Песня штормов. Побег

Глава 13

Аутрагел раздражал.

Суетливый город, европейская торговая столица, никогда не спал. Круглые сутки в него прибывали корабли, разгружались товары, здесь же проходившие оценку, в опустевшие трюмы загружались партии других грузов, пока купцы и капитаны торопливо сверяли накладные, определяя, нет ли ошибки в расчетах. Горожане работали и торговались между собой, надеясь «вложиться в выгодное дело», не прогадать, словить удачу за хвост, прибиться на теплое местечко к доброму хозяину. Священники и аристократы не избежали всеобщей суеты, они тоже искали возможность заработать, разительно отличаясь от высших сословий иных стран. В той же Придии дворяне считали неприличным заниматься торговлей, во всяком случае, не афишировали этого занятия.

Люди постоянно куда-то бежали, спешили, суетились. Анна привыкла к совершенно иному темпу жизни, Аутрагел ей не нравился.

К сожалению, обстоятельства вынуждали подстраиваться под себя. Незавершенные дела мешали ей вернуться на виллу, оставалось использовать досадную задержку с толком. Встречи с Вандербергом перемежались с посещением салонов, где, благодаря тем самым юбке-штанам, Стормсонг пользовалась популярностью. Относились к её новации очень по-разному, особенно старшее поколение, но Анна мудро считала, что в её положении любая известность на руку. Обвинения в распущенности она не боялась — на фоне некоторых дам, щеголявших открытой грудью или приходивших на балы в мужских лосинах, девушка смотрелась консервативно. Магичкам позволялось многое, а она была именно магичкой, о чём не уставала напоминать.

Общественное мнение в целом отнеслось к ней благожелательно. Фризия жестко конкурировала с Придией, и в плане контроля над торговлей в северных морях, и за колонии в западных землях. Последняя война между странами состоялась лет двадцать назад, с тех пор напряжение стабильно сохранялось, дипломаты обменивались оскорблениями, а корабли, встречаясь в море, не всегда расходились мирно. Поэтому придийцев фризы не любили. В то же время, дворяне севера часто роднились между собой, происхождение для них имело решающее значение, особенно по-настоящему древнее. Анна была Стормсонг, что автоматически открывало для неё большинство дверей. Попадая же внутрь, она сразу становилась бедной сироткой, чью семью казнил по надуманному обвинению король-дурак (данное Генриху прозвище воспитанные люди вслух не употребляли, но знали о нём все). Девушку жалели, чем она не стеснялась пользоваться.

Когда Анне сообщили, что Хали отказали в посещении домов ряда знатных семей, она впервые за долгое время улыбнулась.

Конечно, её двоюродный дядя нашел помощников, согласных представлять его интересы в Аутрагеле. Не столь могущественных, как Пау, но тоже знающих и уважаемых. Только он опоздал. И, возможно, с самого начала повел себя неверно, рассчитывая на поддержку по официальным каналам, всё же он прибыл, имея документы за подписью короля. Эффект они обеспечили, обратный ожидаемому. Вдобавок усилия Вандербергов дали свой результат, геральдическая палата признала Анну полноправной наследницей барона Джулиана Стормсонга в связи с кончиной Виктора Стормсонга. Гражданство ей не дали, разумеется, и полноправной владелицей земли из-за малого возраста она не являлась, однако статус всё равно изменился. Теперь вывезти её из страны можно было только по личному дозволению курфюрста — а тот давать его не спешил.

Возможно, Хали почувствовал, что дела его плохи, и вообще ситуация развивается по неприятному сценарию. Или просто психанул. Сначала, вместо спокойного захвата родового поместья Стормсонгов, ничем не примечательная до того девчонка умудрилась пробудить хранителя, тем самым закрыв вход. Затем она же укрылась в доме союзника, едва ли не в осаду сев. Потом, когда он получил опекунство, умудрилась сбежать в другую страну, где нашла покровителей среди местной элиты. Что дальше? Времени остаётся не так уж и много. Скоро Анна станет совершеннолетней, и тогда фризы, по их собственным законам, её не отдадут.

Чем бы Хали не руководствовался, очевидно одно. Анну попытались похитить.

Своей кареты у молодой леди пока что не было, а перемещаться по городу необходимо. Поэтому она нанимала экипаж, один и тот же, в специализирующейся на прокате компании. Ошибка с её стороны, потому что кучера подкупили, и он завез Анну в глухое место, где уже ждал Хали со своими людьми.

Всё бы у них получилось, если бы за прошедшие дни девушка не запомнила основные маршруты, главные улицы, и примерно изучила центр города. Немного встревожилась, присмотрелась к домам. Поняла, что её везут куда-то не туда. Выпрыгнуть из кареты не успела, но к нападению подготовилась.

Вернее, сначала она ощутила присутствие людей. Четверых человек, обладавших аурой слабых магов, и ещё одного, хорошо знакомого. О, рисунок ауры Хали она узнала бы в любом состоянии! Девушку словно током прошибло — что он здесь делает? Случайная встреча? Нет, абсолютно точно нет! Анна вскочила на ноги, дернувшаяся карета тут же бросила её обратно на сиденье. Что делать?

Подстегнутое выбросом гормонов чутьё раскинулось во все стороны, прощупывая окружение. Судя по всему, они оказались на узенькой улочке, причем из людей здесь только Хали и его вассалы. Никем иными слабые одарённые быть не могут.

Мысли неслись бешеным потоком, перескакивали с одной на другую. То, что её не собираются убивать, Анна поняла сразу, почти мгновенно догадалась о похищении; руки судорожно сжались в кулаки, дыхание со свистом вырвалось изо рта. Девушка откинула голову назад и чуть слышно застонала в попытке успокоиться. Ей нужен холодный разум, малейшая ошибка будет стоить ей… всего! У неё буквально несколько секунд, чтобы решить, как действовать дальше!

Сражаться? Их пятеро, наверняка каждый — опытный боец. Бежать? Бежать. На людные улицы, туда, где есть шанс встретить стражу или хотя бы дворян, благородных людей с оружием. Они могут проигнорировать нападение на крестьянку или бедную горожанку, но при виде девушки в расшитом серебром платье, скорее всего, вмешаются, хотя бы чтобы выяснить, что происходит. Кажется, недавно карета проезжала рядом с переулком, ведущим куда-то в сторону центра. Придется рискнуть.

Послышался крик кучера, лошади начали замедлять ход. Анна в лихорадочной спешке принялась накладывать на себя усиления. Заклинаний, усиливающих бойца, она знала много, им одинаково обучали и девочек, и мальчиков. Первым наложила «ледяной взор», простой, зато надежный и необычайно полезный, он успокаивал эмоции и улучшал реакцию, именно то, что ей сейчас нужно. Звуки сменили тон, время принялось растягиваться, даруя магичке лишние субъективные секунды. Вдох, выдох. Успокоенная и сосредоточенная, она с некоторым напряжением наложила на себя «рысью стать» — одно из немногих известных ей заклятий десятого ранга. Давно не практиковала, едва не сорвала попытку, однако всё же удержала. Снова вдох, выдох, ощутить, как бешено застучало сердце. Последним девушку окружило мягкое сияние «жемчужной сферы», простого и надежного щита, ради наложения которого ей пришлось привстать с сиденья.

Карета остановилась. Чужие ауры сместились ближе.

Не позволяя себе сомневаться, Анна навыком сорвала с платья стальное украшение, трансформировала его в тонкую стрелку, и прямо сквозь стену, со всей силы послала снаряд в ближайшего. С той стороны, где находилось всего двое. Искус атаковать Хали был велик, сдержалась она с трудом, уговаривая себя, что дядя обвешан артефактами.

Получилось. Положившийся на естественную крепость ауры одаренный, не озаботившийся дополнительной защитой против материальных предметов, вздрогнул, когда кусок металла ударил его в грудь. Впрочем, даже наложи мужчина щит, скорее всего, Анна его бы пробила. За месяцы тренировок с «украшениями», они настолько пропитались её силой, что по сути превратились в качественные заготовки под артефакты. Лишний козырь в предстоящей схватке.

Справа остался всего один противник; его напарник, хоть и стоял на ногах, уже выбыл из боя. Именно с этой стороны Анна распахнула дверь — рывком, выбрасывая тело из темноты кареты. Не давая врагу опомниться, она мигом приложила его молнией. Заклятье ожидаемо остановилось, не достигнув тела жертвы. Кого бы ни привел с собой Хали, драться они умели, и как противостоять магам, знали.

На их беду, леди Стормсонг учили не менее опытные специалисты. Силы у неё с недавних пор было много. А ещё она, в отличие от нападавших, не собиралась сдерживаться.

Второму противнику потребовалась буквально секунда на то, чтобы полностью нейтрализовать попавшее в него заклинание молнии. Крошечное мгновение, за которое Анна успела сделать два шага вперед и положить руку ему на грудь, даже не положить — всего лишь протолкнуть ладонь сквозь уплотнившуюся ауру. В следующий миг мужчина отлетел прочь. Изо рта его выплескивались кровавые брызги, со стороны могло бы показаться, будто он получил мощный удар кузнечным молотом в грудь.

Выживет он или нет, магичку не интересовало.

— Держите её!

Из-за кареты полыхнуло тревогой, злобой, агрессией, от резко потерявших расслабленный настрой боевиков пришло ощущение собирающейся грозы. Они-то думали, одна девчонка им не противник, ничего сделать не сможет. Двое выбыли из игры, зато остальные перестали недооценивать добычу и готовились драться всерьёз.

Правда, жертва не собиралась драться вообще.

Тело дрожало от переполнявшей энергии, подпрыгивало, натянутые мышцы понукали сорваться в бег. Анна не стала сопротивляться навеянному заклятьем желанию, она понимала, что времени у неё мало — или нападающие скрутят, или тело не выдержит предельных нагрузок. Проведенные в детстве ритуалы обеспечили ей повышенную силу и выносливость, сравнивая с обычными людьми, однако у плоти есть свой предел.

— Живо!

Ах да, дядюшка. Он тоже Стормсонг, пусть и ущербный. Его организм тоже несет следы многовековой селекции и модифицирован по выверенным предками методикам. Вот уж от кого надо держаться как можно дальше.

Двое мужчин почему-то решили обежать карету сзади, третий влез внутрь, собираясь по-быстрому пробраться насквозь. Анна, не надеясь на успех, навыком быстро ударила его дверью, вызвав возмущенный матюг, и бросилась вперед. Пробегая мимо кучера, не глядя полоснула его обратившимся длинной стальной пластиной украшением — убивать его времени нет, но вывести из строя надо. С той же целью она вонзила псевдоклинок в круп ближайшей лошади, заставив ту обиженно заржать и встать на дыбы.

Мелочи. Вынудить сделать шаг в сторону, сбить дыхание, неверно поставить ногу. Всё, что угодно, лишь бы получить преимущество для побега.

В спину кольнуло, взвывшая интуиция заставила прыгнуть вправо. Брошенное заклятье задело самым краем, по-прежнему удерживаемый щит выдержал, всего лишь чуточку вздрогнув. Предупреждению Анна вняла, наподдав сильнее. Бегство в первоначально выбранном направлении не задалось, зато впереди виднелся поворот налево, примерно в нужную ей сторону. Девушка рефлекторно бросила назад проклятье-заплетайку, тут же попеняв себе за бессмысленное действие — они же не в лесу. Снова прыжок в сторону, мимо на уровне бедер пролетела зеленоватая плеть. Погоня не отставала.

Слава древним богам, сегодня Анна надела ботиночки на низком каблуке, а не вышитые шелковые туфельки.

Третьего заклятья, способного её спеленать, дожидаться девушка не стала. Бежала она быстро, но от магии не убежишь. Поэтому, едва стена дома сменилась низким забором, кошкой с разбега взлетела по нему, и спрыгнула вниз, в чужой двор. Здоровенная собака с рычанием набросилась на неё, чтобы тут же с жалобным взвизгом отлететь с дороги, от невидимой плюхи. Останавливаться и ждать, когда кто-либо повторит её трюк, магичка не стала. Она без задержки метнулась дальше, вскочила на поленницу, с неё на стену, отделявшую два разных участка, и побежала по ней. Краем глаза не столько заметив, сколько угадав движение, резко остановилась, пропуская перед собой очередной бросок «ловчей сети» — Хали, несмотря на возраст, бежал наравне с вассалами. Причем ещё и магией успевал пользоваться, в отличие от них!

Едва не свалившись, Анна понеслась дальше. Ей приходилось концентрировать внимание на беге, иначе она обязательно попыталась бы разрушить часть стены за спиной, хотя бы пару выбоин сделать. Тем не менее, она сумела скрыться от преследователей, забежав за угол высокого строения, и сразу соскочила вниз, на землю. Провожаемая ошарашенными взглядами каких-то бюргеров, чуть ли не пролетела мимо них, повторив трюк с забором. Чутьё подсказывало направление на ближайшее скопление людей и куда бежать, оно же пугало, говоря о погоне.

Снова собака, разбегающиеся с квохтанием куры, парень с вилами и разинутым ртом. Следующий двор оказался окружен высокими стенами, но, к счастью, ворота были слегка приоткрыты, и она выскочила на улицу. Бежать по прямой, не задумываясь, куда ставить ноги, оказалось проще, тем более что враги по какой-то причине замешкались и догнали её не сразу. Выигранные мгновения превратились в лишние пять шагов, благодаря им девушка завернула за угол до того, как в неё попала «слеза стужи». Это уже серьёзно, таким можно и убить… Похоже, дядюшка разозлился.

На её счастье, дальше улица не просто петляла — по ней ходили и ездили люди, причем ездили на телегах. Целых две повозки, прикрываясь которыми, она ещё больше разорвала дистанцию. Быстрее, ещё быстрее! Буквально пролетев две сотни шагов, почти не касаясь ногами брусчатки, Анна вылетела на перекресток и снова свернула, лихорадочно шаря взглядом по фигурам прохожих. Не то, не то, не… взгляд вильнул обратно. Двое, со шпагами на украшенных перевязях, скорее всего дворяне. И, самое главное, у обоих на одежде приколоты значки с символом правящего дома, иными словами — либо прямые вассалы князя, либо находятся у него на службе.

— Прошу защиты!

Должно быть, смотрелась она дико — растрепанная после долгого бега, тяжело дышащая, потерявшая обязательную шляпку. Тем не менее, её одежда указывала на богатство, а когда девушка, снова вздохнув, повторила:

— Имя мне — Анна Джейн Стормсонг, и я прошу защиты у слуг милостью Спасителя правителя фризских земель!

Её благородное происхождение стало очевидным. Не бюргерша, а дворянка. Причем говорила она громко, зеваки вокруг останавливались, понемногу собиралась толпа. Теперь они не могли не вмешаться.

— Эта девушка — моя племянница, — вмешался Хали. — Она сбежала из дома.

Усталость от пробежки не мешала ему быстро разобраться в ситуации. Нападать на фризов он не решился, вокруг слишком много свидетелей, зато можно попытаться убедить отдать Анну добровольно, выдав происходящее за семейный конфликт.

— Ложь! Этот человек виновен в смерти моих отца и брата, а теперь собирается похитить меня!

— Это… Довольно серьёзное обвинение, — наконец, сориентировался один из местных дворян. Руку с рукояти шпаги он не снимал. — Вы сознаёте, что его придётся подтверждать перед его королевским высочеством?

— Я прибыла в Аутрагел, желая принести присягу его королевскому высочеству! — вздернула подбородок Анна. — При дворе осведомлены о моих преследователях!

Она понимала, что скандал играет ей на руку. В прямом столкновении ей нечего противопоставить Хали, а вот на поле законов, крючкотворства и воинских традиций можно побороться. Главное — не позволить себя увезти из страны до совершеннолетия.

— В таком случае, господа, прошу последовать за нами, — принял решение старший дворянин. — Меня зовут Гаспар ван Гейм, я занимаю должность бергмейстера в департаменте земель и рудников. Именем князя фризского!

По лицу Хали пробежала судорога. Отказ повиноваться после слов «именем князя» фактически поставил бы его вне закона, после такого оставалось бы только уезжать в Придию. Поэтому он коротко кивнул и сделал шаг вперед, прошипев:

— Рано радуешься, девчонка!

Анна почувствовала, как на лицо вылез жестокий оскал, и силой заставила себя промолчать. Радоваться она станет, когда семья Хали исчезнет. Сейчас всего лишь довольна, что нарушила планы врага.

Больше Хали не сказал ей ни слова. Шёл, кидая на неё злобные взгляды, что-то обдумывал, но молчал. Его вассалы, кстати, куда-то делись. Отправились заметать следы? Скорее всего. Поначалу Стормсонг встревожилась — получалось, что доказательств нападения у неё никаких. Однако, подумав, пришла к выводу, что ничего страшного. Факт недавних ранений легко доказать, и, пусть допрос подданных чужого государя запрещен, остаётся кучер. Обычный человек, неодарённый, чьи слова легко проверить с помощью простейшего магического воздействия. Именно так она следователю и сказала.

Ван Гейм ответственно отнёсся к принятым на себя обязательствам. Вместо того, чтобы отвести парочку иностранцев в ближайшее отделение стражи, он не поленился и проводил их до казарм полка синих рейтар. Поступок правильный, потому что офицеры гвардейцев обладали внушительными полномочиями, и часто выступали в роли личных представителей Альбрехта Третьего. Для Анны его поступок обернулся возможностью привести себя в порядок в отдельной комнате, а также отослать записку менеру Вандербергу. Ставить в известность Пау она не решилась — тот, конечно, ситуацию вырулит к своей пользе, но именно что к своей. Юрист же работает исключительно на неё.

Помещения караулки девушка покинула вечером, когда солнце заходило за горизонт. Денек, конечно, выдался тяжелым, выматывающим, но его итогами она была довольна. Её не выдали Хали, как она первоначально опасалась. Прибывший с бумагами Вандерберг подтвердил личность леди Стормсонг, предоставил документы, доказывающие её право пребывать на землях Фризии, а также особое уведомление канцелярии курфюрста о том, что дело упомянутой леди находится на личном рассмотрении его королевского высочества. Последнее, с точки зрения проводившего импровизированное следствие майора, являлось определяющим и чуть ли не единственным, заслуживающим быть принятым во внимание. Поэтому вопросы к Анне исчезли, словно по мановению волшебного жезла, и девушку с извинениями отпустили домой. В отличие от Хали, запертого в комнате с решетками.

В общем, отбилась.