Система стратегии: Лорды тоже судят. Том 3

Глава 11

Крики раздались не сразу. Женские, пронзительные визги буквально окружили меня, как только народ отошел от первоначального шока и осознал, что же на самом деле произошло. На нейтральной, скажу я вам, территории! Часть правителей бросилась врассыпную, озираясь по сторонам и выискивая таинственного снайпера. Вторая часть осмелилась приблизиться к бездыханному телу оратора, дабы понять, что же на самом деле с ним произошло. Не считая взорвавшейся ко всем чертям башки, само собой!

Я же аккуратно поднял с пола дымящийся чип, и как раз за его изучением меня застал подоспевший Лёша.

— Я всё еще кажусь тебе параноиком, верящим во всемирный заговор против человечества? — с вызовом поинтересовался он. Жилка под его левым глазом нервно дергалась. Зрелище мы пережили не для слабонервных. — Это что?

— Понятия не имею… — протянул, вертя остывающий чип в пальцах. — Во время взрыва прилетело. Откуда точно не скажу. Может, даже из его головы.

— Дай-ка, — выхватил он маленькую хрень и присмотрелся к ней повнимательнее. Пальцами поводил по выступающим деталям, хмыкнул. — Знаешь, всю казну поставить готов, что именно она взрыв и спровоцировала.

Беспокойный гул в зале поднялся такой, что мы едва слышали друг друга. Тем временем тело несчастного агитатора уже растворилось во времени и пространстве, а обследовавшие его лорды озадаченно чесали затылки.

— Тогда твоя теория всё равно неверна, — помотал я головой. — Если наши тела всё еще на Земле, а разум здесь, то с чего бы им запихивать чипы в наши аватары? Да и возможно ли такое? Сам подумай.

— Если узнать их конечную цель…

— … а еще лучше, если пытаться узнать ее за закрытыми дверями не на виду у всех… — поправил я его, и парень моментально осекся, — … тогда твоя башка может не стать следующей.

Начинать поиски переводчика в творящемся безумии не представлялось возможным. Народ под впечатлением, и вряд ли кто-то из них согласится на открытый диалог с нами. Необходимо было выждать время.

Да нас и самих потряхивало сейчас знатно. Сердце колотилось об грудную клетку, как ненормальное, а неведение пугало еще сильнее. По какой причине странный механизм мог сдетонировать? Повлиял ли на это некто из зала или же всему виной некая программа сохранности конфиденциальных данных, встроенная в нас без нашего ведома? А еще, что не менее важно, каждого ли из нас может постигнуть участь неизвестного оратора? Этот чип… что, если в настоящий момент я тоже с ним разгуливаю⁈ Хреновые, знаете ли, перспективы однажды оказаться размазанным по стене кровавым пятном.

После возвращения на сектор около получаса провел возле зеркала в своих покоях. Перебирая волосы и силясь найти какой-нибудь надрез. Затянувшуся царапину, следы зашитой раны. Но, к сожалению или к счастью, ничего подобного на коже головы не обнаружил.

А что, если оратор был непосредственно причастен к работе организации, в существовании которой нас так настойчиво убеждал Цибульский? Что, если только их мозги были в зоне риска, а остальных перспективы подобной участи миновали? Ничего не понятно, но очень интересно…

Владения леди Эйки Хацумото.

В то же время…

Гуляя по пустому Цветущему саду, девушка с ухмылкой разглядывала клочок пергамента, выпавший из кармана Юрия во время собрания. Сперва она подумала вернуть его владельцу незамедлительно, однако, пробежавшись глазами по содержимому, решила прихватить с собой.

Да, по мнению японки, Родионов выбивался из массы правителей узким кругозором, неуклюжестью и исключительной способностью притягивать к себе неприятности на пустом месте. Зато, какими бы данными ни наделила тебя природа изначально, вовсе необязательно принимать их беспрекословно. Можно упорно работать над собой, бросить вызов всему обществу и в конечном итоге из любого даже самого тяжелого положения выйти победителем.

— И ты воистину упорен, Юра, — с теплотой в очередной раз пробежалась она взглядом по корявым буквам и убрала пергамент в вырез декольте. Пергамент со следующим содержанием:

Утром

1. Пресс качат

2. Бегит

3. Турник

4. Анжуманя

Вечером

1. Пресс качат

2. Бегит

3. Турник

4. Анжуманя

5. Гантели

— Ведь каждый человек сам скульптор своей жизни… — прошептала Эйка, и щеки ее налились легким румянцем.

Третья неделя уже подходила к концу, причем по своей продолжительности казалась куда короче, чем предыдущие. Еще пара дней, и можно будет сверяться с картой секторов, чтобы обнаружить на ней новых жертв, падших под натиском Системы. Или жертв, падших по вине местного оплота справедливости — санитаров, происхождение которых было всё еще под вопросом даже для лордов, заключивших с ними союз.

Вчера я так и не смог с головой погрузиться в привычную рутину. Щелкал организационные вопросы, как на автомате, особо не вдаваясь в подробности. Мысли были заняты другим. Чипом, перекочевавшим в руки Цибульского. Поисками переводчика, дальнейшими взаимоотношениями с Дионисом и возможностями узнать больше. Капнуть глубже, выяснить всю подноготную и разобраться в первопричинах массового переселения. Достаточного количества аргументов, чтобы принять предположения Лёхи за истину, не было. Но опровержений его теорий не было тоже. Приходилось работать с тем, что есть, а было у нас очень и очень мало.

С утра еще и от миледи Валентины письмецо прилетело. Мол, выдвигайся, паренек, на мой сектор, и наедине обсудим с тобой организационные моменты поисков Володи. Ага, конечно! Так я, блин, и согласился добровольно в ловушку Джокера попадать. Только в зале альянсов и при свидетелях — таково мое официальное условие.

А в зале альянсов беспорядки длились до сих пор. Едва завидев участников «GODs» возбужденные правители стекались к ним со всех концов, как отчаявшиеся журналисты, чтобы разузнать подробности произошедшего накануне. Те от лордов и леди отмахивались и деликатно сообщали всем одно и то же: «Всё под контролем, следствие ведется, всего вам хорошего и до свидания».

Об этом я узнал из письма Цибульского. Парень планировал вновь попытать счастья с розыском переводчика, но ожидаемо потерпел крах, и вместо этого анонсировал еще одно собрание, которое должно было состояться через пару часов. Ровно столько времени он нам предоставил для выполнения утренней рутины, и на этот раз я воспользовался отведенными мне часами по максимуму.

Не буду утруждать деталями, поскольку делал я примерно то же самое, что и вчера. И позавчера. И позапозавчера. На то оно рутиной, собственно, и называется, что каждое утро напоминает день сурка, от которого никак нельзя отвертеться. Новые лагеря выживших генералы так и не отыскали, чему я сегодня только порадовался. Не нужно было утруждать себя распределением, так что к назначенному времени двинулся в башню альянсов.

Когда вошел в гостиную, Цибульский уже о чем-то увлеченно беседовал с На Хуэем. В руках китайца поблескивал найденный мною чип, и теперь несложно было догадаться о теме их разговора.

Короче говоря, мы возвращались всё к тем же непреложным истинам, в которых я был убежден изначально. Истинам, из-за которых в первое время истерично листал таблицу рейтинга и продирался сквозь дебри иероглифов. Что бы ты ни делал, всегда найдется азиат, который сделает это лучше тебя. И как же круто, что мы завели такого себе!

Напоминаю, что я не расист… если что!

— Знаешь, что это за штука? — пожал руку Лёше и подсел рядом с На Хуэем.

— Лично я — нет, — мотнул он головой. — Зато может знать один из моих советников. Больше двадцати лет инженером-конструктором проработал. Микроэлектроники. Уж если к кому и обращаться, то однозначно к нему.

Полезный советник, ничего не скажешь. Зато никто из них не мог бы похвастаться умелым проктологом, которого мои не столь молодые подданные с раннего утра возле лазарета дожидались. Пусть несколько лет он по основному направлению деятельности не практиковался, но профессионализм, как известно, не проеб… кхм. Двигаемся дальше.

Разумеется, мы посвятили наших боевых товарищей в произошедшее накануне. Поделились нашими предположениями, выслушали их версии. Ничего нового для себя не подчерпнули, зато невозможно было не заметить, как хлопала на меня глазками Эйка и стыдливо отворачивалась, стоило нашим взглядам пересечься. Никогда прежде она себя так не вела. Странно, однако истинную причину ее поведения я узнал немного погодя, когда она молча вложила в мою руку бумажку с распорядком дня Коновалова, похвалила за старательность и поспешила вернуться на свой сектор.

Мда-а-а… Некрасиво как-то получилось, но объясняться с Эйкой было бы еще более глупо. Как девочка из аниме себя ведет. Вот зачем ее расстраивать?

По итогам собрания я вызвался отправиться на сектор к На Хуэю и изучить чип вместе с его советником. Толку от меня там было чуть, но я еще ни разу не навещал этого замечательного парня, поэтому и отказываться от такой возможности не стал. Если бы у вас была возможность очутиться в Китае всего за несколько минут, думаю, вы ею бы воспользовались. Хотя бы для общего развития.

И я не прогадал. Чужеземная культура прослеживалась на этом секторе чуть ли не в каждом его уголке, и отличия от японского города Эйки всё-таки были. Каменные скульптуры драконов встречали у самых ворот, вдалеке детишки запускали воздушных змеев из пергамента, а местные подданные косились на меня, как на диковинную зверушку, перешептываясь за моей спиной. Наряды у них тоже были своеобразными. Дальше от классики и ближе к исконно-азиатскому стилю.

Для встречи с советником мы поднялись на третий этаж, к кабинетам. В одном из них и сидел Сунь Цай. Специалист в сфере микроэлектроники даже по меркам азиатов, долгое время проработавший в Тайване. В момент переноса он готовился наконец-то выйти на заслуженную пенсию и рвануть в кругосветку. Ну-у-у… можно сказать, что отдых его накрылся, зато во всяких приборах копаться ему больше не приходилось, а чипы снились только во снах.

Пока На Хуэй не представил нас друг другу и мы не вручили ему наш.

— Откуда?.. — поднял он на нас удивленный взгляд.

С густыми темными бровями, белоснежными усиками и аккуратной бородкой он очень напомнил мне известного японского мультипликатора. Даже очки у него такие же были в черной квадратной оправе.

— Видели такой когда-нибудь, господин Цай? — вежливо осведомился у него парень.

— По нашим предположениям он выпал из человеческой головы, — скромно добавил я, пока мужчина, поправив очки, внимательно разглядывал штукенцию.

— Молодые люди… — спустя некоторое время отвлекся он от изучения чипа и вновь поднял взгляд на меня. — Ни в каком ином месте вы обнаружить его и не смогли бы. Это же малоинвазивный нейрочип. Или крайне удачная его копия. Мог бы сказать больше, если бы имелось необходимое оборудование.

— Как вы это поняли так быстро⁈

— Видел на презентации компании «Neura Ink» точно такой же, — спокойно пояснил он. — Защитная капсула отсутствует, нити перегорели, но во всем остальном практически неотличим.

— И для чего они использовались? — загорелись мои глаза. Поиски правды сдвинулись с мертвой точки, и это не могло не радовать.

— Они не использовались. Проект закрыли после смерти всех, кто согласился на имплантацию. Хотя должны были позволить подопытным управлять внешними устройствами силой мысли. Беспроводная передача сигналов в мозг. Дорогостояще, но удобно. А теперь не могли бы вы ответить мне конкретно, откуда вы его взяли?

Передача сигналов в мозг… херня какая-то, честно говоря. Разве что для людей с инвалидностью было бы полезно. Однако оратор из зала альянсов таковым не выглядел. Руками размахивал, как пропеллерами вертолета.

— Господину Цаю можно доверять, — не скрылась от На Хуэя моя задумчивость вкупе с продолжительным молчанием. — Мы можем узнать больше.

— Тогда… тогда разговор нам предстоит долгий, господин Цай, — кивнул я. — А я не отказался бы от настоящего китайского чая!