Мастер Марионеток строит Империю. Том 3

Глава 14 Любопытство кошку сгубило

Временная мастерская в Восточном крыле дворца Астерия больше напоминала операционную безумного алхимика. Причем скрещенную с сокровищницей дракона. Воздух здесь был густым от запаха озона, расплавленного металла и дорогой древесной полироли. На полу, устилая драгоценный паркет, валялась стружка из мифрила — металла, за грамм которого на черном рынке резали глотки. Но здесь, в обители высшей аристократии, это был просто мусор.

Я стоял над верстаком, завершая, пожалуй, самую сложную марионетку в моей новой жизни. Это был шедевр. «Магнум Опус» моего текущего уровня развития.

Каркас я собрал из мифриловых трубок, усиленных рунной вязью. Легкий, прочный, способный выдержать прямое попадание осадного орудия.

Мышцы имитировали пучки живого волокна, выращенного в алхимических чанах. Они сокращались быстрее и сильнее человеческих, но при этом сохраняли мягкость и плавность движений.

Кожа… о, кожа была отдельной гордостью. Синтетика высшего класса, неотличимая от настоящей на ощупь. Теплая благодаря циркуляции витальной энергии и способная регенерировать мелкие царапины.

Князь снабдил меня прекрасными материалами. Работа с такими приносила чистое кристальное удовольствие.

— А я буду красивой? — раздался скрипучий голосок снизу.

Я скосил глаза. Сударь Мишка, одноглазый и потрепанный, топтался у ножки стола, пытаясь заглянуть наверх. Его плюшевая голова была запрокинута так сильно, что казалось, вот-вот отвалится.

— Ты будешь самой красивой девочкой в Империи, — ответил я, затягивая последний узел на маго-нейронной сети в затылке куклы. — И самой опасной.

— Опасной? — Мишка наклонил голову набок. — Это как тигр?

— Это как тигр, который притворяется котенком, — я взял тончайший инструмент, похожий на иглу, и начал калибровать мимические мышцы лица. — У тебя будут глаза, которые видят в темноте. Уши, которые слышат шепот за стеной. И руки, которые могут… — я осекся. — Которые могут очень крепко держать чашку с чаем.

— А прыгать через скакалку я смогу? — не унимался плюшевый аватар.

— Если захочешь, ты сможешь перепрыгнуть через этот дворец, — хмыкнул я. — Но начни лучше со скакалки. Паркет здесь дорогой, князь расстроится, если ты проломишь его на первом же скачке.

Я отложил инструмент и вытер руки тряпкой. Передо мной лежало тело девочки лет семи-восьми. Идеальное. Слишком идеальное для живого человека, но именно таким оно и должно было быть. Сосудом для маленькой княжны. Длинные волосы, сплетенные из «живого шелка», рассыпались по столу серебристо-пепельной волной. Лицо было спокойным, безмятежным, ожидающим искры жизни.

Я поднял мишку и посадл его на край стола. Артемия начала с любопытсвом разглядывать марионетку.

— Это я? — прошептал медведь.

— Будешь ты, — я кивнул.

— Красивая… — Артемия помолчала. — А Сударь Мишка? Он останется со мной?

Я отложил инструмент и посмотрел на потрепанную игрушку. Одноглазую, с неловко заштопанным брюхом, набитую рунами и серебряными нитями.

— Он будет внутри тебя, — сказал я мягко. — Прямо здесь. — Я постучал по бронированной капсуле в центре грудного блока. — Как сердце. Он станет твоим пилотом.

— Как рыцарь внутри доспехов?

— Именно.

Медведь радостно подпрыгнул, чуть не свалившись со стола.

— Мишка-рыцарь! Мишка-рыцарь!

— Тише, Ваше Высочество. Вы мне спектральные калибровки собьете своими прыжками.

Арли, все это время сидевшая на стеллаже и с тоской листавшая ленту в связь-кристалле, издала протяжный стон.

— Хозяи-и-ин, мне ску-у-учно!

— Займись чем-нибудь полезным.

— Чем⁈ Стримить нельзя, секретность! В сеть выходить нельзя, перехватят! Даже селфи на фоне дворца нельзя, потому что «репутационные риски»! Я тут умираю от информационного голода! У меня уже фантомные уведомления в голови бзикают! Мне кажется, что кристалл вибрирует, а это просто нервный тик!

— Можешь помочь с полировкой суставных чашек.

— Я топ-стример с тремя миллионами подписчиков, а не подмастерье!

— Тогда полетай по дворцу. Разомнись. Только не попадайся охране и не трогай фамильное серебро.

Арли встрепенулась. Ее кошачьи уши встали торчком.

— А можно?

— Можно. Но аккуратно. Я объясню тебе, как обойти Родовую Магию, чтобы она не агрилась. Слушай внимательно…

Я потратил пять минут, объясняя ей принцип работы защитных контуров и способ их обмана. По сути, Родовая Магия Астерия опознавала «своих» по резонансу крови. Но после моего ментального погружения в кристалл Артемии, Арли (как часть моей свиты) получила остаточный отпечаток Дара Астерии. Достаточно было усилить этот отпечаток простым заклинанием маскировки, и защита будет воспринимать ее как «свою».

— Поняла! — Арли радостно подпрыгнула. — Я типа как VIP-пропуск! Только невидимый!

— Именно. Но если попадешься, я тебя не знаю. Ты сама по себе залетела через форточку. Ясно?

— Обижаешь, босс! Когда это я попадалась?

— Позавчера. Когда пыталась украсть печенье из кухни и попала в мышеловку для магических грызунов.

— Это была разведка! Я проверяла качество охранных систем! И вообще, мышеловка оказалась некачественной, я ее сломала за три секунды.

— Лети уже.

Арли включила режим невидимости и растворилась в воздухе. Только легкий сквозняк и тихое «Уи-и-и-и!» обозначили ее траекторию к вентиляционной решетке.

Я вернулся к работе.

Следующие два часа прошли в блаженной тишине, нарушаемой лишь шорохом Нитей, жужжанием инструментов и периодическими вопросами Сударя Мишки.

Артемия оказалась на удивление терпеливым наблюдателем. Она сидела на краю верстака, свесив плюшевые лапы, и молча следила за тем, как из металла, дерева и магии рождается ее новое тело.

Вскоре я завершил все подготовительные работы и осталось самое главное. Ядро.

В груди куклы зияла открытая бронированная капсула, обшитая изнутри свинцом и рунами подавления. Гнездо для пилота.

Я еще раз проверил показатели. Хаос даст живость, для той самой детской непосредственности и непредсказуемости. Витальность даст тепло, подкрепит тактильные ощущения и эмпатию. А Логика станет жестким, холодным каркасом, который будет удерживать Хаос в узде, не давая ему сжечь хрупкое детское сознание.

Это была ювелирная работа. Ошибка в расчетах на долю процента, и девочка либо превратится в безумного берсерка, либо станет холодным бесчувственным роботом. Я не мог такого допустить, поэтому все эти дни очень тщательно вымерял дозировки.

— Арли! — позвал я, не оборачиваясь. — Подай мне тот кристалл стабилизации… Арли?

Нет ответа.

Я обернулся. В мастерской было пусто. Только Врата-1 и Врата-2 неподвижно стояли у входа, изображая статуи. Моей летающей помощницы нигде не было видно.

— А, точно, она же улетела, — вздохнул я. — Скука — страшная сила. Надеюсь, она не решит украсть корону с герба на воротах.

Артемия заснула, улегшись на бок. Точнее, перешла в режим поглощения маны. Нити связи слабо мерцала в такт ее дыханию где-то там, в глубине розового кристалла.

Я как раз встраивал в предплечья аварийные кристаллические щитки, когда дверь мастерской с грохотом распахнулась.

Арли влетела в комнату на полной скорости. Буквально. Она врезалась в стеллаж, отскочила, ударилась о потолок и рухнула на верстак, едва не разбудив спящего Мишку.

Ее хвост дымился. В прямом смысле. От кончика поднималась тонкая струйка дыма с характерным запахом паленой шерсти.

— Хозяин! — она хрипела, глаза были размером с блюдца. — Хозяин, мне нужно…

— Ты горишь, — заметил я.

— Что⁈ — она обернулась, увидела дымящийся хвост и с визгом окунула его в стакан с водой, стоявший на столе. Зашипело. — Ой! Ай! Горячо! Фу! Фу!

— Что случилось?

Арли вытащила хвост из стакана, отряхнулась и перешла на шепот. Ее глаза нервно бегали.

— Хозяин, я нашла кое-что. Кое-что очень, очень плохое.

— Фамильное серебро?

— Нет! Хуже! Намного хуже! — она покосилась на спящего Мишку и понизила голос до едва слышного писка. — Я пролетала мимо кабинета князя. Того самого, где мы были. И услышала крик. Альвор кричал. Он вообще-то редко кричит, ну ты в курсе, он же такой весь из себя ледяной северянин…

— Ближе к делу, Арли.

— Я пробралась через вентиляцию. Защита меня не заметила, твой трюк с отпечатком сработал идеально. Так вот, он стоял перед большим коммуникационным кристаллом. Связь-кристалл размером с арбуз, прикинь? Таких штук я даже в рекламе не видела. Изображение собеседника было размыто, но мантию я разглядела. Белая, с вышивкой. Святой Круг Равновесия.

Я не прекратил работу. Руки продолжали плести Нити, встраивая контуры в предплечье заготовки. Но движения стали точнее, экономнее. Ни одного лишнего жеста.

— Продолжай.

— Альвор орал. Говорил, что «выполнил все условия». Что «передал артефакты» и «обеспечил доступ». Но Орден не сдержал слово.

Арли сглотнула.

— А тот, в мантии, ответил…

Арли. Двадцать минут назад

— Скучна-а-а-а-а, — бубнила Арли, вынырнув из вентиляции в каком-то коридоре. — Смертельно, невыносимо, зубодробительно скучно.

Наблюдать, как Хозяин часами ковыряется в искусственных внутренностях марионетки, бормоча под нос формулы на мертвых языках — это контент для очень специфической аудитории. А Арли работала на массу. Ей нужен был экшен, драма, скандалы, интриги, расследования!

— «Топ-10 секретов дворца Астерия, о которых молчат путеводители», — прошептала она, скрытая режимом невидимости. — Звучит как заголовок на миллион просмотров.

Она выскользнула из мастерской и полетела по коридорам Восточного крыла. Слуги и стражники проходили мимо, даже не подозревая, что рядом с ними парит маленькая шпионка.

Дворец был огромен. И он был полон магии. Арли чувствовала вибрации защитных контуров, как легкое покалывание в лопатках. Хозяин научил ее обходить родовую защиту, нужно было просто вибрировать аурой на той же частоте, что и «Усатый Нянь». Система принимала ее за «свою», ну или за безобидного паразита, на которого лень тратить ману.

Она заглянула в бальный зал (пусто), на кухню (пахнет вкусно, но красть пирожки мелковато, не ее уровень, да и в мышеловку снова попасть не охота), в оружейную (красиво, но тяжело тащить).

И тут ее чувствительные аудиосенсоры уловили шум. Кажется… Голоса? Далекие, злые голоса.

Они доносились из-за массивных дверей, украшенных резьбой в виде переплетенных лоз. Личный кабинет князя Альвора. То место, куда даже мухи влетали только по предварительной записи.

Арли подлетела ближе. Защита на двери была серьезной, но в ней была крошечная брешь, замочная скважина старого образца. Отличная возможность!

— … вы обещали! — голос князя гремел, отражаясь от стен. — Вы дали слово! Я выполнил все условия!

Арли прижалась ухом к двери (фигурально выражаясь, на самом деле она просто усилила чувствительность микрофонов).

— Успокойтесь, Альвор, — ответил второй голос. Он был искажен, словно его пропускали через десяток магических фильтров, но даже так в нем чувствовался холод и власть. — Эмоции вам не к лицу.

Время для маленького фокуса! Арли с щелчком вытащила свой искусственный глаз и извлекла из глазницы маленький провод с объективом-кристаллом на конце. И осторожно просунула его внутрь через скважину. Качество изображения было так себе, но зато Арли видела все!

Кабинет был погружен в полумрак. Князь Астерия стоял посреди комнаты, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Перед ним на постаменте стоял гигантский кристалл связи с проекцией человека. Изображение было мутным, подернутым рябью помех, но силуэт читался четко: высокая фигура в балахоне с глубоким капюшоном. На груди фигуры тускло светился символ. Круг, перечеркнутый вертикальной линией.

Святой Круг Равновесия.

— Я передал вам артефакты! — продолжал кричать Альвор. — Я пустил ваших людей в архивы Рода! Я закрыл глаза на действия вашего пса, этого Очищения, в моих землях! И что я получил взамен⁈

— Вы получили шанс, — равнодушно ответил собеседник. — Мы не боги, Альвор. Мы лишь хранители Баланса. Проклятие крови вашего Рода вещь древняя и капризная. Мы предупреждали, что риски высоки.

— Риски⁈ — князь ударил кулаком по столу, расколов мраморную столешницу. — Она превратилась в статую! Моя дочь заперта в кристалле, и она медленно умирает! Вы говорили, что ваше лечение стабилизирует Дар! Что она сможет контролировать его!

— Предательство Очищения спутало карты, — голос из проекции оставался невозмутимым. — Он вмешался. Мы не могли этого предвидеть.

— Вы лжете! — прошипел Альвор. — Очищение был вашим человеком! Вы натравили его на мой дом! Вы хотели получить контроль над Даром Артемии, а не спасти ее!

— Следите за языком, князь. Вы говорите с Иерархом.

— Я говорю с тем, кто разрушил мою жизнь!

Арли почувствовала, как внутри у нее все холодеет. Вот это поворот! Князь Астерия, гордый и независимый, оказывается, сам пришел к Ордену на поклон? Он пытался «лечить» дочь с помощью их запретных техник?

— Ситуацию еще можно исправить, — произнес Иерарх. В его голосе появились вкрадчивые нотки. — Девочка жива. Кристалл лишь защитная реакция. Если вы передадите нам опеку над ней… Если позволите забрать ее в Цитадель… Наши специалисты смогут извлечь ее.

— Извлечь? — Альвор горько усмехнулся. — Как руду из шахты? Чтобы сделать из нее оружие для Ордена?

— Чтобы она послужила Балансу. Это великая честь.

— Пошли вон, — тихо сказал князь.

— Альвор, не делайте глупостей. Вы в уязвимом положении. Орден примет меры, если вы окажетесь… несговорчивым.

Это была прямая угроза. Шантаж высшего уровня.

Лицо князя исказилось гримасой чистой ярости. Ярости отца, которого загнали в угол и угрожают его ребенку.

— Вы ничего не получите, — прорычал он. Голос его завибрировал, и воздух в кабинете сгустился, став тяжелым, как свинец. — Ни мою дочь. Ни мой род. Ни мою лояльность.

— Альвор, подумайте о последствиях…

— Я подумал! — рявкнул князь.

Его кулак, окутанный фиолетовым сиянием Девятой Тени, обрушился на проекцию.

БАБАХ!

Это был магический разряд чудовищной силы, направленный в канал связи. Кристалл взорвался, разлетевшись в мелкую пыль. Ударная волна прокатилась по кабинету, срывая гобелены со стен и опрокидывая тяжелые кресла.

Раскаленная магия хлынула из щелей двери, через которую подглядывала Арли. Стримершу отшвырнуло прочь.

— Мяу! — пискнула она, кувыркаясь в воздухе.

Если бы она оставалась там еще секунду, ее бы поджарило, как тост в драконьей пасти!

— Жесть! — выдохнула Арли, восстанавливая равновесие и прижимая к груди дымящийся хвост. — Вот это контент! Вот это драма! Но надо валить, пока князь не решил разнести весь дворец!

Она рванула по коридору, выжимая из своих левитационных модулей максимальную скорость. Хозяин должен знать. Это меняет всё. Вообще всё.

Валериан

— Арли, отдышись, — спокойно сказал я, хотя внутри всё напряглось. — Точнее, отвентилируйся. И докладывай по порядку.

Она затараторила, глотая слова. Пересказала разговор. Угрозы Иерарха. Признание Альвора о сделке с Орденом. Уничтожение кристалла связи.

Я слушал, и мои руки продолжали работать, но движения стали жестче, резче.

Пазл сложился.

Альвор не просто так был параноиком. Он чувствовал вину. Он сам привел волков в свой дом, надеясь, что они вылечат ягненка. А волки решили, что ягненок вкуснее, чем плата за лечение.

Орден Равновесия, хранители Баланса. Оказывается, они не прочь поиграть в генетику и создать идеальное оружие из девочки с уникальным Даром. «Послужит Балансу»… Подозреваю, это переводится как: «Мы сотрем ей личность и превратим в живую батарейку или убийцу».

Хотя-я-я-я… Если вспомнить, чем именно занимался Очищение, ситуация может быть куда хуже.

— Может быть, Карл — это запасной вариант Ордена? — пробормотал я. — Если Альвор не прогнется, они посадят на трон брата. А Альвора уберут. И Артемию заберут силой.

Я пока не совсем понимал, какую роль во всем этом играет Карл. Что-то мне подсказывало, что я упускаю нечто важное.

— Хозяин, он там всё разнес! — шептала Арли, дуя на свой хвост. — Он сейчас в состоянии берсерка! Если он узнает, что мы подслушали…

— Не узнает.

Я посмотрел на куклу, лежащую на столе. На Сударя Мишку, который посапывал на верстаке.

Ситуация изменилась. И для девочки, и для её отца, и, как ни странно, для нас. Альвор сейчас загнанный зверь. Ему нужен союзник, который не связан с Орденом. И у которого есть зубы.

— Мишка, — я присел перед игрушкой и потормошил её. — Ты готов?

— К чему? — спросил плюшевый аватар, потягиваясь. — Я так сладко спала…

— К переезду. В новый дом. Он большой, красивый и очень крепкий.

— Там будет варенье?

— Там будет всё, что ты захочешь. Но главное, что ты сможешь обнять папу по-настоящему.

— Хочу! — медведь аж подпрыгнул.

Я взял игрушку. Она была легкой, пахла пылью и старой набивкой. Внутри пульсировала душа девочки, связанная тонкой нитью с ее настоящим телом в кристалле.

— Протокол «Пилот», — скомандовал я сам себе. Нить потянулась к новой марионетке.

Грудная клетка новой куклы раскрылась, как лепестки цветка. Внутри, в бронированной капсуле, было уютное гнездышко, выстланное мягким материалом и испещренное контактами.

Я аккуратно поместил туда Сударя Мишку. Подключил магистрали маны. Соединил контуры Хаоса и Витальности с плюшевым носителем.

— Арли, запускай диагностику.

— Есть, босс! — Арли, забыв про подпаленный хвост, подключилась к системе. — Потоки стабильны! Синхронизация… 10%… 40%… 80%…

Грудные пластины с тихим щелчком сомкнулись, скрывая медведя внутри. Шов исчез, словно его и не было. Теперь это была просто грудь маленькой девочки в нарядном платье.

— Синхронизация 100%! — объявила Арли.

Тело на столе вздрогнуло.

По «венам» побежало золотистое сияние Витальности, мгновенно впитываясь в искусственную кожу. Бледный пластик порозовел, обретая тепло и текстуру живой плоти. Грудная клетка поднялась и опустилась. Имитация дыхания, ненужная для жизни, но необходимая для вентиляции внутренних частей и спокойствия окружающих.

Ресницы дрогнули.

Медленно, очень медленно открылись глаза, огромные, фиолетовые. В их глубине, за радужкой, плясали крошечные искорки Хаоса. Они придавали взгляду то самое выражение, которое я помнил: смесь любопытства, озорства и осторожности.