Искушение Злодея (ЛП)

50

Эйс

Ночное небо усыпано звездами, когда мы поднимаемся в кабинку колеса обозрения. Прежде я запустил аттракцион из контрольного пункта, я заметил неуверенный взгляд Октавии, но также увидел в ее глазах проблески предвкушения.

Пустые аттракционы постепенно уменьшаются, пока мы поднимаемся все выше. Она сидит рядом, и ее глаза горят от волнения. Я осведомлен о ее боязни высоты, однако она все равно доверяет мне — я это чувствую. И искренне ценю тот факт, что она позволяет мне заглянуть в самую глубь своего главного страха.

Мы молчим, пока колесо медленно вращается, унося нас все выше. Звуки леса и ночных созданий постепенно угасают. Достигнув самой высокой точки, я крепко сжимаю ее бедро. Длинная юбка, которую она выбрала, сыграет мне на руку в осуществлении моего плана.

Наша кабина начинает поскрипывать, и она вцепляется в мою руку, лежащую у нее на бедре.

— Ты уверен, что это безопасно?

— Я бы не позволил тебе забраться эту кабину, если бы это было не так, Маленький Шторм.

— Почему парк аттракционов вообще закрыт?

— Владельцы обанкротились, насколько я знаю.

Она кивает и смотрит в небо.

— Тебя утешает мысль, что твой отец теперь на твоей стороне?

— На нашей стороне. Он не совсем союзник, но да, это многое упрощает, — я сжимаю ее руку. — Видишь? В этой кабине совсем не страшно. Не так ли?

— Нет, пока ты со мной, — она смотрит на меня тем особенным взглядом, который предназначен исключительно для меня. — Ты был прав, звезды действительно прекрасны.

— Я всегда прав.

Ее шутливый удар кулаком в плечо заставляет кабинку покачнуться. Она тут же вцепляется в меня: — Черт побери!

Смеясь, я крепче сжимаю ее бедро и беру за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Ты не упадешь, Октавия. Не тогда, когда я рядом, чтобы удержать тебя.

Какое-то мгновение она лишь смотрит на меня, и ее страх будто рассеивается в воздухе. В ее глазах отражаются звезды. Будучи не в силах сдержаться, я наклоняюсь и захватываю ее губы своими. Не мягко и трепетно, а жестко и требовательно. С жадностью осыпаю поцелуями путь от ее подбородка до шеи.

Она закрывает глаза и издает тихий вздох, ее ладонь ищет опору на моем плече. Потеряв контроль, я задираю подол ее юбки, и мои пальцы скользят по шелковистой коже. Ее тело отвечает легкой дрожью, но причина этого — отнюдь не страх.

Это желание.

Не прерывая поцелуй, опускаюсь перед ней на колени, и она откидывается назад. Я полностью ее контролирую, и ничто не заводит меня сильнее, чем доминирование над этой женщиной.

Звездное небо и окружающая тьма превращают этот момент в нечто нереальное, почти волшебное. Никогда прежде я не был настолько счастливым.

Эта женщина принадлежит мне.

Она только моя.

И я никому и никогда не позволю вновь ее у меня отнять.

— Эйс, пожалуйста...

— Твоя влажная киска жаждет меня, Маленький Шторм?

— Да!

Это мой сигнал к действию.

Я отодвигаю ее трусики в сторону и чувствую, как ее возбуждение превращается в чистую страсть. Нежными поцелуями и прикосновениями к ее киске я заставляю ее дрожать от желания. Ее тихие стоны смешиваются с шумом ветра, когда я распределяю влагу по ее клитору, а затем проникаю внутрь.

Ее страх бесследно исчезает, когда она откидывает голову назад и начинает стонать мое имя. Колесо продолжает свое плавное вращение, но ей нет до этого дела. Она зарывается рукой в мои волосы и приоткрывает дрожащие веки.

— Еще, пожалуйста!

— Еще, да? Кто же так развратил нашу невинную Октавию, а?

— Ты, ты, придурок, — бормочет она.

— И мне совершенно не жаль. — Я добавляю еще один палец и начинаю ласкать языком ее клитор, посасывая его и ускоряя движения пальцев.

Каждый мой поцелуй, каждое скольжение языка все быстрее приближают ее к экстазу. Она в отчаянии хватается за сиденье, ее тело содрогается от моих прикосновений. Она забывает о боязни высоты. Забывает обо всем на свете, кроме тех ощущений, которые я заставляю ее испытывать. Волны наслаждения накатывают на ее тело одна за другой. Моя эрекция упирается в джинсы, и она начинает дрожать.

Высоко над городом, под величественным звездным небом, мы предаемся этому интимному моменту.

Этот момент принадлежит исключительно нам двоим, вдали от мирской суеты и тревог. Он навсегда останется в нашей памяти, как эти яркие звезды над головой.

Октавия содрогается в оргазме и выкрикивает мое имя. Я наслаждаюсь ее вкусом на своем языке. Когда она немного расслабляется, я опускаю ее юбку, чтобы она не замерла. Затем сажусь рядом, беру ее за подбородок и нежно целую в губы.

Теперь она чувствует свой собственный вкус.

— Это был вкус твоей грядущей свободы, Маленький Шторм.