Лабиринт

46

Когда она собирала чемодан, Патрик позвонил ей, но она не ответила. Тогда он оставил ей сообщение о номере мобильного телефона, который ему дал Генри Кобб и который он попросил проверить. Не было никаких сомнений, что это был номер Лизин Барт, проживающей в Ле-Мениль-Амело. Это подтверждало то, что он уже знал...

Она была Арианной, единственной обладательницей ключей от лабиринта, в котором она заблудилась. И она отказывалась провести еще одну ночь в доме, который не был ее, в доме, который она занимала как паразит, пока настоящая хозяйка гнила в подвале. Все это было отвратительно. Арианна чувствовала стыд. И страшный страх.

Однако, чтобы уехать, у нее не было другого выбора, кроме как снова «одолжить» машину Лизин. В багажник она положила сумку с тетрадью, полной документов об электрочувствительных людях. Она была одна, потерянная, без корней, без ничего. Уродливая и больная. У нее остался единственный спасательный круг, за который она могла ухватиться: психиатр.

Возможно, он сможет ответить на бесконечные вопросы, которые без передышки кружились в ее голове.

Через час она припарковалась в центре Компьень. На каменном фасаде висела табличка, указывающая, что здесь находится кабинет Оливье Мартина. Арианна позвонила в домофон и вошла. Она поднялась по лестнице до двери, постучала и нервно стала ждать.

Она обменялась смущенным взглядом с жительницей дома, которая собиралась выгулять собаку.

Дверь открылась, и появилось лицо мужчины лет сорока. Он вызывал доверие, возможно, благодаря своему непринужденному и непритязательному поведению. Он не надел халат и закатал рукава рубашки, которая выглядывала из джинсов, до локтей. На каждом пальце левой руки он носил серебряные кольца с черепами или без.

- Заходите....

Он закрыл за собой дверь и предложил ей сесть в кресло, а сам сел напротив нее с озабоченным видом. Между ними стоял столик на светлом ковре. Комната была скромной, обставленной в строгом стиле. Бежевый плиточный пол, белые стены без украшений, хорошо укомплектованный книжный шкаф, письменный стол с тремя стульями и, в той части, где они сидели, диван с подушками.

- Вы помните, что были здесь?, - спросил психиатр спокойным голосом.

- Мне очень жаль, - с трудом произнесла она, - все это мне совершенно ничего не говорит. Но вы знаете, кто я, prawda?.

Он кивнул.

- Я думаю, Лизин хотела мне помочь, - продолжила Арианна. - Но проблема, огромная проблема в том, что я только что обнаружила, что заняла ее место, не осознавая этого....

Она вздохнула и помассировала лоб.

- Я живу в ее доме, вожу ее машину, сплю в ее постели... Я даже не уверена, что эта одежда моя. Я присвоила себе ее профессию. Сегодня я, возможно, занимаюсь хрониками Руана только потому, что была убеждена, что я журналистка. Но я не журналистка, так же как я не художница. Я ничего не помню, доктор, ни о вас, ни о чем-либо еще.

Кто я?.

Он казался так же потрясен, как и она. После паузы, наполненной размышлениями, он наклонился вперед, сжав руки между бедрами.

- Прежде всего, вы знаете, где Лизин? Она моя подруга, мы учились вместе до старших классов, и я не имею о ней никаких известий уже несколько месяцев.

Арианна не могла раскрыть ему правду. Не в этот момент, не в этот день.

- Я знаю только, что однажды я вернулась с ежедневной пробежки, - рассказала она. - И в доме были воры, все было перевернуто. Я позвонила в полицию, убежденная, что... я Лизин. Трудно объяснить, но, несмотря на странные шутки, которые играла со мной память, я ни на мгновение не усомнилась в своей личности. Клянусь, я не лгу.

- О каких играх вы говорите?.

Она кратко изложила ему ситуацию. Она призналась, что часто ей казалось, что она выдумывает вещи, или что все смешивается в ее голове; а еще были предметы и лица, которые она не узнавала... Оливье Мартин был все более озадачен. Но в тот момент его больше всего беспокоила Лизин.

- С ней должно быть что-то серьезное... Когда она пришла сюда с вами, она работала над проектом, о котором не хотела мне ничего рассказывать, но который казался очень важным. Она была нервная, и вы, вы казались центром ее беспокойства. Я проверил в своем ежедневнике, в последний раз мы виделись более четырех месяцев назад. Я не могу больше ждать. Завтра я пойду в полицию.

Арианна сжала губы и кивнула. В глубине души это решение ее успокоило. Нужно было сделать так, чтобы все это прекратилось. Психиатр спросил ее, что она делала после кражи, как ей удалось узнать, что она Арианна. Она рассказала ему о своем переезде в Руан, о работе в «Courrier normand, - о возвращении, чтобы продать дом, о Les Frigos, о фресках с лабиринтом, о встрече с Заз... Но она намеренно опустила всю часть, касающуюся видеозаписи.

Выслушав ее в тишине, терапевт встал и пошел за книгой в свою библиотеку. Он протянул ее ей.

- Путешественник без багажа, Жан Ануй. Пьеса, поставленная в 1937 году. Это история Гастона, раненого в войне, найденного без памяти на вокзале в 1918 году... Ему говорят, что его зовут Жак Рено. Но Гастон не верит и отвергает представленную ему семью, потому что она не соответствует его воспоминаниям... Чтобы убедить его, им придется предоставить ему неопровержимые доказательства того, что все, что у него в голове, — ложь и что из-за перенесенных травм он на самом деле придумал себе жизнь, которая не была его....

Арианна посмотрела на обложку книги. Мужчина и его отражение с черной повязкой на глазах.

- Когда я встретил ее в первый раз, она сразу напомнила мне этого персонажа, — продолжил психиатр.

- Ее нашли под мостом, без багажа, в буквальном и переносном смысле. Она помнила только свое имя и рисовала лабиринты, что натолкнуло меня на мысль, что даже это имя, - Арианна, - было дымовой завесой, призванной еще больше отдалить ее от прошлого. Сделать его недоступным....

Молодая женщина принимала слова специалиста как удары кулаком. До того, как стать Лизин, она была Арианной. А до Арианны, возможно, кем-то еще. Где скрывалась ее истинная личность? В какой складке ее мозга? Она подумала о тех русских куклах, в которых всегда находится еще одна такая же, даже когда ты думаешь, что дошел до последней.

- По вашему мнению, моя патология была вызвана травмой, верно? Чем-то, от чего я пыталась убежать?.

- Вероятно....

Ее взгляд на мгновение потерялся. Кошмары... Руки с сжатыми пальцами, поднимающиеся из глубины горла... Все эти необъяснимые страхи...

- Но вы не просто страдаете амнезией. В жаргоне это называется «диссоциативным бегством. - Это означает, что больной не только забыл прошлое, но и убежал от семьи, друзей, работы, иногда проделывая сотни километров, чтобы оказаться в новой среде. Даже если это не было преднамеренным, психическое бегство — это способ дать себе новый шанс, когда ничто не связывает пациента с прежней жизнью. А поскольку мозг не терпит пустоты, во многих случаях он придумывает, чтобы компенсировать недостатки памяти. И иллюзия настолько убедительна, что большую часть времени даже окружающие склонны в нее верить. В том числе и потому, что при любой возможной несообразности пациент приспосабливается, импровизирует и лжет, полагая, что говорит правду. Подсознание постоянно бдительно следит за тем, чтобы ничто не выдало эту огромную идентичную неопределенность. Вы живете в доме Лизин, и я полагаю, что там нет ваших фотографий, я прав?.

Арианна покачала головой.

- Это нормально. Вы, вероятно, выбросили или убрали все, но без злого умысла. Эти фотографии были песчинкой в механизме психического заболевания, и вы от них избавились. Могут пройти годы, прежде чем кто-то заметит это присвоение.

Девушка думала о словах Заз. Забвение забвения. Ложные воспоминания, созданные для оправдания ее присутствия в Les Frigos. В то время она уже не была человеком, страдающим амнезией, без прошлого. Она стала художницей, изгнанной из дома родителями.

- Почему я не осталась Арианной? Я совершила второе психическое бегство?.

- Это моя теория. Она вела себя как рак, который меняет раковину, когда та, в которой он живет, становится слишком маленькой или не прочной. Арианна, должно быть, оказалась в ситуации, которая подвергала ее опасности или рисковала вернуть ее к первоначальной травме. В день кражи она пережила шок и одновременно нашла пустую раковину. Поэтому, совершенно естественно, она устроила в ней свое гнездо. Достаточно одного предмета, лица или события, чтобы запустить этот механизм.

- В тот момент я заняла место Лизин....

- Это произошло мгновенно. Как будто кто-то нажал на выключатель в ее голове. Очень редко одно психическое бегство сменяется другим. Вы, должно быть, подверглись невообразимому насилию, иначе ваш разум не заблокировался бы таким образом.

Арианна чувствовала себя беспомощной. У нее было ощущение, что зло прицепилось к ней, как паразит, от которого она не могла избавиться.

- С Лизин у вас была возможность не начинать с нуля, с полностью выдуманной личности, - продолжил доктор Мартин. - Вы жили в ее доме, рядом с ней, наблюдали за ней в течение многих месяцев. Когда вы позвонили в полицию, вы были Лизин. Совершенно искренне. Вы думали, что у вас украли документы, мобильный телефон... А на самом деле у вас не было ни того, ни другого. Этот взлом устранил все несоответствия, которые могли заставить вас усомниться. Тем более что это дало ей повод сбежать. Новая жизнь в другом городе, новая работа. Там ее никто не знал, иллюзия была идеальной....

Все это было совершенно безумным, но вполне правдоподобным. Потому что несоответствия и странные факты действительно умножились с момента ее возвращения в Ле-Мениль.

- Это объясняет, в частности, историю с аварией, в которую, как я думала, попали мои родители, - пробормотала она, как бы разговаривая сама с собой. - Должно быть, я прочитала о автобусе, который съехал с дороги, когда я была Арианной... Мой мозг взял это воспоминание и, вероятно, преобразовал его в то, что я имею в виду сегодня....

- Именно. Родители Лизин действительно погибли пять лет назад, но в столкновении нескольких автомобилей на автостраде А1. Лизин наверняка рассказала вам об этом. Когда вы приняли ее личность, вы просто присвоили себе это внешнее воспоминание, которое вам рассказали, чтобы оно прочно закрепилось в вашем сознании и никто не мог его оспорить.

Женщина была на грани срыва. Так объяснялись неточности в рассказе об аварии, но было и нечто большее, были другие образы, связанные с той трагедией. Например, она по-прежнему была уверена, что была на месте аварии, в Лаффрее, и видела разбитое ограждение, тела, выложенные в морге. Теперь ей было трудно принять мысль, что все это было лишь плодом ее воображения, придуманным, чтобы заполнить пустоту. Что все это было ложью.

- Я боюсь, доктор. Боюсь... того, что скрывается внутри меня. Кто это? Кто я? Почему я переживаю это мучение? Как из этого выбраться?.

- К сожалению, чудесных решений нет. Мы можем попробовать психотерапию, чтобы попытаться добраться до первоначальной личности. Или гипноз в сочетании с лекарствами. Но правда в том, что вы страдаете крайне редким и сложным заболеванием. Заболеванием, которое мало изучено. И нужно учитывать, что ваше подсознание будет ставить все возможные и мыслимые преграды, чтобы не дать вам дойти до правды.

Арианна, или кто-то, кто был на ее месте, была все более растеряна. Она держала в руках удостоверение личности и смотрела на свое лицо, сфотографированное в фотобудке. Все ошибались, в первую очередь она сама. Она уставилась на психиатра.

- Это повторится? Я забуду Арианну, Лизин и... снова сменю оболочку?.

- Я бы солгал вам, если бы сказал, что это точно не произойдет, — ответил специалист. - Сильный стресс и тревога — факторы, которые могут подтолкнуть ваш разум к созданию еще одной защитной оболочки. Однажды вы можете проснуться и оказаться кем-то другим, да. И сбежать в очередной раз....

Сказав это, мужчина направился к столу.

- Я также работаю в психиатрическом отделении больницы Компьень, два дня в неделю. Я запишу вас на прием. Начнем с ряда неврологических обследований. Прежде всего я хочу убедиться, что нет повреждений головного мозга или физических нарушений в областях, связанных с памятью.

В зависимости от результатов, мы решим, как продолжить терапию.

Он вернулся к ней и протянул ей визитную карточку.

- Держите ее при себе. Я узнаю, когда можно сделать компьютерную томографию, и позвоню вам, как только найду время. Я также свяжусь с полицией по поводу Лизин и объясню им, что с вами происходит. Скорее всего, они захотят поговорить с вами, но я тоже буду рядом. Я не оставлю вас, хорошо?.

Арианна сжала визитку в ладони. Ей хотелось рассказать всю правду о видео, об убийстве Роми, о том, что она больше никогда не увидит свою подругу детства, потому что ее пытали и убили какие-то чудовища. Но она промолчала. Сначала ей остался последний шаг: Жереми Теобальд. Она должна была подойти как можно ближе к разгадке. Ради Лизин, которая хотела ей помочь, которая приютила ее в своем доме и, возможно, погибла, пытаясь защитить ее...

Это было меньшее, что Арианна могла сделать. В конце концов, ей больше нечего было терять.