Гимназист. Проигравший

Глава 17 Золото и вера

Вечер приближался… Скоро он зажжет керосиновая лампу чтобы шелестеть бумагой в отблесках уже привычного, чуть мерцающего пятилинейного пламени. Читать привычных — чтоб им! — классиков. Пасхальные дни наступят вот вот… Но экзамены неизбежны, а праздники — преходящи…

«Около этого времени народный трибун Октавий Сагитта, страстно влюбленный в Понцию, замужнюю женщину, склонил ее огромными подарками к преступной связи, потом убедил ее оставить мужа, обещав жениться на ней, и она дала слово. Она овдовела, но стала откладывать свадьбу, говоря, что не хочет противиться воле отца, и наконец совершенно отказалась от своего обещания, надеясь найти мужа богаче. Тщетно Октавий умолял ее, угрожая ей, говоря, что она погубила его доброе имя, разорила его, просил отнять у него лучше и жизнь, последнее его достояние. Видя, что просьбы его не действуют, он вымолил у нее одну только ночь, которая уменьшит его страдания и поможет терпеть лишения в будущем. Ночь назначена. Понция приказывает своей доверенной служанке охранять дверь в спальню. Октавий входит с отпущенником, скрыв кинжал под платьем. Свидание началось, как водится между ссорящимися любовниками, спором, мольбами, укоризнами, кончилось примирением, и остальная часть ночи посвящена наслаждению. Внезапно Октавий, в порыве бешеной страсти, поражает кинжалом Понцию, которая ничего подобного не ожидала, ранит прибежавшую на шум служанку и выбегает из спальни. На другой день узнали о преступлении; убийца был всем известен, потому что знали, что он провел ночь с Понцией. Но отпущенник взял это преступление на себя, говоря, что он отомстил за оскорбление патрона. Многие тронулись прекрасным подвигом, как служанка, оправившись от раны, открыла истину. Отец убитой потребовал убийцу к консулам, и когда он сложил с себя трибунство, его осудили по Корнелианскому закону…» Подстрочник кое как выходил… А вот подлинник…

«…Circa hoc Tempus, Tribunus Populi Octavii sagitta, in Amore Cum Ponzia, mulier nupta, magnis muneribus ei persuasit relationi criminali, deinde persuasit eam virum suum relinquere…»

Чертова латынь! Чертовы дикие римские нравы! Чертовы «Анналы»! Чертов Тацит! И кто-то же изучает это в подлинниках десятками томов, а потом терзает ими бедных гимназистов — получая по восемьдесят рублей, а то и сто в месяц — больше армейского капитана * или врача! И вспомнилось мимолетное мнение кого-то из приятелей Сурова — старшего, вышедшего в чины по министерству просвещения. Мол греческий и латынь юнцов заставляют долбить не для культуры и приобщения к мудрости веков, а ради того чтоб гимназисты тратили все силы на учебу — загруженные сверх меры и не увлекались разными теориями и учениями… («Чтоб зае… сь» — говоря армейским языком его времени). И все предложения о совершенствовании гимназического курса в пользу отечественной истории или русской словесности — о точных и естественных — богопротивных и «недворянских» — науках и речи не заходило, отвергались именно поэтому…

«Ну… ухмылка чуть тронула его губы — если так — то как очевидец могу вам сказать, господа, что ваша затея полностью провалилась — хе-хе!»

А тем временем из гостиной слышались бубен и дудочка — и детские голоса — Катя и сын Мардановых под руководством Людмилы Северьяновны и тетушки ставили там спектакль для друзей — детей знакомых — что-то про кошку и петушка.

Кошка — то есть Катя кромко мяукала и напевала

Мяу-мяу! Ночь спустилась.

Блещет первая звезда.

Петух (это Владимир — наверное то самый «Вовочка» сломавший игрушечный паровозик)

Ах, куда ты удалилась?

Кукареку! Куд-куда?..

Приходи ко мне на крышу

Посидеть со мной часок… — тянула с прононсом младшая.

Как я счастлив, что я слышу

Твой прелестный голосок! — подхватил Вовочка.

— Катенька, не забудь, ты должна мурлыкать, когда Мурка счастлива, — наставляла тетушка, как он вспомнил — на репетиции, поправляя Кате на голове смешные кошачьи ушки из бархата. — А когда встретишь Петушка, будь немного насторожена, но потом обязательно подружись.

Невольно улыбнувшись Катиным развлечениям он взялся за прессу.

— Ты прежде газет и в руки не брал! — как-то отметил Тузиков.

— Надо быть в курсе современности, — чуть невпопад ответил Сергей и приятель лишь пожал плечами.

Домашние и не заметили — или не придали значения…

Сейчас на его столе были купленные на двугривенный «Церковные ведомости», и казанская «Духовная беседа», а также «Волгарь»

Какой-то «прот. Здравомыслов»(псевдоним наверное) в «Беседе» сокрушался о темноте прихожан и незнании догматов.

«Нет увы 'веры» как личного, своего, как внутреннего убеждения… Тут и старое язычество, и византийские, чисто от греков, и национальные особенности, а Евангелия и небесных заветов Христовых — всего менее… Божию Матерь, считая по высокочтимым иконам, троили и четверили, называя «сестрами» «Матушку Владимирскую Божию Матерь», «Матушку Казанскую Божию Матерь», «Матушку Иверскую Божию Матерь».

Вдруг он подумал что, что случись эти опросы в его время в еще не вымершей русской деревне в глубинке, и тамошние старушки да и помоложе бабы и мужики пожалуй уставятся с недоумением:

«А как же? Разве же не три их? Точно же — три!».

«… Увы — наше народное сознание склоняется скорее куда — то к апокрифам и отчасти даже, если вспомним „Параскеву — Пятницу“, к небылицам, невероятностям и вымыслам…»

Он покачал головой — все это далеко от его понимания…

Ладно — а что нам сообщают «Церковные ведомости»?

«О нецеломудрии народном преосвященный Архангельский сообщает в отчете: обнаружено, что это зло все более увеличивается не только среди городского населения, но и среди сельского, издревле отличавшегося устойчивостью нравственных понятий, и притом с такой силой, что… дети вступают в незаконные соития с тринадцати лет».

Это признание можно было бы сделать в каком — нибудь ином документе с пометкой «конфиденциально» или «печатанию не подлежит» — а тут в солидной газете разглашается на всю Россию.

А вот жалуется митрополит Киевский:

«По сообщениям благочинных, в воскресенье и праздничные дни храмы Божий пустуют в то время, как базары переполнены народом, с нетерпением ожидающим окончания литургии. С окончанием ее отворяются двери винных лавок, куда и устремляется большинство торгующего люда».

Он представил себе эту толпу, жаждущую только колокольного звона, возвещающего окончание богослужения: истово крестясь на церкви, толпа без промедления устремляется в винные лавки… Ну пьянство это дело известное…

Перешел к «Волгарю» — и тоже наткнулся на публикации касающиеся духовных и околодуховных дел.

«По заявлению Донского архиепископа, на Донские ярмарки привозят из других губерний множество поддельных свечей. Дешевизна их соблазнительно действует на простой народ». Дальше разъяснялось — поддельные церковные свечи изготавливались из суррогата — смеси скверного воска с чем-то еще, отчего они и коптили, и сгорали быстро. А без свечей — народ был так научен — молиться было нельзя.

Свечной заводик что ли организовать?

А вот криминальная хроника — куда ж без нее?

«Полицейские новости. Воронежская губерния. В Павловске у мещанина Забузова крестьянин Коловатый украл со двора хомут, а у мещанки Скашовой отставной солдат Басин тайно похитил полотенце, замок, сальную свечу и 25 копеек.»

«В Царевококшайске из питейного заведения Ануриева крестьянин Кобылин украл медный чайник».

— Славный хабар бродяга взял! — ухмыльнулся Сергей.

«Из магазина готового платья Ловакина были украдены пальто, сюртук и жилет…»

«На днях, в коридоре Кафедрального собора, из кружки (у иконы Божией Матери) совершена кража оригинальным способом, посредством гусиного пера, намазанного клейким веществом; в кружке оказалось 10 коп. Во время совершения кражи злоумышленник задержан. Он оказался мещанином г. Слободского Иваном Алексевым Ежеговым. Дознание препровождено судебному следователю 1 уч. Вятского уезда.»

Бедолага — в тюрьму теперь пойдет за гривенник. Потому как тут не кража — мелкая или крупная а особый состав преступления — святотатство. Ибо согласно статье 219 «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных» в редакции 1885 года «Святотатством признаётся всякое похищение церковных вещей и денег, как из самих церквей, так и из часовен, ризниц и других постоянных и временных церковных хранилищ, хотя бы они находились и вне церковного строения». (Все ж Суров готовился на юридический…)

А вот это интереснее…

'Раскрыто ограблении церкви Св. Троицы на Свято-Троицком кладбище в Старом Петергофе.

Вор — сын дворянина Петросов — не вскрывал дверей или окон, а оставшись после всенощной, и спрятавшись, забрал деньги из кружек и свечного ящика и вылез на колокольню, с которой и скрылся, используя веревку, но не надолго, так как вскоре был разыскан по запонке, которую он потерял. Ныне он приговорен к ссылке в Сибирь по несовершеннолетию'.

Ну ладно — пока покончим с газетами — время поработать… Отодвинув шуршащие листы Сергей достал заветную тетрадь и начал думать над списком из дюжины фамилий…

Отто Ган

Лиза Мейтнер

Вернер фон Гейзенберг

Манфред фон Арденне

Георг Хоутерманис

Нильс Бор

Энрико Ферми.

Эрнест Резерфорд

Джеймс Чедвик…

Эти и другие имена не скажут никому и ничего в это время.

Но он то их знал… Те кого вспомнил — создатели или отцы — основатели ядерной физики. Выпустившие атомного джинна… Нет — он не фанатик-луддит — и ученых убивать не думает… Кроме всего прочего есть две причины. Во первых — они могут принести огромную пользу миру… Во вторых и главных — это не несколько политиков и майоров с оберстами — тут даже веймарские с тамошней политической полицией не говоря уже о «Сюрте…» и британских «Интеллидженс сервис» поймут что дело неладно… Но есть и обходные пути… Пусть ученые получат гранты и подъемные и переедут в Америку — и займутся там совсем другими исследованиями… Полупроводниками, например, радиосвязью и телевидением — привет Тесле (о — вот его надо бы поддержать!). А телевидение кстати как раз появилось в начале тридцатых… Да хоть астрофизикой и космическими лучами займутся. Будут преподавать в колледжах туповатым детям фермеров-рэднеков и провинциальных клерков-особо отобранных на стипендию — тех что точно не хватают с неба звезд — уверенные что выполняют миссию служения — обучая молодежь… Точно — создать особый колледж куда собрать европейских умников? Или особую грантовую программу на пару тройку университетов?

Пусть тот же Ган не откроет распада ядра — как и Лиз Мейтнер — а сделают тиристор с с транзистором или еще каким сопротивлением… или откроют этот как его… бозон Хиггса… И будут они заниматься разными безопасными науками, живя в благополучной Америке и счастливо попивая кофе в аккуратном коттеджике — поднесенное горничной негритянкой в белом передничке. А тем ученым кто не чужд семейных ценностей можно подобрать милую умненькую белокожую мулатку — еще и купив ей удостоверение личности с литерой «С». (Вот кстати недурной бизнес-проект!)*

Правда если Резерфорд вдруг — ну назовем это так — не займется наукой то Чедвик — открыватель нейтрона не станет его учеником… Но впрочем сам Резерфорд до самой смерти уверял: «Атомом для практических целей овладеть невозможно» и хоть и допускал в конце жизни что созданная им наука будет использована в технике, в том числе и военной, но считал, что это случится не раньше чем в XXI веке. Может будущий лорд вполне пригодится… Если уж основоположник не верит — чего зря стараться… Посмотрим и подумаем… «Главное — не вредить!» — говорили врачи с древности…

Нет — разумеется прогресс не остановить — к счастью или нет — но не остановить (хотя скорее к счастью). И ядерные реакторы заработают, а потом и бомбы все равно появятся в арсеналах. Но позже — о — сильно позже! — ибо в мирное время (дай Бог все пройдет как задумано с Германией) никто не выкинет миллиарды полновесных баксов на сомнительный проект…

Сергей изо всех сил пытался вспомнить… там вроде с атомной темой до войны возились французы… За ними подтянутся и англичане — наши конечно отстанут, а потом — догонят… Но ведь это будет ПОТОМ! Мир станет совсем другим и поумнеет… («Хе-хе!» — откликнулся тот самый внутренний голос, но был молчаливо послан)

Однако это всё потребует много денег… Побольше чем зачистка будущих нацистских свиней и их помощников… Заметно побольше. Где вот их взять? Затеять бизнес? Не на что… Извечная проблема…

«Нужны деньги чтобы добыть деньги…» «Нужны деньги чтобы добыть деньги…» «Нужны деньги чтобы добыть деньги…» Кто там это сказал⁇ Не важно — главное: умный человек это сказал!

А ведь… Ведь есть место где можно взять средства без больших проблем!.

Перед глазами его словно сам собой возник тяжелый блеск золота на окладах икон с искрами самоцветов — виденный в храмах Самары, Царицына или Казани где он бывал…

И вспомнился рассказ об убранстве Успенского собора из какого то журнала, прочитанный еще Суровым. На окладах иконостаса было шестьсот с лишним бриллиантов и других драгоценных камней. Золотой венец в пять фунтов, украшенный жемчугом, три золотых «закона», каждый с сорока алмазами, два больших изумруда, окруженных тремя десятками маленьких изумрудов и пятьдесят два крупных алмаза — и почти двести пятьдесят мелких.

А еще — встреченное где-то упоминание что в Ярославле в Знаменской часовне есть риза украшенная драгоценными камнями, стоимостью больше двадцати пяти тысяч рублей.

…Он нечетко представлял как охраняются сейчас церкви — но знания гимназиста Сурова говорили, что все больше полагаются на Божью помощь… Крепкие запоры и двери и решетки на окнах. Иногда — старый сторож в ограде… Само собой ни сигнализации нет, ни видеокамер, ни прожекторов, ни собак — собак церковь вообще не одобряет. (Вот котики могут и по храму гулять и даже в алтарь заходить.)

В конце концов ту церковь в Петергофе — цинично-деловая мысль- «отработал» как можно понять его сверстник и в одиночку…

Хотя были на православной Руси воры так сказать работавшие по церковному добру со странным прозвищем «клюквенники» — не так много, но были… Но подробностей никаких — разве что название пилок которыми резали решетки на окнах — «волос ангела». Книгу про эти дела с таким названием он прочел еще в школе и почти ничего не помнил. Но ему впрочем ежели чего пилки не понадобятся — он знал как можно вскрыть решетку или замок с помощью кислоты и полиэтиленового пакета — здесь полиэтилена нет, но наверное сойдет резина или скажем золотая фольга.

(Редактирование криминальной хроники в молодости обогатило его не только пессимистическим взглядом на человеческую природу, но и знанием некоторых методов работы «лихих людей» из будущего…)

Сергей глубоко задумался, чувствуя как вдруг сжало сердце…

Он был скорее агностиком… А кроме того — сильно подозревал что как бы то ни было — Тому, кто «полагал основания Земли и сказал морю: доселе дойдешь и не перейдешь» * и кто возможно прислал его сюда — вряд ли нужен презренный желтый металл… Другое его волновало — это как ни крути чужое добро… Не купца-выжиги и не казны даже царской — это все сложилось из полушек и пятаков бедняков что несли их в церковь… Потом конечно новая власть все это заберет. И на то что он допустим приватизирует — не купят потом немного нужного оборудования или хлеба в голодный год…

Конечно ему деньги нужны для того чтобы помочь людям, стране и всему миру («Но и себя не забыть!» — снова прорезался ехидный внутренний голос.) Но нет — это оставим на крайний — самый крайний случай…

Ладно… Раз не добыть золота ни в постелях богачек ни (пока) в церквях… То наверное есть смысл поискать его в земле. Золото Алдана уже известно — и туда вряд ли стоит лезть постороннему… Ленские прииски и Олекма — тоже имеют своих хозяев и соваться туда… Мда — «Закон тайга — прокурор — медведь»!

А еще было золото Манчжурии — на котором взросла пресловутая разбойничья Желтугинская республика… Ну да — настоящая республика с выборами флагом и президентом… Несколько гимназистов даже хотели в нее бежать. Он про нее знает мало — в своем времени слыхал только название и то мельком. А Суров и не думал о карьере золотоискателя хотя в газетах о ней писали. И Спасский пару раз упоминал… А ведь у той компании казаков и бродяг были похоже большие планы — даже конституцию написали, а территорию разделили на пять «штатов»!

Но примерно пару лет тому империя Цин что называется проснулась и выслала карательные войска для ликвидации самозваной «республики». Ядром нападавших как сообщала пресса стали «манегиры» — племя эвенков умевшее разводить лошадей и ездить верхами — а еще славное тем что почти никого не брало в плен. Узнав об этом, почти все обитатели разбежались кто куда. Манегиры разгромили Желтугино — оставшимся китайцам отрубили головы на центральной площади селения, а русских в итоге выслали в Россию…

«Золотарей» то разогнали, но само золото осталось!

Там правда его не шибко много — а Китай еще не в таком ничтожестве чтобы изыскатели могли спокойно копаться на россыпях. Хотя этот вариант есть смысл обдумать

Колыма… Не хотелось бы трогать эту кубышку советской России. Тем более он ничего не знает толком — где и как… Посылать старателей и геологов («На какие шиши?» — снова осведомился внутренний голос) искать россыпи — которые можно и не найти — промахнувшись на полверсты. Он ведь и названий не знает — разве что застряло в памяти из старых новостей про «прииск Депутатский»*. Ага — а как он при царе то назывался? Свято-Хреновск какой-нибудь? Или на местном самоедском этакое урочище Олгой-Хорхой?* (Хотя нет — это вроде в Монголии) Или вообще никак — ибо нет там ничего кроме тайги и лесотундры? Золото Чукотки… Ага — двадцать лет искали — да не бродяги с лотками, а люди с наукой, техникой, бульдозерами, вездеходами и самолетами. Ни одного месторождения в не припоминалось.

Хоть про тот же Клондайк вот знает — а много ли толку?

«Черт!» — вдруг выскочило воспоминание. И Сергей быстро вывел в тетради короткое слово — «Бонанза». Всплывшее вдруг в памяти- где застряло из когда-то прочитанных рассказов Джека Лондона, а вот сейчас проявилось. Ручей или речушка — приток того самого Клондайка… Уже что-то… Ну тут попроще — торопливо обдумывал он — одна партия из трех четырех человек — опытных трапперов — проводников и старателей… Ну или минимум два человека из России — старателей, маркшейдеров или геологов знающих английский… Например — студентов Горного института, выгнанных за «политику»

Года три четыре пороются и примерно к золотой лихорадке откопают. Что поменяется — хоть к добру хоть к худу — если найдет их не неизвестный ему старатель американец, а какой-нибудь «Питер Иванофф» — русский эмигрант⁈

Сливки снять он всяко успеет…

…Детишки, закончили веселье и куда-то ушли — погулять наверное… Сергей же продолжил задумчиво листать почти заполненную тетрадь, иногда что-то подправляя, иногда вычеркивая…

С улицы доносились веселые голоса. Как стало понятно там играли в лапту дети местных мещан.

— Догоняй!

— Обжигай!

— Лови «свечку»!

— Сёмка — «чижа» уронил!

Хлоп! Хлоп!

— Ура! Погнали наши городских!

Лапта почти исчезла там — в будущем… Теперь он — от Сурова — знал правила этой игры, где одна команда защищает «город», а вторая пытается её выбить и разогнать. Если это получается, то и «погнали наши городских».

И вспомнилось снова его эпоха…

Примерно за неделю до того как он отправился в путешествие во времени — Сергей в ожидании Наташи — о том что все закончилось он узнает только завтра — сидел перед ноутбуком у окошка на кухне.

Вел свой бложик — думая что написать да пересматривал свои произведения…

И вписал последний — да последний пост… Юморную фразу — вроде как отрывок из фэнтези…

«…Большегрудая и длинноногая принцесса орков заглянула в мою спальню и похотливо ухмыльнулась. Я схватил рогатину чтобы ткнуть орчиху под ребра, спасая свою честь, но она отобрала рогатину, переломила об колено, и расхохотавшись, толкнула меня на постель, сдирая с себя бронелифчик…»

Потом позвонил Наташе — спросить насчет — готовить ли ужин — и огорчился узнав что она вне зоны доступа

На лавочке возле подъезда внизу собралась молодежь и общалась.

И вот один парень громко произнёс по какому то поводу: «Погнали наши городских!».

И Сергей вспомнил как его отец любил так говорить — когда смотрел хоккей, болея за свои любимые «Крылья Советов» или когда делал удачный ход в шахматах в игровой беседке в их дворе.

А теперь вот он выяснил откуда это пошло…*

Ладно — хватит лирики — давай — еще повторишь Тацита, да готовься ко сну

* На тот момент капитан — звание соответствующее нынешнему майору и предшествующее подполковнику (Чин майора был упразднен в Русской императорской армии в 1884 году)

* Малоизвестная подробность жизни в «не доброй старой Америке"© — 'правило одной капли крови» — принцип социальной и правовой классификации населения, принятый в ряде штатов США еще до 60х гг XX века. ru. Согласно этому правилу, человек с хотя бы одним чернокожим предком по отцовской и/или материнской линии («одна капля чёрной крови») должен был считаться чернокожим, независимо от фактического расового типа цвета кожи. Такой человек причислялся к группе, обозначаемой как «негры» или «цветные». Причем если в целом в США, как правило, «цветным» человек считался, если у него было ¼ неевропейской крови, но в целом в ряде штатов этот закон был более жёстким.

При ⅛ доли африканской крови негром человек считался во Флориде, Мэриленде и Миссури. При 1/16 — в федеральном округе Колумбия. При 1/32 — в Луизиане. Наконец при 1/64 — в Джорджии, Алабаме, Техасе, Оклахоме, Теннесси и Арканзасе (если если у человека предок в седьмом поколении был африканцем). Этот же принцип нередко применялся и в отношении потомков от смешанных браков с индейцами;

B связи с данными законами в Америке официально проживало много «белых негров», чьи права приравнивались к чёрным гражданам. Занятно что в документах при указании расы таким ставили букву N в то время как «расово полноценным» букву «С» «Кавказец» — так официально именуется в науке европейский расовый тип. (Судя по косвенным данным среди упомянутых «белых негров» практиковались махинации с документами, а квартеронов иногда записывали ассирийцами или евреями)

* «Книга Иова» гл.38

*Желтугинская республика в конце существования имела порядка двадцати тысяч человек только переписанного населения. И в самом деле учредила свою конституцию и даже имела флаг- черно-желтый, где черный обозначал землю а желтый — золото. По неподтвержденным данным прощупывалась почва о ее официальном признании Россией. Вообще это довольно интересный феномен русского Дальнего Востока — во второй половине XIX — начале XX веков старатели создавали различные колонии и республики. — например «Олёкминская Калифорния» в Олёкминском округе и ее аналоги на Среднем Витиме, Зее, Охотском побережье и в Северном Китае

Желтугинская республика стала лишь самой известной из них.

* Прииск Депутатский — крупнейший оловянный рудник в СССР и России (ныне закрыт). Так что даже помни Сергей его координаты — никакого толку бы не было.

*Олгой — Хорхой — мифическое(?) монгольское животное вроде огромного червя, очень опасное для человека. Публике известно благодаря одноименному рассказу И. А. Ефремова — но главному герою в его беспорядочном чтении он просто не попался.

*По другой версии фраза про «городских» — из старой масленичной игры «Взятие снежного городка». Ею обозначали момент когда штурмующие городок победили его защитников и выгнали