Развод (не) состоится

Глава 16. Дружеское плечо

Мигран

После жестокой ссоры с детьми меня понесло вон из дома.

Потому что я не мог смотреть на закрытые двери спален близнецов.

Меня сожрало чувство вины перед собственными детьми, потому что я стал для них буквально осквернителем святыни. Надо же, посмел сказать правду про их мать, какой я нехороший.

Это ж уму непостижимо, как они ее любят!

Я для них как будто больше не авторитет. Они не восприняли ничего, что я говорил им после своего треклятого признания.

Похватали вещи, закрылись в своих комнатах, и все. Даже в школу и то не пошли.

И, кажется, объявили мне бойкот.

Славно…

Мать шляется по всяким там Ренатам, а в результате достается мне.

Я нашел временное пристанище в мужском клубе, что располагается в нашем пригородном районе.

Элитное место, где можно пообедать, поиграть в бильярд, теннис или даже гольф, хотя все-таки погода для гольфа сейчас малость не та, зима, снег.

Занимаю один из бильярдных столов, тот, что подальше от остальных. Мне сейчас компания не нужна, хочу немного прийти в себя.

Оттачиваю удар, загоняю шары в лузу один за другим, заодно пытаюсь привести мысли в порядок.

А они не приводятся…

На душе так муторно, что хоть вой, и тревоги продолжают есть изнутри.

Это еще моя драгоценная девочка Каролиночка, свет очей моих, не знает, что мы с матерью разводимся. А как узнает, что скажет? Ульяна и на этот раз спрячет голову в песок и не объяснит истинную причину нашего развода?

Скоро Каролина вернется из свадебного путешествия, как мне с ней общаться?

Боковым зрением вижу, как ко мне направляется какой-то перец в бежевом свитере и джинсах. Крепкий на вид, здоровый, походка деловая, солнечные очки закрывают полморды. Явно вознамерился составить компанию, которой я не хочу.

Однако обернувшись, я сразу узнаю в подходящем мужчине Даниэля Дживаняна. В прошлом году мы с ним провернули несколько очень успешных проектов, и в этом году планировали сообща инвестировать в один завод в Китае, а при случае выкупить его.

Что он тут делает? А, точно, недавно закончил строить дом неподалеку, еще спрашивал у меня про местный мужской клуб. Я рекомендовал ему это заведение.

— Приветствую, Мигран, как дела? — Он протягивает мне руку.

— Развожусь… — Эта, в общем-то, совершенно не нужная информация для партнера по бизнесу выпрыгивает из меня как чертик из табакерки.

Оглянуться не успеваю, как мы с Даниэлем оказываемся в баре, что располагается в соседнем помещении.

Днем здесь почти никого, идеальное место, чтобы перекинуться парой слов.

Он берет себе минеральную воду без газа. Я же заказываю порцию чего покрепче, хотя мне и не стоило бы, ведь приехал сюда на машине.

Я ведь не собирался откровенничать с Даниэлем Дживаняном. Мы не пили на брудершафт, не крестили вместе детей, не гуляли на свадьбах друг у друга. Но вот то-то и оно, что мои близкие друзья, коих за годы жизни скопилось немало, великолепно знают Ульяну. Мы дружим семьями, где женская дружба и влияние жен на мужей огромно. Я не могу прийти в чей-то дом и вылить все, что на душе, потому что в ответ получу кучу наставлений о том, как я должен поступить с Ульяной. А потом нас еще будут обсуждать всем миром. Мне это не нужно сейчас, но выговориться очень хочется.

Даниэль, пожалуй, единственный из приятелей, кто появился в моей жизни сравнительно недавно. Он не будет бить себя пяткой в грудь и доказывать мне, что Ульяна — святая женщина, коей ее считают практически все мои друзья.

Однако откровенничать начинает он, а не я, чем порядком меня огорошивает:

— Я ведь тоже разводился со своей женой. Потом жалел очень… Сошлись.

Я помню его жену, видел на новогодней вечеринке. Красивая, если так можно сказать о сорокапятилетней бабе, хотя ей столько не дашь.

Дживаняны будут старше меня с Ульяной. Ему, кажется, полтинник, жена лет на пять младше. Оба хорошо сохранились, хотя у Дживаняна седины в шевелюре с избытком. Впрочем, разве для мужчины это такой уж минус? До этого момента Даниэль с женой казались мне идеальной парой, достойным примером.

— Отчего ж расходились? — хмыкаю я, глядя на него.

Он выдает неожиданную причину:

— Думал, бесплодная, детей хотел.

Таращусь на него в недоумении.

— Так у тебя же трое…

— Трое, — кивает он с гордостью. — Правда, старшего рожала не Катя… У тебя вроде бы тоже трое?

— Трое, — киваю с кислой миной. — Вот только четвертый, похоже, будет не от меня…

Сам не понимаю, как вываливаю ему все…

Как проверил траекторию движения машины Ульяны, как выяснил, сколько часов она каждую неделю за редким исключением проводила в «Сапфире». Как этот Ренат бахвалился, что Ульяна сама дала ему телефон, непрозрачно намекая, в каких он близких с ней отношениях. Как Ульяна за последние годы ко мне остыла, а я все списывал на стресс и отсутствие свободного времени, слепец чертов.

— Ты прости, если лезу не в свое дело, — хмыкает Даниэль. — Но тебе не кажется, что ты малость поторопился?

Замираю с вытянутым лицом.

А что мне надо было делать? Позволять ей и дальше безнаказанно наставлять мне рога? Он не слушал меня, что ли?

Даниэль тем временем продолжает:

— Рассказы твоей секретарши я бы вообще в расчет не брал, ей ведь выгодно очернить твою жену…

— А я и не брал ее рассказы в расчет, говорю же, сам лично убедился…

— Не поверишь, какие порой всплывают обстоятельства, — пожимает руками Даниэль. — На твоем месте я бы все досконально перепроверил. В свое время мне не хватило мозгов это сделать, а зря. Теперь ничему не поверю без железобетонных доказательств.

Хмыкаю недобро и отвечаю:

— Если оно ходит как утка, крякает как утка…

— Про манок, который тоже крякает как утка, слышал? — хмыкает Даниэль. — Но дело твое, прислушиваться или нет…

Да, дело мое, черт подери.

Но теперь, когда все вывалил перед посторонним человеком, отчего-то уверенности во мне осталось не сто процентов, а девяносто восемь.

Душу берут сомнения. Но их быть не должно, ведь я на развод подаю! Это вам никакие не шутки.

Я резко поднимаюсь с места.

— Куда собрался? — спрашивает Даниэль с усмешкой.

— Разведывать обстоятельства, — заявляю с мрачным видом. — Все до единого…

Все выясню и предъявлю моей дорогой жене. С именами и датами. Пусть тогда только посмеет еще раз влепить мне пощечину.