Развод (не) состоится

Глава 43. Свекрови бывают разные

Каролина Ваановна

Материнское сердце — вещун.

А у меня с самого утра тахикардия в полный рост. Поэтому и приехала к невестке в гости, хотя никто не звал.

Знаю, она думает, будто я ее не люблю. Но среди остальных невесток она у меня в приоритете.

Порой я не умею правильно выразить чувства… Да что там порой, почти всегда. Но Ульяна — моя семья, и я отношусь к ней соответственно. Пусть строго, требовательно, однако с уважением, какое и она проявляла все эти годы.

Чисто по-женски поддержать ее хочу. Ведь что ни говори, а сын мой поступил с ней по-скотски.

Думала, застану ее дома, специально заранее выяснила у Каролины, когда у нее выходной. Надеялась, душевно поговорим, помиримся, ведь в прошлый раз не срослось.

Но здесь только дети.

Мигран заскочил на одну минуту и тоже исчез.

И теперь оба не берут трубку. Ни невестка, ни сын не доступны. Как же так? Меж тем часы показывают десять вечера. Нормально это столько работать?

Главное — что делать мне? Я уж после готовки все прибрала, продукты в холодильник разложила. Уезжать домой несолоно хлебавши?

Не могу я домой, чувствую, происходит что-то неладное. Тахикардия возвращается с новой силой, хотя я выпила лекарство.

— Дети! — зову всех.

Первыми на крошечной кухне Ульяны появляются близнецы, затем вальяжно вплывает Каролиночка, свет очей моих.

— Че надо, ба? — спрашивает Артур.

— Я тебе дам чекать, — грожу ему пальцем. — Скажите мне лучше, а нет ли у отца друга какого проверенного? Чтобы мог подсобить?

— Зачем? — хмурят брови близнецы.

— Десять часов вечера, а ваши мать с отцом недоступны. Вас ничего не беспокоит?

— Мама теперь работает в полную смену, возвращается обычно к одиннадцати, — поясняет Каролина.

Слышу эту цифру — одиннадцать, и не нравится она мне. Сердце аж заходится. Отчего-то кажется, что к тому времени уже поправить ничего будет нельзя. Как же глупо…

— Друг есть, — неожиданно отзывается Арам. — Батя в последнее время корешится с Дживаняном, соседом нашим. У него еще дочка такая красивая, Каринка, помнишь, бро?

С этими словами он пихает брата под бок.

— А, точно, Каринка, — кивает Артур. — На меня запала, кстати, я сразу понял.

— Не неси хрень, — бурчит Арам. — Мы для нее зеленые малолетки, ей же восемнадцать…

Наверное, впервые в жизни мне хочется надавать внучатам подзатыльников. Да таких, чтобы запомнили.

— Ближе к делу, — тороплю их. — Номер телефона есть?

— Есть, — кивает Артур. — Батя дал на всякий пожарный.

— Ты язык прикуси, — ругаю внучка. — Родного отца батей называть, чай не зэк тебе какой-нибудь. Номер диктуй…

Получив заветный номер, я сразу звоню.

Неожиданно мне отвечает очень чуткий и внимательный мужчина, причем с приятным голосом. Тут же соглашается помочь. Сообщает, что и сам испытывает тревогу, потому что Мигран должен был ему написать, однако не вышел на связь. Он соглашается съездить в гостиницу, где работает моя невестка, проверить, что и как.

— Да, да, — говорю ему. — Я сейчас тоже поеду в «Сапфир». На всякий пожарный… Вдруг что случилось?

Кладу трубку и бросаюсь в прихожую, ищу сумочку.

— Мы тоже поедем! — вдруг сообщают дети, причем все трое.

— Айда все в лексус! — киваю с важным видом.

Моя красная лошадка мигом всех домчит…

Однако вместо ожидаемой супербыстрой поездки мы тащимся до нужного места почти полчаса из-за глупой аварии.

Подъезжаем как раз в тот момент, когда у отеля останавливается черный внедорожник, такой огромный, что походит на монстра.

Из него выбирается серьезный чуть седоватый тип с охраной.

— Дядя Даниэль, — тут же узнают его близнецы.

Мы всей дружной компанией выбираемся из машины.

Встречаемся у лексуса Миграна.

Указываю на пустующую машину.

— Я же сказала, он здесь!

— Дамочка, отойдите от машины, — вдруг слышу чей-то грозный голос.

Оборачиваюсь и подмечаю двух молодцев.

— Вы кто такие? — хищно на них смотрю. — Это машина моего сына. Хочу рядом стою, хочу танцую на ней, хочу стекло кирпичом разбиваю, ясно вам?

— Тихо, тихо, — говорит тот, что покрепче. — Мы телохранители его жены. Бдим…

— За чем вы бдите, олухи безмозглые? — ругаюсь я. — За его пустой машиной? Почему внутрь не заходите?

— Так не велено…

— Давно хозяин в гостинице? — спрашивает Дживанян.

— С полчаса как, — пожимают они плечами.

И мы всей честной компанией идем в гостиницу, потому что стоять и ждать ни у кого нет сил.

К нам навстречу выскакивает администратор.

Я громко и зычно объясняю, кого мы ищем.

— Повара давно все разошлись, — пожимает он плечами.

Красноречиво намекает, что и нам бы лучше на выход.

Да не на тех напал.

— Не может такого быть, — качают головой горе-телохранители. — Зовите вашего начальника охраны, будем искать потерявшихся в этом отеле.

Вскоре в гостинице поднимается невероятный переполох.

Если я что и умею в жизни — так это ставить на место зарвавшихся служащих.

Всласть поругавшись с охраной, мы всей толпой движемся к ресторану. Топаем, как настоящая рота солдат, и шума производим столько же.

Однако там ни одной живой души и даже на кухне.

— Тут нет никого, — чешет лоб здоровенный лысый дядька, начальник охраны. — Может, ваша невестка давно ушла, а сына тут и не было вовсе?

— Как же так? — всплескиваю руками. — А куртка?

Тычу пальцем на оброненную кожанку. Валяется прямо на полу.

— Они могут быть тут!

И вправду через пару секунд мы все слышим, как кто-то крепко стучится в дверь, возле которой валяется куртка Миграна. Изнутри стучит.

— Отойдите, — командует Даниэль. — Я открою. Черт, ключ сломан в замке…

Слышу это, и у меня холодеет сердце.

Это ж промышленная морозилка!