Феодал. Том 3

Глава 2 Похищение

Все повреждения на берсерке зарастали на глазах, поэтому я немедля прорвался, чтобы нанести один-единственный порез. Его было достаточно, чтобы выключить беснования Мефодия, но назрела другая проблема: команда разделилась, и теперь кольцо врагов сомкнулось.

Негласно мы с Нобу договорились прикрывать друг друга. К тому же нельзя было отойти от тела нашего товарища и рубиться, что называется, на ходу. Если так сделаем, то Мефодия разорвут на куски, затопчут.

Сколько мы так продержимся?

«Сколько надо», — ответил я сам себе, готовый стоять до последнего.

Тяжеловесных глипт много, но и мне есть чем их угостить. Первая протянутая лапища монстра была отрублена за секунду. Этот гад не понял, что произошло, как рухнул уже разрубленный по пояс. Клинок Аластора не прощал потери бдительности.

Второй увалень чуть поменьше зарычал и нанёс удар сбитым кулаком в надежде, что моя сталь затупится, ведь сапфировая кость, что составляла основу запястья, была твёрже большинства известных людям металлов. К тому же обладала целительными свойствами. Для неё выдержать прямое попадание меча — пустяк.

Это было неправильное направление мысли. Я его подкорректировал в нужное русло, и глипт от удивления раззявил рот, смотря на свою разрезанную продольно руку. Представление закончилось, когда я снёс ему голову по линии верхней челюсти и напряг все силы, чтобы стопятидесятикилограммовый «малец» не повалился на Мефодия.

Пришлось толкнуть его плечом. Из-за этого я не заметил, как другой глипт, ещё ниже, около метра в высоту схватил меня пятернёй за ногу. Вам когда-нибудь давили конечность тисками? Такой себе опыт. Даром что детёныш выглядел умилительно, его хватке позавидовал бы любой профессиональный борец.

Промедление в лишних три-четыре секунды могло стоить мне поломанной голени, но я вывернулся, срезал руку, а потом и закончил с глиптом-карликом. Его взрослый друг справа, что почти добрался до нас, явно был расстроен моими действиями. Точнее, тварь была в бешенстве!

В это время Нобуёси извращался как мог и трое его противников спустя минуту имели один глаз на всю компанию. Японец поступал прагматично: слепой враг — бесполезный враг. Его меч не обладал артефакторными свойствами, так что это была самая действенная тактика.

Бугай пролетел мимо меня — я ушёл в последний момент и выиграл себе несколько мгновений. Надо было побыстрее добраться до Гио. Маг земли неплохо держал оборону и, можно сказать, только благодаря ему Потап всё ещё оставался жив.

Джанашия создал странный механизм из шести каменных цилиндров, державшихся близко друг к другу. Они вразнобой резко выкатывались вперёд, а потом возвращались на старое место. Получалась такая колотушка-дробильня. Ей он наказывал подобравшихся близко наглецов.

Также со спины прикрывал ещё один повисший в воздухе щит. Он отталкивал слишком ретивых глипт, но большого урона не наносил. Новиков бросался с мечом на противника, как будто это могло помочь. Лезвие лишь звякало о каменную кожу и стыдливо затупливалось.

Нобу отвлёкся от троицы и влетел в моего противника, чтобы оттянуть внимание на себя, а я поменялся с ним местами и расправился со слепцами. Благо глипты нападали не организованно. Будь у них свой военачальник, нас бы уже давно размазало.

Пока я возился со следующим противником, увидел, как с дерева спланировал на землю Иней. Виверн опустился прямо на грудь Мефодию и немедленно засунул восковой целебный шарик в рот богатырю, а потом отхлестал по щекам хвостом.

Признаться, я и забыл про маленького помощника, он пришёл вовремя. От действия стяженя лицо Куликова обрело более здоровый вид, бледность ушла, зажили ссадины на руках и ногах. Вскоре вышедший из строя берсерк сморщился и открыл глаза.

— Хватит, брысь, — пробурчал он и присел, держась за голову. — Что тут происходит?

Ответом ему был рёв глипта, которого пытался утихомирить Нобуёси. Берсерк рывком встал и не обнаружил рядом секиры, к тому же босой, но это ладно. Как с оружием быть?

— Мефодий, лови! — крикнул из-за каменных щитов Потап.

Секира, схваченная двумя магическими лозами, поднялась в воздух и полетела в сторону богатыря. Тот поймал её на лету и сразу же перешёл в атаку, помогая японцу.

С возвращением Куликова расклад сил поменялся, и мы смогли пробиться к Гио, а там уже пятёрка витязей в течение получаса разделалась с нападавшими. Драка закончилась, мы победили.

— Ты как? — спросил я здоровяка, когда тот присел на мёртвого глипта.

— В порядке. Сапоги бы найти…

— Держи, — Джанашия заставил землю выплюнуть потерянную обувь, но её всё равно пришлось отчищать от грязи.

— Благодарю. Сожалею, что так вышло, — отряхивая шнурки, сказал он. — Поясню — это не моя придурь со слизнями. Перед тем как поставить клеймо, некромант каждый день пытал нас с товарищами, а ночевали мы в глубокой скользкой яме, полной этой дряни. Удовольствия мало, скажу я вам.

— Так ты там был не один? — уточнил я, посматривая на съёжившегося Потапа, тот уже сто раз пожалел о своём поступке.

— Все, кто выжил — пять человек.

— А они что же, где сейчас?

— Их давно нет, там и сгинули. Я единственный остался.

«При этом он ещё полгода выдержал в плену!»

— А ты и до этого был такой сильный? — спросил Гио, он, как и остальные, знали вскользь об этой истории, Мефодий не любил о ней распространяться.

— Нет… ну в смысле не настолько, — ответил берсерк, напяливая сапог на левую ногу. — Побочный эффект от клейма. Остался со мной после того, как наши ребята кокнули психа.

— А почему корпус или кто другой не взяли тебя на поруки?

— Да кому я такой нужен? — отмахнулся Куликов и встал, попрыгав на месте. — У меня тогда срыв за срывом был, спасибо, что не убили. Подержали пару месяцев и велели кузнецу браслеты отлить. С тех пор у него и работал подмастерьем.

— Понятно, что ж, думаю, все сделали выводы и на это оставим. Потап, — обратился я к следопыту.

— Да? — он держался рукой за локоть и приготовился к выволочке, смотря куда-то вбок.

— Чего встал? Веди дальше.

— Ох, конечно, — сразу же оживился он и, улыбнувшись, потопал вперёд.

Как и в случае со всеми другими стычками, мы оставляли отрезанные кисти в отдельных кучках, чтобы потом забрать их на обратном пути. Местность становилась всё более холмистой, потому мы то шли в гору, то спускались с неё. Спустя три часа подобрались к поселению глипт.

Новиков умудрился нас подвести так, что отряд имел обзор на всё, что творилось внизу. Лёжа на животе, мы наблюдали за сотнями снующих туда-сюда совсем мелких поселенцев детинца. Эта часть была самой многочисленной. На наших глазах глипт-стражник подтащил длинную палку, на которой были нанизаны белёсые слизняки, и кинул её внутрь загона. Там началась бурная трапеза с чуть ли не дракой.

Я на всякий случай скосил взгляд на Мефодия, но тот кивнул, что всё в порядке. Скорее всего, то был шок от неожиданного пробуждения в земле и накативших воспоминаний. Сейчас он реагировал нейтрально, хоть и не сказать, что ему нравилось подобное зрелище. Оно слишком отвратительное, чтобы вообще кому-то понравится.

Жилища глипт состояли из наваленных друг на друга больших камней, а вместо крыши — брёвна деревьев. Почти всё как у людей, только скрепляющий раствор делали из собственной крови. Мы стали свидетелями свежей постройки. Трёхметровый гигант разбил себе костяшки и провёл ими по камням. Сапфировая кость давала побочку в виде окаменения, так и здесь кровь отлично сцепляла части дома, застывая серой массой.

Детинец делился на четыре сектора, где глипты сортировали своё потомство по размерам. В самом маленьком копошились лилипуты с кулак. Стены загона измазали в чём-то скользком, потому они никак не могли выбежать наружу.

— Нам нужны те крохи, — тихо произнёс я, понимая, что с остальными будут проблемы.

Только вот как туда подобраться?

Стража состояла из четырёх- и пятиметровых махин, которые обходили территорию, волоча за собой массивные деревянные дубины. В поселение то и дело захаживали добытчики с охапкой личинок, сбрасывали их в кучу и удалялись опять на охоту. Несмотря на то что размножались глипты делением, за своим потомством они ухаживали как социальные животные.

— Я могу попробовать, — вызвался вдруг Потап.

— Ты чего несёшь, лысый, помереть захотел? Ты эти мысли давай гони, — обратился к нему Мефодий.

— Нужно, чтобы вы отвлекли их, а я прокрадусь и выкраду парочку глиптят.

— Как ты себе это представляешь? Вот мы сейчас выбежим, крикнем: «Эге, бегом за нами!», а потом что? Они же будут гнать нас до самых врат.

Доводы Куликова казались логичными, но я предложил следующее.

— Нам не нужно высовываться, их отвлечёт Гио, — а затем пояснил подробней.

— Это может сработать, — подтвердил старик и спустился с холма, чтобы поменять позицию, остальные остались наблюдать.

Спустя четверть часа в противоположной стороне поселения громыхнул тяжёлый валун, разнося на куски домик на окраине. Мы ощутили его удар всем телом, когда волна прошла по земле. Спустя несколько секунд навесом полетел ещё один массивный булыжник и повредил забор с северной стороны.

На вторую атаку стражи-глипты рванули со всех ног. В глубоко посаженных глазах после испуга читалась ярость. Они бегали вокруг упавших снарядов, что-то орали, рычали, били себя в грудь и толкались.

— Я пошёл, — прошептал Новиков и, пригнувшись в три погибели, заскользил по холму, хватаясь руками за мелкие деревца по пути, чтобы не скатиться кубарем.

Между тем бомбардировка Гио продолжалась, и только это спасало следопыта от обнаружения. Расстояние было слишком большое, и даже если он добежит до забора, то его сразу же обнаружат. Тут без вариантов, потому я попросил Нобуёси и Мефодия приготовиться — к нам неумолимо приближалась катастрофа. Надо будет спасать толмача, и выбираться отсюда, а ещё ведь где-то там Джанашия…

— Смотри, а он не такой дурак, — прервал мои мысли японец, показывая на упавшего в траву следопыта.

Вместо того чтобы самому забираться внутрь, он спрятался за одним из домиков и выпустил вперёд свою подвижную магическую лиану. Извиваясь змеёй, она проползла до самой ограды, взобралась на неё и нырнула внутрь.

— Вот это ворюга, — хохотнул Мефодий, во все глаза наблюдая, как живая верёвка тащила обратно копошащегося возмущённого детёныша магзверя.

Слава богу, пищать он не мог, потому что Потап заткнул ему рот. Я ещё ни разу не видел, чтобы маг растений использовал это заклинание на такую дальность, поэтому не удивился его скорому отступлению. За вторым глиптом он не стал лезть. Силёнок могло не хватить. Спустя пять минут наш смельчак уже сидел рядом весь красный, тяжело дыша, а в руке сжимал вырывающегося лилипута.

— Отлично, уходим, — скомандовал я, и вся группа отошла в заранее оговорённое место, где дождалась старика Гио.

— Получилось? — с надеждой спросил он, и Новиков вместо ответа показал добычу.

— Что ж, кое-кто оправдан и наказания не получит, — ухмыльнулся грузин.

— А что оно мне грозило? — удивился Новиков.

— А то как же, ты же мой раб, а не барона, он сам так сказал. А порядки у меня другие…

— Ха-ха, ну ладно, пошутили, и хватит, — как-то не особо уверенно ответил он земельному магу.

— Нас впереди ждёт о-о-очень много весёлых уроков, — поглаживая седой подбородок, протянул Гио и потребовал взмахом руки передать ему захваченного детёныша.

Джанашия подобрал парочку камней в округе и сковал ими пыхтящего глипта в импровизированную монолитную сферу, оставив только возможность дышать.

Нести пленника вызвался Потап. Ему было жалко смотреть на испуганного магзверя, потому он с ним постоянно о чём-то разговаривал весь обратный путь. Причём на нашем языке. А во время стоянки скормил ему растолчённую и разжёванную в кашицу солонину. Та вполне удовлетворила запросы оголодавшего глипта.

Стража остановила нас поинтересоваться причиной задержки.

— Приступ моего друга, — ответил я, положив Мефодию руку на плечо.

Мне, естественно, не поверили, но вызванный для разбирательства разведчик всё подтвердил. Я знал, что за нами приглядывают, потому и попросил его кликнуть. Объяснили, что Куликов бегал пару дней в форме берсерка, а мы пытались его спасти. Вроде поверил.

Каждый из нас нёс на себе груз из отрубленных кистей глипт. Всего скупщик насчитал сорок убитых особей. Если честно, мне хотелось побыстрее вернуться в феод с ценным пленником, потому мы избегали драк.

Предъявив документ на спецзаказ, я попросил сделать об этом запись, деньги требовать не стал — потом разом всю сумму заберу. Через врата мы тоже без происшествий вышли и миновали общую залу, перенеся монстра контрабандой.

Абросимову доложу о нём, как успехи первые пойдут, потому что ребята из РГО и отдела дрессировки консервативны в этом плане и им проще запретить, чем потом расхлёбывать последствия.

Условно умными считались твари из красных и чёрных миров — их уже активно вводили в обиход, те же быкоголовые тяглы достойный тому пример. А вот пять других миров догматично оставались под запретом, ибо привычных признаков интеллекта в них не замечено. Низкоранговые монстры активно сопротивлялись одомашниванию.

Пример с пароголовыми получился своего рода революцией и поломал многие правила. Сейчас умные дяди и тёти наверху искали произошедшему логическое объяснение, но мне некогда было ждать. Бюрократическая машина работала медленно, с опаской — никто не хотел брать ответственность и рисковать. Чиновникам было что терять.

Меня же подгоняла необходимость укреплять феод. Параметр «Лидерство» рос, но не такими темпами, чтобы поспеть к войне баронов. Напрашивался вопрос: как победить превосходящего по численности врага, так и не собрав под свой стяг лучших из лучших?

Правильно — создать личную армию послушных магзверей. Потапу я сразу же выделил целый сруб под перевоспитание крошечного глипта. На толмача легло важное задание, и брать его на спецзаказ я в дальнейшем не собирался — пусть уговаривает нового друга встать на сторону добра и всё такое.

Напрашивался вопрос: «Чем кормить сие чудо?» С этим мы пожаловали к Лукичне.

— Хоспади… — вздохнула она, разглядывая вышагивавшего по столу лилипута. — Говорите, они ту гадость едят, хмм… — задумалась она.

— Да, надо что-то похожее приготовить. Потап сказал, измельчённая солонина у них вздутие вызывает, помягче бы еду.

— Помягче, слизни, брр… Ну хорошо, есть у меня одна мысля, — женщина поправила платок на голове и нагнулась к глипту. — Что глазки строишь, красавчик? Откармливать тебя будем. Ага, побуянь мне ещё, — ласково ответила она на попытку магзверя наброситься на неё. — Нужен срочно Марич…

Приказчик укатил в город и вернулся с мешками рыбной муки, сои и огромными банками топлёного жира. Специально под нового «жителя» прикупили отдельный большой котёл, что называется, «на вырост». Повариха смешала все привезённые составляющие, добавив воды, соли и один секретный ингредиент. Его добыли Петька с Васькой.

— Зола? — удивились мы, глядя, как Лукична высыпает серый порошок в кипящий котёл.

— Зинаида, ты не обижайся, но что-то мне поплохело от одного только вида, — предъявил ей Потап, затыкая нос от поднявшейся вони, за что получил по плечу поварёшкой.

— Так это не для тебя делается, головешка лысая. Что панику мне тут наводишь?

— Да я ничего, просто сказал…

— «Просто сказал»… Смотри у меня «просто» останешься без ужина. Давай-давай отседова.

— Ты слышал нашу богиню, проваливай, раб, — Гио придержал дверь перед своим учеником и отвесил ему лёгкий подзатыльник. — В исключительно воспитательных целях, — пояснил он публике, впрочем, никто и не был против.

— Мой вопрос без оскорблений, Зинаида-сэнсей. Почему же зола? — почтительно поинтересовался Нобу.

— Это вы лучше волокиту своего спросите, — кивнула она на Гио.

— Душа моя, я же однолюб и только тебе всем сердцем верен, — прижимая руку к груди, начал было распаляться старик, но повариха лишь скептично отмахнулась.

— Сказочки-то свои молодухам травить будешь, со мной такое не прокатит. Объясни, вон, человек просит. Я наукам не обученная, но знаю точно, зола нужна. Посмотрим, как Лёлик кушать будет.

— В золе много элементов: кальций, калий, фосфор, магний, даже железо есть… Кстати… — задумался Джанашия. — А ведь это и правда напоминает состав слизней. Соя и порошок рыбы — это белок, плюс животный жир и зола… В каком-то смысле в каше есть всё, чем питаются глипты…

— Лёлик? — спросил я, прослушав пояснения мага земли.

— Да что ж вы за изверги такие? Поймать поймали, а имя животине так и не придумали. Он ведь тоже живая душа, богом созданная. Вот пусть будет Лёлик, вполне себе красиво, да камнебрюхий ты мой? А ну-ка, ротик открывай, попробуй вкуснятинку. Разлил? Ничего страшного, у меня ещё много…

Лукична терпеливо протягивала ложку за ложкой, но глипт отказывался есть, либо не понимал, что от него требуется. Густая каша разлеталась по столу, падала на пол и на передник самой поварихи. Магзверь бил крошечным кулаком и пытался убежать, спрятаться в угол избы, но Мефодий не давал ему спрыгнуть со стола, каждый раз хватая своей широкой лапищей.

— Это что за манеры? — прикрикнул он на лилипута. — А если тебя так измажут, приятно, а? — он извалял глипта башкой в выпавшей кучке каши так, что тому пришлось открыть рот.

Мазверь сначала плевался, но потом вдруг притих.

— Ты его не повредил случаем? — уточнил я и неспроста — Лёлик весь затрясся, как в припадке.

— Да нормально с ним всё, вот за обе щёки уминает, — успокоил всех здоровяк, и действительно, крошечный глипт дрожал от удовольствия, но в то же время кидал на Мефодия ненавидящие взгляды — он всё запомнил. — Зенки свои не пучь, а то во, чуешь, чем пахнет? — Куликов, лыбясь во всю ширь, сунул под нос глипту кулак, но Лёлик не испугался — оттолкнул своим. — Нашенский он, сразу видно с характером. Иди ешь, зверюга.

— Не боишься, что вырастет да припомнит тебе? — сощурился Гио, наблюдая, как отпущенный магзверь бегает по столу, запихивая в рот упавшую кашу Лукичны.

— Пущай вырастет, а там поговорим.

В окно постучали. Мы обернулись и увидели за стеклом встревоженную физиономию Потапа.

— Он что ест? — прокричал следопыт, высматривая своего подопечного.

— За обе щёки, — хвастливо ответила ему Лукична и протянула ложку, чтобы Новиков увидел, как усмирённый глипт послушно всё поедает с её рук.

В это время заскучавший Иней лизнул оброненную на пол кашу и выплюнул, фыркая от отвращения, а потом убежал к реке полоскать рот. Варево глазастому красавцу не зашло. Он больше по мясу убивался.

С появлением каши я вздохнул свободно, ведь теперь не надо разводить этих слизняков. Уже гонял думки фермы с ними организовать, но как-то всё накладно, муторно и непрактично. Теперь же сварил котёл и радуйся.

Специальное жилище для Лёлика смастерил Гио. Каменную коробку с отверстиями для воздуха. Она снаружи запиралась на замок, так что мелкий хитрец не убежит. Потапу котёл с кашей перенесли в сруб — очень просил, мотивируя тем, что магзверь есть должен исключительно с его рук и никак иначе.

— Так быстрее контакт будет, — настаивал он, но все всё поняли, приревновал бедолага к Лукичной.

На следующий день в город мы поехали уже вчетвером. Надо было поработать над спецзаказом и закрыть до суда. Проходя мимо нашей привычной комнаты телепортации, я вдруг захотел навестить старого знакомого.

— Погодите, сейчас вернусь, — велел я своим витязям, а сам с улыбкой зашёл внутрь. — А где Александр? — непонимающе спросил я, окидывая комнату взглядом.

За столом храмовника сидел Филипп. У него и до этого с субординацией проблемы замечались, но дурачку повезло, что такой мягкий куратор попался. Я бы три шкуры спустил за неуважение к уставу.

— Нету его, — ковыряя в ухе, ответил адепт.

Я прошёлся к огромной энциклопедии на стене и наугад пролистал её.

— В смысле нету, так сбегай, позови или у тебя активные врата?

— Неактивные, но бегать я никуда не буду, — с вызовом тявкнул он.

Я с ухмылкой закрыл книгу.

— Если это шутка, Филипп, то весьма неудачная.

Сзади отворилась дверь, и внутрь юркнул худенький пацан лет четырнадцати с россыпью веснушек на лице. В его руках колыхалась стопка проходок от смотрового.

— Филипп Константинович, вот вам велели передать на подпись.

— Марат, ну что опять? — адепт с возмущением потряс перед мальчуганом одним из документов, а потом оттягал его за волосы. — Я тебе говорил, что их надо сортировать по убыванию, когда запомнишь, наконец⁈ И здесь подпись Великого посадника не стоит, пропустил. Бегом лови его, иначе пять плетей прикажу всыпать!

После того как парнишка пробкой выскочил из комнаты, злой Морозлыко важно приосанился и поправил воротник.

— И как это понимать? — спросил я его.

— Никак, это тебя не касается.

Я сделал три быстрых шага вперёд, чтобы его проучить, но обнаглевший адепт вскочил, вытягивая перед собой руку.

— А ну, только попробуй, бастард! — взвизгнул он. — У меня неприкосновенность, не дай бог, тронешь — пожалеешь.

— Так ты теперь маг? — догадался я.

Видать, форму ещё не пошили — в старой адептовской ходит.

— Уже два дня как! За нападение на мага-храмовника при исполнении — два года каторги для дворян, так что подумай сто раз, прежде чем…

— Да заткнись ты, шавка, какой из тебя маг? Место купил? Впрочем, мне всё равно, лучше скажи, куда Александра определили?

— Никуда.

— Если тебя поставили в эту комнату, то в будущем я не хочу даже дышать здешним воздухом. Мне Чечевичкин нужен.

— Его больше нет. Он изгнан.

— Да ты шутишь? — не поверил я, начиная что-то подозревать.

— Изгнан с позором без возможности восстановления. Пожизненный запрет на вход в храм, — смакуя каждое слово, торжественно провозгласил Филипп.