Пробуждение

Глава 21.

В баню он ко мне всё-таки припёрся. Правда, тактично выждав положенные по его словам сорок минут и громко заорав с порога: «Кто не оделся, я не виноват». В этот момент я как раз стояла в предбаннике и заплетала обратно свои влажные волосы в косу.

-Не могла подождать?! – изображая вековую скорбь на лице, запричитал Артём, окидывая весёлым взором меня в Алёниных джинсах и свитере крупной вязки.

-А ты мне моё кольцо принёс?

-Пффффф… Я ж тебе сказал, что я не помню никакого кольца, а значит, не было.

-Короткая же память у вас, Артём Владимирович!

-На такие вещи однозначно.

Мне оставалось только закатить глаза.

-Ты не выносим!

-Ты к слову тоже не лучше.

-Я?! – вполне искренне возмутилась, собирая свои грязные вещи в сумку.

-Ну не я же… Кто первый начал меня провоцировать?!

Замерла на месте и слегка зарделась, прищурив глаза.

-Так значит это месть?!

-Достойный ответ на подлую провокацию! Сама же мне в руки своё кольцо всучила!

-То есть кольцо всё-таки было?

-Какое кольцо?! – тут же заладил он свою шарманку про не было, не помню, не знаю.

Когда мы вышли из бани, уже вечерело. Солнце ещё висело где-то на востоке, но небо уже затянуло розовато-фиолетовыми облаками, поэтому создавалось впечатление, что уже совсем поздно.

Мы не спеша шли по протоптанной тропинке сада, думая каждый о своём. Сейчас между нами образовалось то редкое спокойствие, которое мягко обволакивало нас обоих, создавая иллюзию уюта, защищённости и чего-то ещё… Даже несмотря на мою подавленную тревогу с мыслями об Артёме, отце, Андрее, на душе было спокойно как-никогда.

Он брёл рядом, устало подволакивая больную ногу, но тоже выглядел искренне расслабленным и довольным, без всех его этих напускных шуточек и подколок.

-Зря ты столько ногу напрягаешь, - сказала я, лишь бы что-то сказать.

-Аська, врача выключи, - вполне беззлобно посоветовал Тертышный. – И просто моментом наслаждайся. Хорошо же.

-Хорошо.

Тропинка свернула и начала выводить нас к дому с беседкой. Здесь уже было относительно тихо. Гости потихоньку разъезжались, а дети, напуганные приключениями Славы, порядком присмирели. Виталя зажёг многочисленные лампочки и фонарики на деревьях, создавая ощущение волшебства.

Замерла на месте, разглядывая открывшуюся нам картину, на время переставая чувствовать себя лишней. Ещё и Артём, воспользовавшийся моментом, ловит мою ладонь своими сильными пальцами. Вздрогнула.

-Когда мы поедем домой? – преувеличенно спокойно поинтересовалась я у Тертышного.

-Может с ночёвкой останемся? Ребята предлагали…

-Нет.

-Ась…

-Нет, Артём. Как ты себе это представляешь?

-Спокойно. Хотим остаёмся, хотим нет. А мы…

-Не хотим.

Хмурится, разворачивая меня к себе, а я не могу… Когда он смотрит на меня так, словно всё понимая, принимая, переживая, и в то же время не одобряя.

-Давай просто в город вернёмся и…

-Разойдёмся по разным углам?! Ты это хочешь сказать?

-Артём, - рвано выдыхаю, чувствуя, как его пальцы сильнее сжимаются на моём запястье, выдавая его недовольство. – Всё сложно…

-Всё предельно просто! Я же тебе уже объяснял…

-Да, я помню. Но если б всё было так просто… Услышь меня. Я несвободна! И какие бы там у меня не были отношения с Андреем, я всё равно пока что замужем… Да, и ты… - тут оборвала сама себя, понимая, что ушла не туда.

-Что я?! – он напрягся, даже желваки выделились, настолько сильно сжал челюсти свои.

-Ты тоже после отношений… сложных, - старательно подбирала слова, чтобы не обидеть, но всё равно получалось не очень, потому что Артём явно начинал заводиться, задетый тем, что коснулась его жизни. Поэтому я сочла за благо вовсе замолкнуть.

Он смотрел долго и испытывающе, ожидания продолжения, но я лишь виновато опустила глаза вниз.

-Мысль-то свою продолжишь? Соври, что я не нравлюсь тебе или что тебя ко мне не тянет. Ну или скажи, что не веришь мне, наплети что-нибудь про то, что я пытаюсь заменить тобой Киру, или что я женщин выбирать не умею, или…

-Не умеешь, - резко вырывается у меня, даже голову вздёрнула, глядя на него с вызовом. В его глазах проскакивает растерянность и непонимание, но это лишь пара несчастных секунд, а потом его лицо тут же становится жёстче, брови угрожающе сходятся на переносице, не суля мне ничего хорошего. – Артём, я не та женщина, которая тебе нужна.

-Даааа? – вполне язвительно замечает он. – И откуда такие выводы?

-Кому как не мне знать?! – тоже взвилась я, реагирую на его тон.

-Тогда позволь мне тоже самому решать?!

Кто-то из нас заскрежетал зубами. Стояли напротив и сверлили друг друга злыми взглядами.

-Признайся уже, что ты просто боишься! - сказано грубо.

Закачала головой, вырывая свою руку из его пальцев. Впрочем, он и не пытался удержать.

-Бред какой-то… Ты вообще, с какой стати мне сейчас какие-то претензии предъявляешь?!

Артём открыл рот, но договаривать не стал, резко щёлкнув зубами. Я оглянулась назад и увидела Алёну, направляющую прямо к нам. Оба отвернулись в разные стороны. Вдруг стало как-то неловко, от того, что дала волю эмоциям. Нужно было сдержаться…

-Вы тут чего? – осторожно улыбаясь, начала Алёна издалека. – Пойдёмте за стол?

-Сейчас, - буркнул Артём, явно недовольный тем, что нас прервали.

События сегодняшнего дня заметно повлияли на Алёнино отношение к нам. Она старалась держаться приветливо, но было видно, что моё присутствие заставляет её осторожничать. К чувству благодарности примешивалось много всего… Да и меня саму было сложно назвать открытым для общения человека.

-Помешала? – останавливаясь в метре от меня, уточнила она.

-Нет, -я.

-Да, - Артём.

Наши взгляды опять скрестились, подобно двум выставленным шпагам.

-Артём сейчас придёт, - пообещала я Алёне. – А я, наверное, поеду в город, мне пора.

Она покачнулась на месте, не зная, как правильно отреагировать на моё известие, то ли предлагать остаться, то ли благодарить за всё. Финальную точку во всём поставил Артём, презрительно фыркнув и грузно прошествовав мимо меня, давая понять, что на этом, видимо всё.

-И всё-таки я помешала, - осторожно замечает подруга Тертышного.

-Не бери в голову, - специально небрежно отмахнулась я. – Не сошлись во мнениях. Бывает. Но я лучше поеду. Попрощаешься со всеми за меня?

На самом деле не было никакой разницы, кто что подумает, но элементарная вежливость требовала чего-то подобного.

Я попыталась пройти мимо, но Алёна проследовала за мной, пристраиваясь рядом.

-Ась, подожди.

Звучало вполне искренне, и я невольно замедлила шаг.

-Вы поругались…

-Алён, не стоит.

-Стоит! – она говорит это с таким жаром, что я останавливаюсь совсем и разворачиваюсь в её сторону. Я всё ещё заведена после разборок с Артёмом, а в такие моменты, традиционно бываю невыносимой.

- Мне жаль, что со Славой всё так получилось… Но с ним всё будет хорошо. И вы мне ни чем не обязаны… И не нужно делать усилия. Я знаю, что я тут была не к месту…

-Ерунда, - отметая всю свою осторожность и робость, возразила она. – С чего ты это взяла?!

-Я знаю, про Артёма и твою сестру, и…

-И что? У меня куча претензий к Тёме. Потому что он поступил как свинота, ни о чём нас не предупредив. Но к тебе это не относится.

-Да даже если так, всё равно, мне лучше уехать.

Отворачиваюсь и начинаю идти по дорожке дальше, достаточно энергично ступая и размахивая руками, но она меня опять тормозит.

-Ась, подожди!

Нагоняет. Слегка запыхалась. Я, оказывается, прилично так рванула вперёд, стараясь миновать дом и беседку, где отчётливо виднелся знакомый мне затылок.

-Можно я скажу? А ты уже потом решишь, какие тебе выводы делать, – я молча кивнула, надеясь на то, что после этого от меня окончательно отстанут. – Я действительно сожалею, что Артём с Кирой расстались, но он дал мне сегодня чётко понять, что это не моё дело. И пусть, я считаю, что он торопится… Но в этом весь Артём.

-Ему просто нравится, когда ему кидают вызов.

-Неправда!

Не хочу лезть в его отношения с Кирой, вообще, не хочу лезть в его жизнь. Но подозрения, которые я так и не отваживалась сказать Тетышному, теперь сами рвутся из меня.

-Тогда как объяснить, его отношения с твоей сестрой? Ты меня, конечно, извини. Но он сам сказал, что они постоянно сходились-расходились, сорились-мирились. Чем не вызов?!

- Это было частью их игры, возможно, нам её не понять, но им это нравилось, наверное, потому что больше других точек соприкосновения не было.

-Ну пусть так… Я тут при чём?

-Ты ему нравишься

Покачала головой. Так и хотелось спросить: «И что из этого?». Нравишься. Слово-то какое. Странное. Словно из детства, хорошо забытого. Жалко, что не моего.

-Она же ему тоже нравилась. Любил же…

-Любил, - кивает головой. – Но на тебя он смотрит совсем иначе.

Алёна замолкает, пытаясь создать интригу. А я вот совсем не хочу реагировать на эти её намёки. Но моё странное женское нутро реагирует самым неподобающим образом.

-Как?

-С заботой.

Смешок. Даже не знаю, что он означает, наверное, что-то нервное.

-Ну и пусть.

-Нет, ты не понимаешь. С Кирой у них всё было ярко, но они не боялись или не думали, что потеряют друг друга. А тобой… - здесь она делает заметное усилие над собой. – А тобой он дорожит. Артём… он ещё ни разу ни за кем не бегал. И не потому что всё само шло в его руки, просто не видел в этом необходимости. С тобой же… Всё иначе. Я вижу.

Поверить сложно, потому что это значит понадеяться, допустить, что между нами что-то возможно. Но ведь это просто нереально, учитывая наше прошлое.

-Алён, спасибо за твои слова. Вы с Виталей – замечательные друзья для Артёма, я очень рада, что у него есть те, кто о нём беспокоится. Но мне, не место в его жизни. Одежду я тебе потом в городе передам. Привет Славке, пусть руку бережёт. Не забудьте показать врачам по приезду. И не мочите пока. Я поеду.

В этот раз я ухожу уже беспрепятственно. Больше остановить меня никто не пытался.

Но уехать я так никуда и не смогла. Ключи от машины не нашлись ни в сумке, ни в карманах моей грязной одежды, извлечённой на свет. Немного постояла рядом со своим автомобилем в глупой надежде, что дверь откроется сама собой, но чуда ожидаемо не произошло. Пришлось идти обратно, борясь с паникой и чувством ущемлённой гордости.

Видимо, Алёна ещё не успела ничего сказать присутствующим, потому что моё появление не вызвало особого ажиотажа. Лишь только один Артём ехидно вскинул брови, всем своим видом говоря: «Да неужели?!». На него предпочитала не смотреть.

-Виталь, можно ключ от моей машины?

Он послушно кинул головой и начал проверять свои карманы. Ключей вновь не нашлось.

-Наверное, в доме оставил. Сейчас принесу.

Виталя удалился в сторону дома, а его жена, пользуясь моментом, принялась изображать из себя радушную хозяйку и усаживать меня за стол. Пришлось подчиниться. Села напротив Тертышного, который точно так же как и я упорно включал режим игнора.

Друга его не было достаточно долго, и я уже начала нервничать. И как оказалось не зря.

Виталя явился минут через десять с самым виноватым видом.

-Ась, не нашёл. Помню, что выкладывал, кажется, что на кухне, но там нет.

Сжала кулаки под столом и злобно зыркнула в сторону Артёма, но тот никак не отреагировал.

-Я. Сама. Поищу, - выдавила из себя, чуть ли не бегом, кинувшись в дом.

Перерыла всё что могла, не особо беспокоясь о том, что по сути самоуправствую в совершенно чужом доме. Но у меня было непреодолимое ощущение, что меня загнали в ловушку. И чем дольше я не могла найти пресловутый ключ, тем хуже мне становилось. Захотелось разреветься. Впервые за много-много лет, я была уверена, что стоит немного отпустить себя, как слёзы покатятся сами собой.

Артём появился не сразу. Вошёл в дом и долго наблюдал за тем, как я мечусь по комнате, где зашивала руку Славе. Поначалу старательно делала вид, что не замечаю его, а потом сорвалась на крик.

-Ключи!

-Я не брал.

-Ага! Так же как и кольцо?

Покачал головой. Он оставался спокойным, и даже порядком успокоившимся после всего.

-Ась, услышь, я не брал ключи.

-Да! А пропали они сами?

-Скорее всего, они где-то на улице. Завтра утом при свете солнца найдём. Сейчас темно слишком. Мы с Виталькой поискали, но без результата.

-И что я должна делать до завтрашнего утра?!

-Не знаю. Что хочешь. Можешь с нами посидеть, можешь спать лечь… Или у тебя планы были? Если это так важно уехать сейчас… Там Паша со Светой собираются. Они согласны подвезти тебя.

-А машина?

-Завтра ключ найду и привезу.

-Тебе же нельзя! – любое его высказывание принималось мной в штыки. Больше всего бесила эти его рассудительность и спокойствие.

-Справлюсь уж как-нибудь.

-Вот! Вот! Я так и знала, что это всё твои… манипуляции. Ты ведь с самого начала всё подстроил!

Его глаза предостерегающе сверкнули, но на этот раз выходить из себя он не стал.

-Артём, - почти взмолилась я. – Пожалуйста, отдай ключи. Я не могу так…

-Ась. Я не брал. Хочешь, поклянусь?

-Да пошёл ты, со своими клятвами!

Топнула ногой от отчаянья. Пережить ночь с ним в одном доме, пусть и полном других людей, было выше моих сил.

-И всё-таки ты - дура, - сделал он свой вывод, правда, без всякого раздражения, так если бы сказал нечто совсем очевидное.

Вышло хлёстко и обидно. Я замолчала. Старательно подбирала слова, но всё было не то, и я плюнула на все эти хождения вокруг, да около.

-Видимо, да, дура. Раз постоянно клюю на все эти твои выходки.

-Ась, какие выходки? – Артём всплеснул руками и попытался сделать шаг вперёд, но я выставила предупреждающий знак рукой, прося остаться на месте.

-Ты ведь с самого начала делаешь так, чтобы всё было по-твоему. Прокручивая все эти твои комбинации, не оставляя мне выбора! Ты всё время загоняешь меня в тупик.

-То есть ты так считаешь?

-Да.

Горький смешок в его исполнении.

-Замечательно. Хорошо, - развёл он руками. – Ты права. Я – манипулятор. Только и делаю, что управляю такой маленькой и безвольной тобой. Так? – не успела возразить, потому что дальше Артём выпалил очень быстро, теряя контроль над собой. – Вот только знаешь, что? Ты сама согласилась сюда ехать. Я только попросил, а дальше ты сама уже решала. Но ведь это ничего не означает, так ведь? А знаешь что? Я, наверное, пойду. Чтобы случайно ещё не принудить тебя к чему-нибудь другому!

Последнее он буквально выплюну из себя, после чего развернулся и вышел. Опять.

На душе стало тошно. Тихо выматерилась, борясь с желанием стукнуть себя чем-нибудь тяжёлым.

Остатки вечера прошли странно. Я тихой тенью бродила по саду, пытаясь унять горечь разочарования в себе… Всегда ставила в качестве своих главных черт разумность и сдержанность. А тут оказалось, что это совсем не обо мне. А ещё была удушающая вина. Перед Тертышным. И дело не в моём молчании. Позволила своей обиде взять вверх и в итоге,не специально ударила по нему, не сумев совладать с собственными чувствами.

Из размышлений меня вывела Ариша, неожиданно повстречавшаяся на моём пути.

-Пошли, - без всякого такта велел мне ребёнок, указывая путь куда-то в сторону забора. Здесь, почти в самом углу, нашлись старые качели, повешенные прямо между двух яблонь, вырасших в непосредственой близости друг от друга. – Это моё убежище. Я тут бываю, когда мне грустно.

-А мне грустно?

Девочка задумалась, а потом кивнула головой.

-И Тёме тоже.

-Это он тебе сказал?

-Нет, мама. Она говорила папе, что вы разругались. А я подслушала.

-И привела меня сюда?

-А почему нет?

Ну, правда, что, почему нет-то.

Какое-то время мы молча качались. Вокруг было до безобразия тихо, и даже ночной стрекот сверчков и скрип ветвей не спасал меня от ненужных мыслей. Потом Арине это надоело, и она куда-то ускакала. В двенадцать сложно терпеть компанию унылых тёток.

Я осталась сидеть на качели. Постепенно эмоции и всё остальное начали меня отпускать. Всё-таки Ариша оказалась права, и сюда действительно нужно было приходить, чтобы… пережить. На место внутреннего накала пришла пустота, и я, уставшая за день и убаюканная мерными покачиваниями, неожиданно для себя уснула, привалившись головой к одной из верёвок.

Разбудили попытки Артёма взять меня на руки. И это у него почти вышло, если бы не нога. Поднять поднял, а вот дальше застонал сквозь зубы и покачнулся. Я вовремя вывернулась, чтобы подскочить на ноги, да ещё и его обхватить за шею, чтобы не упал.

Так мы и встали. Обнявшись и прижавшись. Его руки скользнули по моей талии, а я скрестила свои на его шее, и, не удержавшись, запустила пальцы ему в волосы.

-Прости меня, - шепнула, жалея лишь о том, что вокруг слишком темно, и я не могу разглядеть выражения его лица.

-И ты меня. Я не должен был говорить всего этого. Но, я честно, не брал твои ключи.

-Знаю.

И этого было достаточно, чтобы все переживания сегодняшнего дня с новой силой накрыли нас.

Стояли долго, Артём медленно водил ладонью по моей спине, а я перебирала короткий ёжик его волос.

-Где все?

-Спать уже ушли.

Он скользнул мне под свитер, но совсем не домогаясь.

-Ты замёрзла, пошли в дом?

Закивала головой, поспешно соглашаясь на всё. Здесь в темноте, мне казалось, что я готова пойти с ним хоть куда. Потому что… Ещё час назад я была уверена, что уже ничего не вернуть и не исправить.

Артём уверенно вёл меня до домика, который встретил нас тишиной и покоем.

-Нам на чердаке постелили, - нарушил он местное безмолвие. По лестнице ему было подниматься не так легко, поэтому пустил меня вперёд.

Чердак на удивление оказался вполне пригоден для жизни. Здесь было чисто и сухо, а ещё горел одинокий светильник, повешенный на одной из пологих стен. По периметру стояли разные вещи, попавшие сюда будто бы из прошлого века. Кособокая тумба с патефоном, какие-то коробки, пучки сушёных трав, развешенных по углам, и древнее кресло-качалка.

Зато посреди небольшого помещения лежал высокий и современный надувной матрас, заправленный простынею, подушками и одеялом.

Замерла, разглядывая открывшуюся картину. Артём, наконец-то, осиливший подъём, подошёл со спины и тоже остановился.

-Я для тебя футболку выпросил, переодевайся и спать ложись.

Кивнула головой, но двигаться не стала. Впрочем, он тоже не спешил, почти вплотную приблизившись ко мне. Руками не трогал, зато лбом уткнулся в мой затылок и с шумом провёл по волосам носом. Сердце тут же рухнуло вниз, а в голове что-то защекотало, вытравливая оттуда все разумные мысли.

Артём не шевелился, а я судорожно силилась вспомнить, как дышать. Со временем собственное тело начало терять свои границы, словно растворяясь в его присутствии. Потянулась назад не в силах справиться со своим желанием стать ещё ближе. Тем сильнее оказалось моё разочарование, когда, резко вздохнув, он оторвался от меня.

-Ась, ложись спать, - хрипло, то ли приказал, то ли попросил он. – День длинный был, ты устала.

И повернувшись, медленно направился к лестнице.

-Артём! – чуть ли не истерично воскликнула я ему вслед. – А ты?

-А меня ждёт раскладушка. В бане…

Поморщилась, с недоверием глядя на него.

Улыбнулся. Но как-то сдержанно и печально, совсем не так как обычно.

-Ложись. И не переживай. Не хочу, чтобы у тебя оставалось мнение, что я всё подстроил.

И ещё раз слабо улыбнувшись, начал уходить.

Тело среагировало почти мгновенно. Ноги уже неслись к нему, пока мозг туго соображал, что же я творю на самом деле.

Вцепилась ему в плечо, прильнув к его спине.

-Не уходи. Пожалуйста. Просто не уходи, - как заведённая повторяла, цепляясь пальцами за его толстовку и заставляя повернуться ко мне. – Не уходи.

Резкий разворот Артёма, и я уже стою в его крепких объятиях, отстатки разума в его шёпоте:

-Ты уверена?

-Да.

Это были последние наши слова, сказанные этой ночью. Дальше за нас говорили наши несмелые, но наситойчивые прикосновения, тихие стоны и сорванное дыхание. Дальше диалог между нами вёлся на соовершенно ином языке. Первый наш осознанный поцелуй вышел горько-сладким, со вкусом липового мёда и аромата лесных трав. Не торопились. Поначалу нам, вообще, было достаточно элементарной близости, так случайно образовавшейся между нами. Стоять рядом, находиться рядом, быть рядом... Мне срывало крышу и последнии клеммы предохранителей только от одной мысли о том, что хотя бы на одну единтсвенную ночь я могу обнимать его, целовать, касаться... Но по мере того как наше дыхание становилось тяжелее, а руки, скользящие по телу, более требовательными, приходило ощущение того, что нам мало… Мало всего. Одежда резко стала лишней и мешающей в полной мере прочувствовать происходящее. Путались в кофтах и штанах, неожиданно, обнаружив, что оба торопимся, будучи не в состоянии стерпеть ни минуты промедления. Движения были рваными и судорожными, зато, когда, наконец-то, удалось, ощутить весь жар его кожи, нахлынуло такое успокоение, поразительным образом, граничащее с нервным потрясением, словно только так и должно было быть. И никак иначе.

Собственные чувства пугали и обескураживали. Потому что это было неправильно. Потому что у меня был миллион причин, почему нет. Но всё это меркло и разлеталось на ошмётки воспоминаний, стоило Артёму коснуться меня в том или ином месте.

На матрасе оказались случайно. Вспышка сознания, и я уже лежала на его груди, путаясь в одеяле и наших же ногах. Остатки белья улетели в никуда. В этой жизни больше не оставалось ничего кроме его губ, рук и обжигающе горячей влажной кожи.

Оба двигались тихо и плавно, не торопясь и будто бы испуганно, до конца не веря в то, что всё это, действительно, происходит с нами.

Когда всё окончилось, и мир снова обрёл свои границы и очертания, я обессиленно рухнула на Артёма, он не возражал, чуть ли не до боли вжимая меня в себя, и до последнего не желая отпускать.

Долго лежали именно так. Пытаясь восстановить дыхание и не разжимая рук. Когда первая волна неги схлынула, он напрягся и присел на матрасе, чтобы накрыть нас одеялом. На чердаке оказалось прохладно, но никто этого не замечал.

Перед тем как забыться во сне, нащупала в темноте длинный шрам на его боку, и уснула лишь тогда, когда сумела заполнить каждую чёрточку его очертания. Мой след на его теле.