Развод (не) состоится

Глава 6. Сумеречная зона

Мигран

Я не верю в это.

Чтоб Ульяна и мне изменять? Ха-ха три раза.

Это же Ульяна!

Да, по молодости я ее ревновал, и очень. Но то было не всерьез. Просто, чтобы порох поджечь, чтобы был повод ей за что-то предъявить, потребовать объяснений. Чтобы эмоций хапнуть полной ложкой.

Так-то моя Ульяна — истинный уж. Из любой ситуации вывернется, выкрутится, все камни обойдет, извернется. С ней и захочешь поругаться, не поругаешься, потому что она все хвосты подчистила, все оправдания придумала, и вообще у нее котлеты в холодильнике вкусные, иди, Мигран, поешь.

Но вот когда ей на ровном месте предъявляешь, она глазами хлоп, а сказать-то нечего. И ведь не смотрела ни на кого, я-то знал, следил, но доказать она это никак не может, разве что словами, которые к делу не пришьешь.

Я со смаком на нее рычал, рассказывал, что ей можно делать, что нельзя, строжился. После занимался с ней жарким сексом, доказывал, что я — лучший любовник из всех, какие у нее в теории могли быть.

Эта игра мне никогда не надоедала.

Я ее обожал.

Ради этой игры нередко в люди ее выводил, дарил платья, драгоценности.

Но однажды Ульяна попросту отказалась идти со мной в кино.

— Зачем? Потом ты опять скажешь, что я на кого-то смотрела или кто-то смотрел на меня…

Я попытался ей объяснить, что ревность — это как топливо для любви, оно заставляет чувства бурлить, подпитывает их. На что Лиана лишь состроила недовольное лицо и объяснила, что с каждой сценой ревности она любит меня все меньше.

Обидно было до зубного скрежета.

Как это — она и любит меня меньше…

Не каждый мужчина такое поймет и простит.

Я простил, постарался больше к ней не придираться по поводу других мужиков. Тем более что реального повода она так ни разу и не дала.

Попросту не мог допустить, чтобы жена любила меня меньше. Мне нужна была вся ее любовь.

Детство, понимаю…

Как вспомню себя в двадцать с копейками, так на ржач пробивает.

Я давно уже вырос из этого всего. Превратился во взрослого, солидного мужчину.

Сейчас понимаю, как глупо себя вел тогда, как недальновидно.

И вот Ульяна через двадцать лет брака разбивает машину, ревнуя меня. Двойные стандарты налицо. Но как же мне было приятно почувствовать ее ревность. Я будто в молодость вернулся, а как завелся после этого ее действия, не передать словами. А мадам даже в койку со мной не легла. Что за женщина?

Но чтоб Ульяна мне всерьез изменяла…

Нет.

Железобетонно нет.

Все внутри меня противится одной только мысли.

Я упираюсь плечом в дверной косяк, с хищным видом наблюдаю, как Роза хватается за сумку, с растерянным видом замирает у рабочего стола.

— Собирай вещи, и чтобы тебя в фирме больше не видели, — строго ей выговариваю. — Еще она будет моих родных помоями поливать. Ты вообще в курсе, что можно ляпать, а что никогда не стоит?

— Это правда! — стонет Роза и размазывает по щекам тушь. — Моя подруга ее видела… Она администратор в той гостинице «Сапфир». Я вам не говорила, потому что не хотела делать больно!

— Вон пошла! — Я вконец выхожу из себя. — И за свой поклеп ты автоматом лишаешься выходного пособия.

— Вы проверьте! — пищит она.

— Я проверю. — Скрежещу зубами.

Возвращаюсь в свой кабинет, отправляю сообщение в кадровый отдел, чтобы мне срочно прислали на замену секретаря.

И хотел бы выкинуть из головы досужие домыслы этой дуры, но…

Рука сама лезет за телефоном.

Захожу в программу и вправду проверяю траекторию движения машины Ульяны. И охреневаю от результата.

Листаю дни, недели, месяцы…

Везде одна и та же картина. В итоге оказывается, что моя жена целый год ездит по понедельникам, средам и пятницам к гостинице «Сапфир», проводит там минимум несколько часов. Я проверил по карте, что именно находится в точке, где она паркует машину.

Как идиот пялюсь на экран и ничего не соображаю.

Сумеречная зона какая-то. И в этой сумеречной зоне моя жена ездит в какую-то гостишку заниматься непотребствами.

Как это может быть? Какая-то параллельная реальность, ей-богу.

Сегодня пятница, к слову…

Вскользь отмечаю, что она наверняка и сегодня бы туда поехала, вот только я вчера отправил ее машину на эвакуаторе в ремонт.

Проверяю по камерам, что располагаются на крыльце нашего дома, выходила ли куда-то Ульяна.

Она дома.

С шумом выдыхаю.

По крайней мере, сегодня она дома.

Конечно, можно поступить по-взрослому, нанять какого-нибудь детектива, проверить информацию вдоль и поперек. Запросить детальный отчет всех передвижений Ульяны.

Но…

Еще я за женой не следил!

Еще я всяким там уродам не платил, чтобы ее выслеживали, как дичь.

Еще я не распространялся при ком-то там о том, что происходит в моей семье!

Не звоню никому.

Молча поднимаюсь с кресла, беру телефон, пальто, выхожу из кабинета.

Мимоходом подмечаю, что новый секретарь уже на месте.

— Здравствуйте, меня зовут Виолетта, — лепечет ангелоподобная блондинка в строгом сером костюме. — Я на замену…

— Меня не будет пару часов, — говорю ей. — Предупредите замдиректора.

На этом ухожу.

Спускаюсь и только тогда вспоминаю, что машина в сервисе.

Скрежещу зубами от досады и вызываю такси.

Вроде бы час пик уже прошел, а все равно город запружен машинами так, что мы передвигаемся со скоростью улитки. И это тогда, когда у меня внутри все подгорает от нетерпения и напряжения.

Как обычно в Краснодаре, любая аномалия с погодой вызывает апокалипсис на дороге. Подумаешь, снег пошел. Подумаешь, на улице минус. Разве это должно моментально парализовать движение?

Злюсь.

Злюсь и злюсь…

Наконец водитель привозит меня к назначенному месту. Ставлю ему в приложении двойку за нерасторопность.

Плотно сцепляю зубы и выбираюсь на улицу.

Стою в коротком и, в общем-то, не слишком теплом полупальто перед гостиницей «Сапфир» и решительно не могу понять, что моя жена тут могла делать.

Даже не замечаю снега, который падает на непокрытую голову и плечи.

Вот до чего жизнь довела.

Высокое семиэтажное здание выглядит солидно. Облицовочные панели из серого мрамора придают строению солидности и лоска. Высокие арочные окна обрамлены изящными решетками.

Одним словом, дорого-богато.

Все равно не понимаю, что Ульяне тут делать? Ну вот что?!

Оно бы, конечно, можно взять да и позвонить ей, предъявить маршрут, который я скопировал с трекера движения ее машины. Она, скорей всего, об этом трекере не имеет ни малейшего понятия. Иначе разве спалилась бы, так?

Но что если правду не скажет?

Еще вчера я бы даже не подумал о таком варианте, зато сегодня ни в чем не уверен.

Захожу внутрь, стряхиваю с головы снег.

Отель большой, красивый, но не слишком людный. По крайней мере, в это время суток.

Подхожу к скучающему администратору, достаю пятитысячную купюру и прошу:

— Позови какого-нибудь охранника посговорчивее.

— А зачем он вам нужен?

— Пошушукаться. Хочу знать, была ли здесь эта женщина?

Показываю мальцу фото Ульяны и… Ловлю узнавание. Этот тип ее явно знает.

Я пристально смотрю администратору в лицо.

— Ты ее видел, — не спрашиваю, утверждаю. — Она здесь частый гость? Говори правду!

Не знаю, что в моей личности так настораживает служащего. Вроде бы я — солидный посетитель. Однако желторотый юнец за стойкой резко теряет настрой со мной общаться. Даже после того, как слямзил своей загребущей рукой деньги.

Может, выгляжу слишком грозно?

Стараюсь стереть с лица злобное выражение, придать хоть какое-то подобие приветливости.

В это время к ресепшен спешит какой-то неудачник в сером костюме. Звук его шагов разлетается по всему вестибюлю. Спешит!

Он совсем не обращает на меня внимания, будто я невидимка. Спрашивает у администратора:

— Саш, привет, Ульяночка не подъезжала?

Ульяночка — одно это слово действует на меня, как сигнал тревоги.

Еще и как произнес — с придыханием.

Как только слышу имя жены, присматриваюсь к мужику внимательнее.

Черные волосы с проседью, морда лощеная, широкоплечий, и такое ощущение, что всем миром недовольный. Наверное, потому что Ульяночка все-таки не подъезжала.

— Нет, Ренат Алексеевич, — машет головой администратор.

— Странно, уже должна бы быть… — хмурит он широкие брови. — И трубку не берет. Случайно на ресепшен не звонила, не говорила, что задержится?

Администратор снова качает головой, при этом с опаской на меня косится.

— Не звонила.

В моей голове возникает миллион вопросов, которые хочется задать.

— А ну-ка я ее снова наберу, — бухтит мужик и достает мобильник.

Так запросто.

Возьму и наберу чужую жену…

Если это та Ульяна. Может, не та? Господи, пусть будет не та!

Тогда какого лешего администратор продолжает так на меня коситься? Повод какой?

Поначалу даже не понимаю, что делаю, тело движется будто само собой. Мозг словно вообще не участвует, просто фиксирует происходящее, как на кинопленку.

Бросаюсь вперед, подлетаю к мужчине сзади и наглым образом выдираю телефон из его рук. Он ниже меня ростом, хоть и ненамного, поэтому мне этот финт удается просто.

— Вы что себе позволяете? — орет он как потерпевший.

Игнорирую.

Проверяю номер, который светится на экране.

Мир на миг замирает, время прекращает свой бег. А мое сердце… Оно попросту в отключке.

Ну да, так и есть.

Номер красивый, зеркальный: пятьсот пять, пять и снова пятьсот пять. Когда-то я сам покупал Ульяне этот номер. Небольшой презент для любимой жены… Ведь для нее ничего не жалко.

А теперь ей названивают всякие Ренаты.

Хмырь еще и смеет злиться, что она не берет трубок, задерживается. Это ж надо какая наглость.

У меня внутри все закипает за доли секунды.

Сколько там градусов на солнце? Шесть тысяч? Вот меня, кажется, подпалили изнутри именно такой температурой.

— Верните телефон! — рычит на меня мужик. — Вы, собственно, кто такой?

Не понимает, что его сейчас ждет.

— Твой худший кошмар, — цежу сквозь зубы.

А потом беру его мобильник, размахиваюсь и со всей дури впечатываю ему же в морду.

Шмя-я-як…

Четко в нос попал.

Мужик после моего удара отлетает назад, чуть не валится на задницу.

— Иди сюда, урод! — Я уже себя не контролирую.

С молодости не дрался, а тут понесло…