Искушение Злодея (ЛП)

37

Эйс

— Вы трахались? Черт, брат! Ты точно по уши в дерьме, — насмехается Призрак.

— И ты только сейчас это заметил? — бормочет Ронан.

— Ну, мы в курсе, что он сует свое хозяйство куда только можно. Я думал, Октавия просто одна из многих.

— О, это не так. Он даже накинул на нее одеяло, прежде чем я успел увидеть ее обнаженной, — объясняет Ронан. Они разговаривают обо мне, будто меня здесь нет и я не слышу каждое слово.

Октавия улизнула сегодня утром.

Но ей от меня не скрыться. Для Маленького Шторма уже слишком поздно.

— Хватит, у нас есть дела. Оставьте это на потом.

Мы ждем, пока остальные студенты покинут аудиторию. Когда мы остаемся наедине с профессором Кингсли, я киваю в его сторону.

— Идем. У него нет шансов избежать разговор.

— Мастер по отрицанию правды, — усмехается Ронан, прежде чем мы встаем и спускаемся по лестнице к профессору Кингсли, который склонился над кафедрой.

Он поднимает голову.

— Темные рыцари. Чем могу вам помочь?

Этот тип.

Он глупо ухмыляется, точно зная, чего мы хотим. Я уверен, мы идеально вписываемся в его план.

— Вы же не против, если я тоже отброшу формальности, не так ли, Данте?

Он разводит руки в стороны с самодовольным выражением лица.

— Не стесняйся, Эйс.

— Хватит заниматься херней. Ты прекрасно знаешь, зачем мы здесь. Маленькая Эшкрофт все нам рассказала, — открыто заявляет Призрак.

Данте презрительно ухмыляется и скрещивает руки на груди.

— Вы правда думаете, что это не было именно тем, чего я хотел?

— Какая тебе от этого выгода? — возражаю я. — Мы могли бы прикончить тебя прямо здесь и сейчас.

— Могли бы, но если бы это было правдой, я бы не стоял и не разговаривал с вами. — Он обходит стол и опирается на него. — Вы знаете, что я полезен.

— Полезен? — насмехается Призрак. — Ты владеешь какой-то секретной информацией?

— Возможно.

— Выкладывай, Кингсли, пока мы тебя не убили. Ничто не мешает нам это сделать, — вставляет Ронан.

— Я знаю, что ваша банда имеет конфликт со Жнецами.

— И откуда? — интересуюсь я.

— Как профессор я имею связи с другими академиями, например, с Роузхуд. Один старый друг сообщил мне, что ночью Жнецы покинули территорию и, похоже, отправились в лес. — Он усмехается и качает головой. — А на следующий день появляется Элис Дюкан.

Неохотно признаю, что Данте может стать ценным союзником. Учитывая завтрашнюю встречу с Жнецами, было бы разумно подойти к ней во всеоружии.

— Что еще ты знаешь?

— Почему я должен вам что-то рассказывать?

— Если тебе дорога твоя жизнь, лучше начинай говорить, — без колебаний отвечает Призрак. Я не удивлюсь, если он вытащит оружие. Убийство — его стихия.

Взгляд Данте говорит сам за себя.

Ему что-то нужно.

Я подхожу к нему на шаг ближе.

— Чего ты хочешь за информацию?

— Вы примете меня в свои ряды.

Ронан фыркает.

— Серьезно? Хочешь стать Темным рыцарем? Не слишком ли ты староват?

— Мне тридцать два. К тому же я могу быть полезен не только в Шэдоуфолл, но и за пределами академии.

— Если бы мы принимали кого попало, мы бы не достигли того, что имеем сейчас, — объясняю я.

— Я не такой, как все, — отвечает Данте. Мы вступаем в зрительный поединок. Он ни на секунду не отводит взгляд.

— Сначала тебе придется доказать свою ценность. Если мы предотвратим войну или победим в ней — ты с нами.

Я чувствую на себе пронзительный взгляд Призрака.

— Не думаешь, что это нужно обсудить всей командой?

— Нам нужна информация, а время работает против нас. И если проиграем — можешь его убить.

Призрак ухмыляется.

— По рукам.

— Знаете, он ведь стрит прямо перед вами? — смеется Ронан.

— Можете попробовать. Но я так просто не сдамся.

— Тогда рассказывай, что ты знаешь.

Данте прочищает горло и проводит рукой по трехдневной щетине.

— Главарь Жнецов ищет свою младшую сестру.

— Мы уже осведомлены, — вздыхает Ронан.

— И это все? Как-то не впечатляет, — раздраженно ворчит Призрак.

Данте не позволяет этим двоим запугать себя и продолжает.

— Упомянутая сестра с июня находится в бегах. Он хочет вернуть ее, потому что клиенты жаждут свою “игрушку”.

С июня... А сейчас август.

— Клиенты? Игрушка? Я думал, Жнецы занимаются только наркотиками, — в голосе Ронана слышится растерянность.

— Так и есть. Но с тех пор, как его сестра исчезла, дела идут не так хорошо.

— Она что, его подстилка? — усмехается Призрак, но Данте остается серьезным.

Черт.

— Жнецам нужны деньги. Поэтому помимо наркотиков они торгуют его сестрой.

Я озадаченно смотрю на него.

— Он продает ее? Что-то вроде торговли людьми?

Данте кивает.

— Раньше на ее месте была его подружка. Потом она сбежала, и пришлось задействовать сестру. Но при первой же возможности она прикончила пожилого клиента.

— Хочешь сказать, его сестра убила взрослого мужика? — усмехается Призрак.

— Так и есть.

— Прямо в твоем вкусе, Призрак, — замечает Ронан.

Вовсе нет.

Он любит покорных женщин.

— Ривен думает, что его сестра у нас, — задумчиво шепчу я.

— Это не так уж невозможно, — говорит Данте.

— Что ты имеешь в виду? — интересуется Ронан.

— Ну, ее цель — держаться подальше от брата. И где бы он меньше всего стал ее искать, потому что это было бы глупо?

— У своих врагов, — отвечает Призрак. — Слишком велик риск, что мы ее узнаем и прикончим.

Данте кивает.

— Точно. Девушка довольно умна. Она бы никогда не поступила в академию под настоящим именем и уж точно не появилась бы не изменив свою внешность.

— Она здесь, — заключаю я. — Лучиана Пандора учится в Шэдоуфолл и играет с нами.

— Сука, — шипит Призрак.

Спустя несколько минут напряженного разговора мы с Данте обмениваемся всеми имеющимися сведениями. Наконец, мы переходим к обсуждению тем, которые предстоит затронуть завтра на встрече с Жнецами.

— Мне пойти с вами? — спрашивает Данте.

— Нет, ты остаешься здесь. Твоей информации должно быть достаточно.

— У вас есть оружие?

— Я займусь этим вопросом, — заявляет Призрак. — Но что я не могу понять во всей этой истории, так это почему ты нам помогаешь? Зачем тебе становиться частью Темных рыцарей?

— Мне тоже интересно, — признается Ронан.

— Твоя жена тебя наскучила, и ты ищешь развлечений с нашими Леди?

Данте смеется.

— Нет, мне просто нужен адреналин.

По его тону слышно, что он настроен серьезно. И все же в его ответе есть что-то загадочное.

Я подхожу к нему и протягиваю руку.

— Не переживай. У нас ни дня не проходит без приключений, ты сможешь получить свою дозу адреналина.

Он пожимает руку.

— На это я и надеюсь.

Я крепко тяну его к себе, чтобы угрожающе прошептать ему на ухо: — Если ты связан с ними, я прикончу не только тебя, но и всех, кто тебе дорог.

Этот тип ухмыляется, и я отпускаю его руку.

Итак, решено.

Данте должен доказать свою преданность, и если мы победим в этой войне — он станет одним из нас.

Хруст напоминает мне звук ломающихся костей.

В тишине мы позволяем напряженной атмосфере повиснуть в воздухе. В глубине Сумеречного леса раскинулась территория Уикед-Райд. Сейчас мы стоим на нашем личном поле битвы. На нашей территории, которую осквернили Жнецы.

— Вы их видите? — спрашиваю я Призрака и Ронана, которые занимают позиции позади меня.

— Там, — шепчет последний. Тут же мой взгляд падает на колесо обозрения. Три фигуры, окутанные тьмой, стоят перед ним и глядят в нашу сторону.

Это, должно быть, они.

Жнецы.

— Вы готовы? Оружие заряжено? — уже второй раз спрашивает нас Призрак.

— Да, — отвечаю я.

— Лучше не заставлять их слишком долго ждать, — с этими словами Ронан хлопает меня по правой плечу. Мы вместе выдвигаемся вперед. Чем ближе мы подходим, тем лучше я различаю трех мужчин в свете фонарей на площади.

Первый, кто бросается в глаза — парень посередине. Это Ривен. Я где угодно узнаю его светлые, сальные волосы, потому что они вызывают у меня отвращение. Справа от него — Каин, небрежно скрестивший руки на груди. Его темные волосы придают ему угрожающий вид. Слева стоит Скотт, чья прическа идеально сочетается с типажом Ривена. Как и Каин, он подчиняется своему лидеру по первому слову. Ведь Пандоре достаточно одного взгляда, чтобы они встали на задние лапы.

Мы останавливаемся перед ними. Атмосфера накалена до предела, но мои люди меня поддерживают. Если начнется перестрелка, они оба отдадут жизни ради нашей победы.

Сегодня не тот день, когда падут Темные рыцари.

— Эйс.

— Ривен.

— Как я вижу, вас трое. — Он презрительно осматривает нас, затем снова переводит взгляд на меня. — И моей сестры у вас нет.

— Потому что она и не была у нас, придурок, — выплевывает Призрак.

— Ах, правда?!

— Какой смысл нам тебе врать? Ты правда думаешь, что мы затеяли бы войну ради забавы? — спрашивает Ронан.

Ривен пожимает плечами.

— А почему бы и нет? Я уже много чего воплощал в жизнь просто ради забавы. — На его лице появляется мерзкая ухмылка.

— Например, продавал собственную сестру за бесценок? — шиплю я.

Он угрожающе делает шаг вперед.

— Осторожнее, Шэдоуфолл!

Я смеюсь. Будто меня можно напугать такой ерундой.

Почему он чувствует себя настолько крутым?

Что-то в этой ситуации мне категорически не нравится. У меня возникает дурное предчувствие, что я упускаю что-то из виду.

— У нас. Нет. Твоей. Сестры, — рычу я, настаивая на своем.

Кивком он подзывает Каина. Призрак тут же хватается за оружие. Каин поднимает руки в защитном жесте.

— Можно мне кое-что показать твоему боссу, не получив при этом пулю в лоб?

Я пожимаю плечами, давая Призраку знак, что все в порядке. Тот убирает пистолет.

— Блядь, опусти свои гребаные руки, Каин, — рычит Ривен. — Покажи ему фото и вернись на свое место.

Каин нерешительно подходит ко мне. Когда он оказывается рядом, он протягивает свой телефон. Я замечаю легкую дрожь.

Сначала не понимаю, что вижу.

Это фотография.

На ней я и Октавия.

Она стоит у лимузина, на котором я забирал ее к своим родителям.

— И что это? — резко спрашиваю я. У меня нет ни времени, ни терпения на эти психологические игры.

— Отойди, — приказывает Ривен Каину, который послушно отступает.

— Может, она и перекрасила свои гребаные светлые волосы, и носит эти нелепые платья, но на фото — моя младшая сестра. Лучиана Пандора.

Октавия — Лучиана Пандора?

Невозможно.

Это означало бы... Что она все это время лгала мне. Все между нами было фальшивым.

Я до боли сжимаю кулаки, и мой взгляд устремляется в пустоту. Все это время она находилась прямо перед моими глазами. Ей известны все подробности. Я открыл ей душу. Сразу после того, как мы уладили дела с Данте, я поведал ей абсолютно все.

— Эйс? — голос Ронана возвращает меня в реальность. Я смотрю на друга и вижу в его взгляде беспокойство. Для него и Призрака это тоже стало сюрпризом, однако для меня это нечто большее.

И я ненавижу то, как мне больно.

— Надеюсь ради твоего же блага, что ты не трахал Лучиану, потому что это сильно снизит ее ценность для моих клиентов, — Ривен самодовольно усмехается. Он точно знает, что эта ситуация задевает меня сильнее, чем следовало бы.

Он облизывает губы.

— Мы все любим девственные киски, не так ли?

— Захлопни свою гребаную пасть, — шиплю сквозь стиснутые зубы.

— Не оскорбляй нашего босса, ублюдок! — выплевывает Каин, и Призрак тут же делает шаг вперед.

— Остынь. Или я разнесу твою башку ко всем чертям!

— Может, лучше всем успокоиться и...

Ривен прерывает Скотта предупреждающим взглядом. Затем обращается ко мне.

— Через неделю снова встречаемся здесь, и вы отдадите мне мою сестру. Ясно? Больше времени я не дам.

— Эйс, ты не хочешь...

— Мы приведем твою сестру. Даю слово, — перебиваю я Ронана и поворачиваюсь.

— Возможно, мы еще станем друзьями, Шэдоуфолл! — кричит Ривен мне вслед, но я не реагирую.

Я могу думать только о ней.

И о том, как эта маленькая сучка все это время меня обманывала.

Сзади слышу быстрые шаги, и чья-то рука ложится мне на плечо.

— Тебе нужно успокоиться, Эйс, прежде чем ты...

Ронан тут же замолкает под моим серьезным взглядом.

— Не переживай, я не причиню себе вреда. — Я поворачиваюсь к Призраку, стоящему справа. — Но мы причиним боль ей.

Призрак хмурится.

— Ты в этом уверен?

— С каких пор ты упускаешь возможность устроить кровавую баню?

Ронан становится передо мной, заставляя посмотреть на него.

— Эйс, это не ты сейчас говоришь.

— Это именно я. — Мои руки дрожат.

— Нет, это говорит главарь Темных рыцарей, — тихо объясняет Призрак.

Он прав.

Пришло время вернуть утраченный контроль. Ведь Октавия завладела им, стоило мне довериться ей. Подобная ошибка больше не повторится.

— Мы найдем ее. Сейчас же. И покончим с этим.