Князь Арнульф, заложив руки за спину, смотрел в окно. Небо на горизонте меняло цвет на тёмно-синий. Появлялись первые звёзды. День таял, уступая место сумраку. Человек, что преклонив колено, стоял позади него продолжал что-то лепетать про потерянный след и про то, что он и его люди прикладывают максимум усилий. Это подобострастное лепетание действовало на нервы. Слова, никак не подкреплённые делом, всегда его раздражали.
— Вон.
— Но, Ваша милость…
— Я неясно выразился? — он обернулся, смерив человека перед собой презрительным взглядом. — Вон. И не смей показываться мне на глаза, пока не будет результата.
Мужчина низко поклонился, словно его облагодетельствовали, и спешно удалился, прикрыв дверь в кабинет. Из коридора донесся звук торопливых шагов. Поиски племянницы, по какой-то ведомой лишь Древним причине, всё ещё не принесли результата. Куда могла деться Сильфия он не понимал.
Арнульф не понимал, как вообще столь послушное дитя могло решиться на такое безумство. Сильфия была словно тепличный цветок, нежная, хрупкая, беззащитная. У неё не было и шанса на то, чтобы выжить за пределами замка. Да и куда она могла податься? Никто в империи не даст приют сбежавшей наложнице императора. К счастью, пока что сам император не считал нужным искать беглянку, решив, что это ниже его достоинства. Это был отличный шанс расторгнуть договор, но сперва нужно было найти и вернуть Сильфию.
Он сел за стол, оперевшись о столешницу локтями, и принялся массировать виски. Камели вошла в кабинет практически бесшумно. Каким-то непостижимым образом его супруга всегда чувствовала, где её присутствие необходимо. Она обошла стол, остановившись за его спиной, и наклонилась, обнимая.
— Она отыщется, — Камели мягко коснулась губами его виска. — Всё наладится, я уверена.
— Альмия просила меня присмотреть за ней. Это — её последняя воля.
— В таком случае может не стоило отдавать её наложницей? — Камели отошла от него, опираясь о подоконник. — Разве это достойно дочери княжеского рода?
— И кто решится перечить императору? — вопросом на вопрос ответил князь. — У меня не было веской причины для отказа. Если бы хоть кто-то, хоть кто-нибудь, предложил за неё выкуп, как за княгиню, тогда я бы пинком вышвырнул этого напыщенного хлыща из замка.
— И всё же эти слухи… — супруга покачала головой, обхватив себя руками за плечи. — Несчастные девушки. Кто бы их не губил… Разве ты хоть на мгновение можешь представить, что рядом с императором она будет в безопасности?!
— Она нигде не будет в безопасности. Уж Альмия постаралась на славу…
— Я не понимаю, — Камели смотрела с растерянностью. — Что ты хочешь этим сказать?
— Пойдём. Есть то, что я никогда прежде тебе не рассказывал.
Он взял со стола магический светильник и вышел из кабинета. Камели не заставила себя ждать, тут же последовав за ним. Со стороны могло показаться, что просто князья решили совершить вечернюю прогулку по своей резиденции. Слуги уже закончили работу и коридоры были практически пусты. Камели взяла его под руки и умиротворенно улыбалась. Арнульф улыбнулся в ответ. Супруга всегда превыше всего ставила достоинство. Никто и никогда не усомнится, что князья живут душа в душу, независимо от того, как обстоят дела на самом деле.
Камели выбрал для него отец. Арнульф далеко не сразу нашел общий язык с ней. Потребовалось время, чтобы они поняли друг друга, научились уважать и даже обрели своеобразную гармонию в отношениях. Сейчас Арнульф уже не мог представить себе жизни без этой женщины. Он научился видеть в ней нечто большее, чем просто супругу и мать своих детей, он научился восхищаться её красотой и быть благодарным за то, что она делает для их княжества.
— Взгляни на них, — Арнульф остановился на входе в портретную галерею и влил больше магии в светильник, освещая комнату. — Мои предки. Те, кто рождался в роде Единорога. Князья и их дети.
— В замке моего отца тоже есть такая галерея. Никогда их не любила. Пыль и скучно, — Камели обводила скучающим взглядом резные рамы. — И однообразно. Все в роду всегда похожи.
— Верно, — он кивнул. — Это глупая дань традициям наших предков. Даже горничные не особо стараются прибирая здесь. Вероятно, именно поэтому до сих пор никто не поднял шума о том, что здесь нет портрета моего отца. Того где он, я, Алазар и Альмия.
— А он разве не на реставрации? — удивилась Камели.
— Это официальная версия на случай, если кто из высокопоставленных гостей всё же обратит внимание на отсутствие портрета прошлого главы рода. Не только ты находишь галерею предков скучным местом, милая. Пойдём, я покажу тебе портрет.
— Он в замке?! — удивилась княгиня, сворачивая за ним в неприметный проход для прислуги.
— Да, — Арнульф придерживал её под локоть, не давая оступиться.