Империя диких богов. Легионы

Предыстория VIII. История о хороших полицейских

— Внимание, всем сложить оружие, иначе мы будем вынуждены открыть огонь на поражение! — произнёс дикторский голос, полный уверенности и мужества. — Покиньте транспортные средства, поднимите руки вверх и встаньте на колени!

Я и Тинда, нисколько не сомневаясь в правильности своих действий, сделали ровно то, что от нас требовалось. Устина пробурчала что-то нелицеприятное, но подчинилась. Ничего вокруг не было видно, сияющий белый свет слепил глаза, в лицо дуло упругими потоками воздуха. Позади нас раздались крики, возня и топот.

В этот момент я испугался, что нас убъют со спины, но оборачиваться было страшновато, так как полиция могла неправильно воспринять этот жест. Потому я молча встал на колени, отдавшись в руки закона. Мне редко приходилось сталкиваться с полицией, всегда это протекало быстро и буднично, сотрудники не чинили мне неудобств, честно исполняя свою работу.

— Сложите оружие, немедленно! — потребовал всё тот же голос, на сей раз в нём чувствовались железные нотки.

Я бы непременно так и поступил, будь у меня в руках что-то противозаконное.

Отделившись от сияния прожекторов, к нам подошёл широкоплечий мужчина в униформе. Фуражка на его голове сидела так плотно, что даже ветер не мог её сорвать. Чёрные зеркальные очки отражали то, что происходило позади нас. Я увидел, как несколько бойцов, вооружённых автоматами, расправились с десятком бандитов, сделав это так быстро и бесшумно, что прежде чем полицейский подошёл к нам вплотную, всё было кончено.

— Поднимайтесь, вы безоружны?

— Да, мы все безоружны, — заверил я, вставая на ноги.

— Вашей жизни ничего не угрожает. Вы знаете свои права? — сотрудник полиции общался с нами спокойным тоном, это внушало чувство безопасности. — Прекрасно. Пройдёмте за мной, нам нужно узнать подробнее, что случилось. Мэм? — он обратился к Тинде. — Вы не будете против, если я попрошу вас снять дыхательный аппарат? — девушка произнесла что-то невнятное, на что полицейский улыбнулся. — Хорошо, я понимаю, вам нужно успокоиться. Пройдёмте!

Мы прошли сквозь сияние, оказавшись перед ступеньками летательного аппарата. Полицейский дрон был холодного серебряного цвета, усыпанный красными и синими диодами. На его боку красовалась свежая надпись «Полиция». Внутри, вдоль стен, расположились ряды пассажирских сидений. Здесь было на удивление просторно и светло, офицер, пригласивший нас сюда, указал на свободные места и скрылся в голове аппарата.

— Пристегните ремни, это может спасти вам жизнь, — звук исходил из динамиков.

Мы почти одновременно потянулись к ремням безопасности. В этот момент в салон ввели пятерых бандитов, одним из которых был Желтозубый. Увидев нас, он сплюнул кровь и оскалился.

— Крысы… — прошептал он. — Нас скоро отпустят, и тогда я вас из-под земли достану, твари…

Я не нашёлся, что на это сказать, но что-то дрогнуло внутри. Мне показалось, что он говорит правду, и полиция просто приняла меры, которые должна была предпринять. Если эти люди смогли прикинуться инспекцией и никто не смел им перечить, что помешает им провернуть что-то похожее в участке? Но с другой стороны, я своими глазами видел, как нескольких бандитов убили, не став разбираться, откуда у них права на ношение оружия.

Взглянув на Тинду, я понял, что она мучается теми же вопросами.

Для преступников в дроне был специальный изолятор, куда и поместили шайку Желтозубого. Полёт прошёл мягко, полицейский летательный аппарат оказался не только комфортным, но и быстрым. Станция полиции находилась на высоте пяти сотен метров, мы прибыли туда через несколько минут, не испытав никаких неудобств.

Всё тот же полицейский вывел нас наружу. Мы оказались на просторном плацу, расчерченном белой краской. Над головой у нас сверкал корпус гигантского баллона, наполненного гелием. Это был дирижабль потрясающей величины. Присмотревшись, я увидел множество работников, занимающихся ремонтом обшивки. Зеркальные листы отражали далёкие очаги пламени и чёрный пепельный снег, сыплющийся на голову даже здесь.

Наш путь пролегал вниз, но прежде чем мы вошли в лифт, Тинда пихнула меня в бок, обращая внимание на что-то, происходившее справа от нас. Я тут же повернул голову, увидев, как двое полицейских бережно грузят портал в беспилотный дрон. Желтозубого и его компанию вели куда-то в сторону, скрутив руки так, что им пришлось согнуться по пояс. Глядя на это, я подумал, что едва ли их отпустят.

Но червячок сомнения всё ещё подтачивал меня изнутри.

Лифт привёл нас в просторный коридор, оканчивающийся далеко впереди, по ту сторону полицейской станции. Белые стены и апельсинового цвета двери придавали обстановке небывалую чистоту. Мне подумалось, что если бы так заботились обо всех жителях свалки, никто бы не стал жаловаться на плохие условия.

Войдя в один из кабинетов, мы расселись за большим низким столом, слева от нас висел огромный монитор на полстены. Справа непроницаемое стекло, скорее всего, по ту сторону нас отлично видели…

Полицейский попросил никуда не уходить, скрывшись за дверью. Не зная, как себя вести, мы молчали. Только один раз Тинда посмотрела на Устину, процедив сквозь зубы:

— Какая же ты идиотка, мы чуть не погибли из-за тебя…

В комнату допроса вошёл высокий мужчина в строгом костюме и неизменной эмблемой «УтилизаторКорп». Он задумчиво осмотрел нас, задержав взгляд на каждом, после чего улыбнулся и сел за стол. В его руках было несколько чистых листов бумаги, которые он раздал, ничего себе не оставив. Листки оказались сенсорными, так что в ручках или карандашах не было никакой нужды.

— Добрый вечер, я Энтони. Адвокат, предоставленный вам «УтилизаторКорп», — представился он наконец.

— Мы нуждаемся в адвокатах? — спросила Тинда.

— Естественно! Полиция не имеет никакого права общаться с вами напрямую, особенно учитывая обстоятельства.

— Какие такие обстоятельства? — уточнил я.

— Видите ли, ваши жизни оказались в смертельной опасности, не знаю как так вышло, но благодаря вам удалось задержать очень злостных преступников. Они давно в розыске и теперь нужно, чтобы вы дали показания максимально безопасным для себя образом. Тут без адвоката не обойтись! — Энтони улыбнулся, демонстрируя ряд пластиковых зубов, с неоновой подсветкой.

— Хорошо… И что дальше?

— Прежде чем что-то писать, ответьте на пару вопросов. Один из них звучит так: вы знакомы с Кристоферов Стако́вски?

— Нет, мы незнакомы с ним, — ответил я за всех.

— Отлично. Тогда вот второй вопрос: почему за вами гнался вышеупомянутый гражданин?

— Мы встретили его неподалёку от ВАМа, он отнял что-то, что мы нашли на свалке, а когда мы попытались это вернуть — напал.

— И что же это была за вещь? — Энтони очень внимательно посмотрел на меня, словно хотел прочесть ответ раньше, чем я его произнесу.

— Я не знаю, какой-то чёрный ящик. Мы не успели разобраться, искали ребят, которые бы нам помогли.

Сказав это, я не был уверен, что всё сделал правильно. Но судя по выражению лица адвоката, он остался доволен.

— Они обещали нам билеты! — выпалила Устина.

Я стиснул зубы, чтобы не сболтнуть лишнего, у Тинды этот трюк не прошёл.

— Господи Боже, — воскликнула она. — Да заткнись ты уже, дура безмозглая!

Адвокат удивлённо посмотрел на девушек, в его взгляде проскользнуло что-то недоброе.

— Я понял, — Энтони кивнул. — Перед вами документ, где вы должны подписать договор о неразглашении всего того, что с вами произошло. Вы согласны с условиями? Прочтите их внимательно.

«Тюремное заключение сроком до десяти лет…» — одного этого мне было достаточно, чтобы понять всю серьёзность ситуации. Поставив электронную подпись, я отдал документ. Спустя несколько минут мы уже поднимались в лифте, в сопровождении адвоката.

Станция выглядело немного пустой, лишь пару раз нам попались полицейский, они спешили по своим делам, но не выглядели слишком занятыми. Энтони указал нам в сторону одного из аппаратов, не выходя из кабины лифта. Когда я оберунлся, чтобы попрощаться, двери уже закрылись и мы оказались предоставлены сами себе.

Аппарат, стоявший на взлётной площадке, имел надпись «Для гражданских перевозок». Судя по всему, нам нужно было войти в него и автоматическая система доставила бы нас в указанное место, но как только я шагнул в его сторону, меня дёрнула за руку Тинда. Устина держалась от нас на дистанции, по её лицу сложно было угадать эмоции, которые она испытывала.

— Что? — спросил я у девушки.

— Ты серьёзно просто улетишь? — приблизившись ко мне очень близко, спросила она.

— Ну… А что ты предлагаешь?

— Вон в том аппарате лежит «портал», из-за которого нас чуть не убили. Нужно его вернуть!

— Что? Не-ет! — воскликнул я, вовремя спохватившись и понизив голос. — Украсть что-то прямо из участка? Ты серьёзно?

Я испытующе посмотрел в глаза девушки и понял, что она серьёзно.

Часто озираясь, мы подошли к грузовому дрону без опознавательных знаков. Дверь откинулась сразу же, как только я коснулся сенсорной панели. Внутри вспыхнули лампочки, приглашая нас войти.

— Назовите себя, — попросил механический женский голос, но никто из нас не произнёс ни слова.

«Портал» лежал тут же, являясь единственным грузом.

— И что дальше? — спросил я у Тинды.

Девушка пожала плечами, обнаружив сенсорную панель в носовой части аппарата. Там перед ней активировался терминал. Дрон оказался частной собственностью кого-то из экологической службы, переведя его в ручное управление, мы совершили то, чего я никогда ранее не делал. Фактически, нарушили закон под носом полиции.

Аппарат поднялся в воздух, услужливо включив трансляцию того, что происходило снаружи. Это было возможно благодаря множеству камер, расположенных на корпусе дрона. Обеспечивая нам круговой обзор, он двинулся прочь. Никто не бросился в погоню, не попробовал нас остановить. Происходящее показалось мне подозрительным, но на фоне того, что в нас сегодня стреляли, угон чужого транспорта выглядел не самым рисковым предприятием.

С того момента, как Тинда лишилась лаборатории, она стала заметно жёстче. Это и понятно, многие на свалке имели свой уголок, где хранил самое ценное. По сути, это можно было считать общим увлечением: сбор и конструирование чего-то нового из старых поломанных деталей. Устина молчала. Мне, с одной стороны, было её немного жаль, но с другой… Хватило же у неё ума подключить старых знакомых?

Это был прекрасный план с бульдозерами! Они перекрывали дороги, расчищали завалы, и всё время действовали нам на руку, кто бы ещё мог до такого додуматься? Но что заставляло грозную женщину болтать языком тогда, когда не нужно?

Мы облетели то место, где произошло задержание и направились дальше. Куда, я пока сам не знал. Тинда занялась управлением, я же пытался привести мысли в порядок. И первое, что пришло на ум, это вопрос. Почему полиция погрузила «портал» в частный транспорт? Они должны были перенести его на склад конфискованных вещей или что-то вроде того, но они этого не сделали!

Озвучив вопрос, я не услышал ничего вразумительного от девушек, потому продолжил ломать голову. Опять же, Энтони явно прекрасно понимал, что это такое, и ему больше всего хотелось, чтобы мы не понимали, с чем имеем дело…

Все, все они что-то от нас скрывали!

И никто не догадывался о том, что секрет давно раскрыт. Но теперь, когда нас засекут, ничто не останется без внимания…

Дрон мчал сквозь пепел и дым, я смотрел на прозрачный пол, где под нами скользили пёстрые холмы свалки. Мысли начали путаться, усталость давала о себе знать.

— А вы про это знали? — Тинда отошла в сторону от терминала, на котором высвечивалось нечто вроде карты.

— Что? — спросил я.

— Это диапазон действия автоматического транспорта. То есть, — Тинда обвела пальцем границы синего пятна, — вот то место, за пределы которого мы никогда не выберемся.

— В смысле? А что за ним?

— Зона, не обслуживаемая «УтилизаторКорп». Дикие места. Судя по данным, занесённым в систему дрона, там он сядет на землю, поджав лапки.

— Подожди, ты хочешь сказать, что он летает только в радиусе действия корпорации? А какая максимальная высота и глубина? — я встал, чтобы подробнее рассмотреть карту.

— Молодец, это правильный вопрос. Выше километра мы никогда не взлетим, и любой транспорт, который предназначен для дальних перелётов, имеет особую защиту от угона. Так что наша малышка — это просто игрушка местного назначения. Скорее всего, поэтому её оставили без присмотра.

— Но почему «портал» погрузили именно сюда? — задал я давно мучивший меня вопрос.

— Чтобы доставить кому-то из местных шишек, — Устина впервые за время пути позволила себе заговорить с нами. — Они уже знали, что за штуковина была в фургоне того урода.

— И поэтому, без лишних разбирательств, отпустили нас под подписку о неразглашении! — я озадаченно уставился на карту. — И что нам теперь будет?

— Нам? Да ничего. Спохватятся, вернут в участок, дадут штраф и отпустят. А вашу штуковину запрячут понадёжнее.

Выводы Устины выглядели разумно, что никак не вязалось с некоторыми её поступками.

— Хм, всё это попахивает очень серьёзной тайной, ты не находишь? — я посмотрел на Тинду, которая только развела руками.

— Мы подлетаем к границе обслуживания, скоро придётся сесть, — сказала она.

— Уже? — я удивлённо посмотрел на пульсирующий значок, обозначающий наше местоположение. Он подобрался к самой кромке синей области.

— Четыре сотни километров в час — не шутка. Мы летим почти три часа. С учётом того, что мы и так обитали на окраине, вполне логично, — Тинда подошла к панели со множеством надписей. — Вот здесь находится аварийный запас на случай бедствия. Помимо прочего, предусмотрен маяк. И знаешь что?

— Что? — догадываясь, к чему она клонит, спросил я.

— Именно такая штука нам нужна для того, чтобы ты смог подключиться к «порталу»!

— Это здорово! — я улыбнулся, вспоминаю ту лёгкость, с которой парил над лесами и городами, воссозданными симуляцией. — Но батарея сядет, и что потом?

— У тебя шесть часов на то, чтобы спросить у местных, как они там оказались. Ты ведь рассказывал, что не один такой, да?

— Вообще-то да… — эта мысль не приходила мне в голову, но тут я едва не задохнулся от восторга. — И действительно!

— Не подведи нас, узнай как можно больше. Это станет лучшей благодарностью за всю ту кашу, которую мы заварили по твоей вине.

— Что же, я готов!

Дрон приземлился на огромной куче мусора, освещая себе место с помощью прожекторов. Словно космонавты с далёкой планеты, мы осторожно спустились, прихватив с собой «портал», маяк и три рюкзака, набитых провиантом. Не знаю, куда именно мы собирались, но мероприятие походило на то, как ребятишки в детстве убегают из дома, чтобы вернуться туда, как только стемнеет.

Устина, чувствуя за собой большую вину, несла самое тяжёлое. Впрочем, это не шибко облегчило передвижение. Здесь мусор никогда не разгребался, мы часто проваливались и падали, рискуя провалиться глубоко под завалы. Летательный аппарат остался наверху, сияя в лучах света, подобно солнечному силуэту, достигающему морского дна.

Мы покинули территорию «УтилизаторКорп», и почти сразу же мой телефон прислал уведомление о том, что сеть не обслуживается. Но при этом уровень сигнала не снизился, зато заблокировались все приложения, даже часы остановились. Ассоциация с космосом и морской глубиной приобрели куда более серьёзный характер.

«Странно, — подумал я. — Как много разных образов приходит мне на ум, но при этом я даже не помню, откуда они могли взяться…»

Через пару часов всё вокруг застлал плотный туман. Фильтры дыхательных аппаратов тут же забились, стало заметно труднее передвигаться. Я и подумать не мог, что где-то может быть хуже, чем там, где почти постоянно с неба сыплется чёрный пепел. Эти края походили на непролазные болота, не хватало только тучи насекомых и ползающих гадов под ногами. Но в очередной раз вспомнив то, чего по идее никогда не видел, я уже не смог этому удивиться.

Разговаривать в таких условиях было бы сущей глупостью, сквозь маски мы только и могли, что бубнить себе под нос. К тому же, передвижение отнимало все силы. Холмы мусора тянулись на многие километры ещё до тумана, а теперь и вовсе казались бесконечными.

Прошло часа три, прежде чем Тинда остановилась и упрямо сбросила сумку с плеч. Стало понятно, что дальше она не пойдёт, за что я был ей благодарен. Сдаваться первому мне не хотелось. «Портал», такой лёгкий в начале пути, теперь казался свинцовым саркофагом.

Мы оказались у водоёма, берег здесь представлял из себя сплошной ковёр пластиковых бутылок и банок, а вода источала такое зловоние, что слезились глаза. Чуть в отдалении из воды торчали мутно-зелёные столбики минералов или чего-то похожего. А ещё дальше, куда ни одно живое существо не смогло бы добраться, в особенности по такой воде, сквозь туман проглядывался остов катера или яхты.

— Нам нужно, чтобы ты вошёл и выяснил, как нам спастись. Еды и воды у нас хватает, но если мы проведём здесь неделю, без возможности почистить тело, изойдём язвами, — сказала Тинда.

Устина упёрла руки в бока, тяжело дыша. Я заметил зелёные капельки на её плече, словно кто-то посыпал её приправой.

— Что это? — спросил я, показывая пальцем.

— Что? — женщина глянула на плечо и торопливо попыталась это смахнуть, но тут же отдёрнула руку. — Чёрт! Жжётся! — воскликнула она, с удивлением рассматривая пальцы.

Мне стало нехорошо.

— Ладно, как думаете, что нам будет за всё это? — Тинда обвела рукой «портал» и лежавшие вокруг него сумки с едой и оборудованием.

— Думаю, что немного. Максимум, поработаем на исправительных фабриках пару месяцев, — я пожал плечами, не желая углубляться в проблему.

— Э, не! — Устина копалась в одном из рюкзаков, в поисках дисбактериальной салфетки. — Давайте сначала разберёмся с этой сыпью!

— Ты взрослая девочка, — возразил я. — Справишься самостоятельно.

Тинда кивнула, посмотрев на меня и приступила к работе. Сейчас задача была гораздо легче, так как оборудование не нужно было сначала придумывать, а потом производить из ничего. Готовые модули связи собирались по инструкции, все детали чётко подходили друг к другу. Нужный разъём и кабель имелся и в корпусе «портала».

Устина активно обтиралась везде, где могла достать и, надо заметить, это принесло свои плоды. Сыпь оказалась чем-то вроде плесени, появившейся на теле этой женщины потому, что она сильнее всех потела.

Когда подготовка завершилась, я устало присел на край чёрного корпуса. Как только эта вещь попала мне в руки, жизнь стала сильно меняться. И теперь мне предстояло погрузиться в симуляцию полностью… От чего-то казалось, что это возможно, хотя кампания по захвату частного дрона ничего не гарантировала. Игра вслепую вела нас, как мотыльков на огонь. Пусть маска скрывала половину лица Тинды, я не мог не заметить её интерес. Он граничил с фанатизмом, иногда мне казалось, что для неё происходящее намного важнее, чем для меня.

Шесть часов пребывания в мире, где ты паришь в небесах. Чего ещё можно желать, находясь среди ядовитых газов и бесконечных полей мусора?

— Что вы будете делать, пока я там? — спросил я, устраиваясь поудобнее.

— Ждать, что же ещё? — Тинда покопалась в рюкзаке, найдя там гамбургер в вакуумной упаковке и бутылку минеральной воды. — Эта штука свалилась сюда случайно, и мы кого-то очень крепко схватили за яйца, когда нашли её. Полиция в курсе, но боится поднимать шумиху. Понимаешь, к чему я веду?

— Это наш шанс выбраться и изменить свою жизнь, — я усмехнулся, предвкушая посиделки в экологически чистом баре, на берегу лазурного моря…