Настоящие бывшие

12

— Как фильм? — мы вышли из полутемного зала в ярко освещенный коридор в толпе людей, и я, словно мамонтенок, чтобы не потерять Николая из виду, на всякий случай старалась держаться рядом.

— Честно говоря, ожидал большего, — хмыкнул он. — Но я такой себе критик. Хотелось бы больше развития второстепенных линий. Я читал книгу, мне показалось, что будто немного не те эмоции, что я ожидал. Но у меня и с первой частью было аналогично. Не хватило чего-то как будто. Хотя и зрелищность, и игра актеров — все на высоте.

Мы вышли из длинного коридора в большой торговый зал, и я немного прищурилась, привыкая к ослепляющему свету огромных ламп под потолком.

— Перекусим? Тут на первом этаже приличное кафе есть, там помимо шикарного кофе еще очень вкусная выпечка и вообще меню. Я здесь уже был один раз, когда гулял в одиночестве, изучая город.

Николай улыбнулся, пытаясь сгладить свое недовольство фильмом, и я согласно кивнула, оглядываясь. Сто лет вот так попусту нигде не шаталась. Оказывается, столько мест в городе новых и интересных. В этом торговом центре я вообще не была ни разу, хотя его построили года два как. И людей много. А говорят, что в стране низкие зарплаты и безработица. Что-то все эти праздношатающиеся граждане мало похожи на нуждающихся. Скорее наоборот.

Мы вошли в кафе и сели за столик. Тут же подскочил официант с меню, и я уставилась в него, читая названия блюд.

— Закажу пасту с морепродуктами, — Николай быстро определился с выбором, а я все листала задумчиво буклет, разглядывая яркие картинки.

Фишка заведения была в том, что они все делали с вафлями. Я так понимала, что они были всякими, на любой вкус, и мне захотелось попробовать все.

— Наверное, присоединюсь к твоему выбору. И буду еще венскую вафлю, люблю сладкое.

— По тебе не скажешь, — улыбаясь, ответил мужчина. — В моем прежнем окружении девчонки клевали салат и пили зеленый чай, заботясь о фигуре.

— Поверь мне, я тоже забочусь, — хмыкнула я. — Это моя первая еда за день, и если моя фигура не поест сейчас, то тебе придется волочь труп в сторону кладбища. А поскольку зима, то просто так ты его не спрячешь. Поэтому будем есть все, что принесут, возможно, что и не по одному разу.

Довольно рассмеявшись, Коля откинулся на спинку стула и положил ладони на стол. Невольно я покосилась на его руки, отметив ухоженные пальцы с аккуратными ногтями, дорогие часы, выглядывающие из-под рукава рубашки. Что меня поразило, этот мужчина любил костюмы, и они на нем смотрелись просто потрясающе.

Мой бывший муж предпочитал джинсы и футболки, а мне всегда хотелось рядом с собой лицезреть красавчика в модной классике, и сейчас такая возможность была предоставлена. Темно-синяя клетка брюк, голубая рубашка, расстегнутая у ворота, ненавязчивый аромат туалетной воды заставляли меня наслаждаться их обладателем. Надеюсь, я тоже не выгляжу отталкивающе, хотя сама, как и Тимофей, люблю джинсы и футболки, но сегодня по странному стечению обстоятельств оказалась в юбке-миди и сапогах на каблуках. Должна ж я куда-то выгуливать нажитое добро, решила я утром и нарядилась. И не зря. Видимо, интуиция сработала.

— Ну а ты сама какие фильмы любишь? — Николай, дождавшись, пока официант поставит перед нами чайник с чаем и две чашечки, разлил ароматный напиток и подал мне.

— Честно говоря, я так давно ничего годного не смотрела, что сейчас могу сказать, что и этот фильм понравился. Но это вторая часть, да?

— Да, — кивнул он. — Я думал, ты смотрела первую.

— Нет, — я отрицательно покачала головой. — Я в последнее время либо работала, либо спала все время. Как гусеница в коконе. Надеюсь, сейчас что-то изменится, но старые привычки пока дают о себе знать, дома я сразу падаю в кровать и сплю. Будто можно выспаться впрок. А ты сразу стал пластическим хирургом?

— Нет, — он отпил чай и отставил чашку. — Сначала я закончил ординатуру по травматологии. Работал в городской больнице, занимался переломами. Потом начал потихоньку вникать во всякие тонкости. После металлостеосинтеза костей голени мягкие ткани частенько разваливались, часть пациентов теряли ноги, стало интересно, как это можно исправить, вот и начал расширять специализацию, потом позвали в пластику, я сначала тоже не хотел, как и ты. Думал, мол, как я все брошу, столько людей на мне завязано, подведу отделение. Потом подумал, что жизнь одна. И вот уже лет пять как занимаюсь этим. Ни разу не пожалел. А тут предложили переехать в ваш город. Новая клиника, условия лучше, привлекательнее, у меня из семьи только мама, я ее тоже хочу сюда перевезти со временем, поэтому и решил быстро. Пока мне все нравится. Посмотрим, как дальше будет. А тебе как наша клиника?

— Пока слишком тянет назад.

Вот я это и сказала. Да. Наверное, мне и в самом деле не хватало того адреналина, что был на работе в государственной больнице. Когда несешься в приемный покой или экстренную операционную, ныряешь в подставленный стерильный халат и оперируешь до седьмого пота, а потом, спустя время, выдаешь этому спасенному товарищу выписной эпикриз, провожая его с грустным осознанием, что образ жизни большинства таков, что они могут в любой момент оказаться вновь на операционном столе или в прозекторской.

— Это до первой зарплаты, — улыбнулся Николай.

Нам принесли заказ, и следующие полчаса мы провели, ублажая свои вкусовые сосочки невероятным сочетанием пасты с морепродуктами и вафель. Никогда б не подумала, что это может быть вкусно. Захотелось даже себе домой вафельницу, но я точно знала, что один, максимум, два раза, ею воспользуюсь. Все потому, что я ленивая жопа. Лучше съесть бутерброд с колбасой, чем морочиться с готовкой. Хотя… Наверное, будь у меня дети, я б иначе мыслила. Но мой удел пока — тетка-синий чулок. Возможно, что я такой до старости и останусь.

С другой стороны, вот же настоящий живой мужик, от которого можно родить.

Чуть откинув голову назад, я с новым интересом оглядела Николая.

— Что? — спросил он, хмуря брови. — Уделался весь? Крошки в бороде? Чего ты так смотришь?

— А, да задумалась, извини, — я попыталась сгладить неловкость и улыбнулась растерянно.

— Вот так и выглядит фиаско, — пошутил мужчина, — если в твоем обществе девушка о чем-то задумывается, то это первый звоночек, что надо срочно менять тактику. Итак, Елизавета, перейдем к более сложным вопросам.

— У нас игра «брейн-ринг»?

Только сейчас до меня дошло, что после развода это, по сути, мое первое свидание. Какое-то очень классическое, и я даже чувствовала себя героиней американского фильма про любовь. Сейчас мы будем разговаривать, потом он проводит меня домой, потом поцелует, на третьем свидании случится секс, потом я должна забеременеть. Классика! Собственно, а почему бы и нет? Я ж как раз всего этого и хочу. А там дальше уже можно решить, как все сложится. Я вполне способна воспитывать ребенка сама, да и мама поможет. Если Николай не захочет.

Определив таким образом коллегу в потенциальные отцы, я с большим интересом ждала, о чем же он спросит. И он не заставил себя ждать.

— Не игра, конечно, но мне хочется узнать тебя получше, — ответил спокойно Коля, отставляя пустую тарелку, которую тут же забрал подскочивший официант. — Просто потому, что ты какая-то невероятная, Лиз. Как будто из другой эпохи, что ли. Не жеманишься, естественная, не скрываешь свои мысли. С современными девушками сложно. Порой возникает ощущение, что они как клоны друг друга, у всех одинаковые лица и интересы.

— Спрашивай, — я тоже оставила тарелку в сторону и взяла чашку с уже остывшим чаем. — Готова честно ответить на все, кроме вопросов о моем бывшем муже. Этой темы мне бы не хотелось касаться.

— Согласен, — кивнул он. — Меня это и не особо интересует. Было и было. У всех есть прошлое. Итак, Елизавета, как вы относитесь к лошадям?

— Что? — этот вопрос был из разряда тех, которые я вообще не ожидала услышать. — К каким еще лошадям? Тем, которые едят траву и цокают копытами?

— Да, — заулыбался Николай, — а еще на них можно ездить, и я узнал, что у вас тут есть ферма, на которой организуются конные походы. Даже сейчас. Можем выбрать какой-нибудь выходной и поехать. Возьмем термос с чаем, бутерброды. Пара часов катаний и пикник в сугробе — разве не об этом ты мечтала?

Лошади — это была моя мечта. С детства я хотела стать наездницей настолько же сильно, как и врачом. Но приходилось много учиться, а еще мама была против такого спорта. Говорила, что он травмоопасный, и свернуть себе шею она мне не позволит. И вот уже прошло много-много лет, а я до сих пор так ни разу в седле и не была. Внутри словно колокольчики зазвенели, а в животе вспорхнули бабочки. Как же легко сделать женщину счастливой! Просто пообещай ей исполнить мечту детства.

— Эти выходные выпадают, корпоратив же, — вздохнула я, — хотя вместо него я б лучше к лошадкам. Господи, ты попал не в бровь, а в глаз, Коль! Ты что, залез мне в голову и препарировал мои воспоминания?

— Нет, — лицо его осветилось довольной улыбкой, — я просто подумал, что тебе должно это понравиться. Я сам в юности занимался в секции выездкой и конкуром, но в одиннадцатом классе пришлось бросить, слишком много времени подготовка к поступлению занимала. Потом периодически ездил на конюшню, у нас там был частный ипподром, здесь такого нет, зато есть ферма. Думаю, мы отлично проведем время.

Согласно кивнув, я уже мысленно представляла себе, как я еду элегантно на лошади, вся такая красивая, с румянцем, блестящими глазами, и волосы назад.

— Ну что, домой? — Коля махнул рукой официанту и попросил счет.

Я сделала попытку предложить разделить его, но получила в ответ недоуменный взгляд и замолчала. Ну нет, так нет.

Но подумать только, лошадки! Я поеду на лошади!

Эта мысль не отпускала меня всю дорогу домой, я даже зачем-то рассказала Николаю, что коллекционировала закладки с изображением разных пород этих элегантных животных, а также календарики и наклейки. Они до сих пор хранились где-то на антресолях у мамы. Он посмеивался по-доброму, совершенно не обидно, и я сейчас поняла, что никогда Тимофею об этом не рассказывала. Наверное, он назвал бы мою мечту глупостью.

— Напрашиваться в гости не буду, — зарулив во двор дома, Коля помог мне выйти из машины и проводил до двери подъезда. — Жду от тебя сообщение, что ты зашла в квартиру, потом поеду. Какие твои окна?

Я махнула рукой, показывая на четвертый этаж и внезапно ощутила, как меня прижимают к себе, а потом теплые губы прикоснулись к углу рта, но тут же отстранились.

— Беги, моя прекрасная любительница лошадок, — Коля выпустил меня из объятий и отступил на шаг.

Я в каком-то оцепенении зашла в подъезд, поднялась на свой этаж и застыла возле двери. Он меня поцеловал!