Мастер кристаллов 1

Глава 27

Я стоял напротив Юджи, смотрел ей в глаза и ждал, когда она продолжит говорить.

Вечерний воздух остывал, пробирался под рубаху, заставлял кожу покрываться мурашками. Я поёжился. Несмотря на недавний ажиотаж: драка, появление старосты, ухудшения состояния Геба, вся эта беготня… я чувствовал себя опустошённым, словно время застыло мухой в янтаре.

Юджа молчала. Смотрела на меня своими зелёными глазами, и в этом взгляде было столько всего, что я на мгновение растерялся. Тоска, сомнение и… неожиданно решимость.

— Ну? — поторопил я. — Где база? Говори.

Она вздохнула, отвела взгляд. Потом снова посмотрела на меня — уже твёрже.

— Ган, — сказала она тихо. — Ты уверен, что хочешь этого? Действительно уверен?

— Геб умирает, — ответил я. — У меня нет выбора. Я обязан ему помочь.

— Выбор есть всегда, — Юджа покачала головой. — Ты можешь остаться. Можешь просто… быть рядом. Проститься. Это не делает тебя плохим… братом.

Я смотрел на неё и не верил своим ушам. Я думал, та решимость во взгляде связана с готовностью помочь мне. А оказалось, она просто решила отговорить меня от похода. Она, космодес, боевой офицер, которая должна понимать цену жизни и смерти, предлагала мне просто сдаться? Остаться и подождать, пока Геб умрёт. Если честно, я стал чуть меньше уважать Юджу. Эта её… попытка. С чего она так пытается меня отговорить? Не струсила же она? Тогда что? За меня волнуется?

— Ты не понимаешь, — продолжила Юджа, видя моё замешательство и истолковав его по-своему. — Ты нужен здесь. Твоя работа с кристаллами, твой навык — это важно. Геб… Геб положил свою жизнь на то, чтобы помочь тебе. Он понимал, на что идёт. Он хотел бы, чтобы ты продолжал то, что начал. Это по-настоящему важно. Не только для тебя самого, для всех, для деревни.

— Ты серьёзно? Положил жизнь? Он отдал её за меня! Именно! Он заступился и потратил все силы, которые могли бы ему помочь сопротивляться болезни! — сказал я жёстко. — Хватит, Юджа. Где база?

Она молчала ещё минуту. А потом заговорила — быстро, сбивчиво, будто пыталась выплеснуть всё разом:

— Ты даже не представляешь, с чем столкнёшься, Ган. Туманные стены не пускают. Думаешь так просто пройти сквозь них? Я знаю, о чём говорю.

Я тоже это знаю, но у меня была идея… нет, даже целая теория. Пусть не продуманная, не проработанная…

— Когда я была в теле аборигенки в Третьем круге, там, где была Первая база, я пыталась пройти дальше, — продолжила Юджа. — В Четвёртый, во Второй — без разницы. Стена не пускала. Я упиралась в неё, как в бетонную плиту. Ни шагу. А ты хочешь пройти в Шестой? У тебя ничего не выйдет. Ты только время зря потеряешь. Время, которое мог бы провести рядом с братом.

— В Седьмой, в межкруговое пространство, — машинально поправил я. — База в Седьмом круге. Мы же её там поставили.

— Седьмой, Шестой — какая разница? — отмахнулась Юджа. — Стена есть стена. Я не смогла пройти из Третьего никуда. Что изменилось?

Я задумался. Её слова звенели в голове, но где-то на задворках сознания уже зарождалась мысль. Смутная, неоформленная, но цепкая. То, что не противоречило моей теории, а наоборот подтверждало и дополняло её.

— Погоди, — сказал я. — Давай мыслить логически.

Я отошёл на шаг, упёрся спиной в забор. Опустил взгляд. Так мне лучше думалось. Юджа ждала, сложив руки на груди.

— Смотри, — начал я. — Ты говоришь, что не смогла пройти стены в Третьем круге. Но люди с базы ходили в деревню Шестого круга. Учёные, космодесы, даже киберы. И у них не было никакого уровня. Они вообще не имели корня. Как это объяснить?

Юджа нахмурилась.

— Ну… может, стены работают по-разному? Или они просто нашли проход?

— Не думаю, — я покачал головой. — Слишком сложно. Если бы были проходы, вы бы давно их нашли и использовали. Уверен, так оно и было. Вояки не любят всё усложнять. Сначала идут напролом, а когда не выходит, начинают искать тех, кто решит задачку за них. Так что да, тут другое. Проходов нет.

Я замолчал, собираясь с мыслями. В голове выстраивалась цепочка.

— Представь, что круги — это уровни доступа, как шлюз на базе, чужих он не пропустит, — сказал я. — Шестой круг — самый внешний, самый простой. Туда может войти кто угодно, даже без корня.

— А Седьмой? — уточнила Юджа.

— Седьмой — это вообще межкруговое пространство. Сама же знаешь, там даже рады практически не встречается, и кристаллы очень редки. Он вообще не считается. Поэтому базу там и поставили. Шестой круг — это уже настоящий круг, но с доступом для всех, как гостевой аккаунт, демонстрация. Вот, смотрите, как оно всё устроено. Попробовали, узнали? Отлично! Двигайтесь дальше, но уже нужно зарегистрироваться. И вот чтобы пройти внутрь, в Пятый, нужно иметь хотя бы начальный уровень. Неофит, например.

Юджа слушала, и я видел, как её лицо меняется. Сначала недоверие, потом сомнение, потом… неужели понимание, озарение?

— Дальше, — продолжил я, входя в раж. — Четвёртый круг требует следующего уровня, Третий — ещё выше и так далее. А ты, будучи Неофитом в теле аборигенки, пыталась пройти из Третьего круга — внутрь, во Второй или Четвёртый. Конечно, у тебя не вышло! Ты пыталась пройти туда, где нужен уровень выше твоего!

— Но тогда получается… — начала Юджа.

— Получается, что стены работают как фильтр, — перебил я. — Они не пускают низкоуровневых дальше. Чем дальше — тем сложнее. Это как уровни. Попади в какой-нибудь игре сразу в высокоуровневую локацию, что будет?

— Порвут на части?

— Именно! Там тебе любая мышь ногу по самые яйца откусит!

Юджа хмыкнула.

— Прости, разошёлся. Тебе просто ногу.

— Дурак, — усмехнулась Юджа, но совершенно беззлобно.

— Так вот, мы сейчас в Пятом круге. И мы — Неофиты. Ты же Неофит?

Юджа кивнула.

— Значит, у нас есть шанс попасть в Шестой совершенно беспрепятственно, ну а в Седьмой и подавно.

Юджа молчала долго. Очень долго. Я видел, как в её глазах борются надежда и страх, вера и сомнение. Она несколько раз открывала рот, чтобы возразить, и каждый раз закрывала, не находя слов.

— Это только теория, — наконец сказала она. — Ты не знаешь наверняка. А если стены реагируют не на уровень, а на что-то другое? На расу, на происхождение, на что-то, чего у нас нет?

— Знаю, — согласился я. — Теория сырая, но она может оказаться правдой. К тому же другой у меня нет. Геб умрёт через три дня. Три дня, Юджа! Если я не попробую — я никогда себе этого не прощу. Понимаешь? Никогда.

Она отвернулась, глядя куда-то в темноту. Я слышал, как она дышит — тяжело, прерывисто. Может быть, придумывает ещё аргументы, а может, решается меня поддержать.

— А если там монстры? — спросила она тихо. — Ты думаешь, в лесу за околицей их нет? Они есть. Просто рядом с деревней не появляются. А дальше… Ган, я видела такое, что тебе и не снилось. Если мы пойдём, мы можем не дойти. Мы можем погибнуть оба. И Геб тогда умрёт зря.

— Тогда ты меня прикроешь, — ответил я. — Ты же космодес. Ты умеешь воевать. А я… я буду учиться на ходу. В конце концов, ты сама говорила, что я быстро учусь.

Юджа резко обернулась. В её глазах блеснуло отчаяние.

— Ты с ума сошёл, Ган! — выпалила она. — Ты предлагаешь мне рисковать жизнью ради твоего… брата? Который тебе даже не брат? Он… да он просто родственник тела, в которое ты попал? Ты понимаешь, что говоришь?

Я замер. Эти слова ударили больнее, чем кулак Барака. Больнее, чем удар копья, который едва не пронзил меня сегодня.

— Геб, — сказал я тихо, — спасал меня. Не раз. Он верил мне, когда никто не верил. Он прикрывал меня, учил, защищал. Он рисковал своей жизнью, своей репутацией, своим положением — ради меня. И да, может, он не мой брат по крови. Но он стал моим братом по духу. И я не брошу его. Никогда.

Я смотрел ей в глаза и видел, как в них что-то меняется. Злость и отчаяние уходили, уступая место чему-то другому. Надеюсь, осознанию того, что меня не переубедить.

— Ты даже не представляешь, как я ему обязан, — решил я довести начатое до конца. — Когда я очнулся в этом теле, когда ничего не понимал, когда был как слепой котёнок — Геб был рядом. Он тащил меня, учил, защищал. Он не спрашивал, кто я и откуда. Он просто… был братом. А теперь он умирает. И если я ничего не сделаю, если я просто буду сидеть и смотреть, как он уходит — я никогда не смогу смотреть на себя в зеркало. Понимаешь? Я перестану уважать себя, что хотя бы не попробовал.

Юджа молчала. Её губы дрожали.

— Ты правда готов умереть ради него? — спросила она шёпотом.

— Я готов сделать всё, чтобы он жил, — ответил я. — А умирать… посмотрим. Может, и не придётся.

Юджа смотрела на меня, и я видел, как её настрой меняется. То ли я уговорил её, то ли просто устала от спора. Но это не важно. Не пойдёт Юджа со мной, я пойду сам.

— Ладно, — выдохнула она. — Ладно, чёрт с тобой. Я пойду. Но только потому, что ты… ты действительно веришь в это. И потому что без меня ты точно сдохнешь в первую же минуту.

Она отвернулась, но я успел заметить, как она смахнула что-то с щеки. Слезу? Не может быть. Юджа, космодес, хладнокровная убийца — и слёзы?

— Спасибо, Юджа, — сказал я тихо.

— Не благодари, — буркнула она не оборачиваясь. — Потом спасибо скажешь, если выживем. А теперь собираемся. Быстро. Я не попрусь в лес с голой задницей. И не вздумай брать лишнего — тащить всё это на себе придётся.

Это было согласие. Я усмехнулся про себя. Всё-таки я её уговорил. Даже то, что она ворчит, ничего не меняет. Я победил!

Сборы заняли почти час.

Мы, как заполошные метались по дому, хватали то одно, то другое. Пока я не остановился и не признал, что нужна система. Перво-наперво нам нужно было понять, что пригодиться, а что нет. Забавно, что Юджа тоже носилась вместе со мной, как в одно место ужаленная. Может, думала, что эта паника убьёт мой настрой? Нет уж. Минутная слабость прошла, и я понял, как действовать.

Еда, одежда, оружие. Дальше то, что может потребоваться мне лично. Несколько кристаллов (остальные я спрятал в доме), ступка с пестиком (мало ли), извлекатель рады, который я забрал у Барака вместо меченного. Кристаллы могли служить и предметом торга, и оружием. Извлекатель концентрата нужен для производства лекарства для Геба. Я не представлял, из кого я буду извлекать раду, но пока это не сиюминутная проблема. Буду решать по мере возникновения. Ступа и пестик тоже могут пригодиться. Я принял для себя решение, что профессиональные инструменты всегда должны быть при мне.

— Еду бери самую калорийную. Вяленое мясо, лепёшки. Воды — две фляги минимум, лучше три. Лес большой, неизвестно, сколько будем плутать, — отдавал я распоряжения Юдже.

Она фыркала, но не противилась моему командованию. Уверен, она и сама прекрасно понимала что нужно, но я решил взять ситуацию под свой контроль. Мне так было спокойней.

— А если найдём ручей? — с какой-то хитринкой в голосе спросила Юджа. — Зачем тащить столько?

— А если не найдём? — парировал я. — Бери три.

Она улыбнулась и послушно сунула в мешок третью флягу.

— Оружие? Нож у тебя есть. Резак тоже. Но нож лучше возьми запасной, мало ли.

Это уже Юджа. Она приняла на себя обязанности командира по безопасности экспедиции. Я был не против. В конце концов, именно для этого я и хотел, чтобы она пошла со мной. Ладно, признаюсь честно, не только поэтому. Даже несмотря на некоторые сомнения в мотивах Юджи, мне было приятно, что она рядом.

— Где я тебе запасной возьму?

— У Геба в комоде лежал. Я видела.

Я нашёл нож. Похож на мой, только рукоять потемнее. Сунул за пояс.

— Кристаллы… — Юджа задумалась. — Зачем тебе кристаллы?

— Поверь, — ответил я. — Пригодятся. Здесь всё на них завязано. Может, расплачиваться придётся. Или Система задание выдаст. К тому же…

Хотел рассказать о новом навыке взрывать их к чертям собачьим, но недоговорил, Юджа меня перебила.

— Система, — усмехнулась Юджа. — Ты в неё веришь?

— А ты нет? — точно так же усмехнулся я в ответ. — Как в ней можно сомневаться? То, что эта штука действует — однозначно! Значит, надо пользоваться её возможностями. Ты же используешь интерфейс во время боя. Помогает?

Юджа пожала плечами, но спорить не стала.

Я сунул в мешок ступку с пестиком. Порошок, который уже был готов, тоже прихватил — шесть порций, упакованных в отдельные тряпицы. Кристаллы — штук десять, самых мелких, чтобы не тяжело было тащить. Я планировал сюда вернуться, так что не видел смысла забирать всё. Можно было и вовсе не брать, а нарезать ещё. Уверен, в Лесу мы на них наткнёмся, но всё же решил, запас быть должен.

Нож на пояс, резак — за пояс, под рубаху. Я готов!

— Одежда? — спросила Юджа.

— Минимум. Что на мне, то и ладно. Лишнее тащить тяжело.

— Разумно, — кивнула она. — Но накидку возьми. Ночью холодно, а в лесу сыро.

Я нашёл накидку Геба, сунул в мешок. Мне понравилось, что Юджа за меня переживала. Это было… мило.

— Всё? — спросила Юджа.

Я оглядел мешок. Вроде ничего не забыл. Еда, вода, оружие, кристаллы, инструменты.

— Вроде всё. У тебя?

— Тоже.

— Тогда пошли.

Я остановился на пороге. Оглянулся.

Комната была такой же, как всегда: кривые стены, грубый стол, лавки, кровать Геба. Но что-то изменилось. Раньше это было просто место, где я ночевал. А теперь… теперь это был дом. Мой дом. Который я покидал, пусть и ненадолго.

Я кивнул дому, мысленно произнёс:

«Дождись, не пускай посторонних, храни себя»

Этакая магия слов. Охранное заклинание. Казалось бы, бред, но мне захотелось так сказать.

Я улыбнулся и вышел, задвинув засов.

Юджа ждала на улице.

Мы двинулись через двор к калитке. Ночь уже вступила в свои права, звёзды ярко горели на небе, и где-то далеко, над самыми макушками далёких деревьев, мерцала та самая точка — орбитальная станция. Мой бывший дом. Моя прошлая жизнь.

Я толкнул калитку, шагнул на улицу.

И в этот момент из-за угла вынырнула фигура.

Я дёрнулся, рука метнулась к ножу. Юджа за моей спиной тоже напряглась, готовая к броску.

Но это был просто запоздалый прохожий. Старик, которого я мельком видел в деревне, тащил охапку хвороста. Он глянул на нас мутным взглядом, хмыкнул и поплёлся дальше, что-то бормоча себе под нос.

— Чёрт, — выдохнул я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Напугал до смерти.

Юджа усмехнулась, но в голосе не было веселья.

— Расслабляться рано. Пошли.

Выйдя на утоптанную до состояния камня деревенскую улицу, я поискал взглядом дом, куда унесли Геба. Отсюда его было видно, но у самого поворота. В окне дома горела свеча. Маленький жёлтый огонёк в темноте.

Я смотрел на него и думал: успею ли? Хватит ли у меня времени? Геб, держись. Я вернусь. Я обязательно вернусь. Только не умирай.

— Ган, — позвала Юджа. — Идём.

Я отвернулся и зашагал за ней в темноту.

Сквозь деревню мы прошли незамеченными. Я опасался, что Барак мог уже переговорить со старостой и решить найти меня, продолжить разговор. Но либо его ещё не отпустили, либо он решил, что с него хватит неприятностей. А может, подумал, что разберётся со мной завтра. Староста тоже не искал моей компании. Понятно, что сам не пошёл бы меня искать, но мог кого-то отправить. Не хотелось бы сейчас столкнуться с этим человеком. Придумывать отмазку, куда и зачем я собрался не хотелось.

В итоге деревня осталась за спиной. А впереди был Лес. И неизвестность.

Я не знал, что ждёт нас там. Не знал, вернусь ли я вообще. Но знал одно: я сделал правильный выбор.

Потому что иногда единственный способ остаться человеком — это идти в самое пекло ради тех, кто тебе дорог.

Даже если это пекло может тебя убить.