Гимназист. Проигравший

Глава 4 Табак и газеты

Организм напомнил что пора подымить… Ощущая подступившую сухость во рту и тянущее легкое головокружение Сергей встал и двинулся на второй этаж в коридорчик ведший к хозяйственным помещениям. Воздух в гимназии, даже тут был пропитан запахом пыльной старой бумаги железистым ароматом чернил…

Оглядевшись — не выскочит ли педель или надзиратель? — он закурил.

Уже неделю с гаком Сергей вел войну с самим собой — с доставшейся от хозяина тела привычкой к табаку. Он попробовал было бросить сразу и резко — понадеявшись что тело еще не слишком привыкло к чертову зелью. Он просто выкинул пачку и поклялся себе больше не прикасаться к сигаретам.

Но бросить резко оказалось не так-то просто. Первая попытка закончилась головной болью, тошнотой и невыносимой раздражительностью, которая заставляла его срываться на товарищей, и постоянное, гнетущее чувство пустоты. Организм, привыкший к никотину, бунтовал он не мог сосредоточиться на уроках, его мысли путались, а сон стал беспокойным.

После нескольких дней мучений, завершившихся полной капитуляцией и выпрошенной у Курилова полупустой пачкой «Дюбека», Сергей понял: резкий отказ — не его путь. Он был слишком слаб, слишком подвержен влиянию своего тела.

Он вспомнил опять-таки статейки что писал — «Веритас» рекламировал разные новомодные средства для бросающих курить. Из материалов следовало что немедленный полный отказ от любого психоактивного вещества, к которому у человека имеется привыкание, здоровью навредит гарантированно, если не купировать абстинентный синдром медикаментозно. Чего он не мог сделать в принципе — ибо тутошние доктора были в деле сем невинны аки агнцы — короче безграмотны вчистую. Курение не считалось большим пороком — гимназистам само собой курение и табак не дозволялись — но им много чего не дозволялось.

Память подсказывала что минимум месяц нужно контролировать давление, глюкозу, плюс — какая-то заместительная терапия. И что самое худшее — когнитивные способности после резкой отмены никотина ухудшаются, причём на долгий срок. Да, критическое падение проходит быстро, за пару недель — прекращается перегрузка легких и хроническое отравление угарным газом. Пока куришь, его симптомы купируются никотином, а как бросишь, баланс нарушается. Нарушения же когнитивной и моторной деятельности, вызванные никотиновой абстиненцией, могут сохраняться долго — на протяжении нескольких лет как минимум, а иногда и вовсе необратимы, пока снова не начнёшь принимать никотин.

«Нет, так не пойдет!» — решил Сергей, глядя на свое бледное отражение в зеркале родной камеры и чуть подрагивающие руки. — «Нужно действовать хитрее. Медленно, как вода, точащая камень.»

И он начал свой «марафон отвыкания». Вместо того, чтобы докуривать сигарету до самого фильтра, он стал оставлять последние несколько затяжек. «Это как бы недокуренная сигарета,»

Потом он стал сокращать количество сигарет в день. Если раньше пачка исчезала за два-три дня, то теперь она растягивалась на на четыре. Если прежний Суров прятал недокуренные «бычки» в пустую папиросную коробку, словно сокровища, которые он бережно экономил и использовал потом — то Сергей засовывал окурки в печную вьюшку — и поглубже! или смывал в клозет. Иногда, чувствуя особо острое желание, он доставал все-таки «Иру» или «Сальве», сделав пару затяжек, задувал ее, делая комплимент своей силе воле…

Впрочем — тут странная мысль пришла ему в голову — эта сила воли его сознания или может быть сила физиологии его тела?

Как бы то ни было — тумана в голове и нервной раздражительности не было (ну почти не было). Главное не расслабляться и не срываться

Особенно тяжело приходилось после долгих занятий, когда усталость накатывала волной. Вот как сейчас — тогда под тусклым светом настенной керосиновой лампы, Сергей чувствовал, как его пальцы сами тянутся к заветной пачке. В такие минуты он шел сюда брал недокуренную сигарету, затягивался, и, вместо того, чтобы докурить ее до конца, задувал. Невидимая нить зависимости становилась тоньше, чужое тело становилось своим — повинуясь самоконтролю…

Вернувшись с лестницы, Сергей снова уселся за книги… Шекспира что ли опять почитать или все-таки латынь домучивать? В итоге вместо этого достал из ранца взятую вчера у соседа — шестиклассника Пономарева газету — надо быть в курсе местной жизни.

На форзаце крупным шрифтом было означено «Самарскiя Губернские Въдомости»

Так — что там в губернии и мире?

'Прошлым августом по случаю неурожая и бездождия крестьяне деревни Ново-Владимировки пригласили священника отслужить молебен.

К богослужению пришла крестьянка соседней деревни Александра Лагутенкова, имевшая, на несчастье, у себя за пазухой котёнка. Когда Лагутенкова приложилась к иконе, котёнок мяукнул… Этого достаточно было, чтобы суеверная толпа, ни минуты не колеблясь, приняла злополучную крестьянку за ведьму.

— Она — виновница неурожая… нечистая сила с ней! — раздалось в толпе.

— Окунуть её в пруд… Облить водой, и дожди наверняка будет…

Совет этот тотчас же был принят. Толпа крестьян схватила несчастную и поволокла её к пруду. Здесь «ведьма» была раздета до нага и несколько раз опущена в воду; этим, однако, толпа не ограничилась и после первого испытания продолжала надругаться над беднягой…

Женщину поволокли дальше, бросили в яму и стали обливать водой.

— Привязать её к столбу посреди ямы, — посоветовал кто-то, — и яму наполнить водой!

Толпа готова была исполнить и эту меру. На несчастную женщину надеты уже были цепи и посреди ямы вбит кол… Присутствовавший при всей этой истории староста Дубиненко не только не остановил суеверную толпу, но, напротив, сам принял некоторое участие в истязании «ведьмы». На счастье Лагутенковой, пришёл священник и выручил несчастную из беды.

Привлеченный к ответственности за бездействие староста Дубиненко приговорен окружным судом к тюремному заключению на два месяца. На приговор этот осужденный принес апелляционную жалобу, в которой доказывал, что он, как и прочие крестьяне, с колыбели ещё слышал и «с молоком матери всосал убеждение, что лучшее средство от бездождия… выкупать в пруде ведьму и обливать её водой»…

Судебная палата утвердила приговор окружного суда и сейчас отвергла апелляцию волостного правления…'

«Ох — дикий народ!» — посочувствовал Сергей и бедной тетке и почему — то — мужикам

Что там дальше? А вот как раз про местных святых отцов.

«Эй, закушу!» — так называлась статья — про историю монашества и обителей. Просто таки натуральная атеистическая пропаганда — и как цензура пропустила?

«Покойно, сытно и сладко жилось честным старцам в смиренных кельях честных обителей, а еще того лучше, беззаботнее в богатых лаврах и ставропигиях. Пели у них на крытых переходах слепые нищие про Алексея — человека Божьего; 'пили-ели сладко, жили хорошо», особенно в прошлом столетии, когда монастыри эти владели крестьянами, и Троицко-Сергиева лавра была помещицею более чем ста тысяч душ. У ея настоятелей и соборных старцев было правилом: не носить иных ряс, кроме бархатных, либо шелковых; каждому рядовому монаху полагалась ежедневно бутылка кагору и штоф пеннику, меду и квасу по целому кувшину. В Киеве было не хуже: там тоже покупались виноградные вина бочками, засаливалась рыба чанами, а лавра одинаково славилась и стоялыми медами, и крепкими густыми пивами.

Потрапезовавший инок, грузно опускаясь в смиренные пуховики и утопая в них, ласковым, тихим голосом взывал к прислужнику:

— Гей, хлопче!

Являлся, как шест, высокий послушник.

— А ну, перехрести мене! Да вже-ж я сам започію.

В Соловках монахи обленились до того, что не хотели даже петь на клиросах и предоставляли это дело тем крестьянам, которые работали на монастырь либо по обету, либо по силе крепостного права. Служба по обиходу, знание устава, гласов и напевов все-таки требовали напряжения памяти и траты времени, а штатные мужики были к тому делу такие охотливые и доточливые!

Зато сергиевские монахи этим занятием не брезговали: там были другие обычаи и иные порядки.

По живым преданиям, в московской лавре перед всенощной приносились ведра с квасом, пивом и медом прямо в алтарь. «Правый клирос поет, а левый в алтаре пиво пьет» — так и говорилось в народе открыто. После благословения хлебов служащим иеромонахам подносилось в алтаре красное вино в чарах серебряных. Выходили они на величанье веселыми ногами, сановито покачиваясь…'. *

— И это при нашей то цензуре? — снова усмехнулся Сергей. Авторитет то у батюшек слабоват заметно — уже раз до такого дошло!

Дальше пошли новости с из разных мест России.

'… 20 апреля, часа в четыре дня, на бычьей платформе товарной станции Николаевской железной дороги произошел следующий курьезный случай. Рабочие выгружали вагоны со скотом, скот был уже выгружен, оставалось

вынести только бочки с кормом.

Один из рабочих, ничего не подозревая, взял бочку и понес, но вдруг он услышал какой-то странный стон, исходящий из бочки. Рабочий в испуге бросил свою ношу. От происшедшего толчка дно бочки отлетело, и, к общему

удивлению, из нее вылез уже большой медвежонок и стал бегать по двору. Рабочие при виде страшного зверя стали разбегаться и прятаться по вагонам, пока хозяин не объяснил им, что медвежонок ручной и не кусается.

После долгих усилий зверь был пойман и посажен в свою прежнюю «берлогу». На получателя был составлен протокол и была потребована уплата штрафа в размере 100 рублей…'

'…Курск. В последнее время здесь появились в обращении фальшивые монеты — золотые полуимпериалы и серебряные рубли. Различить их от настоящих очень трудно: лишь при тщательном осмотре можно заметить, что фальшивый

золотой немного темнее, а серебряные рубли легче по весу…'

Он пожал плечами — ему это не пригодится — подделкой денег точно заниматься не думает.

Следующее объявление чуть не заставило расхохотаться

'Жители села Всехсвятского возбуждают ходатайство о закрытии действия переведенного в это село из Куркино общества трезвости, так как оно все село обратило в сплошной кабак. Будущие трезвенники, перед вступлением

своим в число членов, кутят в селе напропалую несколько дней, творя всякие бесчинства…'

Он однако снова сделал мысленно зарубку — с этими обществами трезвости что-то такое было связано — на них вроде еще выделялись деньги церковными и светскими властями? Или это позднее? «Уточнить» — вынес он вердикт. Попил грантов — дело ему знакомое.

Дальше взгляд Сергея обратился на местную коммерческую рекламу.

«Продажа готовых платий… Французские галоши и ботильоны… Фабрика носков германского королевского советника Ганца фон-Эк… Ну и всякая мелочь — 'Игра Пузл-Пазл», спичечница, трость — фляга… А вот любопытное «Новейшее изобретение! Чудо-огниво, в никелированной часовой оправе дает при нажиме кнопки мгновенно огонь и свет. Прилагается один бесплатный запальный круг»(Что еще за фигня?) Всего три рубля! Надо же — и зажигалки изобрели? *

Но в основном конечно объявления касались самарской хлебной коммерции.

Ну да — память Сурова сообщала что Самарская губерния прочно занимала одно из ведущих мест по зерну и муке и не только в России.

«Паровая макаронная фабрика Торговый дом „Кеницер и К°“ Большой выбор итальянских макарон, вермишели, русской лапши и других изделий лучших сортов самарской муки. Изделия парового макаронного заведения „Торговый дом Кеницер и К°“ ежедневно можно купить в магазинах „Венская“ на Панской и „Жан“ на Дворянской».

А вот ниже — какое-то «Товарищество на вере Базыкина»

«Самарская пшеница — одна из лучших в свете; королева английская каждый день за кофеем кушает печенье из самарской пшеницы» — и картинка с солидной одутловатой теткой в наколке и пышном платье грызущей печенюшку.

«А черт!» — подумалось Сергею. Эта старая кошелка Виктория — символ стимпанка и ханжества — при которой над Британией не заходило Солнце — еще жива? Как-то прежде он об этом и не задумывался…

Потом была реклама книг — и она его, признаться, позабавила.

«Как разбогатеть?» Как создать выгодное и самостоятельное занятие с десятью рублями? сочинение Инезднирб («Что за фамилия?»); перевод А. И. Б Издание Одесса: Типо-Литография А. Соколовского, 1887. Выписать наложенным платежом'

Рядом — почти такое же…

«Искусство делать деньги, или Золотые правила зарабатывания денег».

И еще

«Как разбогатеть без денег: Способ общий для всех Соч. старого финансиста М. П… а. — 1-е изд. — Москва»

Или вот:

«Тайны карточной игры: Верный способ всегда выигрывать в карты. Указание полной беспроигрышной теории карточной игры.»

И дальше в том же духе — вплоть до пособий по разведению кроликов, обещавших молниеносную прибыль, и даже — «Руководство как стать успешным писателем и зарабатывать литературой»…*

Покачав головой Сергей снова усмехнулся… Ну да — правду говорят в его времени — «Лох не мамонт — не вымрет!». Сколько он подобного видел в интернете и сам рекламировал в «Веритасе»?

А вот дальнейшее его удивило — оказывается тут уже в ходу брачные объявления

«Вдовец 42 года, желает жениться на девушке „без прошлого“, образованной, знающей музыку и обладающей приятным голосом. Тёща не желательна».

«Граф, 33 лет, желает посредством брака, сделать богатую невесту графиней. Затем, согласен дать свободный вид на жительство».

«Директор банка, 45 лет, желает жениться на особе, возраст, социальное положение, религия, прошлое и физические недостатки безразличны, но только богатой».

«Имею хорошее состояние, 30 лет, пью запоем, желаю сочетаться браком с особой, которая старалась бы избавить меня, от этой болезни».

(И от денег — тоже! — промелькнуло у Сергея)

«Жену, компаньонку с капиталом в 5 тысяч, ищет солидный господин 35 лет, открывающий столовую. Дело обещает громадный успех».;

«Дряхлый холостяк, престарелый барон, знатнейшей фамилии, средств к жизни не имеет, желает путем брака передать баронский титул даме, девице; происхождение и вероисповедание безразлично; нужен капитал 5–6 тысяч. Может усыновить, удочерить».

Брачные аферисты и охотники за приданым — в деле? Хм… Некие смутные смысли и прежде бродившие в его голове стали четче — но это тоже пожалуй надо обдумать отдельно.

— Суров, хотите увидеть представление? — осведомился Курилов, толкнув его в плечо.

Он отвлекся от прессы и размышлений о будущем и увидел перед собой следующую сцену: Томин в буквальном смысле валялся в ногах у Барбовича. Ну да — маленький гимназист стол на коленях припадая к штиблетам брезгливо ухмылявшегося надзирателя.

— Христом Богом умоляю — господин педагог — не ставьте мне единицу эту проклятую!

Барбович, задрав высоко ногу, будто собираясь лягнуть школяра посмеивался в бородку с видимым удовольствием наблюдал, как у его ног ползает жалкое создание бывшее вроде как человеком. Возможно он видел себя в грезах фараоном или султаном наделенным правом казнить и миловать…

Вдруг вот так сейчас повернется и скажет:

«Вот скверный мальчишка! Отрубите-ка ему голову!»

Тут же стояли, любуясь даровым спектаклем, несколько старшеклассников: Стаменов, Чусков, Полинецкий, — похоже радующиеся перерыву в гимназической скуке.

Любин и Кузнецов впрочем втихомолку ругали Барбовича.

— Вот воистину как царь Ирод, губит нас — младенцев! — пошутил Любин.

— Да уж — «аспид и василиск» — вспомнил поповский сын Кузнецов священное писание.

Тузиков прогудел под нос что-то сердитое.

— Простите ему единицу, Анатолий Проклович, — сказал, не вытерпев, Любин. — Посмотрите: в нем чуть душа держится. Заболеет ведь от нервной горячки.

Действительно, Томин, и без того чахлый, страшно исхудал за последнее время; глаза украсились синевой и припухли, рот был вечно полуоткрыт с испуганным выражением, и вся его тщедушная фигурка представляла воплощение немощи и страданий.

— Анатолий Проклович… То есть господин Барбович — вдруг повинуясь непонятному чувству вступился Сергей. Томин уже месяц без отпуска — а у него матушка нездорова…

Барбович хихикал, а Томин, ловя его руки и всхлипывая, твердил:

— Анатолий Проклович!.. Миленький!.. Простите!.. Я больше не буду.

— Зачеркните ему единицу, — попросил попаданец, — у вас там в журнале еще много останется. Есть на ком отвести душу.

Барбович злобно покосился на него, но промолчал.

— Ай, ай, турецкие зверства! Православных на кол сажают! Караул! — воскликнул при общем смехе Курилов.

Барбович тоже захихикал.

— Хороших угольков подсыпят вам черти на том свете, — сказал как бы в шутку Курилов.

— Меня милостивый государь гимназисты отмолят! — бросил вдруг педагог. — Я знаю, что я сейчас чума для них, — заметил с гордостью Барбович. Для вас!

— Казнь египетская, — ввернул Куркин.

— Плач и рыдание, — сказал Кузнецов.

— И скрежет зубовный! — добавил Курилов.

— Но когда вы благодаря моим стараниям попадете в университет, а потом выслужитесь в разные превосходительства и директора департаментов — то возблагодарите за науку! — невозмутимо закончил надзиратель.

«А он не так глуп как кажется!» — подумал вдруг попаданец.

— В Ржевской прогимназии вот такой же преподаватель выгнал ученика с волчьим билетом — а тот принес из дома пистолет да и прострелил ментору башку! — вдруг бросил Любин.

— Вы, господин гимназист… с такими склонностями и мыслями нехорошо кончите, — прошипел Барбович… Как Желябов! — произнес он полузапретное имя. Имя это попаданец встречал в будущем… кажется это революционер — но толком не помнил. Вот прежнего царя убили Перовская и Халтурин, а вот как умер — точнее умрет нынешний он не знал…

— Пойдем, Блоха! — сказал Курилов, оттаскивая Томина от Барбовича. — А вы, Анатолий Проклович следили бы за своими мыслями и языком… Политическое тут не при чем!

Барбович ушел пожав плечами.

Курилов подсел к Томину

— За что, тебе, Блоха ты несчастная, поставил наш Барбович единицу?

Тот, всхлипывая и сморкаясь, достал из стола тетрадь с переводом и показал страницу, закапанную слезами. Эта тетрадь, измятая, проскобленная местами насквозь перочинным ножом и усеянная толстыми, красными единицами, производила впечатление какого то изощренного нелепого измывательства над маленьким страдальцем.

Курилов наморщился и сказал:

— Эх, ты, тараканьи косточки! Все-то у тебя колы… Показывай, где у тебя последний перевод?

Томин указал синеватым от чернил пальцем на середину страницы.

— Ну-ка, что тут наворочено? — сказал Курилов и начал читать: 'Надлежит перевести на латинский язык следующие фразы:

«К познанию и употреблению добродетели мы приводимся в предшествии самой природы… ('Особенно ежели подгоняют тебя колами», — заметил про себя Сергей.)

«После взятия Трои греки свирепствовали против всех троенян за исключением двух: Энея и Антерона…»

(«Что за Антерон? Ну Эней то Рим основал… Тьфу — Рим основали братья Ромул и Рем — потом еще первый убил второго…»)

«В консульство Публия Сципиона Назики и Лукреция Кальпурния Бестии римляне пошли войной на Югурту…».

Бестия — это как помниться животное на латинском? Вот — вдруг саркастический рассмеялся попаданец про себя — был бы к примеру в Российской Федерации министр — Иван Иванович Животное — хе-хе. Да по совести сказать — там полно животных и гадов ползучих — что в его времени что сейчас!

«Частые удары — наказание ленивых мальчиков…»

— Чувствуй, Блоха! — рассмеялся Курилов. А Сергей подумал что окажись тут сейчас Тротт — определенно прочел бы короткую лекцию о пользе «роска» и даже вспомнил бы как его секли.

' У маленьких зверей маленькие кости…'.

— И у тараканов само собой! — прокомментировал приятель.

«Солдатам приятно большое жалованье…»(«А кому неприятно?» — мысленно пожал плечами Сергей)

«В левой груди — человеческое сердце». («Только не у Барбовича!» — мелькнуло у попаданца)

«Пусть консулы будут бдительны чтобы государство не потерпело ущерба!»

А ну-ка… «Хм… однако…» — прочел он последнюю фразу качая головой.

«Нет — кто бы мог подумать⁈»

«Враги народа» * — понятие римского права, предполагавший объявление лица за особые преступления вне закона и подлежащим безусловному уничтожению и в этом смысле как бы приравнивающее его к вражескому солдату, воюющему против республики с оружием в руках…'

«Ничто не ново под Луной!» — промелькнуло у попаданца. И подумал что сейчас где-то в Симбирске гимназист Ульянов тоже учит латынь и может этот самый термин… Хотя вроде при Ильиче термина этого не было? У будущего вождя вроде какие-то неприятности со старшим братом — но вот что именно — его казнили или на каторге замучили? *

— Роскошные вещи! — воскликнул Курилов отвлекая от мыслей о политике. — Надо показать Любину: он, кажется, собирает коллекцию. Вы, Суров, поможете Томину разобраться в этой премудрости? А меня шестиклассники ждут: просили поправить их сочинения.

— Должно быть опять какая-нибудь «польза»? — спросил Сергей. Или про природу?

«Задали бы сочинение 'О пользе слонов»! — отчего то вдруг подумал он и мысленно снова усмехнулся.

— Вы дружище — пророк! — качнул головой Курилов. Им предстоит писать труд «О пользе рек».

— А Спасского наши семиклассники просили поправить сочинение: «О пользе гор». Излюбленная тема нашего словесника!

— Уж и сочиняют же! — сказал Курилов. — То и дело читаешь: «Реки полезны»… «Еще реки полезны тем»… «Реки также приносят пользу»… Тошнёхонько!.. Стараются наскрести этой «пользы» страницы на четыре, причем места для полей не жалеют…

Курилов ушел, а попаданец снова задумался.

Не в первый раз ему приходило в голову что их юморист и циник не так то прост! У него есть какая-то своя внутренняя жизнь, которую он от всех скрывает; Кузнецов говорил что он пишет что-то серьезное, но гимназистам показывает только смешные куплеты. А надо думать о будущем — ему по выходу их этой бурсы нужны будут товарищи в его планах дальнейшей жизни. Пожалуй Петя Курилов — единственный тут духовно близкий ему в какой-то степени…

Но тут стало не до мыслей — налетели младшие

— Господин Суров — объясните задачу!

— Господин Суров — а вы не посмотрите мой перевод⁈

— Господин Суров — вы не попросите за меня воспитателя?

И попаданец всецело принялся вживаться в роль доброго старшего товарища…

…А потом по рекреациям прошел Шпонка — извещая о том что пора отходить ко сну.

* Взято по книге Максимов С. В. «Крылатые слова». Спб., 2е Издание (1890 г)

*Подлинные рекламные объявления и названия книг

* В объявлении описан почти забытый ныне девайс — пистонная зажигалка, когда то довольно широко распространенная. (Принцип действия был аналогичен старой советской игрушке — пистонному пистолету) Состав нанесённый на бумажный носитель при ударе металлическим бойком вспыхивал на десяток секунд. Обычно зажигательная смесь наносилась на пропитанный для несгораемости особым раствором картонный диск, а не на ленту, что позволило использовать освободившееся в корпусе место под более совершенную механику а процесс перезарядки стал существенно проще. При нажатии одной единственной кнопки открывалась крышка, прокручивался диск с пистоном и срабатывал боёк.

*Нostis publicus — реальный термин из римского права — введенный в оборот заново очень уважавшими Римскую республику французскими революционерами, а от них — и другими борцами с властью. Что интересно — в США тоже есть понятие public enemy («враг общества, народа»). (На русский язык из-за нашей истории зачастую переводят как «враг государства», хотя существует особый термин enemy of the state, который как раз и означает «враг государства/штата»). Термин широко распространился в США в 1930-х годах по отношению к преступникам, наносящим обществу особо крупный ущерб. ФБР и его директор Эдгар Гувер так называли известных гангстеров (Аль Капоне, Джона Диллинджера и ряд других). В 2017 году термин применил президент США Дональд Трамп по отношению к журналистам которые писали то что ему не нравится.