Наша навсегда

22

— Вася… — Маринка, вообще не изменившаяся, все такая же симпатичная, стройная и жизнерадостная, стремительно подходит ко мне, порывисто обнимает, — Вася, боже! Это реально ты! Ты!

Я только ресницами хлопаю изумленно.

Столько эмоций!

А когда мне было плохо, как-то никто мне не помог… Кроме Тошки.

Никто даже не поинтересовался, что со мной.

И на мои звонки не ответил.

Она не ответила.

Ни на один.

— Привет, — говорю я просто потому, что надо что-то сказать. Мы же были подругами, да?

— Ты что здесь?.. — Маринка отрывается от меня, но рук не убирает, сжимает за плечи, словно боится отпустить, — ты давно приехала? Одна? С мужем?

То есть, насчет мужа в курсе? Откуда?

— Одна. К маме.

— О… Что-то случилось? — на лицо Маринки набегает тень. Сочувствует?

— Да, инсульт… Как у тебя дела? — перевожу я тему на более прозаичную и отвлеченную. И без того много уже наговорила, хватит.

— Хорошо, — немного растерянно отвечает Маринка, — я замужем, сыну четыре года скоро…

— Хорошо, я рада за тебя, — киваю я. Я и в самом деле рада. У моей бывшей подруги все отлично, это видно.

Когда женщину любят, она цветет.

Маринка цветет.

А я…

— Ну пока, мне пора, — прощаюсь я и разворачиваюсь в сторону стоянки такси.

— Пока… — еще более растерянно говорит Маринка.

Я уже отхожу от нее на пару метров, когда она окликает:

— Подожди!

Черт… Ну что тебе еще от меня надо?

Не хочу я разговаривать сейчас! Не хочу знать, почему вы все так резко от меня отвернулись! Может, все, что случилось, вообще игра какая-то была? Или у меня от времени исказилось что-то в памяти? Я же усиленно старалась не вспоминать. Вот и забыла, на самом деле.

— Подожди! — Маринка догоняет меня, решительно заступает дорогу. Она чуть выше меня ростом, и выглядит сейчас серьезно настроенной на разговор.

Стою, глядя ей в лицо.

Спокойно и равнодушно. Я хорошо играю. Научилась.

— Ответь мне, Вась… — Маринка щурится напряженно, — почему ты так… Сделала?

— Как именно? — удивленно спрашиваю я, — ты о чем вообще?

— Я о твоем отъезде, Вась, — говорит Марина, — не строй из себя дуру.

— Это ты что-то строишь, — отвечаю я, — и я не пойму, что и зачем.

— То есть, нормально поговорить не хочешь, так?

— Получается, что так.

Я обхожу ее, иду дальше. И почему-то ком в горле. Я, все же, слабая. И нервы ни к черту. Малейшая нагрузка выбивает из сети.

— Все, да? — кричит Маринка мне вслед, — это все?

Пожимаю плечами, не останавливаясь.

Все.

— Хорошая ты подруга, Вася, — доносится до меня голос Маринки, злой и обиженный, — отличная просто!

И меня это цепляет, да так сильно, что разворачиваюсь и иду обратно.

Подхожу к ней, оскорбленно вытянувшейся и жестко сверлящей меня взглядом, и цежу сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтоб не заплакать от обиды:

— С тебя пример беру, под-ру-га! — специально произношу по слогам, чтоб выделить, насколько язвительно сейчас для меня это слово.

— А чем же я заслужила, а, под-ру-га? — копирует мои интонации Маринка, скрещивая руки на груди.

— Считаешь, нечем?

— Нечем! Это ты свалила и ни слова не сказала!

— Правда? А телефон тебе на что? Могла бы набрать! Или ответить на мои звонки!

— Я тебе звонила! А ты — не отвечала!

— Ты не звонила!

— Звонила! А ты не брала трубку! А потом СМС мне прислала! И еще удачи пожелала, издевательски так!

— Я ничего не присылала!

— Да что ты? Да я его до сих пор сохранила!

— Врешь! Не может такого быть! Я не присылала!

— Ну все!

Маринка достает телефон, роется в нем, приговаривая:

— Вообще не понимаю, на кой хрен я сохранила твой номер… Надо было в чс кинуть сразу. А я чего-то ждала все, ждала… Подруга же… Утешали друг друга… Несколько месяцев вместе жили… Вот оно!

Она демонстрирует мне экран телефона, где с моего номера отправлена СМС:

“Марина, я уезжаю в Москву, выхожу замуж за Тошку. Документы из универа заберу позже. Предупреди там в деканате и Колеснику скажи. Удачи тебе!”

И вереница недозвонов перед ней.

— Ну что? — агрессивно спрашивает Марина, — убедилась? Отличное СМС, по-моему. Очень дружеское!

— Но… — я машинально пролистываю историю переписки до этого СМС, убеждаясь, что это реально наша с Маринкой переписка. Вот наши приколы постоянные. Моя фотка, я присылала ей до всего этого еще, расписание занятий… — Я ничего тебе не писала… И не видела этого… Ты… — я поднимаю взгляд на Маринку, — ты мне не отвечала. Просто не отвечала. А потом вообще… Абонент недоступен. И на всех соцсетях я у тебя в черном списке…

— Чего? Ты рехнулась, что ли? Какой черный список?

Маринка забирает у меня телефон, начинает торопливо рыться в нем, затем показывает мне свои страницы в соцсетях:

— Вот. Никакого ЧС!

Я смотрю на свое фото, захожу на свою страницу.

Последний раз я тут была пять лет назад…

— Но… Это же не так… — бормочу я, не понимая ничего, — и у меня давно уже другая ава. И имя другое, я меняла… Но айди-то прежний…

— Не знаю, Вась, — немного растерянно отвечает Марина, наблюдая за выражением моего лица пристально, — вот тут, смотри, я тебе писала… А ты меня — в черный список…

Она пролистывает сообщения, и я реально вижу ее вопросы. И плашку о добавлении пользователя в ЧС.

— Это… Черт… Марин… Я не знаю, что сказать… — я настолько растеряна, что даже слов подобрать не могу, в голове — оглушающая пустота, вата какая-то.

— Зато я знаю, — Марина, как всегда, крайне решительна, — у тебя дела есть сейчас?

— Эм-м-м… Да нет, вроде…

— Ну вот отлично, поехали ко мне в гости! С сыном познакомлю!

— А с мужем?

— А с мужем моим ты знакома!