Капкан Бешеного

Глава 6 «ИНВЕСТОР»

— Да, до настоящей цивилизации тут ещё не доросли.

Таковы были первые слова, произнесённые Аркадием Сергеевичем Рассказовым по приезде в Ялту...

Стоя на площадке перед бетонной коробкой автовокзала, Рассказов придирчиво всматривался в городской пейзаж некогда знаменитого курорта не только Крыма, но и всего Советского Союза...

Ярко раскрашенные киоски с завалявшимся ширпотребом, лаковые листья пальм, воскрешающие в памяти провинциальные рестораны, где такие же пальмы обычно стоят в деревянных кадках; тёмная, запылённая, уставшая за лето зелень — всё это донельзя угнетало, хотя и явно будило в нём давние ностальгические воспоминания...

Но неприятней всего в настоящее время поражали лица людей: они были какие-то мрачные и совсем неулыбчивые...

Хотя и можно было понять местное население: сезон давно закончился, и отдыхающих, на доходы от которых они и жили всю зимы, почти не было...

Но всё так, же чадно дымились мангалы, всё так, же колдовали над ними одетые в грязно–белые халаты шашлычники. И как в разгар сезона гремели модными шлягерами колонки, подвешенные к фасадам киосков...

А нетерпеливые таксисты, стоявшие у давно немытых машин, выискивали взглядами немногочисленных гостей, приехавших из Симферополя...

Такую картину можно было бы наблюдать в каком-нибудь захолустном латиноамериканском или южно-итальянском городке: неубранный мусор, чумазые детишки, проржавевшие такси у обочины, дешёвые проститутки и столь же недорогие полицейские...

О курортном статусе города напоминало только лишь море, блестевшее за крышами дальних домов...

— Далеко им ещё до настоящей цивилизации, — повторил: Аркадий Сергеевич и, обернувшись к Красавчику-Стиву, произнёс печальным голосом: — Как изменился город, как изменился! С тех пор, как я был тут последний раз...

— Признаться, я тоже рассчитывал на лучшее, — откликнулся тот, в интонации стройного красавца-порученца явственно прочитывалось: мол, неужели нельзя было выбрать какое-нибудь другое место? — Дикость!.. Настоящая: Азия...

— Ну, не совсем, не совсем, — перебил Рассказов: ему столь уничижительная оценка его прошлого почему-то стала неприятной. — Вспомни Исламабад...

А к приезжим уже шагал упитанный таксист: его намётанный взгляд водилы-шабашника мгновенно выхватил из толпы настоящих « фирмачей».

— Куда поедем? — угодливо изогнув спину, поинтересовался водила и для убедительности повторил тот же вопрос на ломаном английском.

— В гостиницу! В самую, лучшую! — ответил Аркадий: Сергеевич по-русски и, морща лоб, продолжил: — По-моему, лет двадцать назад лучшей гостиницей в Ялте считалась: «Ореанда». Или за это время тут появилось что-нибудь ещё?

— Да что тут может появиться! — отмахнулся авто-извозчик, он был явно разочарован тем, что приезжие оказались не иностранцами. — Тут давно уже только разрушают, а не строят. Хотя есть ещё и отель «Ялта», та подороже будет...

— Нет, двигаем в «Ореанду»! — твёрдо бросил Рассказов, словно таксист его уговаривал...

Спустя полчаса Рассказов и Красавчик-Стив распаковывали вещи. Аркадий Сергеевич снял себе лучший номер — двухкомнатный люкс с видом на морскую набережную...

Номер этот своей добротной старомодностью воскрешал в памяти старые кинематографические декорации...

Красавчик-Стив поселился в соседнем номере, чтобы в любой момент быть у шефа под рукой.

— Ну что, Стив, сегодня никаких дел, отдыхаем, а вечером заходи ко мне... Поговорим, прикинем, что к чему, — утирая платком вспотевший лоб, предложил Рассказов. — Иди, погуляй, посмотри на Ялту, на жителей, на девочек... А вечерком расскажешь о своих первых впечатлениях...

Набережная засыпала, из полуоткрытых окон ещё доносились дурашливые всплески смеха, обрывки музыки, пьяные крики мужчин и женщин...

Ещё совсем недавно у ярко освещённого гостиничного подъезда то и дело сигналили машины, а теперь, далеко за полночь, даже самые стойкие гуляки разъезжались по домам...

Но беседа в номере люкс «Ореанды» была в самом разгаре!..

Говорил, как ни странно, всё больше Красавчик-Стив, а Рассказов, выслушивая первые впечатления своего помощника, лишь мягко улыбался...

Ялта донельзя поразила Стива. Блюда, подаваемые в ресторанчиках на набережной, американец нашёл несъедобны-ми, которые даже « собакам нельзя предлагать», количество спиртного, потребляемого местным населением, — невообразимым, а расценки на местных проституток — нереально низкими.

— Нет, шеф, вы даже не представляете! — захлебывался он. — Гуляю по городу и случайно цепляю на набережной двух молоденьких девчонок... Точней сказать, это они меня зацепили: поняли, что я иностранец... И такие они молоденькие, не старше четырнадцати лет, представляешь?.. Я им и предложил покувыркаться.

— С двумя сразу? — перебил Аркадий Сергеевич, и глаза его подёрнулись масляной поволокой.

— Да, да, именно с двумя! И, конечно же, одновременно, — подтвердил Стив.

— И во сколько же тебе обошлось столь изысканное удовольствие?

— Вы не поверите: одной я купил в местном маркете, именуемом почему-то «коммерческим киоском», набор дешевой косметики, а другая едва не умерла от счастья, когда я дал ей десять долларов! Но какой минет, она исполнила мне за эти гроши! Высший класс!.. А ведь совсем маленькая, наверняка ещё недавно мамину сиську сосала!

— Так, едва оторвавшись от сиськи, она сразу же нашла ей достойную замену и теперь сосёт нечто другое, — с циничной усмешкой поддерживал тему Рассказов.

— Нет, это удивительно! Всего десять долларов! За такие деньги где-нибудь в Майами или в Ницце можно переспать лишь с помойной кошкой, и то при условии, что у неё нет родословной... А ведь свеженькие, совершенно не затраханные и такие непосредственные! Вот если бы организовать импорт местных девиц в Западную Европу или в Америку!..

— Хорошая мысль, — хмыкнул Рассказов, — но отложим её на потом.

Лицо Аркадия Сергеевича в одночасье сделалось суровым, и порученец понял: предстоит куда более серьёзный разговор.

Он не ошибся:

— Я вот о чём подумал, — медленно проговорил Рассказов. — Сюда, в Крым, мы прибыли надолго. Даже не знаю, насколько именно... Может, на месяц, но может быть, и на год... Иностранцев тут практически нет. Естественно, мы у всех на виду. И потому нам следует легализоваться...

— В смысле? — не понял Стив. — Ведь у нас безукоризненные американские паспорта, за нами не числится ничего противозаконного...

— Не в этом дело, — перебил Рассказов. — Ты забываешь, что это Украина! Здесь к иностранцам относятся не так, как в Америке... Нам следует придумать для местных властей какой-нибудь убедительный мотив нашего тут пребывания в Крыму... Войти в контакт с полезными людьми, если получится, подкупить всех, кого только возможно: как говорится, и оптом, и в розницу!.. А купить тут, в Крыму, мне кажется, можно всех и каждого. Правда, не за десять долларов, может быть, придётся чуть увеличить сумму... на несколько нулей...

— У вас уже есть какие-то предложения?

Рассказов пружинисто поднялся, подошёл к бару, достал бутылку водки и две стопочки, плеснул спиртного себе и Стиву.

— Ну, за приезд! — Стопочки сошлись с мелодичным звоном: выпив залпом, Аркадий Сергеевич продолжил логические построения: — По документам мы — американские граждане... Тут, на Украине, как и в России, к Америке и американцам отношение однозначное: бизнесмены, финансовые доноры, готовые инвестировать любые бредовые проекты местных властей... Вот я и подумал: почему бы мне не взять на себя такую роль?

— Инвестора? — изумился Стив.

— Вот именно. Конечно, в этой роли есть один крупный минус: у меня сразу же начнут клянчить деньги. И притом все, начиная от официанта в ресторане и кончая самим Мэром города. Но плюсов гораздо больше, особенно если я буду понемногу подкармливать всю эту голодную свору...

Подойдя к окну, Аркадий Сергеевич с треском отдёрнул тяжёлую вишневую штору...

Взору Стива предстала уходящая в перспективу набережная, освещенная ровными рядами электрических фонарей, далёкие огоньки на море, маяк, мигающий кроваво–красным. Поздней ночью запущенность набережной не так бросалась в глаза, как при свете дня...

— Когда-то это было идеальное место для отдыха. Мечта любого советского обывателя!.. Синее море, зелёные горы, фрукты, лечебный климат, разные удовольствия... Сказка, а не отдых!.. А теперь сам видишь: киоски, торгующие презервативами да просроченными шоколадками... Как говорится, секонд-хенд, мусор, грязь, вонь, убожество... Короче говоря: мерзость запустения... Если подойти к вопросу с умом, из Ялты действительно можно было бы сделать вторую Ниццу!.. Итак, решено. — Рассказов тяжело опустился в кресло. — Завтра связываюсь с местными властями, поговорю, посмотрю, что к чему... В таком городе куда выгодней выглядеть богатым буржуем, чем простым туристом. Может, скажешь, что я не прав?..

— Вам виднее, вы Хозяин, — не очень уверенно отозвался: Красавчик-Стив.

— Вот именно! — не обращая внимания на его тон, заключил Рассказов...

Встреча с ялтинскими властями превзошла самые смелые ожидания Аркадия Сергеевича. Узнав, что к ним прибыл богатый американский бизнесмен, отцы города немного растерялись...

Но когда «инвестор» деловито объяснил причину визита, растерянность сменилась настоящей эйфорией!..

История Ялты ещё не знала ничего подобного: чтобы заокеанский бизнесмен сам предлагал городу деньги?.. Да ещё с готовностью вложить капиталы в любые долговременные проекты, могущие, естественно, принести прибыль не только ему, как инвестору, но и самому городу...

Городской Глава Ялты, бывший носильщик чемоданов в порту, по слухам, поставленный на эту высокую должность с подачи днепропетровских бандитов, подобострастно заглядывал «инвестору» в глаза...

Лебезил по всякому, не зная, с чего и как начать переговоры... то подвигал ближе к нему пепельницу, то лез в бар за спиртным, то задвигал шторы, чтобы резкий солнечный свет не бил дорогому гостю в глаза...

Будь Рассказов активным гомосексуалистом и предложи собеседнику отдаться прямо тут, на рабочем столе кабинета, бывший носильщик наверняка согласился бы, не, задумываясь ни одной минуты...

Аркадий Сергеевич держал себя с достоинством и в беседе был корректен, сух и учтив...

Да, он действительно человек не бедный и располагает необходимыми средствами, чтобы вернуть этому замечательному городу былую славу, которая принесёт ему как курорту мировую известность....

Скорее всего, бывший носильщик не читал про «великого комбинатора», обещавшего обеспечить славу незабвенным: Нью-Васюкам.../: Но им движет не только коммерческий интерес, но и искренняя любовь к былой родине: ведь у американского «бизнесмена Морозоффа» (именно под таким именем прибыл: Рассказов в Крым) русские корни... Да, он, конечно же, понимает, в каком ужасном состоянии пребывает некогда знаменитый курорт и всесоюзная здравница... И он уже знает, как превратить этот заштатный городок в настоящую «новую: Ниццу»...

А чтобы не быть голословным, «мистер Морозофф» сразу же выписал чек на пятьдесят тысяч долларов: мол, для сытой и зажравшейся Америки эта сумма совершенно смехотворна, но голодной и нищей Ялте она может быть очень полезна.

— Увы, я слишком хорошо знаю ваши порядки, чтобы верить здесь честному слову, — продолжал «инвестор» с улыбкой скрытого превосходства. — Я отлично понимаю, что эти деньги могут быть разворованы, распылены, потрачены не по назначению. Переведите эту сумму в городской бюджет, но непременно предоставьте мне, подробный отчёт об их использовании.

Городской голова печально вздохнул, вытирая о колени вспотевшие руки: последнее замечание богатого гостя ему явно пришлось совсем не по душе.

— Конечно, мистер Морозофф, само собой, — ответил он и тут же решил сменить неприятную для него тему: —: Вы к нам надолго?

Ответ прозвучал более чем обтекаемо:

— Сначала я хотел бы осмотреться, а уж потом решить, с чего будем начинать возрождение вашей Ялты...

В течение последующей недели Рассказов завёл дружбу с милицейским начальством Крыма (генерал МВД Украины специально прибыл на встречу с американцем из Симферополя), с ответственными чинами городской прокуратуры и даже с функционерами местной Службы Безопасности Украины — так теперь называется на Украине преемник прежнего КГБ...

Из каждого нового знакомства Аркадий Сергеевич извлёк максимум пользы для себя, тем более что дружба в Ялте редко бывает бескорыстной...

Городские власти выделили богатому заморскому гостю бывшую номенклатурную дачу в пределах Большой Ялты, а номер люкс в престижной «Ореанде» по-прежнему оставался за « мистером Морозоффым»...

Функционеры спецслужб предложили личную охрану.

Однако бывший генерал КГБ категорически отказался от украинских эсбэушных секьюрити, заявив, что он честный человек и что ему нечего бояться...

Милицейский генерал любезно выделил инвестору личный транспорт — чёрный старомодный «ЗИЛ» — «членовоз», на котором в советское время вроде бы возили по Крыму только членов Политбюро, приезжавших на отдых из самой: Москвы...

Но больше всех удружила прокуратура!..

Уже на следующий день Аркадий Сергеевич получил в личное распоряжение несколько компьютерных CD–дисков с базами данных на все без исключения организованные преступные группировки, как Украины, так и России...

Информация, как известно, — основа стратегии!.. Чем больше известно об объекте, тем выше шансы на успех...

И потому следующие три дня Рассказов, предоставив Красавчику-Стиву полную свободу действий, просидел за компьютером, изучая данные предоставленные украинской прокуратурой...

Среди коричневых и красных черепичных крыш, среди узеньких, петлявших между каменными оградами и глухими стенами улиц, благоухавших осенними ароматами, в зыбкой ясности рассвета открывалась панорама Ялты...

Яблони бывших татарских садов, свесив печальные ветви, на которых давно уже не осталось ни единого яблочка, понемногу роняли на землю желтеющую и краснеющую листву; под высокими шелковичными деревьями было черным-черно: перезрелые ягоды, осыпаясь, оставляли на старом, растрескавшемся асфальте бесформенные чёрно–синие пятна...

В то раннее утро Аркадию Сергеевичу Рассказову было не до броских красот крымской осени — его занимали дела много важнее...

Вот уже четвёртую ночь он проводил перед компьютерным монитором и только теперь мог с уверенностью сказать, что владеет всей полнотой информации.

Вот что сообщалось в базе данных:

«Так называемое сабуровское преступное сообщество принципиально отличается от большинства других криминальных группировок Москвы и Московской области.

Сабуровские появились на криминальной карте России в конце 1996 года и за короткое время превратились в самую влиятельную силу не только в Москве, но и во всей Российской Федерации. Эту криминальную группировку отличает строгая дисциплина: каждое подразделение занимается собственным участком работы.

В сфере интересов — трастовые и фьючерские компании, страховое и банковское дело, продажа редкоземельных и драгоценных металлов, подпольное производство поддельного спиртного и табачных изделий.

Костяк ОПГ составляют бывшие спортсмены и уволенные в запас военнослужащие элитных частей.

Группировка насчитывает более шестисот хорошо вооружённых и подготовленных бандитов и считается самой крупной в столичном регионе.

По непроверенной информации, единого лидера в стане сабуровских нет. Оперативные источники называют три основные фигуры: Михаила Хрунева, по прозвищу: Михась, Василия Фалалеева, по прозвищу Кактус и Николая Артемьева, по прозвищу Шмаль.

За всё время существования сабуровской организованной преступной группировки она ни разу не подвергалась серьёзному давлению со стороны правоохранительных органов...

По оперативным данным, лидеры криминальной группировки имеют доступ к самой секретной информации: РУОП и МУР.

Тщательное изучение милицейских первоисточников полностью подтвердило догадку Рассказова и о причинах возникновения сабуровской организованной преступной группировки и о причинах её удивительной непотопляемости. Несомненно, сабуровскую группировку сознательно лелеяли, оберегали от неприятностей, в отличие от остальных бандитских структур, с которыми, как правило, не церемонились. Конечная цель про-считывалась однозначно: руками сабуровских ликвидировать конкурирующие бригады, а затем безжалостно уничтожить и её саму...»

Оставалось немногое — ознакомиться с досье на лидеров, чтобы выбрать, на кого из них можно поставить. Как ни странно, но в базе данных полностью отсутствовала информация на Хрунева, по прозвищу Михась, а ведь этот человек назывался в числе самых авторитетных в группировке! Зато о других сообщалось с лихвой...

Больше всех Аркадия Сергеевича заинтересовал уголовник с ботанической кличкой Кактус.

Закурив, Рассказов несколько раз щёлкнул мышкой, вызывая нужный файл. Он немного волновался: выбор будущего компаньона был ключевым моментом. Ошибиться было никак нельзя, и он перед монитором вновь и вновь вчитывался в компьютерное досье...

В этот момент Рассказов напоминал самому себе игрока на скачках: все лошадки неизвестные, тёмные, и чтобы поставить на выигрышную кобылу, нужен не только опыт, но и природная интуиция. Но теперь Аркадий Сергеевич знал, чувствовал, верил — он не ошибается...

Судя по всему, этот Кактус и был той самой « тёмной» лошадкой, на которую следовало поставить. Хотя это ощущение Рассказов не мог объяснить даже самому себе...

Тихо, почти неслышно щелкала мышка, по монитору плыли скупые строчки компьютерного досье, сканированные копии документов; синеватый свет экрана причудливыми пятнами ложился на лицо читавшего.

«Фалалеев Василий Александрович, 1970 года рождения.

Образование среднее специальное — профессионально-техническое училище № 647 Москвы.

Холост.

Фалалеев В. А. родился в Москве. После окончания профтехучилища работал каменщиком в СМУ-132, бетонщиком и бульдозеристом в объединении «Мосдорстроя».

В 1988 был призван на срочную службу в армию, службу проходил в железнодорожных войсках в Волго-граде.

В 1993 осуждён за мошенничество на три года лишения свободы, срок заключения отбывал в ИТУ 43/07 общего режима в Красноярском крае.

После освобождения вернулся в Москву. Является одним из организаторов и лидеров так называемой сабуровской организованной преступной группировки.

Общеобразовательный уровень крайне невысок.

Характер жестокий, склонен к лидерству.

Взаимоотношения с окружающими направлены на получение примитивных чувственных удовольствий.

Не всегда осознает поведенческие мотивы других людей, поскольку он ориентирован исключительно на себя.

Стиль действий характеризуется быстротой и энергичностью.

Приоритеты: достижение независимости и признания, упрочнение собственного положения.

«Крайне самолюбив»...

Тут же помещалась фотография Кактуса, анфас и в профиль, видимо, взятая из следственного дела.

Рассказов внимательно всмотрелся в прищуренное злое мясистое лицо — не надо было быть большим специалистом в физиогномистике, чтобы понять: досье давало исчерпывающую характеристику этому Фалалееву, по кличке Кактус...

«Странно, как такой недалёкий и примитивный человек мог выбиться в лидеры самой влиятельной преступной группировки России? » — мелькнуло в голове Рассказова.

Впрочем, Аркадия Сергеевича это не интересовало...

Поднявшись, он подошёл к окну, отдёрнул штору — в комнату хлынул яркий солнечный свет. Рассказов сощурился, потёр ладонью лоб. Он чувствовал себя предельно уставшим, но усталость была приятной...

Да, теперь Аркадий Сергеевич твёрдо знал, на кого ставить: на Кактуса, Василия Александровича Фалалеева.

— Крайне самолюбив, — удовлетворённо прошептал Рассказов. — Склонен к лидерству.... Ну что ж, надо попробовать.

Посмотрим, насколько ты самолюбив, дружище Кактус...

Огромный представительский «ЗИЛ» — «членовоз», с трудом вписываясь в повороты, катил по пыльной ялтинской улице Кирова. Внизу шумела набережная, светилась иллюминация аттракционов, во всю гремела музыка...

Там, у синего, то бишь, Чёрного моря праздник жизни никогда не кончался. Над улицей Кирова проплывали разноцветные кабинки фуникулера с редкими пассажирами, и всё это создавало впечатление чего-то ненастоящего, декоративного...

«Членовозом» управлял Красавчик-Стив, а Аркадий Сергеевич, сидевший рядом, от нечего делать рассматривал прохожих.

— Ну, что у вас, шеф? — не оборачиваясь, поинтересовался его верный помощник.

— Вроде бы нашёл, что искал, — кивнул Рассказов. —: Типичный уголовник с именем легендарного Чапаева — Вася... Отзывается на кличку Кактус. Примитивен, но самолюбив, жаден и жесток. Метит в лидеры. Скорее всего, более умные и опытные компаньоны не дают ему развернуться. Короче, то, что нам и надо...

— Как нам на него выйти?

— Поедешь в Москву от моего имени. В смысле — от имени «мистера Морозоффа», — сказан Аркадий Сергеевич и улыбнулся так, словно бы вспомнил о чём-то приятном.

— Когда?

— Думаю, на следующей неделе...

Бросив рассеянный взгляд на стоянку такси, Рассказов едва не вскрикнул от удивления...

Рядом с обшарпанной «Волгой» стоял человек, показавшийся ему знакомым. Спортивная фигура, коротко стриженные светлые волосы, характерный поворот головы...

— Рекс! — вскрикнул Аркадий Сергеевич, и так внезапно, что Красавчик-Стив сразу же нажал на тормоз.

— Где? Кто? — не понял он.

— Давай, быстро, разворачивайся — и туда! — Рассказов кивнул в сторону стоянки.

Выполнить это приказание было не так-то легко: огромный «ЗИЛ» быстро развернуть не удалось, и за это время мужчина, в котором Аркадий Сергеевич вроде узнал своего заклятого врага, спокойно сел в машину, а та, свернув в ближайший переулок, мгновенно скрылась из виду...

Не в силах совладать с волнением, Рассказов вышел из машины.

— Неужели Савелий? — прошептал Аркадий Сергеевич, силясь воскресить в памяти мелькнувшее лицо. — Но что ему делать тут, в Ялте?

— Вы не могли обознаться? — учтиво поинтересовался: Красавчик-Стив. — Работаете много, не отдыхаете. Откуда тут ему взяться?

— В самом деле, — засомневался Рассказов. — Савелий: Говорков — тут?.. И как раз в то же самое время, что и я? Это было бы слишком неправдоподобно, более того, совершенно абсурдно: наверное, мне просто показалось...

Красавчик-Стив прекрасно знал все интонации шефа и понял: последняя фраза прозвучала лишь для самоуспокоения.

Он понял также, что Рассказов действительно напуган этим происшествием. Интересно было бы повидать этого Рекса, о котором ему пришлось столько слышать...