Клинков 6. Последний хаосит

Глава 19

Дорога к Чернореченску, обычно оживлённая, с торговыми обозами и патрулями, лежала впереди пустынной и тихой колеёй. Мы двигались даже не отрядом, а целым караваном. В авангарде — я, Аскольд, Сольвейг и Рома — все на измученных, изрядно уставших, но ещё твердо стоящих на ногах конях.

За нами десяток лучших Мастеров и Подмастерьев во главе с Алексеем. Они держались в сёдлах с заметной усталостью, ритуал забрал у них много сил, но в Чернореченске ещё будет шанс отдохнуть и пополнить ману. Самое главное, что глаза у всех хаоситов горели огнём.

Вокруг нас, казалось бы, лежала привычная местность — мы не раз ходили здесь в Зону и в патрули, да много куда. Вот только даже воздух вокруг казался другим — напряжённым, прохладным и натянутым, как струна. Лошади и те шли осторожно, с поднятыми головами. Ну а уж деревья по сторонам тракта и вовсе были тихими: ни пения птиц, ни звуков зверей. Всё живое попряталось вглубь, подальше от человеческих троп.

— Тише стало, — негромко бросил Аскольд, успокаивающе поглаживая гриву своего жеребца. Его правая рука не покидала эфес сабли.

— Не тише, — мягко поправила его Сольвейг, — напряжённее. Пахнет страхом.

Светлые волосы валькирии, собранные в тугой узел, казались единственным ярким пятном в сером цвете леса. Рома, обычно болтливый и готовый к любым шуткам и приключениям, молчал. Он всё ещё переваривал ту силу, что влилась в него после Крещения Хаосом, и вид опустевшей дороги не сулил ничего хорошего.

Остальные хаоситы тоже особо не шумели. Они присматривались к обочинам, профессионально оценивая угрозы. Эти люди десятилетиями, а то и дольше выживали в ссылке, в заточении, и их инстинкты были отточены до бритвенной остроты.

Алексей пришпорил коня и подъехал ближе ко мне. На нём уже не было следов кровавых подтёков и пыли — он, как и все остальные, отмылся в первом же ручье. Вот только у Магистра состояние всё-таки было похуже: тени под глазами и резкие морщины выдавали его усталость. Он потратил на ритуал не меньше сил, чем я, просто немного по-другому.

— Давно не был в больших городах и на крупных трактах, — проговорил он, всматриваясь в пустующую дорогу. — Но это не похоже на мирное время. Больше на затишье перед бурей.

— Буря уже началась, — отозвался я, не поворачивая головы. — Осталось лишь закончить её.

Ветер дул нам навстречу и доносил древесную свежесть леса. Мы настигли на тракте первую группу людей. Это были не воины, а крестьяне, притом целые семьи. Мужчины с телегами, доверху набитыми домашним скарбом, женщины, прижимающие к груди узелки и детей, старики, идущие, опираясь на посохи. Их одежда была покрыта пылью, а на лицах застыла усталость и немой вопрос.

Они шли в сторону Чернореченска, но, завидев вооружённый отряд, в их глазах вспыхнуло беспокойство. Они принялись было сворачивать с дороги в колею, уступая место. Но я отдал команду своим.

— Левее!

Наш караван прижался к обочине тракта, и нам удалось разъехаться с крестьянами.

— Беженцы, — коротко произнёс Аскольд. В его голосе не прозвучала жалость, только холодное признание факта. — Я не раз видел подобное. Война всегда начинается с них, с тех, кто ничего не решает, но всегда платит первую цену.

Один из стариков, тащивший на плече тяжёлый узел, споткнулся и чуть не упал. Один из Мастеров Алексея, ловкий мужчина лет сорока на вид, быстро соскочил с коня, подхватил старика под локоть и помог ему встать на дорогу, а затем молча вернулся на место. Алексей встретился с ним взглядом и едва заметно кивнул. Уроки взаимовыручки в условиях выживания клан Магистра усвоил на отлично.

Чем ближе мы подходили к Чернореченску, тем больше становилось людей. Но начали встречаться и оставленные деревни с пустыми избами и амбарами.

На разъездах появились всадники в доспехах и с гербами Южноуральска. Беженцев становилось больше и больше. Один раз мы наткнулись на брошенную стоянку с разбросанными вокруг тюками. На земле виднелись тёмные, уже впитавшиеся в почву пятна. Вокруг не лежало ни тел, ни оружия. Было непонятно, мародёры это или передовой дозор солнечников, но кто-то постарался здесь на совесть.

Мы сделали короткую остановку.

— Не похоже на дальний набег, — склонившись к земле и осматривая следы, пробормотал Аскольд. — Пехота, коней не было.

— Похоже, разбойники постарались обобрать один из караванов, и у них получилось, — хмуро сказал Рома, глядя на оставленную телегу и следы разбоя.

Мы двинулись дальше, и вскоре за последним пригорком показались стены Чернореченска. И надо сказать, город преобразился за то время, что я отсутствовал. Он превратился из торгового узла в суровую крепость.

Высокий частокол из заострённых брёвен, врытых в землю под углом, опоясывал крепкие каменные стены, образуя смертельную ловушку для любой пехоты. На стенах, на привычных башнях и новых деревянных вышках, находились дозоры магов. Вместе с ними были расставлены стрелки с луками и арбалетами в руках.

По стенам мельтешили не только фигуры стражи, но и ополченцев. Их движения были ещё неуклюжи, но уже организованы. Над воротами, где раньше развивался лишь герб Южноуральска, теперь висели дополнительные знамёна всех главных родов Чернореченска: Железных, Нестеровых, Велигорских и, конечно же, Клинковых. Да и ещё несколько стягов развевались рядом на ветру.

— Смотри, — Рома указал пальцем наверх, в небо выше стен.

И он оказался прав. Самое главное висело в воздухе, буквально над городом, переливаясь, мерцая, мыльной плёнкой. Это был сложный магический барьер. Он был неоднородным: местами густым и плотным, а местами почти прозрачным. Чувствовалась спешка, работа нескольких разных школ магии. Но защитное заклинание было ещё не окончено, работа явно кипела.

Я узнал общий почерк Аристарха Железных, а в узлах стабилизации видел знакомые руны Мастеров. При этом что-то новое и прочное было вплетено в магическую ткань барьера, возможно, могущественный артефакт.

— Укрепляются, — с одобрением в голосе произнёс Алексей. В его глазах мелькнуло уважение. — Работа основательная.

— И народ на стенах не спит. — усмехнулся Аскольд. — Им есть кого ждать в гости.

Наш подход не остался незамеченным. Ещё за несколько вёрст до ворот стража засуетилась, и в воздух взметнулось сигнальное заклинание — сноп огненных искр.

Из ворот вышла группа стражников. Судя по гербам, это были родовые бойцы Железных. Аристарх, похоже, очень старался укрепить все позиции в городе.

— Пропуск! — раздался жёсткий, лишённый эмоций голос командира стражи. Он даже не посмотрел на меня, а обвёл взглядом весь караван, оценивая численность бойцов, магов и общий настрой.

— Ты что, ослеп? — рявкнул Аскольд, выдвигаясь вперёд.

— Приказ главы Аристарха, — невозмутимо ответил командир. — Никого не впускать без личного опознания и проверки. Маскировку и иллюзии отключить.

Стандартный способ проверки. Паранойя в преддверии войны никогда не бывала излишней. Вот только глаза у командира были какие-то несерьёзные, в них блестело что-то.

В такт моим мыслям командир склонился в глубоком поклоне.

— Господин Клинков, глава Аристарх велел встретить вас именно так. Сказал, что разжалует, если не повторю слово в слово. Простите, Магистр.

Я усмехнулся. Похоже, что Аристарх решил сыграть практическую шутку. Ну-ну, посмотрим, кто будет смеяться последним.

— Поднимись, — спокойно сказал я, и командир последовал моему приказу. — Всё в порядке. Передай Аристарху, что я вскоре навещу его.

— Конечно, Магистр, — обратился ко мне командир, побледнев и торопливо освобождая дорогу в город. — Как прикажете. И добро пожаловать домой.

Караван начал медленно втягиваться в город. Вот только я задержался ненадолго и, перед тем как въехать в Чернореченск, бросил командиру последние слова:

— Не Магистр, а Архимаг.

А после под ошалевший взгляд как его, так и его подчинённых въехал домой, в Чернореченск.

Внутри царила лихорадочная деятельность. Это был муравейник, работающий по чёткому плану. По главной улице, освобождённой от телег и ларьков, маршировали отряды ополченцев. У кузниц, где звенели молоты и горел огонь, выстраивались очереди за оружием и доспехами. На площадях размещались защитные укрепления и разворачивались лазареты. Женщины носили вёдра с водой и тюки с бинтами. Повсюду сновал народ.

В воздухе висела дымка из пота и калёного железа, даже привычный речной запах почти выветрился. Тихий гул простого люда, занятого подготовкой к войне, был фоном для всей этой симфонии.

Новые хаоситы смотрели на всё это широко раскрытыми глазами. Для них, поколения, прожившего в глухих деревнях и лесных лагерях, Чернореченск даже в таком виде был столицей, кипящей жизнью и опасностью. Они жадно ловили детали и перешёптывались.

Алексей же смотрел вперёд, на вырисовавшееся в конце улицы поместье Клинковых — уже не просто особняк или жилой дом, а настоящий штаб. На крыше тоже виднелись фигуры дозорных, а по периметру стен сновали вооружённые люди. У ворот поместья нас уже ждали. Похоже, весть о нашем прибытии быстро распространилась по городу.

У ворот ждала Арлетта в платье из темно-синего бархата. Она стояла с высоко поднятым подбородком и собранно и пронзительно смотрела перед собой. Не только на меня, но и на весь караван, оценивая, подсчитывая и составляя мнение.

Чуть в стороне, заложив руки за спину, стояла Весна. На ней красовалась не привычная магическая роба, а строгий чёрный кафтан, отделанный серебряными застёжками, чем-то напоминающий военный мундир. Тёмные волосы были немного растрёпаны, а бледное лицо говорило о недосыпе и усталости. Только в глубине её зелёных глаз мелькнула волна облегчения при виде меня.

Я спешился — земля под ногами была твёрдой и знакомой. Подошёл к Арлетте. Мы на миг просто смотрели друг на друга.

— Смотрю, — кивнул я на поместье, — ты не теряла времени.

— Его и не было, — ответила Арлетта и слабо улыбнулась, — чтобы терять.

Потом она ещё раз взглянула за мою спину на Алексея и его людей.

— Новые союзники?

— Новые Клинковы, — поправил её я. — Алексей, глава уцелевшего клана. Алексей, это Арлетта Клинкова, моя жена.

Алексей сделал шаг вперёд и склонился в почтительном поклоне. Старый маг чувствовал в Арлетте силу и компетентность.

— Госпожа, — произнёс он. — Благодарю вас за крышу над головой. Мои люди не подведут.

— В этом я не сомневаюсь, — ответила Арлетта.

Она явно успела оценить силы как Магистра, так и его людей.

— Софья! — Арлетта обернулась к управляющей поместьем. — Отведи людей Магистра Алексея в западное крыло. У нас уже готовы комнаты и горячая вода и еда. Обеспечь их всем необходимым.

— Сделаю, госпожа.

Софья засуетилась, принимая новых жильцов поместья в оборот. Пока шла эта деловая часть, Весна приблизилась ко мне и мягко сжала мою ладонь тонкими холодными пальцами. Я подмигнул ей, показывая, что всё в порядке.

— Максим, — обратилась ко мне Арлетта. — Отец ждёт тебя на совете. Ситуация критическая. События развиваются быстрее, чем мы предполагали.

В светлых глазах жены отражалась тяжёлая ноша ответственности, которая лежала на её плечах.

— Я знаю, — сказал я. — Дай мне немного времени. Нужно привести себя и людей в порядок и получить последние сводки.

Арлетта понимающе кивнула. Она знала цену и необходимость отдыха, а также ценность информации.

— Отправимся, я так понимаю, — предположил я, — порталом?

Арлетта закивала.

— Кажется, твоему отцу пора арендовать у нас землю для портального круга.

Арлетта улыбнулась и поцеловала меня в губы.

— Я рада, что ты цел, — мягко произнесла она, позволив ледяной защите немножко треснуть, даже на людях.

— И стал сильнее, — усмехнулся я.

Мы обменялись ещё парой фраз, и Арлетта удалилась в сопровождении магов.

— Как обстоят дела с алхимией? — спросил я Весну.

— Лаборатория работает на износ, — без предисловий начала говорить Весна.

Она повернулась и жестом пригласила меня проследовать за собой во внутренний двор поместья.

— Зелья высшего уровня готовы: лечение, усиление, яд для частокола и стрел. Защитные артефакты на ключевых точках расставлены.

Мы зашагали во двор. Аскольд с Сольвейг молча проследовали за нами. Здесь, во дворе, тоже кипела работа. Мастера чинили амуницию, лучники тренировались на соломенных мишенях, звенели мечи и гремели заклинания.

— Я видел следы по пути сюда, — сказал я. — Разбойники. Нужно с ними разобраться.

— Хорошо, — согласилась Весна, — но это полбеды.

Весна остановилась и посмотрела на меня. При этом в её изумрудных глазах блеснула тревога.

— Магические артефакты, которые мы расставили на дальних подступах, зафиксировали магическое вмешательство. Единичное, но достаточно мощное, чтобы сработать. Вчера на закате.

— Думаешь, это солнечники? — спросил Аскольд.

Весна пожала плечами.

— Не могу сказать точно. Возможно, разведчики. А может, и ударные группы.

Я переварил эту информацию, глядя на суету вокруг. Мой дом. Моя крепость. Мои люди.

— Хорошо, — сказал я спокойно. — Полчаса на отдых и полчаса на сборы. Покажи и расскажи мне всё. А потом — на совет. Нам придётся защищать не только собственные стены.

С князем я встретился не в Беловежске или в Чернореченске, а в одной из крепостей ближе к линии гор. Цитадель здесь была не такой помпезной, как в столице, но её каменные стены, прошедшие сквозь века, дышали тяжёлой, неповоротливой мощью.

Я вошёл в зал совета вслед за одним из Мастеров Демидова. Маг поклонился, вышел и закрыл дверь на засов с той стороны. За длинным столом, высеченным из камня, на котором была развёрнута огромная карта, сидело всего лишь два человека.

Сам князь Григорий Демидов — во главе. Он выглядел лет на десять старше, чем при нашей последней встрече. Под глазами синяки, в осанке лёгкая сутулость, было заметно, что он сбросил немного веса.

Но от него чувствовалась та же жёсткая мощь, даже сейчас, когда я вступил в ранг Архимага. Когда он поднял голову, в его взгляде не было усталости, только жёсткий, холодный, голодный огонь, ведомый стальной решимостью.

Чуть подальше сидел Василий Шаховский. В отличие от Демидова, он сидел вразвалочку, изучал карту как шахматную доску. Лишь мимолётный взгляд в мою сторону выдал в нём живой интерес и оценку.

— Максим, — голос Демидова эхом разнёсся по залу. — Садись. Мы ждали.

Я занял место рядом с князем.

— Один удар, — спокойно произнёс Шаховский, — и ты поджёг фитиль под бочкой с маслом.

Я только пожал плечами.

— Я выполнил обещание, данное роду, — ответил я спокойно. — И нанёс удар по стратегической точке солнечников.

— Так я и не осуждаю, — усмехнулся Шаховский. — Скорее, хвалю. Точка невозврата была пройдена уже давно, теперь работаем с тем, что имеем.

Князь согласно кивнул и ткнул пальцем в карту ближе к северным границам, где были собраны скопления красных флажков.

— Отряды солнечников и их наёмников уже пытаются прорваться. Пограничные заставы держатся, но это ненадолго.

Он передвинул палец к столице Южноуральска, Беловежску, вокруг которого синими флажками был обведён плотный оборонительный периметр.

— Все наши регулярные силы стянуты сюда. — он постучал пальцем по карте. — Чтобы держать столицу. Падёт она — падёт и княжество, дух будет сломлен.

— Тогда зачем они скапливались в Подгорске? — с интересом спросил Шаховский.

— Солнечники не будут нападать единой армией, — покачал головой я. — Слишком хитры. Сколько у них Архимагов? Пять? При любом раскладе больше, чем у нас. Нас всего лишь трое. Они постараются задавить нас численным перевесом.

— Казанский князь прислал Магистров, — тяжело произнёс Шаховский.

— Но не Архимагов, — с укором в голосе произнёс я.

Князь потёр лицо.

— Союзники держат нейтралитет до прояснения обстановки. Им важнее место при дворе.

— Или, — холодно произнёс Шаховский, — труп проигравшего.

Шаховский слегка сжал губы. Да, ситуация была не в нашу пользу. Для того чтобы хотя бы приблизительно сравнять силы, нам нужно было ещё несколько десятков Магистров. И их, похоже, у нас не было.

— Имеем что имеем, — повторил князь. — Давайте-ка пересчитаем людей и решим, что делать.

Следующие несколько часов мы только занимались тем, что двигали флажки и фигурки по карте, придумывали планы. Все три Архимага были сильны в военном деле. Мы прожили не одну сотню лет, пусть даже моё время и было довольно давно. Но сейчас боевой опыт всех нас троих сыпался под одним неопровержимым фактом: солнечников было слишком много. Даже Магистров было чуть ли не вдвое больше.

— Я вижу только один выход, — проговорил я, когда возникла небольшая пауза. — Чернореченск для солнечников будет красной тряпкой. Они точно захотят стереть город-пристанище хаоситов, так же как я стёр Подгорск.

— Придётся разделиться, — холодно произнёс князь.

Шаховский откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.

— Верно, — кивнул я.

Оба Архимага не хуже меня понимали, что эта война для Южноуральска решится исключительно с помощью личного мастерства. Я не мог точно определить потолок каждого из Архимагов врага, но точно знал, что и у Григория Арсеньевича и у Шаховского были шансы.

Но кому-то явно придётся стоять сразу против двух противников. И я очень хотел, чтобы это был я. В конце концов, столица Южноуральска и вправду не должна пасть.

— Я задержу их настолько, насколько возможно, — пообещал я, смотря на точку, изображавшую Чернореченск на карте. — Остальное будет за вами.

Я посмотрел на князя, затем на Василия Шаховского.

— Шах, — выдохнул Григорий Арсеньевич, — тебя достанется север.

Шаховский пожал плечами и поправил чёрные кудри. Ему, похоже, было не принципиально, где сражаться.

— Останови передовой отряд, завяжи бой и, если нужно, отступай. Мы заманим их вглубь Южноуральска, на незнакомые земли. Большая часть жителей уже эвакуирована.

Григорий Арсеньевич поднялся на ноги и посмотрел на свои владения, пусть и на бумаге карты, сверху вниз.

— Мы оставим столько ловушек, сколько сможем. Магических и не только. Чем дальше солнечники от родных мест, тем больше у нас шансов застать их врасплох.

Князь взмахнул рукой, и на карте начали подсвечиваться линии, круги и другие фигуры, которые вскоре должны были стать местами сражений.

Совет не продлился долго. Мы понимали — инициативу поначалу придётся отдать. Но ни одна южноуральская крепость или город не должны были пасть с наскока. Сами камни, усиленные сотнями, а то и тысячами лет, и духом предков, противились захватчикам.

Совет закончился. Решение было принято. Мы попрощались коротко, без сомнений, только с холодной решимостью. Для каждого из нас были свои причины сражаться. Если для Демидова и Шаховского солнечники были политическими врагами, которые постоянно вмешивались в дела княжества, то для меня они были врагами экзистенциальными. Силой, которая не должна существовать.

Особенно потомки выродков из рода, который изжил и уничтожил Клинковых несколько веков назад. Они не убили меня до конца, и я смог переродиться. Я такой ошибки не допущу.

Когда окно портала закрылось, я оказался в родовом особняке в Чернореченске. Здесь царило предрассветное спокойствие. Я смотрел на высокие башни, крепкие стены и крытые черепицей или металлом крыши домов. Чернореченск стал не просто пристанищем, а домом. Как и Южноуральск. И во второй раз отдавать свой дом на растерзание я не собирался.

Где-то вдалеке, на горизонте, небо окрасилось в причудливые лучи алого цвета. И это означало одно: скоро прольётся кровь. Море крови.