньева, узнай он о моем участии в этом деле, то вот в жизнеспособности Наташиного брата я сомневаюсь. И вот тут-то, и грядёт пиздец вселенского масштаба. С какой вероятностью Гриша закатает Машиного брата в бетон или отстрелит ему яйца? Пятьдесят на пятьдесят.

И тогда мои планы в отношении Наташи рушатся по всем фронтам. Если всю эту херотень кто, кому и кем приходится, она, после изрядного изматывания моих нервов, со временем примет, то случись что-то с ее братом – нет. Ну и как разрулить все так, чтобы Берсеньев не только оставил ее брата с целыми яйцами, но и принял этот мезальянс?

Не в силах больше нагружать свой мозг отнюдь не радужными перспективами, я выхожу из машины и зачем-то иду в это поистине адское место.

Сам не понял для чего прошел в нужную палату. Смотреть на больных людей – так себе «удовольствие», а на детей и подавно. Совершенно удручающая картинка. Врагу не пожелаешь. И тут же внутренний голос шепчет: «А хули ты ноешь, Славик?». Вот где настоящие проблемы.

Нет, надо однозначно спасать Наташиного брата. И так жизнь не сахар. И только, когда Наташа замечает, что я приоткрыл дверь, до меня вдруг доходит. Мало того, что мезальянс, так еще ребенок полный инвалид.

– Ты чего тут делаешь?

– Стою, – брякаю первую пришедшую на ум мысль. – Так получилось, что пораньше закончил с работой, приехал за тобой. А бензин жечь не хотелось, чего экологию портить, – м-да, однозначно крышу надо подлатать. Такую херь только Маша могла ляпнуть. – Короче, у меня задница примерзла, вот и решил в здание зайти, – прохожу внутрь палаты, пытаясь не смотреть на мальчика, ибо эта картинка так и будет постоянно всплывать в моей памяти. Хуже всего, что я не знаю, как себя вести.

– Я отпустила сиделку, так что она еще минут двадцать будет отсутствовать. Я не смогу уйти раньше. Точнее смогу, но мне бы хотелось ее дождаться.

– Да я не тороплю, – ну правда еще несколько минут назад мне хотелось увести тебя за руку, как обиженный мальчишка, но это уже не в счет. – Он что-нибудь понимает? – вот на хера я это спрашиваю?

– Не знаю, – пожимает плечами.

Что-то мне подсказывает, что ничего не понимает. Не зная куда себя деть, сажусь на диван и в этот момент четко осознаю, что затрахать Наташу утром до такого состояния, чтобы она вырубилась и не захотела никуда идти, была так себе идея. Сейчас я в полной мере понимаю почему она взбесилась за сон до одиннадцати утра. Если пообещала брату приходить в его отсутствие, значит так и сделает. А я… я нарушитель ее планов. У Медведевой, в отличие от меня, есть полноценная совесть, а не ее ошметки.

– Извини меня за утро, – неожиданно произносит Наташа, вырывая меня из раздумий. – Я тут проанализировала и поняла, что вела себя, как истеричка. Ну, просто мне стыдно, я же пообещала Мише, а тут… ну в общем, забудь, что я там наговорила.

– У меня память девичья, уже и не помню, что ты там говорила.

– Ну, врешь же.

– Скорее не договариваю. Меня напрягает малость тот факт, что мне встретилась наглая малолетка. Ее тут орально удовлетворяешь, а она через пару часов матами кроет за то, что заснула мертвым сном.

– Прекрати, – тут же вскрикивает Наташа и ее щеки моментально вспыхивают. По-прежнему забавное зрелище.

Наверное, я бы и дальше ее троллил, если бы в палату не вошла женщина.

– О, Вера, хорошо, что ты вернулась пораньше, мне надо убегать, – все происходит настолько быстро, что я очухиваюсь только, когда Медведева хватает меня за руку и мы оказываемся вне палаты.

– Ты знаешь почему я так себя повела. Ты сделал это специально, чтобы я заснула, зная и пользуясь моей физиологией. А вот это вот твое оральное… ой, все, сам захотел. И не жди от меня в ответ ничего такого.

– Неблагодарная ты, Наташка, – не скрывая усмешки, выдаю я.

– Тебе спасибо сказать или как?

– Засунь свое спасибо в свою прекрасную задницу. Мне в ответ не оно нужно и даже не минет.

– А что? – растерянно интересуется она, как только мы выходим на улицу.

– Твоя полная капитуляция и признание самой себе, что ты не только поплыла от меня, но и согласна быть слабой и хоть иногда зависимой от меня. Я это, увы, пока не вижу. Ты оказалась больно стойкой заразой. О, совсем забыл, мне нужно твое желание сделать мне минет не в качестве твоего наказания, а как способ сделать приятное своему мужчине, а заодно и себе. Пока на этом все. Что-нибудь скажешь или мысленно пошлешь меня куда-то?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Иди уже давай. Ведешь себя как ребенок. «Ну, погоди» было для тебя в самый раз.

– Кстати, где мои два других подарка?

– У меня в квартире. Но я тебе их не отдам.

– Почему?

– Потому что.

– Емкий ответ.

– Потому что не хочу делать тебе неприятно. Так устроит?

– Матушки-сратушки, что там? Сертификат на колоноскопию?

– Ой, иди уже, а. Стой, – тут же хватает меня под руку, как только я открываю машину. – Давай погуляем.

– Деточка, на улице минус шестнадцать, ты не заметила?

– Не замерзнем. Не все же время только… трахаться, прости Господи. Мне кажется, мы делаем это слишком часто. Это не очень нормально.

– Да ладно?! – не скрывая сарказма, выдаю я. – Странно, почему я не заметил, что ты против? Наверное, потому что ты не была против? Ах нет, сегодня делала вид, но по другим причинам.

– Ну, хватит. Я вообще не это имею в виду.

– А что?

– То, что ты, может быть, что-нибудь прин… ой, все. Забудь. Тут минут десять езды до офигенных горок. Я хочу покататься.

***

Вопрос, на чем будет кататься Наташа, отпал сам собой, когда, прибыв в пункт назначения, она, совершенно не стесняясь, попросила, а по факту отобрала у ребенка картонку от коробки. Окружающие наверняка подумали, что я отец не очень здоровой девочки-переростка, когда Медведева схватила меня за руку и, радостно хихикая, повела меня в сторону горки посвободнее от людей.

Зря… зря я не только согласился сюда поехать, но и проехаться на этой горке, где поменьше людей. Почему на ней почти никто не катается, кроме ненормального вида пацана лет десяти, не менее ненормальной девочки двадцати одного года и тридцатидевятилетнего дебила в моем лице, стало понятно уже после первого заезда.

Это не горка, а наши классические дороги, на которые ежегодно выделяют хер знает какой бюджет, но все никак не могут подлатать, кидая наверх щебенку. Здесь же даже ее не посыпали. Выбоина на выбоине и выбоиной погоняет. Если от моей пятой точки еще что-то осталось, то от позвоночника одно название.

Вот он возраст во всей красе. Эта малявка скатывается уже в который раз хоть бы хны, я же могу только с трудом подняться на горку после единичного заезда и делаю вид, что мне хорошо внизу, изображая идиотскую улыбку.

У окружающих же на это, кажется, другой вывод. Люди смотрят на меня сочувствующе, что ли. Херовый из меня актер.

– Давай вставай, – не выдерживаю я на очередной Наташин спуск.

– А то что?

– Жопу отморозишь, вот что.

– Ну да, мне ж еще детей рожать, – тяну ее за руку. – Кстати, а ты хочешь детей?

– Слушай, ну ты наглая, я еще минет от тебя не получил, а ты про детей.

– Ну я же серьезно.

– Нет, не хочу. Ты могла об этом догадаться по таблеткам.

– Я же не про сейчас, а в целом. И уж тем более не про себя в качестве мамашки твоих детей, – мне на хрен не сдались дети, но последняя произнесенной Наташей фраза вызывает во мне раздражение. Такое, что хочется взять эту сраную картонку и отхерачить ею по Наташиной пятой точке.

– Дети – это не мое. Но отцовства в далеком будущем я не исключаю. Верни картонку ребенку.

– В далеком?

– Мужчинам в этом плане проще. Мы и в шестьдесят можем заделать ребенка. А ты уже так в меня втрескалась, что хочешь деточку, но старательно делаешь вид, что мамашкой моих детей быть не хочешь, дабы вызвать еще больший мой интерес?

– Нет, не хочу – шепотом произносит она.

– Почему шепотом?

– Потому что Боженька все слышит и делает наоборот. А я не хочу залететь в ближайшие лет десять. И это, как ты говоришь, не игра слов. Ладно, я замерзла, давай уже подниматься.

– Ни хера. Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет.

***

– Вячеслав Викторович, а вы куда? – мельком перевожу взгляд на настенные часы. Ну подумаешь, рано. Вот только перед секретаршей мне еще не приходилось отчитываться.

– Домой, – не мешкая бросаю я.

– А если будет что-то важное?

– Ну ты серьезно, что ли? Я не наемный рабочий. Сам себе хозяин, на минуточку.

– Ну да, просто вы так обычно не делаете.

– Ну все когда-нибудь бывает впервые. Если будет что-то важное, звони мне на мобильник.

Дожил. Сбегаю как нашкодивший школьник.

Я знаю Наташин распорядок дня и тот факт, что она не открыла мне дверь, меня удивил. Однако, дубликат ключей, данный ею самой, безусловно облегчает жизнь и теперь я могу без вопросов оказаться внутри ее квартиры.

Судя по тому, что мобильник в квартире, отсутствует она недолго. Однако, за это время я не только успел заказать доставку, но и, сам того не осознавая, взять ее постоянно мигающий телефон в руки.

Я не планировал это, причем совершенно, но взгляд сам собой поймал недавнюю Наташину переписку с Машей.

12:13 Наташа

«Привет. Как жизнь молодая?:)»

12:13 Маша

«Ужасно и прекрасно. Можно тебя кое о чем спросить очень-очень личном?»

12:13 Наташа

«Можно даже о неприличном:) Встречный вопрос, что там в итоге с сексом?»

12:14 Маша

«Я как раз о нем и хотела спросить. А у тебя сколько он раз уже был?»

12:14 Наташа

«Шутишь? :) Я ж раньше тебя начала. Да и не считала. Много. Он тот еще ебарь-террорист»

12:14 Маша

«Фу, прекрати так говорить. Это грубо»

12:14 Наташа

«Ну а как еще назвать это?:) Мне кажется, ненормально столько этим заниматься. Иногда я думаю, что он что-то принимает, но не сознается»

Принимаю значит, ну-ну.

12:15

«Почему ненормально? Я на форуме прочитала, что в двадцать мужчины делают это часто»

12:15 Наташа

«Ага. В двадцать. Но моему двадцать плюс почти еще двадцать»

12:15

«Сорок?!»

12:16 Наташа

«Ты что?! Тридцать девять! Ахахаха»

12:16

«Ужас… такой старый»

12:16 Наташа

«Сама ты старая. Нормальный он. Всего на семь лет старше Миши. Что-то ты его старым не считаешь»

12:16

«Прости. Чушь несу. Ты обиделась?»

12:16 Наташа

«Не обиделась. Но только я могу троллить его из-за возраста. Другим запрещено:)). Ну так что там с сексом?»

12:16

«Думала, что все. Я какая-то не такая там. Но теперь я поняла, почему люди на нем помешаны. Теперь вопрос: нормально ли приставать самой к мужчине? Миша сказал, что да, но вдруг он врет, а на самом деле думает, что я развратная похотливая вчерашняя девственница?»

12:17 Наташа

«Ой, я щас уссусь от смеха. Ты как ляпнешь… Ну если убрать шутки в сторону, то нормально, конечно. Но я не пристаю, делаю вид, что неприступная крепость:) Но если бы мне хотелось, а он играл бы в девственника, пристала бы, конечно. Чо б не пристать, если хошь? Слушай, а Миша в итоге ни одного цветочка так и не подарил?»

12:17

«Не подарил»

12:18

«Давай я сегодня ему намекну?»

12:18

«Нет, ты что! Не хватало цветы еще выпрашивать»

12:18 Наташа

«Ну я ж по-умному. Ладно, не хошь как хошь. А приезжай как-нибудь в гости. Напяль тот парик, очочки»

12:18

«Приеду. Хочу кое-что еще… пошлое обсудить»

12:19

«Радостно потираю руки:)»

Ебарь и неприступная крепость значит… Ну-ну, посмотрим. Кладу мобильник на место и усаживаюсь за стол. Через пару минут появляется Наташа. Удивленная.

– Ты чего так рано? – актриса называется. То есть других вопросов, как и моих аналогичных ответов в арсенале не имеется?

– Освободился пораньше и захотел приехать. Ты против?

– Нет, просто неожиданно. Я тут вкусняшек нам купила.

– Я не голоден, – вырываю пакет из ее рук. – Помнишь, ты на днях мне задолжала очередное проигранное желание в карты?

– Ой, память девичья, не помню.

– Ну, ну. Я придумал, что хочу. Массаж.

– Надеюсь, не простаты?

– Нет, классический. Хочу посмотреть, как в итоге будет крепка стена. Спина в смысле. Ну и живот тоже помассируй заодно.

– Окей. Руки-то дашь помыть? – киваю. – Ну раздевайся пока. Только не смей снимать трусы.

– А то что, не сдержишься?

– У меня сериал через полчаса. Не обольщайся.

Явилась ко мне Наталья полураздетая. То ли «крепость» хочет пасть, то ли, судя по тому, как она забралась на меня, ее бы просто сковывала одежда.

– Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы… Ехал поезд запоздалый. Из последнего окошка вдруг посыпались горошки…

– О нет, давай без гусей и кур. Я имел в виду эротический массаж.

– Ничо не знаю. Надо было уточнять на берегу, – шепчет мне на ухо, прикусывая мочку. А затем начинает щипать мне спину.

Смеемся ровно до тех пор, пока Наташа не произносит громкое:

– Цыц, мне брат звонит.

И ведь замер. До того момента, пока не почувствовал, что Наташа резко с меня слезла.

– Слава, вставай, живо одевайся и дуй на этаж выше меня. У меня брат придет через минуту, – а что сразу один, а не с невестушкой? – Пожалуйста, не злись. Я не хочу, чтобы он тебя сейчас увидел. Чуть позже. Он просто не одобрит мой выбор сорокалетнего мужчины на данном этапе. Не обижайся, умоляю, – твою мать!

Встаю с кровати и начинаю искать вещи. Ну вот он реальный шанс прекратить все это здесь и сейчас. Зачем ведусь на эти глупые мольбы?

Правда, когда в дверь позвонили, а я успел только взглядом найти одежду, как-то перехотелось знакомиться в таком виде.

– Давай под кровать.

– Совсем ебнулась? Я туда даже не влезу. В ванной пересижу.

– Стой! – резко хватает меня за руку. – Миша всегда моет руки. Это будет ужасно, если он там тебя обнаружит. Давай в шкаф, ты туда точно влезешь.

– А не пошла бы ты… бляха муха, не могу поверить, что на это ведусь.

– Я тебя за это орально отблагодарю. Вот прям сегодня, – складывает ладони в молитвенном жесте. – Клянусь.

Как только я залез в шкаф, сразу осознал, насколько у меня дебильное положение. А уж когда по ту сторону шкафа услышал голос не братца, а невестушки, так вообще подохерел…