Путь трех совершенствований

Глава 2

Гусар в кимоно затушил портал и уселся в позу лотоса. Самоотверженный мальчишка пытался ещё раз проникнуть. Но пока нельзя. Тело не выдержит больше одного погружения за день, вот если он выживет дальше и окрепнет, сможет дробить сеансы.

Неожиданно пришёл вызов от другого хранителя.

— Кеншин, — кивнул гусар названому брату. Перед ним возникло обманчиво хрупкое магическое отражение азиата.

— Михаил, рад тебя видеть, — сказал он. — Отвлек от чего-то?

— Да так, Аннет сбежала от стариков и привела новенького.

— Достойный кандидат?

— Пока трудно судить. В нём много злобы. Поначалу она даёт силу, но вот есть ли за ней характер, непонятно. Второе испытание покажет.

— Держи в курсе.

— Обязательно, братец. А ты чего хотел?

— Просто сказать, что начинаю заново. Мой кандидат утратил осколок. Теперь поиск осложнится. Не стоило рисковать. Надо было дать ему окрепнуть. Не торопись, если подвернется достойный.

С таким упоением я ещё в сон не нырял, но увы, увидел обычные грезы про жопы одноклассниц. Они у них там отчего-то всегда больше. Особенно у Элен. Облом. В груди на миг колыхнулся колкий холод страха, но потом всё же настроил себя на позитивный лад. Наверняка ночью всё получится.

Голод терзал нещадно. Видимо, телу нужны ресурсы на постройку мышц. Чтобы моё преображение не выглядело странным, упал на пол и начал пытаться отжиматься. На удивление, выходило сносно.

Когда мама вошла, то замерла, разглядывая меня, будто забравшегося в окно енота.

— Не знаю, кто вы, молодой человек, но, если встретите моего сына, передайте ему, что завтрак готов.

— Уже иду, — в паузе между вдохами выдал я.

Проехавший по коридору брат лишь показал большой палец вверх.

Я быстро умылся и залетел на кухню, тормозя носками по полу.

— Протрешь, будешь босиком ходить, — потрепала меня по волосам мама и вышла.

На тарелке уже была лепешка из специализированной муки. В ней есть все необходимые углеводы и клетчатка. Но вот вкусовые качества чуть хуже, чем у картона.

— Не забудьте убрать тарелки, — крикнула мама из прихожей. Отец по обыкновению уже ждал на улице. Он провожает её на работу и встречает обратно, по-другому тут можно и вдовцом остаться.

— Хорошо, — синхронно отозвались мы с братом.

— Люблю вас, — раздалось в ответ, и дверь хлопнула.

Я выдавил на лепешку жиро-белковую смесь из тюбика и быстро прожевал необходимые калории.

— Эй, я сегодня опять что-нибудь из еды притащу, — подмигнул я Пашке, видя, с каким трудом он пихает в себя этот опостылевший завтрак.

— Не надо. Лучше рюкзак себе купи.

— Блин, учебники!

Я метнулся к окну. Повезло, дождя не было. Надеюсь, упыри не пасут меня на месте встречи.

— Возьми мой старый, он хоть и крохотный, но по крайней мере, за ручку можно нести.

Я кивнул, и братец уехал, а когда прикатил, то вручил мне приведенный в порядок маленький рюкзачок для начальных классов. Детский принт с каким-то мультфильмом был аккуратно содран.

— Спасибо, — я потрепал его по голове и вылетел на улицу.

Нёсся по району так, будто за мной гонятся. Надо спешить. Напугал лезущего в чьё-то окно воришку и заставил вспорхнуть жирного голубя, в которого местный оборванец уже прицелился из рогатки. Оставшийся без завтрака беспризорник пальнул мне в спину, но не попал.

В русло соскочил сразу, у спуска на месте стычки может быть засада. Разбросанную макулатуру увидел издалека. Подбежал, собрал, проверил — всё на месте. Даже не испортили. Удивительно.

— Эй, вон тот козлина мелкий! — раздались голоса.

— Говорил же, надо было с русла пасти!

Началась перебранка, а я рванул вперёд. Дальше слева будет подъем. Не хотелось бы соваться на тот берег, но это чуточку безопаснее, чем то, что меня ждёт.

Пока утырки спускались, я уже добрался до кустарной лестницы и показал им средний палец. Выскочил на набережную и уже двинул в сторону моста, когда глаз сработал на движение.

— Ничё так чесанул, — кивнул мне крепкий парень лет двадцати на вид, хотя по возрасту наверняка не больше шестнадцати. Справа вышли ещё двое, лопоухий в спортивках и мелкий жилистый, сразу видно — задирала. Один, вероятно, ещё сзади.

— Берег не перепутал? — чуть ли не подпрыгивал на месте низкорослый заводила.

Главарь глянул на него, и тот скис.

— Чё ты рогатым сделал? — спросил парень, с интересом разглядывая меня.

— Да вчера туристы заблудились. Мелкая девчушка у них убежала, а эти уроды её нашли и… я, короче, одному по яйцам дал, второго в тележке спустил на карусели. Потом интеллигенция ребёнка обратно забрала.

Тот лишь покивал, поджав губы.

— Я Саймон, — протянул он руку.

— Анд.

— Ладно, вижу нормальный ты пацан. Давай, чё есть, и вали.

— Так ничё и нет, — усмехнулся я. — Нищий я, пацаны. Не видно, что ли?

Я демонстративно вывернул карманы. Карточка лежала в кроссовке. Если не получится договориться, я готов был биться насмерть. Там ещё на много вечеров младшему подарков.

— Ну берег перепутал, — снова подал голос мелкий.

Я неприязненно глянул на него.

— И че? Давайте так, пацаны, я с мелким плюс-минус одних габаритов.

— Ну… мелкий на твоём фоне качок, — заржал лопоухий. — Только мелкий.

— Я с ним раз на раз выскакиваю. Только по-честному. Саймон рассудит, кто проиграл.

Такой расклад им понравился.

Я снял очки и вручил старшему, скинул рюкзак и услышал, как его тут же открыл тот, что страховал сзади, но, поняв, что нихрена кроме учебников и тетрадок нет, закрыл и бросил.

— Я Анд, — протянул руку.

— Русик, — шмыгнул носом парнишка. Его в примитивной разводке как наживку используют, так что я не сомневался, что бить он умеет и первый удар терпеть привык.

— Начали, чё, — лениво махнул Саймон.

Русик за миг оказался рядом. Я больше с испуга, чем осознавая, что делаю, бросил кулак на встречу. Попал вскользь, но в нос. А парняга тоже смазал, зацепил меня предплечьем. Тут же отскочил и напрыгнул снова. Я даже понять ничего не успел, как очутился на заднице, и сообразил, что получил прямо в бороду.

Вскочил уже разозлившись. Русик снова сделал подскок, но я не повелся. Выжидал. У него из носа начала течь кровь. Первое и пока единственное мое попадание не прошло даром.

Я попробовал поймать его с правой, но мелкий увернулся, пробил в ответ в шнобель, а потом ошарашил меня ногой в голову.

Всё вокруг поплыло, но кровавая пелена уже застила мне глаза.

— Стоп! — резко выкрикнул Саймон. Но я не слышал. Пошатываясь шёл на Русика. Закатаю в асфальт мелкого. Откуда-то пришло понимание, что съем все его удары, но всё равно поймаю, повалю и втрамбую. — СТОП! — громче гаркнул главарь, и меня ухватили за плечи.

Я дёрнулся, скидывая руки, и пошёл к рюкзаку, шмыгая разбитым носом.

— Ты проиграл, — заключил Саймон. Понял, что я Русика зарою, вот и тормознул.

— Да и похер! — фыркнул я. — Сочтёмся, Русь. Я за реваншем приду.

— Заскакивай, — сплюнул парень.

Да уж. А я переживал, что разучился сдачи давать. Ан нет, внутри всё тот же. Только вот это опасно. Как бы и в школе на старые грабли не прыгнуть.

Дорога до каменоломни, где предстояло грызть гранит науки, была без сюрпризов. Правда, весь путь пришлось сплёвывать кровь из разбитой изнутри щеки. Но следы драки были не особо видны, нос немного припух и нижняя губа. Ерунда, в общем.

Про учебу и сказать нечего. Разве что Элен, Галка и Бета порадовали своей спортивной формой, особенно последняя, она крупнее всех и задница у неё больше, да урок физры дался проще, чем обычно. Ну ещё неизвестный телекинетик связал шнурки чёрному весельчаку Мбаку и тот распластался так, что даже обычно внешне холодная как могильный камень Рин прыснула со смеху.

А сам день пролетел как в тумане. Я даже привычные провокации Зеленовласки мимо пропустил.

После забежал на рынок, но, глянув цены на рюкзаки, решил, что и с этим похожу, зашёл в швейную палатку и попросил обрезков, чтобы удлинить лямки. Добрая тётя окинула меня сочувственным взглядом и за две минуты и четыре шва подлатала мою котомку совершенно бесплатно.

— Спасибо, — поблагодарил я от всего сердца. После купил батончик и рванул домой.

Бомж Столб предупредил, что меня караулят. Заходить пришлось через другой квартал, где горела заброшка, немного пропах дымом, но зато не нарвался на банду.

Братец, как всегда, был в капсуле, я кинул рюкзак и двинул на работу. Там пришлось задержаться. Хосе, отец Лупиты, предложил поднять полсотни эргов — у них на разгрузке двоим ребятам упал на ноги палет, и народу не хватало. Со мной туда пошла пара его сыновей. Два часа помогал с опустошением фуры, зато ухватил ещё несколько лепешек. Причём ненашенских, которые уже в горло не лезут.

Дома с братом поели. Он был смурнее обычного.

— В чем дело? — спросил я.

— Всё отлично, — преувеличенно бодро отозвался он. Я сделал себе зарубку в памяти следить за ним.

— Ну если что, ты знаешь, где я живу, — хлопнул я его по плечу и ушёл в капсулу.

На приливе сил даже закрыл дневную активность. Четыре часа пролетели быстро, и я снова рухнул на кровать.

— Еху-у-у-у! — с таким звуком появился в комнате без стен. Три долбаных дня у меня ничего не получалось.

Гусар стоял как манекен, и я налетел на него, обнимая словно брата.

— Я снова здесь! Даже твою пластиковую рожу непися рад видеть! Вот скажи-ка мне, друг, а почему не удавалось сюда попасть?

— Процесс астральной интеграци…

— Попроще, пожалуйста.

— Адаптация дело не быстрое. Путь бережёт новичков, чтоб они не спалили себе мозги. Обычно между первыми погружениями проходят недели.

— Понял. Мне ещё повезло, получается.

— Не то слово. Впечатляющее рвение. Выходящее за рамки нормального, я бы сказал.

Я потёр руки.

— Так, на чём мы остановились? Магази-и-и-ин! — протянул нараспев.

Коснулся поверхности деревянного терминала и принялся листать каталог. От многообразия товаров глаза разбегались, но за мои пять КотКоинов выбор был невелик. Всего три вещи.

Ровная деревянная палка сто десять сантиметров в длину, кожаный, с позволения сказать, шлем выглядел просто как кусок толстой шкуры с двумя завязками, и рубаха с защитной сеткой спереди, которая состояла из верёвок, кожаных полос и дощечек. Несмотря на то, что скрафтил её явно извращенец, от рубящего удара могла защитить.

Я задумался. Есть ли смысл тратить пять монет на такую лажу? Лучше сэкономлю.

— Подручный! — крикнул я. — Открывай ворота.

Вспыхнуло две портальных печати.

— А почему две?

Подошёл поближе и считал информацию. Ага. Выходило интересно, я мог пройти ещё одно испытание нулевого уровня и тогда получу лишь ОС и КотКоины. Но если пойду на повышение сложности, хапну ещё и умение.

Рискованно. Если я на аттестации несколько раз умер, то что ждёт, когда ставки выше. Что ж, начнем с малого, заработаем ещё одно ОС и КотКоинов, а потом уже в более прокаченные места пойдём за скиллом.

Интересно всё же, что там ещё попадётся. Вряд ли снова двойник.

Я встал в круг, и всё померкло, а когда опять прояснилось, то обнаружил себя на камне в тех же штанах и футболке, в которых и лёг спать.

Изолятор троицы.

Небольшой скальный выступ позволял осмотреть округу. Сзади поле с одинокими ветвистыми деревьями, спереди карликовый лес с колючими уродливыми кустами и редкими прогалинами. Мрачновато.

Я принюхался. Ветерок доносил запах сухой травы. Но больше никаких подсказок обоняние не подкинуло.

«Убейте Свая, Гумуна и Мангуса (опционально, но даёт бонусную награду)» — гласило задание. Заметил, что описание здесь очень скупые. Надо будет уточнить этот момент.

Я осторожно спустился, и почти сразу из-за камня на меня выскочила огромная помесь крысы и ящерицы. Я отскочил, пнул гадину, отбрасывая на булыжник, а затем впечатал ногой ещё раз, ломая ей ребра. Она взвизгнула и затихла.

Низух обыкновенный, — сообщило описание. Так, этих не трогаем.

Я подождал секунд пять, но ни одного КотКоина не выпало. Жадины.

Тогда подобрал два круглых камня размером с крупную картофелину и направился в подобие леса. Быстро наткнулся на следы. Померил пальцами, где-то две фаланги, не слишком крупный зверь, но вот шесть лап немного напрягали.

Вглядываясь в землю до рези в глазах, шёл по следу, иногда он исчезал, тогда ориентироваться приходилось на примятый суховей и поломанные ветки. Сложность создавали колючки. Не хотелось получать кровавые царапины и сообщать кому-то с хорошим обонянием, что идёт вкусное мясо.

Вскоре показалась проплешина поляны. Я притаился за деревом, медленно все тщательнейшим образом разглядывал и был вознагражден.

У ствола большого колючего древа рос пучок травы, вот за ним в корнях и пряталась нора. Если бы решил пересечь поляну, как раз бы упёрся в кустарник и пока пробирался, неизвестная тварь куснула бы меня за жопу.

План созрел быстро. Я подобрал мелкий камень и бросил в нору. Спустя секунду оттуда вырвалось шестилапое существо.

Свай.

Он походил на лысую лисицу, но с пушистым хвостом. Я, пользуясь тем, что тварь меня не видит, швырнул камень и угодил ей в бок. Она рыкнула и побежала в мою сторону. Без прицела, на испуге метнул последний булыжник, который попал монстру прямо в голову.

На мгновенье противник остановился, смазывая лапой выступившую на морде кровь. Я же сделал вид, что убегаю. Сердце билось набатом в ушах, вытесняя из головы все мысли. Я отогнул колючую ветку, развернулся и отпустил её.

Прыгнувшую тварь моя импровизированная катапульта встретила прямо в полёте, её откинуло, а шипы прошли по шкуре, оставив кровавые борозды. Я схватил с земли массивную, но сухую палку и приготовился встречать свая.

Монстр стал осторожнее, не кидался. Сделал пару рывков вперёд, проверяя мою реакцию и сжигая остатки моих нервов. Примитивное оружие в руках уже ходило ходуном, ещё немного и пальцы сведет, так в него вцепился.

И тут тварь сделала рывок вправо, заставив повернуться, и сразу же отскочила обратно, ринувшись на меня, стелясь к земле. Я не успевал встретить её палкой в рыло, потому лишь неловко ударил в бок. Зубы клацнули совсем рядом, и я ткнул противника в грудь, откидывая ещё больше. И в этот миг примитивное орудие предательски хрустнуло.

Я встретил обломком раскрытую пасть. Какой же быстрый этот свай!

Отбросил зверюгу и ринулся к колючему сухостою. Схватился за ствол, пробивая ладони, заорал от боли, но всё же вырвал шипастую дубинку. Трясущимися руками попытался взять так, чтобы колючек было поменьше. Кровь сочилась из пробоин на ладонях, но дерево всё впитывало, из-за чего, импровизированное оружие не скользило в руках.

Я повёл им из стороны в сторону, как бы предвосхищая атаку твари, а потом сделал то, чего она не ожидала — ударил сам, первый. Голова свая мотнулась, на роже появилось четыре красных прокола.

Я обрушил дубину сверху вниз, опрокидывая монстра на землю. А потом нанёс ещё пять ударов по башке, пока противник не сдох.

Устало опустился на траву. Оторвал лоскут с низа футболки, а потом ещё один и, приложив мха с мягким лишайником, перебинтовал руки. Не знаю, сколько просидел приходя в себя, но, когда встал, больше не потряхивало.

Оглядел тело поверженного врага и свои руки. Твою мать! И ведь это только первый из трёх противников. Во что я ввязался?