Наша навсегда

49

Он перекидывает телефон Лешке, тот смотрит, хмурясь, скролит по экрану, затем поднимает взгляд на меня, молча замершую между ними:

— Говоришь, не интересовалась, чем Весик на жизнь зарабатывает?

— Да… Как-то… — бормочу я, — он общими фразами все время… Программист, на удаленке. Потом в офис вышел… И что-то насчет скорого открытия своего дела говорил.

— Ну, судя по всему, дело он свое давно открыл, — усмехается Лис.

— Да что там такое? — не выдерживаю я.

— Твой Весик очень круто поднялся на мошеннических схемах отъема денег у населения, — говорит Лис и, видя, что я не совсем улавливаю, разъясняет, — ну, в курсе же про звонки из службы безопасности банков и прочую хрень? Так вот, у твоего Весика несколько офисов таких вот операторов, раскручивающих пенсионеров на бабло.

— Боже… — у меня в голове это не укладывается. Гадость какая. Подлость самая низшая.

— Отец по своим старым связям пробил, — поясняет Лис, — он там тоже не просто так запросы отправлял же… Пообщался с прежними дружбанами, навел мосты опять… А тут обновленные данные скинул по этому уроду, и все. Все сходу получил… Киберпанк, блядь… Все, что угодно можно выяснить в считанные минуты…

— А… Как давно Тошка этим занимается? — спрашиваю я, пытаясь свести концы с концами, осознать, в каком жестком угаре жила все эти годы.

И какая была дура.

Что-то с каждым новым открывающимся фактом все дурнее и дурнее… Степень градации поражает. Сначала просто дура, потом наивная дура. Теперь, вот, до феерической добралась.

Дальше какой уровень? Дно пробьется или нет?

— Судя по размаху и динамике… — задумчиво отсматривает полученную информацию Лис, — года три точно. Или даже больше. Получается занятная картина, — он откладывает телефон, поднимает взгляд на Камня, они какое-то время словно разговаривают безмолвно, а я глупо таращусь то на одного, то на второго, ненавидя в этот момент свой маленький рост. Ну смешно же, словно птичка на мелком насесте между двумя хищными здоровенными коршунами!

— Да, — кивает, наконец, Камень, — он получил бабло за нас, свалил в столицу… И там открыл новый бизнес. На эти деньги. То есть, заранее продумал все. На пару лет вперед точно.

— Но… Как предугадал-то? — все еще не понимаю я, — он же не мог знать, что вы вот так… И про меня тоже…

Парни снисходительно усмехаются.

— Ты, малышка, в его планах, скорее всего, приятный бонус и слабая карта одновременно, нафиг не нужна в раскладе, но дико хочется иметь, — говорит Лис, — а вот я… Верней, мой папаша… Я тут вспоминаю… Весик вокруг меня с первого курса крутился. Все в приятели набивался. А я же летящий, у меня все приятели… Общались… Но, судя по всему, нихрена он на меня не мог добыть, я, хоть и летел, но не тупил жестко. Да и фигни не делал, ну, такой, чтоб было, за что цепляться. Чисто по верхам прыгал: тачки, бабло, ба… хм-м-м…

— Бабы, — договариваю я, а Камень усмехается язвительно. И мягонько тянет меня снова к себе, на коленки.

— Ну, бабы… — морщится Лис, хмуро рассматривая меня в объятиях Лешки, — а чего мне? Я же не знал, что ты… Клянусь, малышка, если б знал, реально не трахался бы! Тебе верность хранил!

— Скот смешливый… — бормочет Лешка, — вот и досмеялся… Довыебывался.

— Довыебывался, — вздыхает Лис, — да… Если б не мои выебоны…

— И не твой язык поганый без костей, — добавляет Камень, и я ощущаю, как его теплые губы ласково целуют мою макушку. Нежно так, до мурашек… Удивительно, что такой жесткий внешне, грубый мужчина, может быть таким… трогательным. И так ласково трогать…

— И язык… — снова соглашается Лис, — этот урод… Он выжидал. У папаши много врагов, но самый лютый — как раз та тварь, которого он придавил все же, в итоге. Потому что прям грань перешел. Пока по мелочи пакостил, еще терпел отец. А потом… Ну, там некуда стало терпеть. Подставился папаша мой, конечно. Не так, как ожидалось, потому что думали, что он за меня рвать будет. И тут-то его и прихватят… Он… У него с контролем гнева были проблемы всегда, — вздыхает Лис, — так что… Ждали, короче. И дождались. Камешек тупо попал под раздачу, как я понимаю. А ты, малышка… — тут он замолкает, отчетливо скрипит зубами, — ты…

— Я тоже попала, — договариваю я снова, — под раздачу.

Мы какое-то время сидим в тишине, переваривая новости и умозаключения.

— Но ведь… — говорю я, — если он такое делает сейчас… То у него должна быть защита? Да? Не просто же так…

— Не просто, — кивает Лис, — отец именно по защите и пробил его, как я понимаю. И вот теперь самое интересное… Недавно его защитой заинтересовались… Наверху. Так высоко, что туда хер доберешься. И их самих хер остановишь. Там жестко по площадкам лупят, и потом додавливают до минуса. И теперь у Весика охренительные проблемы нарисовываются. Его сольют сто пудов, потому что шестерка. Если уже не слили. Скидывают хвосты.

— И… Что дальше? — Я прижимаюсь к Камню в поисках уверенности, защиты, почему-то морозит сейчас дико.

— Дальше? — Лис снова кидает выразительный взгляд поверх моей макушки на Лешку, — дальше нам его надо найти, малышка. А это сложно, потому что в его квартире его нет. И телефон его все зоны. И сейчас он может быть, где угодно.

— Но… Я же с ним недавно созванивалась… — вспоминаю я наш последний разговор, — он был спокоен совершенно. И собирался приехать, да…

— Вот потому тебе и надо быть вдвойне осторожней. — Говорит Камень и сжимает меня крепче.

— Вес, он хитрый. — Кивает Лис, — и чуйка у него, судя по всему, охуенная. Понял, что его собираются иметь, и слился. Самый прямой путь ему сейчас — за границу. И логичное — не задерживаться и валить. Еще вчера.

— Но тогда мы его не найдем?

— Не факт, малышка, — усмехается Лис, — есть у него слабое место… Одно для нас всех. Для троих.

— Да ладно… — я пораженно смеюсь, оглядываюсь на совершенно серьезную физиономию Камня, затем снова на Лиса смотрю, убеждаясь, что никто тут не шутит, — вы думаете, что он… Приедет за мной?

— Да, приедет, — спокойно гудит за моей спиной Лешка.

— Да зачем? — поражаюсь я, — я проблемная! И никогда на его чувства не отвечала взаимностью! У него куча проблем же!

— Потому что мы бы с Лисом приехали.