Система стратегии: Лорды тоже судят. Том 3

Глава 18

Уже верхом на Марсе я перелетел стены, а его массивные лапы плавно приземлились за городскими воротами. Заранее предупредил питомца, что мы тут шухер пока что не наводим. Так, осматриваемся. Его и без нашей помощи уже навели, и осталось лишь узнать, кто именно.

Поочередно дракон переносил на своем горбу моих генералов, а за это время я успел оценить масштабы трагедии.

Подданные вражеского лорда валялись вдоль дорог в самых неожиданных позах. Конечности некоторых из них были неестественно вывернуты. Кровь оросила каменную кладку, а некоторые из жертв всё еще постанывали в борьбе за свою жизнь.

Изначально по интенсивности шума я предположил, что битва, против кого бы она ни велась, развернулась прямо за воротами, однако ошибся. Эхо недостроенного города разносило ее отголоски на внушительное расстояние, и сейчас звучала она со стороны замка.

Дабы не терять времени, приблизился к первому же встреченному мной человеку, подающему признаки жизни. Им оказался мужчина с разбитым носом в заляпанной кровью тунике. Присел перед ним на одно колено, заглянул в глаза. Взгляд его лихорадочно забегал по моему лицу.

— Что тут произошло? — спросил у него громко, четко и с расстановкой.

— Они… они всё… — с хрипотцой в голосе начал он, — … поняли.

— Кто понял? — изогнул я бровь. — Что понял? Конкретнее можно?

Вот мужчина с кряхтением перевернулся с живота на бок, и только сейчас я мог увидеть здоровенную такую рваную рану, протянувшуюся от его груди чуть ли не до самого паха.

Ни-и-ихрена себе! Это ж какая зверюга его так покоцать могла⁈ Хотя всем и так давно известно, что самая страшная и опасная зверюга в природе — это человек.

— Генералы… они… поняли…

— Что поняли⁈

— Что они… могут…

И всё. Испустив последний вздох, мужик окочурился, а я так и остался сидеть перед ним на одном колене и с ужасом разглядывать смертельную рану.

Так-так-так, секундочку…

Еще более страшным открытием для меня стало, что я, кажись, понял, о чем он талдычил в предсмертном бреду. Люди умнеют, милорд. Люди, по ходу, постепенно входят в раж и начинают на свой страх и риск прощупывать Систему, находя в ней всё новые и новые лазейки. И ничем хорошим для таких, как я, закончиться это не могло.

— Генералы могут? — раздался за моей спиной заинтересованный голос Володи, и я прищурился, как от удара. Который, впрочем, так и не последовал. — Что они могут?

Я поднялся на ноги. Необходимо было взять себя в руки, пока не навлек на себя еще больше подозрений. Люди умнеют. Не забываем об этом!

— Они могут отыскать выживших, перенести их на свой сектор и проводить в лазарет, чтобы там им оказали помощь, — обернулся к Володе, напялив серьезную мину. — Дальше я пойду один.

— Один, значит? — прищурился тот, подмечая, как дрожат мои руки. — А кишка не тонка, милорд?

— Я просто понял, что здесь происходит, и касается это напрямую моего альянса. Вам всем желательно не вмешиваться — это отразится на моей репутации.

Какую же дичь я сейчас городил… Да и запоздало осознал, что выжившие с тем же успехом могут раскрыть им все карты, однако от идеи спасти их отказываться не стал. В конце концов, даже такие секреты не стоили жизней невинных людей. С последствиями как-нибудь разберусь. Наверное.

— Уверен, что помощь не нужна? — подоспел Даня, уже готовый ринуться в бой.

Семён в этот раз инициативу особую не проявлял. Почесывая затылок и присвистывая, разглядывал то, что осталось от подданных сектора. Согласен, зрелище то еще. Но, каюсь, причина этого волновала меня в данный момент сильнее, нежели последствия.

Поставив конкретную задачу перед генералами, сам, не теряя времени, быстрым шагом двинулся в сторону замка. Если это то, о чем я думаю, то вряд ли местным бунтовщикам вообще будет до меня дело. Им со своими бы проблемами разобраться и совершить задуманное.

Чем ближе я подходил к месту развития событий, тем громче становились звуки битвы.

Я не вдавался в подробности того дня, когда Влад захватил власть на своем секторе, но если на нем творилось нечто подобное, то парень еще легко отделался в последствии.

В общем, когда я приблизился к воротам, ведущим на внутреннюю территорию замка, они были распахнуты настежь. Гостеприимно, ничего не скажешь. Хлеба, знаете, с солью не хватает, но сражающиеся во дворе мужчины такой деталью к моему прибытию не озаботились.

Так я и думал. Не до того им было. Причем, судя по внешнему виду и качеству их доспехов, все участники сражения, а их было трое — генералы. Куда же лорд подевался?.. Ах да. Догадываюсь уже. Глупый вопрос.

— Господа! — окликнул троицу, плавно вынимая меч из ножен. — Я прошу прощения за столь дерзкое…

Не успел договорить, как отвлекшемуся на меня мужику одним точным ударом сбрили башку. Теперь генералов осталось двое. Неприятно получилось…

Но даже с такого расстояния я увидел всплывший над головой убийцы системный текст. Тест, сообщающий о том, что класс генерала изменен на лорда. Тем самым опасения мои подтвердились окончательно. Каким-то образом местный люд прознал о безнаказанности самосуда над своим правителем, и вылилось всё это в кровавую баню, свидетелем которой мы стали.

— Занимательное зрелище…

Голос, раздавшийся позади меня, заставил меня вздрогнуть и медленно обернуться.

— Да тут экстренные новости подъехали, я смотрю, — задумчиво потер Володя подбородок, щуря глаза. — Лорд сектора сменился, а геенна огненная под нами не разверзлась. Хотя не очень-то ты, Юра, удивлен. Или мне кажется?

Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем…

— Игнорируешь мои приказы? — решил я пойти в атаку. Ибо лучшая защита, как известно — нападение.

— Просто ситуацию проанализировал и понял, где собака зарыта. И как же долго ты молчал? Неделю? Две?

— Это тебя не касается.

— Так же долго, как ты молчал о встрече с моей матерью?

Для пущей драматичности момента на заднем фоне прыгали последние, оставшиеся в живых, генералы, осыпая друг дружку градом ударов.

— Это не то, что ты… — уж начал было я, мысленно признавая, что обосрался. Даже жиже, чем обычно.

— Вы состоите в одном альянсе, но всё это время ты держал язык в заднице, словом об этом не обмолвившись.

На пресной физиономии Володи поигрывали желваки. Губы скривились, а рука его потянулась к рукояти меча в ножнах на поясе. Звенящая тишина повисла между нами. Звенящая в самом прямом смысле слова — генералы всё еще выясняли отношения во внутреннем дворе.

— Хоть ты и дурак, Юра, но жестокость и злопамятность на пути к выживанию лишними качествами не будут, — улыбнулся мужчина уголками губ. — Слабость и мягкосердечность в нашем положении куда хуже. Рад, что ты это понял.

Ноги у меня стали ватными, но не подкосились. На тоненького прошел, хотя закончиться всё могло намного плачевнее.

— Уверен, что нам стоит вмешиваться? Или же у тебя найдутся дела поважнее? — кивком указал он на сражавшихся. — Каждый выживает как может, и метод естественного отбора сам определяет победителей. И проигравших.

— Уверен.

— Что ж, тогда вперед.

Но стоило мне выхватить меч из ножен и направиться в сторону мужиков, не поделивших класс, меня оглушило крепким таким ударом по затылку. В глазах потемнело, и последнее, что я вспомнил — усмешку Володи, раздавшуюся над самым моим ухом.

Веки я разлепил уже лежа на койке в лазарете. Первое время просто тупо хлопал глазами, разглядывая высокий белоснежный потолок, но постепенно последние воспоминания возвращались ко мне одно за другим.

Дерьмо.

Это те самые выводы, которые я сделал. Емко, зато правдиво.

— Предупреждая твои обвинения, — послышался голос Володи откуда-то справа, — я просто уберег тебя от ошибок. В конечном итоге они друг друга прикончили. Сектор пал, но вытащить тебя и остальных я успел.

Повернув голову, увидел, что мужчина, широко раздвинув ноги, сидит на соседней койке и с постной миной затачивает меч. Лезвие уже сверкало в свете солнца, льющегося из витража, но генерал продолжал усердно орудовать точильным камнем.

— Ты меня вырубил, — зашевелил я пересохшими губами.

— Может, в организационной деятельности ты со временем поднаторел, но что касается боевых навыков, скорости реакции и прочего — всё это оставляет желать лучшего. Зачем лезть в драку и рисковать своей жизнью, если этот конфликт ни коим боком тебя не касается, парень?

Сделав над собой усилие, приподнялся на локтях и тряхнул головой. Она всё еще гудела. Будто мне кастрюлю на башку надели и методично долбили по ней колотушкой.

— Ты мне мстишь таким образом, да? Из-за своей матери и…

— Я малость огорчен твоим молчанием, скажем так, — перебил меня генерал. — Но нет. Моя обязанность — защищать лорда, то бишь тебя, и считаю, что с задачей этой я сегодня справился. Тот сектор обнулился. Мы победили, а ты жив. Что еще тебе нужно? А насчет того, что я сегодня узнал… Рано или поздно тайное всё равно становится явным. И единственная причина, по которой ты это скрывал — недоверие к нам. Я прав?

Недоверие к человеку, дезертировавшему с сектора, да еще и наглость имевшего напасть на своего лорда со спины — дело обыкновенное. Но нагнетать обстановку я не стал.

— Первым о безнаказанности самосуда узнал один из лордов моего альянса, — решил для большего понимания посвятить Володю в подробности. — Настроил генералов против него, и в итоге, как зачинщик бунта, был определен Системой в качестве следующего лорда.

— Но на этом, я так понимаю, ничего не закончилось? — продолжал мужчина затачивать меч, нисколько не изменившись в лице.

— На этом всё только началось. У подданных появилась реальная возможность свергнуть неугодную им власть, поэтому они в принципе приостановили добычу и пустились во все тяжкие.

— И, узнав об этом, ты наивно предположил, что на нашем секторе может произойти то же самое?

— Не исключено.

— Петр Анатольевич, Олег, Анна… Все они разом побросают инструменты и объявят тебя вне закона? При условии, что от количества твоего престижа и уровня развития сектора в целом зависит жизнь каждого из нас?

Я поджал губы.

— Никогда раньше ты не казался мне идиотом, Юра, и вот опять… Зато некоторые увидели бы в том и положительные моменты. Ты хотя бы безобидный, и есть в этом своя прелесть.

— Такой себе, знаешь ли, комплимент.

— А я, знаешь ли, не особо старался, — с ухмылкой парировал тот, а затем поднялся, потянулся и размял плечи. Убрал меч в ножны. — В твоих же интересах делиться со своими людьми любой информацией, которой владеешь. Не только потому, что это увеличит наши шансы на выживание. Если ты не доверяешь своим, кому тогда вообще можно довериться?

— Раз ты так говоришь, сам-то о себе всё рассказал?

Мужчина задумался. Погулял взглядом по палате, хмыкнул. Однако под моим пристальным взглядом снова сел и сложил руки перед собой.

— Наш первый разговор, — началось время охренительных историй. — Когда мы только встретились, помнишь? Я предупредил тебя о том, что на своем пути ты можешь встретить самых разных людей, начиная от агнцев божьих до осужденных на пожизненное.

— Помню, — медленно кивнул я. Не нравилось мне, к чему он клонит…

— Буквально за пару минут до перемещения я был осужден. Мне дали два года колонии за убийство по неосторожности.

— И… кого же ты убил?

Перед тем, как ответить, генерал запрокинул голову к потолку и шумно вздохнул.

— Своего ученика, — произнес он наконец и вновь перевел взгляд на мое лицо. — Повесил на него слишком большую нагрузку. Не рассчитал. Но уже хорошо за это поплатился. Даже если мы когда-нибудь вернемся, путь в педагогику мне будет заказан.

Даже не знал, как реагировать на его откровение. Думал всё это время, что Володя сам по себе заносчивый и высокомерный мужик. Идеалист с военной выправкой, никогда не допускающий ошибок и требующий того же от всех остальных. Однако вот как оказалось на самом деле…

— Мне не стоило покидать сектор, это верно, — немного погодя продолжил он, сдвинув брови. — Иногда эмоции берут над нами верх, и с этим ничего не поделать, но тебе следует знать, что до полноценного убийства я не опущусь никогда.

С этими словами Володя выпрямился, бросил на меня усталый взгляди направился к дверям. Молча я наблюдал за ним, пока генерал не скрылся, а затем расслабленно откинулся на подушку.

Нестандартный вышел денек. И даже это еще не конец. Судя по ярко-оранжевому свету, льющемуся из окна, мне еще на собрании альянса сегодня предстояло взять слово, хотя настроения это делать в данный момент у меня не было никакого.

Владения лорда Владлена Погадаева.

В то же время…

— Ты ведь не думал, что это сработает?

— Я не думал, что это сработает… так!

Наложница сидела возле стола-карты, подперев щеку кулачком и заискивающе поглядывая на своего лорда. Тот, в свою очередь, беспокойно наворачивал круги по залу войны, покусывая губы и раздувая ноздри.

— Но ты же хотел проучить их, — склонила женщина голову набок.

— Проучить? — гневно зыркнул на нее блондин. — Может быть… Но не уничтожить!

— Они сами сделали свой выбор. Чего ты так переживаешь?

— Потому чтоя́предоставил им возможность сделать его! — ударил он себя кулаком в грудь. — И вообще… я даже не думал, что они могут купиться на какую-то анонимную записку. Это же… это же бред!

— Тогда не спеши бить тревогу. Может, сектор был уничтожен по естественным причинам, и ты здесь вовсе не при чем. Нужно наблюдать дальше.

— Нет, причем! Мы же оба видели, как менялись имена. Первое, второе, третье… И ты всё еще думаешь, что это хорошая идея⁈

— Да, и ты со мной согласился.

В расстроенных чувствах Влад подошел к столу, прижался к нему лбом и прикрыл голову руками.

Как же ему прежде хотелось чувствовать себя особенным… По-настоящему ощутить вкус жизни, а не лишений, но суровые будни в детском доме оставили на парне свой отпечаток. Он никогда не мог похвастаться перед остальными ни властью, ни силой, ни сообразительностью. Мог только плыть по течению и ждать, пока судьба подкинет ему новых испытаний.

За всё пережитое им в юном возрасте он горазд был возненавидеть весь мир, однако сейчас готов был пересмотреть свою позицию. Всё-таки все сейчас плавают в одной лодке. Так какой смысл вымещать свой гнев на людей, которых в глаза никогда не видел?

— Тебе следует определиться с тем, чего ты хочешь, Влад, — склонилась над лордом Арина и нежно погладила его по спине. — Мы собрались раскрыть наш маленький секрет, чтобы поставить всех в равные условия и посмотреть, что из этого выйдет. Помнишь? И что же мы видим? Первый же сектор был уничтожен подчистую. О чем же нам это говорит? — Она выдержала продолжительную паузу, прежде чем ответить. — О том, что ты справился намного лучше, чтобы удержать власть даже в столь непростой ситуации. И это похвально. Это действительно заслуживает уважения.

Парень молчал, потому женщина с упоением продолжила.

— Ты рассказывал мне о том, что тебе пришлось пережить в прошлом. Ты был одинок, слаб. Всю жизнь об тебя вытирали ноги, но ты терпел, стиснув зубы. В Системе же всё иначе. Здесь можно схитрить. Можно найти лазейку, и ты уже сумел найти ее. Возможно, один из первых. А теперь снова готов пустить всё на самотек только потому, что мучает совесть. Думаешь, хоть кого-то еще она здесь мучает? Да единственный сдерживающий для них фактор — это правила Диониса! Если бы не он со своими порядками…

— Хочешь сказать, — поднялся Влад и мягко оттолкнул наложницу от себя, — что я должен быть хуже него?

— Лучше! — вспыхнули ее глаза нездоровым огнем. — Он переманивает на свою сторону массу людей, чтобы выявлять виновных и наказывать их, а нам даже не приходится марать ничьи руки! Разве это не прекрасно⁈ Мы просто даем людям стимул, призыв к действию!..

— Арина… — неуверенно произнес на это блондин, стушевавшись, — … скажи мне честно. Ты больна?

— Больна?.. — гневно прищурилась та.

— Твои формулировки постоянно меняются. То ты предложила раскрыться из жалости ко мне, то ради равных условий. Теперь утверждаешь, что мы даем людям свободу! Чего ты вообще хочешь добиться? Саботировать всех исподтишка? Зачем? Кто ты вообще такая?

— Успокойся и возьми себя в руки, — продемонстрировала женщина Владу две раскрытые ладони. — Тебе просто нужно немного отдохнуть.

Произнеся это, Арина тепло ему улыбнулась, коротко поклонилась и вышла из зала. Впрочем, вызывая своими действиями еще больше подозрений.