Преддверие

Часть вторая Глава 20

— У нас слишком большие потери, мой генерал, немцы ввели в действие множество «пантер», непонятно откуда взялась эта танковая дивизия. Американцы потеряли плацдарм на левом берегу Эбро — контрудар был слишком сильным. Все мои «шерманы» пожгли с расстояния, на котором их пушки оказались бесполезными — только броню снаряды царапают.

Энрике Листер пребывал в смятении — такого он не ожидал. Выжженный солнцем Арагон был затянут черными дымами горящих танков, апельсиновые рощи превратились в «лунный пейзаж — ожесточенные бои шли уже неделю, и такого яростного сопротивления от нацистов никто не ожидал. Казалось, что те так и будут отступать, нанося короткие контрудары, и попытаются уйти из Испании с наименьшими для себя потерями. Но обстановка разительно изменилась, когда стало ясно, что на левом берегу Эбро противник восстановил укрепления республиканцев, которые те возводили пять лет тому назад. И заняли их многочисленной пехотой, подвезя подкрепления из рейха и влив в состав частей франкистов и фалангистов — коллаборационистов среди испанцев хватало. А вот появление двух танковых дивизий, переброшенных с восточного фронта и пополненных, разведка союзников 'проморгала» — около трехсот танков выскочило чертиками из табакерки. И удар из глубины оказался страшный — 3-я бронетанковая дивизия была сметена, будто ее не заметили, длинноствольные пушки «пантер» расстреливали несчастные «шерманы» с километра. Легкие танки «стюарт» вообще старались не появляться среди пыльных холмов — их моментально уничтожала многочисленная противотанковая артиллерия, и в первую очередь похожие на угловатые «гробики» штурмовые орудия «хетцер», которые казались вездесущими, насколько их было много. И что самое скверное — их покатая лобовая броня толщиной всего шесть сантиметров держала американские снаряды, а пушка L48 калибра 75 мм уверенно поражала любые танки, даже тяжелые британские «черчилли», которые широко использовались на Пиренейском полуострове. Стреляли в основном из засад, прикрываясь каждым строением, били из-за кустов, прятались в апельсиновых рощах. И вот теперь появилась целая танковая масса, и в одночасье стало плохо. Одна из трех бригад полегла вся, две других кое-как удержали фронт, и только потому, что немцы вбили свой танковый клин чуточку южнее, специально направив ударную группу на две американские дивизии генерала Паттона. И началось самое кошмарное для союзника, чему испанцы втихомолку злорадствовали — больно им не по душе пришлось высокомерие янки, что вели себя по-хозяйски, и при этом тут объединились монархисты и бывшие коммунисты, вчерашние франкисты и каталонские националисты из Хенералидада. И отнюдь не поспешили сразу на помощь, выгадывая время.

Однако и немцы не добились быстрой победы — они увязли в боях. Свою роль отыграла мощная авиация союзников, обрушивая тысячи бомб на германские танковые колонны. И хотя силы люфтваффе заметно возросли, но справиться со снующими в небе американскими самолетами асы Геринга не смогли. Слишком велико было превосходство союзников — брали числом, порой Листер пребывал в ошеломлении — такого количества самолетов ему не приходилось видеть даже на советско-германском фронте…

— Генерал Эйзенхауэр настаивает, чтобы ты с танковой бригадой Армана нанесли удар под основание клина — им надо выручить пехоту, которая может попасть в окружение. Тебя поддержит авиация — холмы будут штурмовать бомбардировщики, нанесут несколько ударов.

Машинально посмотрев на небо, спокойно произнес генерал Рохо, прибывший из Мадрида. Глава испанского командования находился в полном подчинении американцам, а потому получив приказ, обязан был его выполнять. Но тут есть нюанс — в самом выполнении задачи, к которой не хочется приступать. Лезть на «пантеры», занявшие страшные гребневые позиции очень не хотелось, но придется — бригада имела два полностью укомплектованных танковых батальона по шесть десятков «шерманов» и «стюартов» в каждом. А еще батальон моторизованной пехоты на бронетранспортерах, разведывательный эскадрон с броневиками и легкими танками, и дивизион самоходных пушек. Неимоверная мощь, о которой в республиканской армии даже не мечтали пять лет тому назад, когда началось последнее наступление на Эбро. Если бы эти танки были тогда, то дошли бы до Валенсии, проложив «коридор» — это не Т-26 и БТ-5, «шерманы» забронированы намного лучше от снарядов мелкокалиберной артиллерии. Но сейчас другое время и этот американский танк, добротно сделанный и качественный, имеет массу недостатков — уже слабое бронирование — лоб в два, а борт в полтора дюйма, и слишком высокий силуэт из-за непродуманной компоновки. Но у этой машины имелось одно главное неоспоримое достоинство — их делали в невероятных количествах, потому что бесперебойные поставки танков ошеломляли. Заявки на них удовлетворялись моментально, как и на другую бронетехнику, которой у американцев было много.

— Главнокомандующий обещал восполнить в полуторном комплекте все потери, а также вывести твою дивизию в тыл на отдых и пополнение, если тебе удастся контрудар. Дадут автомобили и всевозможные припасы, самоходки и танки — ты ведь сам знаешь, слов на ветер они не бросают. Воюют неумело, опыта еще нет, зато все у них есть, и много.

Слова были сказаны, и Листер их услышал. Очень не хотелось атаковать, но придется. Можно, конечно, имитировать старание, но американцы не глупцы, их не обманешь. Люди, буквально помешанные на бизнесе, всегда хотят знать, а правильно они вложили свои деньги. На войне тоже самое зачастую происходит — раз мы снабжаем и вооружаем союзника, а потому он должен воевать с врагом, и желательно вместо нас.

— Хорошо, завтра мы перейдем в атаку, но скажу сразу, поддержка с воздуха должна быть мощной, иначе я просто положу свою пехоту и потеряю танки. Пусть направят офицеров связи и наводчиков с корректировщиками…

— Они уже приехали, а ты думаешь, почему я здесь. Твоя дивизия самая лучшая — вот «Айк» и положил на нее глаз. В случае успеха тебя ждет быстрое продвижение, которое люди ждут годами. Стоит ли тебе упускать такой шанс, который другой раз может и не представится…

Даже на фоне достаточно высоких Pz-IV весом в 25 тонн, американские тридцатитонные М4 «Шерман» выделялись своими большими размерами. Вот только короткая пушка уже в 1943 году была мало пригодной, а в 1944 году откровенно ущербной — но ее заменили на длинноствольную 76 мм. В таком виде эти танки и закончили войну, будучи ничем не хуже Т-34 с 85 мм орудием…