Мастер кристаллов 1

Глава 11

— Тоже думаешь, что девчонку отравил Барак? — спросил Геб, расхаживая из угла в угол по комнате.

Я сидел на скамье, как на иголках. Хотелось перебить Геба и сказать, что нужно делать. Но брат делал вид, что он хозяин положения, и не давал мне вставить слово.

Но когда он задал вопрос, я был готов. Пока он сам на него не начал отвечать.

— Геб! Геб, послушай! Нам надо за Бараком. Надо выяснить, была ли отравлена Рина этим самым топольником или нет. Надо понять, что они сделают с телом!

Геб вопросительно на меня взглянул и вновь принялся расхаживать туда-сюда.

— Да пойми ты! У нас пока нет никаких зацепок, никаких доказательств. Сам же говорил, что никто и близко подступиться к этому делу не может. А тут… тут такой шанс!

— Ты же хотел Юджу спасать, — перебил меня Геб, — А теперь тебе дело с отравлениями раскопать захотелось? Ты, братец, уж определись, что нужнее нужного тебе.

Сдавалось мне, что всё это дерьмо связано. Но пока я, конечно же, ничего доказать не мог. Но раз уж был свежий труп, надо действовать. А Юджа… Юджа предупреждена, чтобы до сигнала не дёргалась. Сомневаюсь, что именно сейчас, когда в деревне снова погиб селянин, староста будет заниматься проблемной сумасшедшей. Может, я и не прав. И он под шумок по-быстрому выкинет Юджу, но сдаётся мне, что будет, как я предполагаю. Юджа останется в тюрьме, пока история с Риной немного не утихнет, а потом… потом… тут были варианты. И один из них меня не слишком устраивал. Но, я готов был рискнуть.

— Юджей займёмся завтра, а сейчас отравление важнее, — снова стал настаивать я. — Тебе же надо проявить себе перед старостой. Ведь этого ты хотел, чтобы мы оба могли быть в безопасности?

— Ган, я уже запутался в твоих интригах и идеях, — признался Геб.

Я и сам немного начинал сбиваться с мыслей. Слишком уж много всего случилось. Но сейчас я был уверен: надо рыть носом землю и рыть в направлении трупов.

— Куда Барак и его товарищи понесут тело?

— На кладбище. Это край поля с западной стороны деревни. Там есть место…

«А родные? — удивился я. — Им не нужно присутствовать?»

Я едва не задал эти вопросы. И понял, что мгновенно сдал бы себя с потрохами. Если мою неосведомлённость про духовный корень и то, что с ним связано, я ещё мог бы списать на невнимательность ребёнка-непоседы, то незнание традиций… Эх… надо быть аккуратным. Интересно, Юджа права? Чужаков здесь действительно не любят? Или она так сказала, преследуя какие-то свои цели?

— А если бы Рина была… — я замялся, — как бы это сказать? Не местной?

Геб мгновенно замер посреди комнаты, уставился на меня немигающим взглядом. В глазах брата пылал огонь ненависти. За всё время я ещё не видел его таким.

— Что ты этим хочешь сказать? — произнёс он холодно и, как мне показалось, с вызовом. — Ты что-то знаешь?

— Ничего, — я пожал плечами. Теперь надо придумать, как отмазываться. — Просто спросил. Ведь если так, то её должны сжечь.

Я замолчал, выжидательно взглянув на Геба.

— Именно. Чужак в деревне — смерть! Либо он, либо мы. Один Круг — одна Деревня!

Геб заговорил отрывисто, будто сам не свой. Слова выскакивали из него, словно он читал лозунги.

— Остановись! Я просто спросил. Решил, если Барак как-то докажет, что Рина не местная, то может по закону избавиться от тела. И мы ничего не узнаем.

Геб всё ещё пристально смотрел на меня, но взгляд его смягчился. Он поверил моим бредням.

— А ты прав, Ган. Нам надо спешить, если хотим успеть выяснить хоть что-то.

Вот теперь Геб торопился.

Мы бежали между низкими строениями, петляли, перепрыгивали покосившиеся заборы, срезали углы, везде, где можно.

Я примерно прикинул. Геб действительно вёл нас почти по прямой. От нашего дома до западной окраины можно было добраться, не забредая в центр. И это отлично нам помогло.

Геб собирался сразу же выскочить из-за крайних сараев, где содержали скотину, но я успел схватить и остановить его.

— Тсс! Понаблюдаем, — зашипел я ему в ухо.

Метрах в ста от нас впереди знакомая троица склонилась над мешком с трупом.

Мы спрятались за плотно подогнанными друг к другу досками забора, примыкающему к сараю. Видимость отсюда не ахти какая, но нас точно нельзя заметить. А сейчас это самое важное. Лучше увидеть не всё, чем выдать себя.

Здесь воняло навозом, за тонкой деревянной стеной слышалось неприятное чавканье, будто там держали свиней. Я до сих пор видел только осликов. По крайней мере так я назвал для себя животных, в которых впрягали небольшие повозки. Но ослики не чавкают.

Я тяжело дышал, едва не задыхался от быстрого бега. Грёбаная физическая форма… точнее, её отсутствие.

[Состояние ухудшилось. Требуется восстановление. Примите горизонтальное положение и отдохните]

Спасибо, Система! А то я и без тебя не знаю, что мне надо.

Геб перенёс пробежку гораздо лучше. Он уже отдышался и молча наблюдал за Бараком и его помощниками.

А они быстро и умело вытаскивали тело из мешка. Аккуратно придерживали его, словно работали с ценным грузом, а не с трупом. И это было странно.

Позади троицы виднелось строение, похожее на деревенский сортир, но в два раза шире. Торчало оно на пустыре прямо на границе чёрной обработанной земли и пожухлой травы. Буквально в шаге за ним начиналась кромка Леса. Дверей в этом строении я не заметил, зато была горизонтальная щель, наподобие древнего почтового ящика. Я такие только на картинках, посвящённых 500-летию первой почтовой открытке, видел. О назначении щели догадаться было несложно. Если прикинуть, то туда как раз пройдёт тело. Странное, у них кладбище… но что поделать. Со своим уставом в чужой монастырь не суйся.

Интересная штука — мозг. Помнит какие-то пословицы и поговорки, а я и половины понятий, о которых в них говориться не знаю. Ну, да и чёрт с ними!

— Пошевеливайтесь, — донёсся голос Барака.

Сам он стоял чуть в стороне и копался в небольшой холщевой сумке, которая висела у него через плечо. Раньше я этой сумки не видел, так что слегка удивился.

Барак извлёк продолговатый пузырёк, очень похожий на тот, из которого я пил эликсир, и короткую толстую трубочку или палочку не длинней указательного пальца. С такого расстояния точнее и не разобрать.

— Отходите, — скомандовал он, едва Грил и Токур закончили возиться с телом.

Двое прихвостней отскочили от трупа, как ошпаренные. И… встали неудачно — заслонили от нас часть картинки. Чёрт!

Я попытался сменить наблюдательный пункт, но Геб шикнул на меня и надавил на плечо, усадив на землю.

Наверное, он прав, не стоит сейчас двигаться, можно выдать себя. Так что я просто сосредоточил взгляд на том, что мог рассмотреть.

Барак взмахнул трубочкой-палочкой, и она тут же засветилась приятным жёлтым светом. По ней поползли световые линии, стали извиваться будто тонкие змеи, и опутывать запястье Барака. Выглядело это странно и немного зловеще.

Через несколько секунд предплечье Барака до самого локтя сияло жёлтым, но линии так и продолжали двигаться, ползти, словно искали что-то, и не могли успокоиться.

И вдруг… будто змея разинула пасть и вцепилась Барку выше локтя. Тот сдавленно вскрикнул и пошатнулся. Грил успел подхватить босса под руку, но не под ту, которая была в пасти «змеи», помог удержаться на ногах.

— Вот же ж, мать твою, — шёпотом выругался Геб.

Я взглянул на него. Он замер, почти не шевелился, превратившись во взор.

Тем временем из противоположного конца светящейся палочки тоже что-то полезло. Другая голова змеи? Понять сложно, но очень уж было на то похоже.

Эта другая голова повисла над бедной мёртвой Риной, покачалась пару секунд, и резко ускорившись, врезалась телу девушки в грудь. Брызнула чёрная жижа, полетели ошмётки плоти и обрывки тряпья. Труп дёргался, будто к нему подвели ток. Ган внутри меня едва не вопил. Не думал, что это возможно, но чёрт возьми, я его слышал! Не конкретно голос, не крик, не слова. Но эмоции, не мои эмоции, рвались наружу. Чёрт, Ган, если тебе была дорога эта девчонка, то какого чёрта ты был не с ней?

Я постарался успокоить своё разбушевавшееся альтер эго. Принялся медленно и спокойно дышать. И вдруг… вкус перца во рту, бубнёж Системы в голове… Как не вовремя! Но всё это я почти не воспринимал, потому что «змея» успела «вскрыть» Рину и принялась выкачивать из неё бордовую жидкость с крупными золотистыми вкраплениями.

Не думал, что кровь с радой будут выглядеть именно так. Но я (или Ган) был уверен, что это именно они.

От «змеи», орудующей в теле Рины, во все стороны летели бурые капли, а содержащаяся в них рада, словно стряхнув кровавые оковы, высвобождалась, взмывала в воздух и кружа, оседала на землю. Одна из этих частиц долетела и до меня. Именно её я вдохнул. А сейчас успел проглотить ещё две.

Я видел, что и Геб, и Грил с Токуром ловят губами эту субстанцию, глотают её. От этого мне вдруг стало отвратительно. Будто бы они пожирали бедную Рину. Но я полагаю, это снова во мне «задёргался» настоящий Ган.

Палочка в руках Барака уже полностью стала золотисто-чёрной, наполненной кровью, но «змея» всё не унималась. Она полностью выпотрошила грудь девушку, оставив в ней зиять огромную дыру, и лишь тогда втянулась обратно в светящуюся палочку.

Барак подставил к нижнему концу палочки флакон и подождал, когда добытая кровь с радой сольются в него. После чего сделал едва уловимое движение, и жёлто-золотистые линии снова заскользили по его руке, втянулись в палочку. Свечение погасло.

И тут я вспомнил, как Барак говорил про концентрат рады. Похоже, это был именно он. Эту штуку он и из меня собирался получить. Я представил, как жёлтая змея разрывает мне грудь, выкачивает кровь с золотистой пыльцой, и сглотнул. Жутковатое представилось зрелище.

Теперь понятно, как и что происходит (по крайней мере, логически я мог это предположить). Имеющие духовный корень могут «складывать» в него раду. Тот же, кто не имеет, всё равно вдыхает эту жёлтую пыль, но она собирается в его организме, накапливается в крови. И вот из них-то и можно «выкачать» концентрат после смерти. Наверное. Не просто смерти, а именно такой, к которой приводит отравление топольником. А может быть, он нужен лишь для того, чтобы разжижить органы и тем самым выжимать больше рады… тут я пока не был уверен. Но от этого кошмарная суть не менялась. Это всё равно отвратительно!

Тем временем Барак довольно хрюкнул, сунул флакончик в карман и скомандовал:

— Готово! Выбрасывайте её к бату!

Токур и Грил подхватили останки Рины, доволокли до дыры в «почтовом ящике» и скинули туда. Грил даже подопнул труп, неудачно зацепившийся за край щели, угодил грязным ботинком в копну рыжих волос.

Я почувствовал, как ноги сами распрямляются. Ган готов был сорваться с места и бросится в бой. Я удержал собственное тело от необдуманных поступков, хотя тоже хотел бы урыть ублюдка на месте.

— Теперь вы свободны, — скомандовал Барак. — Дальше я сам.

— Нам надо за ним, — прошептал я Гебу.

Тот замотал головой.

Я понимал, что увиденного мало. Надо знать, кто за этим стоит. Но Геб вцепился в меня и не пускал. Кончено, он сильнее. Я попросту не смог вырваться.

Мы так и просидели за забором, под дружное чавканье за стеной, пока вся троица не скрылась из виду. И ещё для верности минут десять.

— Ган, — укоризненно произнёс Геб.

— Что⁈ — не выдержал я. — Ты видел, что они с ней делали⁈ Надо выяснить, для кого Барак это сделал! Надо понять, что происходит!

— Мы и так выяснили очень много, — возразил Геб.

Я готов был кричать от злости, но снова понял, что это не мои эмоции. Если так дальше пойдёт, мне будет непросто. Я должен научиться контролировать Гана в себе. Иначе он меня рано или поздно выдаст. Было удобно, когда этот тихоня вовремя вспоминал и подсказывал имена, когда как-то направлял меня. Но сейчас… Может быть, это касается только Рины, а раз она мертва, то и не повторится? Но я должен решить этот вопрос.

Я вспомнил слова Южди про сжигание чужаков, вспомнил мгновенно ставший бешеным взгляд Геба, когда я предположил, что Рина могла быть не местной, и понял — с этим шутить нельзя! Малейший прокол — и меня уничтожат. А я, мало того что совершенно ничего не понимаю из происходящего, так ещё и с магией не дружу. А тут… я вспомнил светящиеся доспехи, выползающую из палочки змею… тут магия имеет значение. Это не цирковые фокусы — это сила! И пусть моя профессия — сборщик кристаллов, наверняка и я что-то могу. Ведь Барак — Страж, а я сомневаюсь, что продемонстрированное умение из арсенала Стражей. Значит, магия доступна в том или ином виде, а значит, я смогу научиться ей пользоваться. Но пока — я ноль без палочки.

Мне стало тоскливо. Захотелось увидеть Юджу или лучше Лиму. Почему-то мне казалось, что Лима сможет подсказать, как стать сильнее, как начать двигаться по Пути, именно так его назвал мой недолгий коллега по работе в поле.

Эти мысли меня успокоили.

Геб уже поднялся и готов был отправиться домой, как он сказал — подумать и принять решение, как это преподнести старосте. Я же сказался занятым и решил провернуть свои дела. А они у меня ещё были.

Ган во мне утих и больше не ощущался, как вторая личность, а значит, я могу быть спокойным. Сам себя не выдам.

Геб немного протестовал, но скорее, для видимости. Попробовал уговорить меня идти с ним, но в итоге сдался, отправился домой один, а я, сориентировавшись на местности, пошёл в сторону центра — для начала мне нужно было заглянуть к Хрону и отдать долг.

Выследить Барака я и не надеялся, так что просто шёл и не таился. Скорее всего, этот боров уже сдал добытый концентрат рады и довольно потирает пухлые ручонки с заплаченными ему кровавыми дзи. Ничего, недолго ему осталось! Ган внутри меня вновь зашевелился. Пришлось пообещать ему, что я отомщу не только Бараку, но и ублюдскому Грилу, который посмел пнуть Рину, пусть и мёртвую!

На этом моё альтер эго снова утихло.

До забегаловки Хрона мне всё же пришлось идти кружным путём. Прямой — лежал через центр, а там Стражи, староста и вообще масса народу.

Я лишь надеялся, что Геб не зациклится на делишках Барака и вспомнит о моём плане вызволения Юджи. Мне кажется, что он ему понравился. Не знаю, что именно убедило брата в необходимости помочь девушке, но уверенность в этом у меня была. Вот и отлично! Значит, могу не отсвечивать в Доме Стражей. И если Юджа последует моим рекомендациям и не станет высовываться и нарываться, то всё у нас получится.

Народу у Хрона не было. От слова совсем. Пустой зал с пятью столами и несколькими десятками грубо сделанных стульев. Какая-то альтернатива между стойкой консьержа и барной красовалась в углу, а за ней мурлыкал что-то себе под нос хозяин заведения.

Хотя нет. Сразу я не заметил, но в самом углу, спрятавшись за невероятных размеров буфет с посудой, сидел какой-то совершенно незнакомый мне тип.

Хрон увидел меня и тут же замахал рукой, принялся выбираться в зал.

— Никак малыш Ган принёс дяде Хрону немного дзи, которые был должен вернуть ещё вчера?

Не люблю я таких панибратских отношений. Какой на хрен он мне дядя? Или… Я подождал, но Ган ничего не подсказал. Но думаю, будь этот тип нам с Гебом родственником, брат точно бы упомянул об этом.

Одна проблема, о которой я не подумал заранее. Как передать дзи Хрону? У меня ведь нет кошелька? И тут я вспомнил, как старуха-скупщица сообщила мне: «отдаю восемь дзи» И после этого пришло сообщение от Системы о пополнении баланса.

— Отдаю три дзи, — произнёс я, глядя на Хрона.

Хрон замер, хлопнул глазами, склонил голову.

Ничего не происходило. А должно?

Интересно, как проверить баланс?

[Ваш баланс: 8 дзи]

Тут же прозвучало в голове, продублированная надписью перед глазами фраза.

Значит, я ничего не передал Хрону. Обидно. А главное, очень и очень хреново!

Хрон неожиданно подмигнул мне и поманил пальцем.

— Идём, малыш Ган, переговорим там, где кроме нас никого не будет.

Последнюю часть фразы он выделил голосом. Намёк? Чёрт! Может быть, чтобы передать дзи таким образом вокруг не должно быть никого другого? Или он заманивает меня, чтобы… чтобы что? Голова соображала плохо, но я не двинулся с места.

— Идём, не бойся, — уже тише произнёс Хрон. — Мы просто поговорим. Обещаю. Заодно отдашь долг. И так просрочил, — он громогласно заржал.

Тип в углу поднял голову, но тут же уронил её на руки. Похоже, он был вхламину пьян или что у них тут заменяет людям одурманивающий напиток?

Хрон уверенно шёл в дом, не обращая внимания на одинокого клиента. Может быть, был уверен, что тому не потребуется добавки, а может, решил, что разговор со мной и получение трёх дзи для него важнее.

Пока я шёл следом за Хроном, думал, как буду отбиваться, если случится что-то неприятное. На всякий случай достал из кармана резак с волосом русалки, и как мог незаметно, распутал его. Взял деревянные рукояти в одну ладонь, но так, чтобы легко перекинуть и растянуть волос. Теперь я стал чувствовать себя чуть защищённей.

Едва мы вошли в небольшую комнату, Хрон резко остановился и развернулся.

— Что ж, малыш Ган, или как тебя теперь лучше называть, расскажешь кто ты?

Приехали…

Я резким движением растянул резак и приготовился продать жизнь как можно дороже.