Измена. Ты выбрал не меня

Глава 36

Каких только людей не встретишь на работе. Ну ведь попадутся же такие экземпляры, что хочется взять и пощечин надавать. Какие роды в воду дома скажите? Когда анализы ужасные! Когда питание будущей матери фиг знает какое!

Что происходит???

Понасмотрятся блогеров, застрелиться охота. То плаценты в блендеры суют, то «сами знают, как рожать патаму шта у меняяя уже троеее, а вы только здесь людей гробитеее. Откуда такое свалилось, люди? Почему вдруг авторитетами для некоторых стали полусумасшедшие девы, вещающие с экранов телефона в соцсетях. Кого слушать, м? У них даже образования нет. Медицинского! Ей-богу, привлекала бы к суду таких вещателей. Эх!

Час потратила на уговоры. Объясняла, просила, приводила тысячу доводов и что? Почти переубедила пока муж-придурок не пришел и не устроил скандал всем и каждому. Не доверяет он, видите ли, медицине. Начитался всякой фигни на форумах, решил, что тоже доктор. И ведь слушает его дурында. Сволочь, да таких идиотов к женщинам ни на шаг нельзя подпускать.

Ладно, что-нибудь придумаем с медсестрой. Телефон в карте есть.

Господи, слава небесам хороших адекватных мамулек больше. Чудо-девочки, светлые, счастливые. Прислушиваются, понимают, как им рекомендуется во благо. И все у них ровненько, гладенько. Традиционные они, вот в чем секрет и сила. Думают о ребенке в первую очередь и о своем здоровье. Умнички мои золотые. Благодаря таким малышкам лечу на работу, будто на крыльях.

Ладно. Не зря же в мире существует равновесие. У меня в профсфере также. Вот и весь секрет.

Едва разобрав пакет и разложив продукты, валюсь в удобное кресло. Вот правда, я в консультации устаю больше. В хирургии проще все. Там особо разговаривать некогда. Все экстренно, логично и быстро. Здесь же … Одни закидоны! Опять понесло. Все! Села и успокоилась. Завтра приду и покажу этому … в воду!

Все. Все! Дышу. Ды-ыш-у-у!

Что там?

Господи, я опять забыла запереть дверь.

Вскакиваю и несусь в прихожую. Сердце колотится, сейчас выпрыгнет и покатится по полу. У вешалки стоит Стас. Смотрит в одну точку, даже не сразу реагирует на меня.

Что с ним? Я давно не видела его в расхристанном виде. Точнее, он вроде в порядке, но все равно небрежно и помято выглядит. Нет, меня это не отталкивает. Наоборот, острая грусть вспарывает грудь. Чтобы она ненароком не вылетела наружу, прикладываю ладонь и сгребаю одежду, будто удержать хочу.

Ловлю фокус внимания, тихо выдыхаю.

— Напугал!

— Лен, — уставший Демидов стаскивает ботинки. — Ни в какие рамки. Что с замком?

Пальто и пиджак летят на крючки. Он даже в шкаф не повесил. Помнется же.

Рассеянно наблюдаю, поджимая пальчики на ногах. Стас расстегивает мелкие пуговицы на рубашке и закатывает рукава к локтям. Ведет себя так, будто приходит каждый день. И не то, что я против, он смотрится очень органично, просто непривычно.

— Покормишь? — так буднично произносит.

Теряюсь.

Вздрагиваю.

— Ты, наверное, не привык, — мямлю, как дурочка, стесняясь, что у меня в холодильнике совсем обычная еда. — Спагетти и куриные отбивные будешь?

— Конечно, — пожимает плечами, — почему нет.

Не знаю почему не предлагает заказать из ресторана. Дурацкие мысли плавают в клейком тумане и фиг понятно, что лезет в голову. Я как с ума сошла, Стас же не бог, чтобы только нектаром и амброзией питаться, так что сойдет что есть.

Отставить размышления, Левицкая. Иди и накорми мужика.

Молчим, пока накрываю на стол. Искоса наблюдаю и пытаюсь понять отчего он такой измученный. Даже синяки под глазами больше обычного. Взъерошенный, тщательно скрываемо колкий, будто приехал после большого скандала или свалившихся неприятностей. Не спрашиваю. Пусть сначала поест спокойно, аппетит портить вопросами не собираюсь.

— Приятного, — ставлю перед ним блюдо.

— Спасибо, Лен, — на секунду накрывает мою руку своей, а потом подносит к губам.

И я чертовски смущаюсь. Ведь все уже случилось между нами, а все равно смущаюсь.

Усаживаюсь напротив с чашкой чая. Стас даже ест заморено. Мерно и тяжело двигает челюстями. Может невкусно? Хотя какой невкусно, вон тарелка до блеска подчищена. У меня пространственные рамки сдвигаются. Когда Демидов рядом бесконечно замечаю такое.

— Все в порядке?

Кивает и устремляет глаза в стол. Думает о чем-то.

Молча сгребаю тарелку. Мою и ставлю в сушку. И все это в абсолютной тишине. Сгущаются тучи, я это чувствую.

— Лена, — не знаю как, но меня к нему перемещает внезапной силой. Пара шагов, и рядом стою. — Скажи, что будешь со мной. Скажи, что простишь, — обнимает за талию и прижимается лицом к животу. Обхватываю руками, скрещиваю ладони на затылке. — Скажи, что позволишь попробовать снова, Левицкая. Пожалуйста.

— Стас, — пытаюсь отойти, но он не дает ни на сантиметр отодвинуться, — что произошло?

Он машет головой. Отвечать не хочет или не может. Я понимаю.

Есть моменты, когда ты ничего не можешь сказать. Когда тебя заживо распиливает надвое, когда горло затыкает огромным спазмом и ты хочешь лишь одного тепла. Лишь того мгновения, чтобы перестали выпытывать, приняли такими какие есть.

— Лен, — взгляд раненого обессиленного мощного зверя дезориентирует. Да, зверь сейчас такой, но это не значит, что останется в слабом состоянии навсегда. Сейчас его нужно погладить, сейчас его нужно любить, напитать силой и мощью. — Ты все, что у меня осталось. Я выбираю тебя, Лен! Выбираю тебя! — напирает Стас, фанатично сверкая глазами. — А ты меня выберешь?

Демидов вздымается, как просыпающийся вулкан. Грудь тяжелыми мехами-спазмами расходится. Дышит с яркими искрами напополам, жаром исходит. Я подключаюсь и начинаю гореть вместе в ним.

— Я … Зачем ты сегодня спрашиваешь? Скажи, что с тобой? — беспокойно заглядываю в глаза.

— Нет, все хорошо, — хрипит Демидов, — ответь на вопрос. Почему не говоришь, м? Выберешь?

— Выберу.

— Точно? Обещаешь? — требует признания прямо в эту минуту.

— Да! — выкрикиваю, мечтая загасить пышущий огонь, но не получается.

Стас резко поднимается и хватает на руки. Обхватываю поясницу, чтобы не упасть, цепляюсь как обезьянка. Он сильнее прижимает, бегло зацеловывает лицо, отыскивает ухо и угрожающе рычит.

— Ты обещала, Левицкая!