Между звезд и руин

34. Связь

Я замерла, не в силах пошевелиться. В голове крутилась только одна мысль: «Связаны? Как это возможно?»

— И что, нет ни единого шанса, чтобы кулон перестал принадлежать мне? — с надеждой в голосе спросила я, чувствуя, как внутри нарастает паника.

— Есть один вариант, — задумчиво протянул он, словно наслаждаясь моим волнением.

— Давай, говори, я уже готова согласиться на что угодно, — выпалила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Ксар подошёл ко мне вплотную, так что я почувствовала жар его тела. Его дыхание коснулось моего лица, а глаза словно пронзали насквозь.

— Если хозяйка кулона мертва, можно выбрать другую, — зловеще произнёс он, растягивая слова.

По моей спине пробежал холодок. Я отшатнулась, но он не дал мне уйти, удержав за плечи.

— Ты... убьёшь меня? — в ужасе произнесла я, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.

Его лицо было абсолютно серьёзным, а в глазах промелькнуло что-то хищное. Он стоял так близко, что я могла разглядеть каждую черточку его лица, каждый блик в его глазах.

Внезапно он засмеялся, и его маска треснула, выдавая, что он просто издевается надо мной. Его смех эхом отразился от стен беседки, заставляя меня ещё больше злиться.

— Прости, но твоё лицо было таким забавным, — произнёс он, смеясь. — Нет, конечно, никто не собирается тебя убивать, Яра, — положив руку мне на плечо, успокоил он.

Его прикосновение было неожиданно тёплым, но я всё равно отшатнулась, сбрасывая его руку.

— Объясни, что вообще представляет из себя эта связь? И почему ты такой спокойный? — спросила я, стараясь скрыть своё волнение.

В его глазах промелькнуло что-то странное — то ли сожаление, то ли понимание. Он сделал шаг назад, давая мне больше пространства.

— Это не просто связь, — продолжил он, не отводя взгляда. — Это похоже на узы, которые невозможно разорвать. Эти узы... они как древний договор между нашими предками, — продолжил он, его взгляд стал более напряжённым. — Они связывают не только физически, но и на уровне души. Как только связь сформировалась, её уже не разорвать. Она становится частью тебя, частью твоей сущности. Это как невидимая нить, которая сплетает души воедино. Но бывали и такие случаи, что кулон не принимал девушку или очень долго формировалась связь.

Я сжала руки в кулаки, пытаясь скрыть охватившее меня волнение.

— Но самое интересное, — его голос стал тише, а взгляд пронзительнее, — связь между нами сформировалась очень быстро. Это означает, что наши души идеально подходят друг другу.

— Звучит как какой-то бред, — не поверила я его словам, отступая на шаг.

— Возможно, — согласился он, но в его глазах не было сомнений. — Но связь между нами настоящая. И теперь ты — часть моей судьбы, нравится тебе это или нет.

— И тебя самого это устраивает? Что какая-то чужая девчонка связана с тобой? Я тебя совершенно не понимаю, — выпалила я, пытаясь скрыть растущее беспокойство.

— Ты просто представь, насколько низок был процент найти на Земле девушку-Астарийку, — продолжил он, не отвечая на мой вопрос. — Я не верю в такие случайности. Именно ты нашла и спасла меня. Почему ты решила это сделать? Что ты чувствовала в этот момент?

На мгновение я задумалась, пытаясь вспомнить тот день. Как я могла объяснить то, что чувствовала тогда?

— Я не могла усидеть на месте, — призналась я. — Мне просто было любопытно. Не каждый день с неба падают корабли.

— Ты уверена? — спросил он, внимательно глядя мне в глаза.

— Да, я, чёрт возьми, уверена! — воскликнула я, отворачиваясь.

— Пусть будет так, — произнёс он, но в его голосе слышалось сомнение.

Повисла тяжёлая тишина. Что-то в его словах заставляло меня сомневаться в собственных воспоминаниях.

— Ты думаешь, что я лгу? — спросила я, не глядя на него.

— Нет, просто сама не можешь объяснить свой порыв, — ответил он, внимательно глядя мне в глаза. — И это была не жалость и не любопытство. Ты почувствовала меня. Перед падением я звал на помощь, но вся делегация была уже мертва. И ты нашла меня.

— Я не слышала, чтобы меня кто-то звал, — возразила я, пытаясь найти логическое объяснение.

Ксар указал рукой на свою голову, указательным пальцем.

— Мысленно, глупышка, — пояснил он. — Мы, астарийцы, в случае экстренной ситуации можем ментально позвать на помощь. Теперь я понимаю, что это не было совпадением. Ещё тогда я должен был понять, кто передо мной.

— Допустим пришла я не просто так, но помогла лишь потому что ты выглядел жалко, — фыркнула я.

Он было хотел возразить, но неожиданно в его кармане что-то заиграло. Одной рукой он залез в карман брюк и достал плоский, прямоугольный предмет. Ксар провёл пальцем по экрану и приложил устройство к уху. Это что, своеобразный инопланетный телефон? Без кнопок?

Ксар говорил на родном языке, его лицо выражало тревогу. Я не понимала ни слова, но его интонация была напряжённой.

Ксар быстро закончил разговор и повернулся ко мне. В его глазах читалось беспокойство.

— Мне срочно нужно уехать, но когда я вернусь, мы продолжим наш разговор. А позже я представлю тебя Верховному правителю, — сказал он, его голос звучал твёрдо и решительно.

Верховный правитель... Встреча с ним не предвещала ничего хорошего.

— Зачем? — спросила я.

— Потому что ты — Астарийка, и это меняет всё, — ответил он, и быстро направился к выходу из беседки. — Скоро увидимся, Яра.

Я смотрела на него, пытаясь понять, что происходит. Его тревога словно передалась и мне.

— Подожди... — догнав Ксара, я остановила его за руку. — Что-то случилось?

Он помедлил с ответом, словно решая, стоит ли говорить. Его лицо оставалось непроницаемым.

— О чем ты? — мягко произнёс он, — у меня просто возникли неотложные дела.

— Я же видела, что тебя встревожил этот звонок, — ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия.

— Всё в порядке, крошка. Тебе не о чем переживать, — обхватив мою руку, которая находилась на его локте, ответил Ксар.

Да и к чёрту, чего это я вообще переживаю. Кто бы ему ни звонил, это его проблемы, меня это касаться не должно. Я отпустила его руку, давая ему возможность уйти.

Его тёмная фигура растворилась в ночи. Я сжала ладони в кулаки, пытаясь взять себя в руки. Что бы ни происходило, это не моё дело. У меня и своих проблем хватает.

Всё именно так. Но тревожность не отпускала меня. Я сама не понимала, откуда она появилась. Почему вся моя злость на Ксара прошла? Всё дело в чёртовом кулоне? Он подавляет мои истинные эмоции, или я действительно сопереживаю этому Астарийцу?

Эти вопросы крутились в голове, словно назойливые мухи. Я пыталась найти ответы, но чем больше думала, тем сильнее запутывалась. Связь между нами... Пока что я ничего подозрительного не ощущала, но это как-то не успокаивало.

Когда я окончательно замёрзла, решила направиться в резиденцию. Но перед самым входом заметила припаркованные машины пришельцев. На одной из таких же машин меня сюда привёз Хилл.

Мужчины-Астарийцы покидали резиденцию. Их фигуры в серебристых костюмах казались мотыльками в свете ночной лампы. Что-то явно было не так — куда они уезжают в ночь? Кто звонил Ксару? Это точно как-то было связано.

Я спряталась за деревом, наблюдая за происходящим. Их движения были чёткими, уверенными. Они явно готовились к чему-то серьёзному. Некоторые из них грузили в багажник какие-то продолговатые металлические предметы. Их основания пульсировали голубым светом, напоминая приборы в инопланетном корабле. Быть может, это их оружие? Но куда им столько?

В воздухе витало напряжение, словно перед бурей. Ветер усилился, зашелестел листьями, но я едва замечала это. Все мои мысли были сосредоточены на том, что происходило перед моими глазами.

Произошло что-то явно серьёзное, судя по количеству погруженного оружия. Астарийцы действовали слаженно, как хорошо отлаженный механизм. Они не разговаривали, только обменивались короткими жестами.

Когда последний из них сел в машину, я решилась выйти из своего укрытия. Что бы ни происходило, это меня не касалось. Или всё же касалось? Этот вопрос эхом отразился в голове, но я решительно отбросила его.

Тихонько проскользнув в резиденцию, я направилась к общей спальне. В коридоре было тихо.

Войдя в спальню, я замерла на пороге. Тишина давила на уши, словно невидимый груз. В нашей комнате не осталось ни одной девушки — все они ушли навестить свои семьи. Я почему-то думала, что хоть кто-то, но останется здесь, разделит со мной это странное одиночество.

Постели были аккуратно заправлены, словно их никогда не занимали. Я медленно подошла к своей кровати, провела рукой по прохладной простыне.

Забравшись на кровать, я никак не могла выбросить из головы то, что увидела. Что случилось? Зачем пришельцам столько оружия?

Это действительно выглядело странно. Неужели люди решили взять реванш? Быть может, ещё ничего не было кончено и у нас есть шанс на обычную жизнь? Или это что-то другое?

Мне совершенно не спалось. Я была так взволнована этим днём. Связь с Ксаром... Чем она могла грозить мне? И что значат его слова, что это он надел на себя ошейник и дал поводок мне? Я имею над ним какую-то власть, о которой даже сама сейчас не задумываюсь?

А что мне теперь сказать Хиллу? Он ведь настоятельно просил вернуть кулон. Но разве это возможно теперь, когда связь уже сформировалась?

Я перевернулась на бок, пытаясь найти удобное положение. В тишине спальни слышалось только моё тяжёлое дыхание и тихий стук сердца. Завтра будет новый день, и, возможно, он принесёт ответы на мои вопросы. А может быть, только новые загадки.

Приблизительно к полночи девушки начали возвращаться в резиденцию. Кто-то плакал, уткнувшись в подушку, кто-то восторженно рассказывал о том, какое место в иерархии заняли их родные. Их истории сливались в единый поток слов, наполняя тишину спальни.

Но когда речь зашла о том, что видели, как сотни машин пришельцев пронеслись к окраине города, я невольно прислушалась. Их слова словно острыми когтями впились в моё сознание.

— Что у них там произошло? — спросила я девушку со второй группы, с которой у нас был недавний конфликт. Она сидела в углу комнаты, нервно теребя браслет на запястье.

Она лишь пожала плечами, не желая делиться со мной информацией. Её взгляд оставался холодным и отстранённым.

— Не твоё дело, — бросила она, отворачиваясь.

Я сжала руки в кулаки, пытаясь сдержать раздражение.

Ко мне тихонько подкралась Тася. Её лицо в свете луны казалось особенно бледным, а глаза — огромными и тревожными.

— Можно? — указав на мою кровать, спросила она едва слышно.

Я кивнула, и Тася ловко забралась на второй ярус моей кровати.

— Я тоже их видела, — начала она, понизив голос до шёпота. — Мой дом находится на окраине. Они направлялись за пределы города. Я не знаю, что у них произошло, но другие люди говорят, что кто-то из их же и собирает восстание. Принимают и людей, и захватчиков. Они выступают против порабощения людей.

В комнате было слишком тихо. Я боялась, что наш разговор будет известен остальным.

— Не могу представить, что кто-то из захватчиков против порабощения человечества, — ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от неверия. — Я хоть и не со многими пришельцами знакома, но никто из них, кажется, не был против использования нас как рабочей силы.

Тася помолчала, глядя в окно.

— Может быть, не все они такие, — наконец произнесла она. — Может быть, есть те, кто понимает, как это неправильно.

Я сглотнула ком в горле, пытаясь осмыслить её слова. Что, если это правда? Что, если среди Астарийцев действительно есть те, кто готов бороться за нашу свободу?

— Быть может, они только кажутся добродетелями, и это обычная попытка захвата власти? — мне, конечно, хотелось верить в лучшее, что действительно не все астарийцы — бездушные захватчики. Но разум подсказывал, что в политике не бывает альтруизма, особенно когда речь идёт о власти над целой расой.

— Это всего лишь слухи, то, о чём сейчас болтают люди, — пожала плечами Тася, её голос звучал неуверенно.

— А что, если это правда? — прошептала я, глядя в окно, где луна отбрасывала серебристый свет на кроны деревьев. — Что, если действительно есть те, кто готов бороться за нашу свободу?

Тася помолчала, глядя на меня своими большими тревожными глазами.

— Даже если это правда, — наконец произнесла она, — нам лучше держаться подальше от этого.

— Да, это может быть небезопасно, — согласилась я, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. — Но разве можно просто закрыть глаза на то, что происходит?

Тася вздохнула, теребя пальцами одеяло.

— Иногда лучше быть слепым и живым, чем зрячим и мёртвым, — послышался голос Анны с первого яруса кровати.