Путь трех совершенствований

Глава 30

Я держался на отдалении и довольно долго шёл без проблем, обходя уже вскрытые ловушки. А затем раздались звуки боя, я поспешил на помощь новому знакомому. Он нарвался на тварь лабиринта. Зеркальный клон.

Зеленокожий уже убил его, когда из зеркала в конце прохода шагнул новый. Ему нечем было разбить стекло, да и не попал бы. Далеко слишком. Зеркало будет их спамить, пока орк не устанет и не погибнет.

Я взял из-за пазухи самострел с дротиком и пустил в стекло.

Оно со звоном разлетелось, и следующие зеркальные клоны, мои и орка, распались на части, оставшись валяться на земле, будто их повар-великан нашинковал для супа.

Я помог пилигриму добить второго клона.

— Зачем шёл за мной? — зарычал орк.

— Чтобы самому ловушки не вскрывать, — сознался я. — Давай теперь я вперёд пойду. Так будет честно. Как тебя зовут?

— Каюк.

— Ха!

— Что⁈

— Нет, ничего. На моём языке это типа… смерть, финал, полная задница.

Орк довольно оскалился.

— Такое мне нравится.

— Я Эхо.

— Ударь меня по плечу, — сказал клыкастый, и сам хлопнул меня так, что я еле на ногах устоял.

Я ответил тем же. Это у них заместо рукопожатия.

Признаться, орков я недолюбливал. А уж после локации с раскалёнными и подавно. Они одна из фракций, что лезет в наш мир из порталов. Пусть те твари и куда крупнее и более жестокие, но всё же.

Теперь я работал отмычкой. По крайней мере, орк выглядел как челове… как орк чести. Слишком простой, так что вряд ли ударит в спину.

Мы остановились в очередной комнате перед… типа шахматной доской, расчерченной в четыре цвета. Нажимные пластины. Вот чёрт. В этом я не силён. Ненавижу разгадывать эти закономерности. Но орку такое и подавно не под силу.

Ладно.

Я выдохнул. Терпение. Тут главное не торопиться. Я долго разглядывал поле двадцать на двадцать. Нажимал древком пластины, проверяя, какая с ловушкой, пока не дошло, идти надо только по разным клеткам. Если наступил на красную, то следующая только белая, а за ней чёрная и синяя, потом опять красная и так по кругу. Но ещё нельзя идти только прямо или только вбок. Либо диагональ, либо смена направления каждые две клетки. Около часа я пробирался. А затем голосом вёл клыкастого, ибо он нихрена не понял.

— Я тебе не магистр! — ответил Каюк на мой укоризненный взгляд.

— А если не секрет, клыкастый, сколько у тебя Силы и Телосложения?

— Пятнадцать того и другого. Я уже по три очка вложил в каждое.

Я закашлялся. Базовая двенашка там и там, против моих двух. Где справедливость?

— А у тебя?

— Ты не поверишь. Было четыре в сумме.

Он заржал так, что на стене активировалась одна из ловушек и две молнии из посохов впустую прошили воздух.

Орк осторожно ткнул меня в плечо пальцем и сказал:

— Странно, что ты не сломался.

— Да иди ты, — я откинул его руку и пихнул вперёд.

Мы вышли на большую площадку, и стена сзади снова закрылась, на этот раз снизу из-под земли выбросило двух игроков, и ещё два упали сверху.

Получается, лабиринт как минимум трёхуровневый!

— Стойте! — попытался снова вразумить всех я. Но тут громыхнул выстрел, и всё заволокло вонючим пороховым дымом, а затем и вовсе я услышал характерное шипение фитиля, прыгнул, закрывая голову руками, и едва упал, как громыхнуло. Всё затянуло ещё больше. Едкий туман мешал что-либо разглядеть. Раздались крики. Звон орудия. Вспышки магии. Я подскочил, но всё уже было кончено. Каюк с двумя окровавленными топорами оседал на песок маленькой арены. В груди и голове у него торчало по два арбалетных болта.

— Не двигайся! — услышал я знакомый голос.

— Кыся! — радостно воскликнул я и бросился к кошка-девочке, что так и держала меня на прицеле. Я обнял её, и она отпрянула.

— Но-но! Держи себя в руках, человек. Лапы прочь, пока в мурчало тебе не дала!

Я подхватил кошку и закружил.

Стены задви́гались, и Руана, игриво ударив меня хвостом, упорхнула.

Я проводил кошкодевочку взглядом и пошел следом. Она прошла следующее испытание играючи. А вот мне оно далось нелегко. С большим трудом преодолел финальную часть лабиринта, где надо было пробираться по бревну над пропастью, потом был качающийся мост. Тарзанка над лавой. Прыжок с шестом над ямой с зубастыми ящерами.

И, наконец, помещение с наградой!

Я увидел, что мяуронка уже скрылась в комнате с резными дверями. Ушла за призом. Я же кое-как добрался до лестницы и сел на ступени. Думал, может, и мой приятель Барти тут. Но нет. Похоже, мы только вдвоём дошли.

Портальная печать пылала вдали на постаменте.

Кошка вышла разочарованная, держа в руке пучок обычных стрел.

— Там где-то несколько десятков тысяч стрел и только одна нужная мне, артефактная. Я не смогла её найти. Ужасно. Это всё было напрасно. До встречи, человек, рада была тебя видеть, лысый кот, — она потрепала меня по волосам.

Я дёрнул кошку за хвост, весело хохоча запрыгнул по ступеням и скрылся, пройдя через магическую плёнку финальной комнаты.

Оказался в квадратном помещении, заваленном осколками лезвий. Горы блестящего металла местами возвышались до потолка.

Вот оно финальное испытание. Я вытащил рукоять. Все прошлые части сами притягивались к нему. Я поводил ей из стороны в сторону, но ничего не произошло. Тогда стал ходить вдоль куч осколков и тыкаться словно металлоискателем.

Окей-окей. Я понял. Тогда начнём просеивать их. Поехали.

Я взял первый осколок и приложил к рукоятке — ничего. Ладно, дальше.

Второй, третий… девятый… семнадцатый… тридцать пятый… пятьдесят седьмой… сто шестнадцатый… четыреста семьдесят восьмой… тысяча третий… четыре тысячи двадцать второй… восемнадцать тысяч шестьсот восемь… двадцать три тысячи четыреста первый.

Это было особое измерение, где не хотелось есть и спать, а потому я без устали продолжал искать.

Пальцы смозолились. Приходилось перекладывать, менять руки, бинтовать их и пару раз поливать зельем лечения, особенно, когда резался. Я давно сбился со счёта, меня откровенно подташнивало от однообразных действий, но если я что и умею лучше прочих, так это терпеть.

Осколок. Ещё один. И снова, и снова. Кучка. Вторая, третья. Бросить за плечо, нагнуться, взять новый. Приложить. Раз, два, три. И опять, и опять, и опять, и снова.

Есть! Осколок прилип к рукояти. Это было так неожиданно, что я даже не выпал из транса и взял следующий, уже машинально примыкая, но тут до меня дошло.

Я подпрыгнул от радости.

— Да-а-а-а-а-а-а! — протяжно заорал я, выпуская весь воздух из лёгких, и упал на колени.

Невероятно. Эта пытка завершилась. Не знаю, сколько дней или месяцев я тут провёл. Я оглядел осколок. Маленький треугольник металла, всего-то сантиметра три в длину. Осторожно вытянул замотанный указательный палец, пропитанный кровью бинт оставил красный след на лезвии.

Я справился. Всё ещё не верилось.

Устало побрёл на выход. Конечно, кошка не ждала меня. А жаль. Хотелось с кем-то поделиться.

Внутри лабиринта до сих пор шли бои. Интересно, сколько времени тут минуло?

Я подошёл к печати, когда очередной счастливчик выскочил из ловушки и направился к лестнице. Ну удачи.

Я ступил в круг и переместился в своё логово.

Элен поднялась в комнату в какой-то прострации. Огромная доберманша с белым глазом и отметиной от когтей на щеке почувствовала настроение хозяйки и уткнулась ей в ноги. Девушка машинально поглаживала собаку.

В очередной раз прогоняя события дня нападения, Элен вдруг подскочила. Но ведь во время игры в КП Анд вёл себя так же, как в ночь атаки на школу. До неё дошло, что она упустила. Что всё это время зудело в мозгу, не давая забыть те события. Пощёчина Рин! Зачем ей приказывать ему бить саму себя? И когда они пошли вниз в подвал, Анд по-прежнему показывал себя хорошо, а ментатки с её псио-бафом рядом уже не было.

— Какая же я дура! — прорычала в сердцах Элен.

Но что это всё значит?

Вы прошли испытание.

Что и всё? Опять только осколок и больше ничего? Вот, облом.

Михаила не было. Это странно. Пространство без него казалось пустым. А чернота по краям начала будто бы оживать. Словно кто-то оттуда мог подглядывать за мной.

— Миха? Миш? Михаи-и-и-л? — позвал я.

Был соблазн вглядеться во тьму, но лёгкие мурашки намекнули, что не стоит этого делать.

Я воззвал к интерфейсу, смутно вспоминая, что в первый день мне предлагали помощника и простые подсказки. Может, настройки сбились? Но какие бы команды я ни посылал, Михи не было.

Я ещё немного поорал, но никто не откликнулся. Надеюсь, он ещё вернется. Я с ним немного сдружился. Может, НПС отправили на перепрошивку?

Ладно. Мне есть чем заняться.

Найден осколок. Активирован «Путь Меча». Выберите вторую стадию.

Деревянный меч или Безоружный бой.

Э-э-э-э… стадия меча — безоружный бой. Как говорится: «Ы — логика». Я прищурился. Или я чего-то не понимаю, или тут кое-что скрыто. Сейчас бы совет у Михи спросить, но ведь пропал так не вовремя.

Из рукоятки начало появляться деревянное лезвие. Оно мелькало, превращаясь то в тонкую деревянную полоску, копию обычного лезвия, то в круглую, классического бокена, то меч вовсе растворялся, а кулаки наливались странной пульсирующей силой.

Что это всё значит?

Тёмно-фиолетовый портал вспыхнул в мрачной подворотне. Мусор и обрывки газет разлетелись от воздушных колебаний. Даже грязные крысы тут были научены и сразу же пустились подальше со всех ног.

Из прорыва вывалились несколько розовых склизких разведчиков на длинных суставчатых лапах. Землянину они бы напомнили смесь паука и осьминога. Послав ментальный сигнал, что всё чисто, они начали разбегаться по округе.

Следом поползли мелкие паразиты, похожие на жирных личинок или морских звёзд с длинным туловищем и двумя щупальцами. Они чувствовали биение жизни в округе и уже отправились по следу подходящих для паразитирования кандидатов.

Подворотня снова опустела, но вот пелена портала опять задрожала, и оттуда вышло существо в капюшоне. Издали его бы можно было спутать с человеком, но вблизи было видно, что вместо рук у него два щупальца, а лица не видно.

Он не ждал сопротивления от местных. Хтониты за дорого выкупили внеочередной прорыв, так что вылазка обещала быть удачной.

Во тьме капюшона вспыхнул только правый глаз. Существо пустило импульс, ощутило парочку спящих агентов, а потом нечто… родное и то же время чужое. Что это? Сигнал паразита? Ещё и такой сломанный, но одновременно до боли знакомый, будто это одна из его частей.

Он направил туда разведчика и попытался посмотреть его глазами. Картина мигала, словно там был псионик, но это исключено. Либо же кто-то видел очень яркий сон, такой, что искажал астрал. Да. Это более вероятно.

Обычный одноэтажный крохотный домик. Внутри метки четырёх сигнатур. Две взрослых особи — самка и самец. И их потомство, два юных самца, один спит, второй уже поднял тревогу. Похоже, именно от него исходит странный сигнал.

Надо проверить!

Хтонит послал запрос о подкреплении, и за ним из портала полезла вереница существ.

Двенадцать фигур стояли в круге.

— Зачем ты собрал нас, брат? — спросил тот, что носил имя Белый Пепел.

— Я давно не просил вас об этом, — взял слово Михаил. — Прошу круг разрешить мне взять ученика.

— А ты не торопишься? — спросил Кеншин.

— Не знаю, — не стал юлить Михаил. — Но я боюсь, что не открыв ему правду… — вздохнул мужчина. — Не знаю, — повторил он. — Я просто чувствую, что он мой ученик. Не могу это объяснить иначе. Я хочу, чтобы он начал постигать суть Меча, а не только владение Им.

Все двенадцать начали переглядываться. Этого присутствующим было достаточно, чтобы вести диалог.

— Он уже собрал рукоять! — добавил Михаил, чувствуя их сомнения.

— Это ничего не значит, — парировал Белый Пепел.

— Были и те, кто собрал почти весь клинок, — добавил Кеншин. — Ты помнишь моего ученика Брайля? Мне пришлось лично убить его, — голос говорившего дрогнул.

— Это моя ответственность. Если что-то пойдёт не так, несмотря на всю свою мягкость, я убью Андрея. Ну а пока позвольте мне взять его в ученики. Ваше решение, Круг?

— Голосуем, — объявил Белый Пепел. — Кто за то, чтобы у Михаила появился ученик?

Пашка Богданов ворочался во сне. Паразит чувствовал открывшийся портал.

Парень рывком сел с круглыми глазами.

— Прорыв! Прорыв! — заорал он на весь дом.

Мать с отцом тут же подскочили. На улице раздавались крики. Отец выскочил в коридор, схватил топор, а потом воткнул мощный засов на дверь. Мама спешно одевалась. Пашка быстро перебирал руками колёса, въехал в комнату и начал тормошить брата.

— Анд! Просыпайся. Проснись! — он влепил ему пощёчину, но всё без толку. Андрей спал как убитый.