Клинков 6. Последний хаосит

Глава 13

Я опустился на одно колено перед Сердцем рода, и камень отозвался слабым гулом. Хаос внутри меня откликался на эманации артефакта.

Когда-то, много лет назад, я создал сердце рода именно для того, чтобы магия не угасала, а наоборот, служила источником силы рода и подпиткой для защиты этих стен. Чтобы даже после моей смерти род дышал хаосом.

Но солнечники всё извратили. Они попытались выжечь всё, что связано с хаосом, но Сердце рода так и не нашли. И оно просто спало, поглощая магию из древнего источника, и ждало хозяина. И теперь оно дождалось.

Я провёл рукой по воздуху, не касаясь камня. Вокруг принялись медленно вспыхивать стихийные знаки. Сначала один, затем второй. Я соединял их, выводя тонкие линии хаосом. Они складывались в руны, а руны превратились в схему. Я рисовал её неосознанно, как будто в полудрёме. Руны просто возникали сами собой, как будто я вспоминал старую песню.

Воздух вокруг загудел и наполнился тихим, почти мелодичным звуком, похожим на дыхание.

— Макс, — раздался слегка взволнованный голос Ромы. — Здесь повышается магический фон.

— Верно, — согласился я и поднялся на ноги. — Вам нужно будет прикрыть меня. Совсем скоро монстры, скопившиеся на поверхности, полезут по тоннелю, через который мы пришли, как мотыльки на свет.

— Сделаем, командир, — уверенно произнёс Аскольд. Я услышал, как он хлопнул Рому по плечу. — Пойдём, у нас с тобой будет работёнка.

Я выставил ладони перед собой. По пальцам сразу прошла дрожь. Я прикрыл глаза и попытался почувствовать сердце. По коже пробежали мурашки, а на моих губах скользнула улыбка.

Даже в темноте я видел руны. Они больше не были обычными символами, а стали линиями силы, вплетающимися в реальность. Пространство вокруг дрогнуло, камни посыпались с потолка, глухо ударяясь о пол.

Я толкнул первую волну хаоса к Сердцу рода, и гул вокруг усилился. Для успешного ритуала мне нужно было заставить сердце биться.

Я запустил ещё одну волну хаоса и почувствовал, как на меня обрушилось давление. Кости затрещали, а по телу прошла волна боли. Но я не остановился. Я в третий раз зачерпнул силы изнутри и мощно толкнул её внутрь артефакта. Руны вспыхнули ещё сильнее, и на один короткий миг вокруг наступила тяжёлая и непроницаемая тишина.

И в этой тишине я отчётливо услышал…

Тук-тук.

Один короткий удар.

Тук-тук.

А за ним и второй. Сердце рода Клинковых забилось. С каждым ударом от него расходились волны хаоса. Они проходили через камень, стены и меня самого. Я пропускал родную стихию через себя и мог чувствовать то, что было скрыто от глаз, так, как будто был одновременно не только здесь, перед Сердцем рода, но и в каждом закутке моего родного поместья.

Я видел, как Рома воздвигает многослойный Воздушный барьер в туннеле, через который мы пришли. Я слышал, как Аскольд крутит саблей перед собой, разрезая воздух. Я чувствовал, как монстры с поверхности обращают свой взор сюда, в самые глубины особняка Клинковых.

Я открыл глаза и поднял голову. Сердце не только билось, но и светилось всё ярче и ярче. Волны магии начали подниматься по полу, подсвечивать руны и медленно подступать ко мне. Мне нужно было лишь протянуть руку. И я сделал это. Я впустил хаос.

Мир на один миг померк. В голове громко бил пульс, сливающийся с биением Сердца рода.

С поверхности раздался грохот, как будто кто-то ударил тараном по камню. За ним последовал первый вой. Он был хриплым и с надрывом разносился по пустым коридорам и тоннелям.

Призрачные псы, что преследовали нас в аномальной зоне, не желали оставлять нас в покое. Они шли сюда, на зов сердца.

— Дерьмо! — громко выкрикнул Рома. — Они близко!

Аскольд перестал играться с саблей. Клинок вспыхнул чёрным светом, готовый выжечь любого противника.

— Я буду держать вход на себе, — бросил он Роме. — Не дай монстрам прорваться к Максу.

Я слышал их голоса даже сквозь шум магии, но ответить уже не мог. Моё сознание плыло и находилось где-то на грани между ритуалом и реальностью. Каждый вдох давался мне с усилием, а пот градом тек по телу.

— Они уже у порога, — проговорил Рома, подготавливая воздушные заклинания.

— Ну же, ублюдки! — азартно рявкнул Аскольд. — Посмотрим, кто из нас сильнее!

Я же в этот момент словно смотрел на всё происходящее со стороны, медленно, с каждым ударом сердца, борясь с хаосом.

Из тьмы на Аскольда вылетело призрачное тело пса, но тут же уткнулось в светящийся Воздушный барьер. Следом за первым псом в купол врезался второй. Воздух наполнился визгом, хрустом и треском магии.

— Долго не выдержит! — крикнул Рома. — Давление плотное!

Рома смотрел на то, как хаос, собиравшийся вокруг меня, вытягивал магическую силу из его барьеров. Чем дольше они стояли, тем слабее становились.

— Тогда открывай! — рявкнул Аскольд. — Пусть идут!

Рома взмахнул рукой, и барьер взорвался. Воздушные осколки посекли длинные призрачные тени и заставили монстров взвыть новым воплем. Аскольд шагнул вперёд и вытянул саблю перед собой. С клинка сорвался шар пламени. Разрыв, заложенный в саблю, выжег бросившихся вперёд псов и заставил их развеяться облаками чёрного дыма.

Но тварей это не остановило. За псами выползли новые монстры — человекоподобные, с перекошенными лицами, в доспехах, почерневших от времени, и с глазами, светившиеся зелёным. Это была остаточная магия тех, кто когда-то обитал в этих стенах, искажённая веками забвения. Они двигались молча, только скрежет металла нарушал нарастающий гул ритуала.

Рома выставил руки перед собой. Воздух перед ним взорвался серией импульсов.

Штормовой всплеск заставил возникнуть в воздухе вихри, которые в узком туннеле оказались смертельными. Десятки тел разлетелись на куски. Но магия дрожала, ускользала из-под контроля. Хаос ломал саму структуру заклинаний, а воздух отзывался рывками и сопротивлялся.

— Не слушается… — процедил Рома.

Аскольд взревел и отбил удар когтистой лапы, а следом и другой. Его клинок двигался со страшной скоростью, каждое движение оставляло за собой хаотический след.

Рома не стал отказываться от щитов и барьеров насовсем. Он ставил их так, чтобы отсечь часть монстров, разделить их и дать Аскольду возможность прикончить одну волну за другой.

Когда очередной барьер вспыхнул, перед ним возникла четырёхлапая тварь с костяным панцирем и потрескавшимся черепом, из которого сочился багровый туман. Она ползла по потолку с устрашающей скоростью.

Прыжок, и тварь оказалась в воздухе прямо над Аскольдом. Северянин не успел среагировать, и монстр приземлился перед Ромой. Камень под лапами разлетелся, и обломки врезались в Воздушный покров Ромы. Если бы не он, то маг сейчас мог лишиться пары конечностей.

Рома направил ладонь прямо перед собой. Воздушный молот ударил прямо в тварь. Сконцентрированный поток ветра отбросил её к туннелю, и огромная тварь раздавила выскочивших оттуда теней, по пути едва не придавив Аскольда.

— Осторожнее! — взвыл северянин, перекатываясь и вскакивая на ноги.

Он сразу же рубанул перед собой. Сабля вспыхнула хаосом с новой силой, и четырёхлапое чудовище вскрикнуло, когда лезвие пробило панцирь.

Следом прилетела вереница Воздушных клинков. Они отрубили монстру две лапы, заставив того ещё раз взвизгнуть. А Аскольд, недолго думая, вытянул саблю перед собой, и в зале раздался оглушительный Громовой раскат. Убойная волна, усиленная хаосом, ударила вперёд, и все монстры в туннеле разлетелись на мелкие кусочки.

— Рома, барьер! — выкрикнул Аскольд.

Рома поставил в туннель очередной барьер и пошатнулся. Из его носа пошла кровь. Это место сожрало его ману быстрее, чем что-либо ещё. Он был почти пуст. Аскольд сделал шаг вперёд, прикрывая соратника. Он выдохнул, и его глаза засветились чёрным.

Он, как и я за его спиной, вдруг резко впустил в себя растекающийся вокруг хаос. На мгновение его сабля как будто изогнулась, но затем на клинке вспыхнули руны. Воздух задрожал, и он встретил следующую волну монстров лицом к лицу.

Каждый удар сабли сопровождался вспышками хаоса. Каждый вдох, приносящий боль, забирал с собой сразу десяток тварей и теней. Каждое движение было сражением не только с врагами, но и с хаосом, что разъедал его изнутри.

Рома вытянул руки перед собой. Ветер взвыл, собравшись в плотный Воздушный шар. Он бросил его вперёд, туда, где светились десятки, нет, сотни голодных, рвущихся к Сердцу рода глаз.

Аскольд едва успевал смахивать кровь. Он тяжело дышал и рубил больше на инстинктах. Он раз за разом шагал навстречу новому потоку монстров, взмахивая ревущей саблей. Рома уже слабо видел перед собой. Перед ним вспыхивали остатки магии, и комната заполнялась свистом ветра, молниями и рёвом тварей.

Паукообразный монстр ударил Аскольда прямо в грудь, и он покатился назад по земле. Рома использовал купол, заставив монстров отшатнуться. Рома тут же усмехнулся — голодные, движущиеся на инстинктах монстры боялись.

Боялись его магии.

Вот только купол потух, а монстры так и не сдвинулись с места. Всё потому, что он ошибался. Гул ритуала закончился. В спешке боя ни Рома, ни Аскольд не заметили этого.

Хаос больше не расплывался по камням и стенам. Нет, он был собран в одном-единственном месте.

Прямо за их спиной раздался глухой звук. Сначала один шаг, затем второй. Рома тяжело сглотнул, по его коже пробежали мурашки.

Он, как маг, ясно чувствовал: то, что приближалось сзади, обладало колоссальной силой и могло убить его щелчком пальца.

Особенно сейчас, когда он был без маны.

Руны передо мной разгорались с новой силой. Я вытянул руки к сердцу рода, сделал шаг вперёд. Хаос шипел, ревел, вгрызался в сознание, стараясь сломать мою волю. Я лишь крепче сжал зубы. Не для того я прошёл весь путь, чтобы отступить в самом конце. У Ромы с Аскольдом была своя битва, а у меня своя.

Я чувствовал, как сердце давит на меня, как тонны груза опускаются на плечи и стараются сломать кости. Хаос мелкими частичками прорывался внутрь, выворачивая мои каналы и пробираясь к ядру. Он был ледяным огнём, который не просто жег, а старался стереть всё человеческое, оставив лишь пустоту, готовую принять чистую силу.

— Хаос подвластен мне, — попытался прорычать я, и хотя ни одно слово не сорвалось с моих губ, хаос взвыл и закрутился вихрем.

Моё тело горело. Боль не приходила волнами, а просто наполняла каждую частичку меня. С каждым хриплым вдохом я всё крепче сжимал потоки силы, формируя из бурлящего безумия чёткую структуру. Хаос был не только внутри меня, но и вокруг.

Внутри моего сознания вспыхивали образы — и мои и чужие. Тени старых хаоситов, лица и маски без имён. Кто-то смеялся, кто-то кричал, кто-то протягивал ко мне руки. Я всё это видел и молча, с трудом, сделал ещё один шаг вперёд.

Я перестал сопротивляться. Теперь я сам давил. Поток силы, не находя другого пути, из Сердца рода начал сворачиваться внутрь, формируя плотный узел. Чёрные волны энергии, вязнувшие на границах моей воли, ломались, вспыхивали и вновь исчезали. Мои руки обуглились, плоть обгорела, но я держал беспрерывно бьющийся сгусток огромной силы прямо на кончиках пальцев.

— Моё, — хищно прохрипел я.

Всё вокруг исчезло. Осталась только темнота и Сердце, пульсирующее прямо в моих руках. Я потянул его на себя, но на этот раз по-другому, не стараясь перекачать его силу.

Воздух вокруг меня затрещал, хаос вспыхнул, тело обдало жаром, мышцы свело. Но я лишь расплылся в улыбке. Сердце хаоса сжималось и сжималось до тех пор, пока не стало настолько сконцентрированным и податливым, что я превратил его в часть себя самого.

Перед глазами пробежал веер черных точек. Я тяжело дышал. От тела валили клубы пара, во рту был железный привкус, а в висках пульс бил набатом. Вот только в такт ему, где-то внутри, прямо в моей груди, билась новая сила — второе ядро, подчинённое мной. Сердце рода. Оно пульсировало в такт с моим собственным и каждый удар отдавался эхом по моим каналам.

Гул ритуала затих. Моя кожа покрылась тонкими трещинами, по ним струился фиолетовый свет. Но боль ушла. Осталась только сила — чистая, голая и первозданная. Я поднял голову и обернулся.

Хаос вокруг задрожал, как зверь перед хозяином.

Я увидел сотни глаз в туннеле и заглянул прямо в них. Голодные монстры замерли передо мной. Вспыхнула стена Воздушного барьера, но она тут же погасла. Я сделал шаг вперёд. Один, а затем и второй.

Рома вздрогнул. Аскольд медленно, устало поднялся с земли и оперся на саблю.

Я же вышел вперёд и замер прямо перед чёрной волной в тоннеле. Я чувствовал, что там, где мы совсем недавно спускались, кишили монстры. Сотни, тысячи теней и призраков прошлого.

Одних сюда приманил хаос и магия, другие просто не смогли найти покой. Их шепот сливался в один протяжный стон. В нём не было злобы, лишь отгласы бесконечной тоски. Это была не просто орда, это было кладбище забытых душ, поднятое моим ритуалом.

Я вытянул руку вперёд и сжал пальцы перед собой.

Вокруг стояла абсолютная, звенящая тишина. И в ней раздался один-единственный звук.

— Щёлк!

Взрывная волна чистого хаоса беззвучно сорвалась с моих пальцев. Она мгновенно накрыла монстров в туннеле и понеслась вверх, в особняк. Монстры рассыпались в пыль и растворились в вихре чистого хаоса, словно никогда и не существовали.

Одно мгновение и лишь мы втроём остались единственными живыми существами на территории Клинковых.

Тишина, наступившая после щелчка, была оглушительной. Она звенела в ушах тяжелее любого грома. Пыль от теней медленно оседала.

Рома тяжело плюхнулся на пол, прислонившись спиной к груде камней. Его лицо было мертвенно-бледным, а из носа и уголков губ сочилась кровь.

Аскольд опирался на саблю.

— Твою мать, — выругался он, когда клинок соскользнул и он чуть не упал на пол.

Его доспех был изрезан когтями, из-под наручей сочилась тёмная кровь. Он обернулся и устало посмотрел на меня и Рому.

Я подошёл к магу первым. Не сказал ни слова, просто опустился на корточки и помог ему встать. Мантия Ромы была потрёпана, под ней виднелись мелкие раны и порезы.

Рома вздрогнул и поднялся на ноги, оперевшись на моё плечо.

— Пора наверх, — прохрипел я.

И мы втроём, израненные и уставшие, двинулись прочь из зала, где покоилось Сердце рода.

С каждым шагом вверх по разрушенной лестнице мир вокруг менялся. Гнетущая, враждебная атмосфера исчезла, её сменила пустота. Воздух больше не был спёртым, теперь он был свежим и холодным. Монстры пробили лаз там, где раньше был замурованный вход в эту тайную секцию особняка. Более того, они снесли часть стены и крыши.

В итоге, снаружи нас встретило небо. Над особняком Клинковых занимался рассвет, но небо полыхало остаточными от произошедшего внутри ритуала серо-фиолетовыми тонами без единого намёка на природную естественность.

Я помог Роме выбраться и уже здесь, снаружи, прислонил его к обломку стены и влил в него Сильное зелье лечения, доработанное Весной. Цвет лица мага тут же стал немного лучше, а раны принялись медленно затягиваться.

Аскольд просто-напросто вдохнул уличный воздух полной грудью.

Там, где ещё недавно была аномальная зона и царствовала огромная стая призрачных псов, больше не было ничего. Просто обычная земля без капли магии.

На краю моего поля зрения вспыхнул свет. Хлопнули крылья и Сольвейг мягко приземлилась на землю и сжала Аскольда в крепкие объятия.

— Ай-яй-яй, — поморщился от боли Аскольд, но на его лице играла довольная улыбка.

Я же осмотрел руины вокруг себя. Особняк Клинковых дождался главы рода. И теперь здесь, на обломках прошлого, я стоял и улыбался. Улыбался потому, что видел перед собой тонкие тёмные нити, уходящие на запад.

Род Клинковых никогда не определялся местом, стенами или воспоминаниями. Мы сильны потому что едины. Внутри меня сейчас бурлила новая сила. Сегодня я не просто поглотил Сердце рода. Я встал на высшую ступень магии.

Глава рода. Архимаг. Хаосит.

Теперь уже не последний.