Искушение Злодея (ЛП)

21

Эйс

Призрак крепко сжимает бутылку виски своей татуированной рукой, при этом тату в виде скелета отчетливо выделяется на его коже.

— Она не отвечает на сообщение, Эйс. Нам пора действовать.

— Знаю, — отвечаю я, хотя мне не хочется этого признавать.

В тот момент, когда Призрак собирается заговорить, двери резко распахиваются, и в комнату входит Ксавье. Следом за ним появляется брюнетка, которая сразу попадает в поле моего зрения.

Октавия.

Она здесь.

— Вот и твоя девушка, — усмехается Ксавье.

— Все выйдите и оставьте нас наедине, — приказываю я. Ксавье тут же покидает комнату.

Призрак делает последний глоток виски и ставит бутылку на журнальный столик, затем поднимается с места.

Он неторопливо подходит к Октавии.

— Если можешь, сделай мне одолжение. Не кричи слишком сильно, договорились?

— Что? — она бросает на него озадаченный взгляд.

Но Призрак только ухмыляется.

— Определенно девственница. Ты был прав, — говорит он, прежде чем уйти и закрыть за собой двери.

Октавия недоверчиво смотрит на меня.

— Присаживайся, Маленький Шторм. Хочешь что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо.

Уверенными шагами я прохожу мимо нее и беру пиво на кухне. Тем временем Октавия устраивается на одном из диванов и осматривает обстановку.

— Почему я здесь?

Я со вздохом сажусь рядом с открытой бутылкой в руке. Наши взгляды встречаются. Я делаю глоток и ставлю пиво на стол.

— Почему ты так напряжена?

— После того, что я видела в коридоре, боюсь, что сейчас сюда зайдет еще одна обнаженная студентка.

Значит, Ронан опять развлекался посреди дома.

— Не переживай, мы здесь только вдвоем. Таков приказ.

— Приказ?

— Да.

Она с насмешкой поджимает губы.

— Мне безразлично, кто находится в твоем доме и что ты с ними делаешь. Пока это не угрожает нашему соглашению.

Ложь.

— Такая серьезная? С чего бы это, — усмехаюсь я, но она только закатывает карие глаза и качает головой. При этом две пряди постоянно падают ей на лицо.

Блядь, почему я вообще обращаю внимание на такие детали!

— Мне нужны не только деньги, но и... защита. Помнишь?

Я изучаю ее мягкие черты лица и ищу признаки того, что Маленький Шторм что-то скрывает.

— Ты все еще убираешь в раздевалках для пловцов?

— Откуда... — она обрывает себя. — Да какая разница. — Она качает головой, и я улавливаю ее фруктовый аромат.

Черт, что со мной происходит?

— Похоже, я действительно стал твоей тенью.

— Или просто ты больной сталкер, которому больше нечем заняться, — огрызается она.

— О, поверь, я знаю способы повеселиться и поинтереснее.

— У тебя слишком большое эго.

— И не только это.

Октавия глубже погружается в черные подушки, словно хочет убежать от меня. Но в ее глазах светится нечто похожее на любопытство.

— Значит, договор остается в силе. И мы можем спать с другими при условии, если об этом никто не узнает, — она четко формулирует свое условие.

Я молчу.

Почему я молчу?

Не знаю.

По идее, мне должно быть все равно, кому она отдаст свою девственность.

Однако это не так.

— С этого момента ты перестаешь убирать в раздевалках. Я буду обеспечивать тебя деньгами.

— И ты решаешь это за меня? — недоверчиво бормочет она.

— Да.

— Ладно. — Ее тон напряжен, но сдержан.

— Ладно? Не ожидал, что ты так легко согласишься.

— Просто ты меня не знаешь, Эйс.

— Тогда, наверное, пора нам познакомиться поближе. — Ее колено задевает мое, но она умело делает вид, что не замечает этого.

А вот я не могу.

— Только не думай, что из-за этой фальшивой связи я вдруг начну терпеть твои выходки.

— О, Маленький Шторм. Я знаю, что ты меня ненавидишь.

— Не называй меня так.

— Тебе пора бы уже понять, что я не выполняю приказы. — Я наклоняюсь к ней ближе. — Я их отдаю.

Ее дыхание учащается, и она незаметно пытается сжать бедра вместе. Я заставляю ее нервничать.

Во мне нарастает желание овладеть ее телом.

Овладеть ею.

И позаботиться о том, чтобы никто другой не смог ее получить. Ее девственность должна принадлежать мне.

Она нервно моргает, разрывая зрительный контакт и пытаясь отстраниться.

Она тоже почувствовала это влечение.

— Эм, так о чем ты хотел поговорить?

— Завтра утром мы вместе пойдем в столовую и появимся на публике. Ты сядешь за мой стол, чтобы отец мог нас увидеть.

Она медленно кивает, глядя мимо меня.

— Ты не выглядишь воодушевленной.

Октавия глубоко вздыхает.

— Я не люблю привлекать внимание. Поэтому хожу в столовую, только когда большинство студентов уже ушло.

— Это... — я усмехаюсь, поджимая губы, — грустно.

— Спасибо.

— Если ты вступаешь в фиктивные отношения с наследником этой академии, тебе придется мириться с тем, что ты будешь в центре внимания.

— Я не дура.

В своем легком платье и с несчастным выражением лица она выглядит так, будто представляла себе все это иначе.

— Такая девушка, как ты, и без меня привлекала бы взгляды.

Она удивленно поворачивает голову, ее щеки краснеют.

— Я не подозревала, что ты умеешь быть милым.

— Не со всеми.

Мы вновь молча смотрим друг на друга, прежде чем она отворачивается.

— Тебе не нужно притворяться со мной, Эйс. Прекрати это. — Она играет с кончиками своих волос. — Есть еще что-то, что ты хочешь мне сказать, или я могу идти?

— Ты что, убегаешь, Маленький Шторм?

Я замечаю, как она замирает.

Она натянуто смеется.

— Я просто не хочу находиться рядом с тобой дольше необходимого.

— Из-за того эффекта, который я на тебя оказываю?

— Какого эффекта?

— Ты знаешь, о чем я. — Я медленно провожу кончиками пальцев по ее руке. Она тут же резко вдыхает. — Готов поспорить, что если я сейчас загляну под твое платье, то обнаружу, что твоя киска промокла. Не так ли?

— Эйс, я...

— Ты, что?

— Пожалуйста.

— О чем ты просишь, Октавия? — Моя рука скользит к ее обнаженному бедру. — Может, подарить тебе еще один оргазм? На этот раз без свидетелей?

Я крепко хватаю ее за ногу, и в этот момент двери с грохотом распахиваются. Октавия в ужасе отстраняется от меня.

— Эйс, я искала твою сестру и... — взгляд Хейзел падает на Октавию, — не могу ее найти.

Она, должно быть, замечает раздражение на моем лице, потому что слегка опускает голову.

— Я зайду позже. — И она сразу же уходит.

Октавия, наверное, рада, что нас прервали. Иначе случилось бы то, о чем мы оба, вероятно, могли пожалеть.

По крайней мере, она.

Теперь мне совершенно ясно одно: я хочу Октавию Эшкрофт.

— Хейзел? Одна из Леди?

— Откуда ты ее знаешь?

— Мы как-то столкнулись.

Я не задаю лишних вопросов, хотя это заставляет меня нахмуриться.

— А как же победительница? Разве она не должна быть здесь и ждать, когда кто-нибудь из вас ею воспользуется?

— Мы решили, что на этот семестр нам достаточно двух Леди.

— А, ясно.

— Неужели я слышу нотки ревности, Маленький Шторм?

— Нет.

— Хорошо, потому что из-за нашего маленького соглашения я не перестану спать с нашими Леди. Ты должна это понимать.

— Я понимаю.

— Отлично. — Меня забавляет, как она сжимает бедра и избегает моего взгляда. Сегодня было только начало. Я уверен, что совсем скоро Маленький Шторм попадет в мои сети. Но до этого момента нам нужно продолжать наш спектакль.

— Через две недели мои родители организовывают ужин. Ты пойдешь со мной.

— В поместье Шэдоуфолл?

— Ты знаешь о нашем поместье?

— Это ни для кого не секрет. Разве нет?

Я усмехаюсь и смотрю в ее невинные карие глаза, пока она не отводит взгляд.

— Ты познакомишься с моими родителями, и я представлю тебя как свою девушку. Так наша история будет более убедительной.

Она кивает.

— Ксавье встретит тебя у ворот академии, и мы отправимся туда вместе. Когда придет время, я пришлю тебе точную дату.

— Хорошо. — Она задумчиво смотрит вперед.

— О чем думаешь?

— Моя соседка по комнате...

— Рейна де ла Роса.

Она наклоняет голову.

— Ты должен прекратить это.

— Следить за тобой? Никогда.

— Ты не только практикуешь пытки, но и сталкерство. — Фыркнув, она опускает взгляд, затем снова смотрит на меня. — Перейду сразу к делу. Она рассказала мне об исчезновении студентки с ее курса. Я постоянно об этом думаю.

Ее честность попадает прямо в сердце. Я знаю, что Октавия не такая, как большинство, кто просто злоупотребляет моим доверием. Она... искренняя.

Чистая.

Нетронутая.

Она никогда не станет лгать или же строить козни.

— Возможно, она просто слишком бурно отметила выходные и теперь отлеживается в чьей-нибудь постели.

Мой желудок скручивает дурное предчувствие.

Неужели мы опоздали? Это снова Жнецы?

Она пожимает плечами.

— Может быть. — Затем смотрит на меня с подозрением. — Если вы в этом замешаны, я выхожу из игры.

Я не хочу иметь ничего общего с исчезновением студентки.

Я тоже.

И все же я застрял в самой гуще событий.