Скрипачка и вор

Глава 25

Я выбежала из клуба, глотая свежий ночной воздух. Он мгновенно обдал влажные от слез щеки, словно прохладный компресс. Не успела я насладиться бескрайней тишиной, как меня нагнал встревоженный голос Милоша.

— Аделин, стой! Куда ты постоянно убегаешь?! — он схватил меня за руку, требуя объяснений.

Во мне вскипела обида.

— Я что, для тебя игрушка что ли? Ты оставил меня, — выкрикнула я, оттолкнув его ладонями в грудь.

— Но ты же сама меня отпустила с… Дариной… — Милош запнулся, а потом встревоженно добавил: — Это она тебе что-то наплела? Где она?

Он начал оглядываться, выискивая Дарину в толпе выходящих из клуба людей.

— Я все знаю, ты меня используешь! — выкрикивала я, глядя ему в глаза. В его взгляде не было ни капли раскаяния, только холодная уверенность. — Что, у тебя слепой еще не было? Захотелось попробовать чего-то нового?

Он сжимал мою руку все сильнее, и я чувствовала, как кости начинают продавливаться в его кулаке. Боль пронзала меня, и я не могла сдержать крик:

— Да отпусти же, больно!

В этот момент его лицо изменилось. Взгляд стал более живым, как будто он наконец-то осознал, что происходит. Я почувствовала, как его хватка ослабла, и, возможно, в этот миг он понял, что за игрой с огнем можно и обжечься.

— Мы сейчас же едем домой, и я укладываю тебя спать. Утром обо всем поговорим! — процедил Милош, слегка ухватив меня за локоть. Его голос звучал настойчиво, но в нем чувствовалась и забота.

— Я с тобой никуда не поеду! — сквозь зубы прошипела я, вырываясь из его хватки. Внутри меня бушевали эмоции, и я не могла позволить ему взять верх. Я знала, что разговор, который нам предстоял, будет непростым, но сейчас мне не хотелось никуда уезжать с ним.

Я сделала шаг в сторону, стараясь не встречаться с его разгневанным взглядом, но он не собирался меня отпускать. Внезапно я почувствовала, как он схватил меня и закинул на плечо, словно я была легкой, как перышко. Я закричала, протестуя, но он лишь ускорил шаги, не обращая внимания на мои попытки вырваться.

Сердце колотилось в груди, а в голове роились мысли о том, как же мы дошли до такой жизни. Я не могла поверить, что он так легко игнорирует мои чувства и желания. Внутри меня нарастало чувство беспомощности, но я знала, что не могу сдаваться.

— Отпусти меня! — закричала я, но он только крепче сжал руки, словно это было единственным способом сохранить контроль над ситуацией.

Аделин уснула в машине, её лицо было спокойным и умиротворённым. Я осторожно открыл дверцу, стараясь не разбудить её, и аккуратно переложил на руки. Она была лёгкой, как пушинка, и я бережно перенёс её в дом.

На кровати я снял с неё коричневые ботинки, которые так и не успели стать частью её вечернего наряда. Укутал Аделин в тёплый плед, который хранил в себе запах осенних листьев и терпкого глентвейна. Этот аромат напоминал о уютных вечерах, проведённых у камина, и о том, как за окном шуршит опавшая листва.

Я посмотрел на неё, и в этот момент сердце наполнилось теплом. Она спала, и в этом мгновении всё казалось идеальным.

Я проснулся от шороха, который раздавался прямо над головой. В полусне мне показалось, что это всего лишь игра ветра, но вскоре я осознал, что это Аделин собирает свои вещи.

— Что происходит? Ты куда-то собираешься? — пробормотал я, пытаясь прогнать остатки сна.

Она не ответила сразу, только продолжала складывать свои вещи в рюкзак, и вскоре её голос, полный усталости и обиды, прорвался сквозь тишину:

— До тебя так и не дошло, что мы больше не вместе?

Эти слова пронзили меня, как холодный нож. Я почувствовал, как внутри всё сжалось. В порыве гнева я выхватил у неё рюкзак и швырнул его в стену. В этот момент её волосы, словно в замедленной съемке, развеялись под порывом ветра, и я увидел, как она на мгновение замерла, удивлённая и растерянная.

— Хочешь — проваливай! Я не собираюсь тебя больше держать! — выкрикнул я, не в силах сдержать эмоции.

Слова вырвались из меня, как будто я пытался избавиться от всего, что связывало нас. Но в глубине души я понимал, что это не просто гнев. Это был страх потерять то, что когда-то казалось неразрывным.

Она медленно наклонилась, чтобы поднять рюкзак с пола, и я заметил, как её руки дрожат. Это было не просто расставание — это была потеря. В голове всплывали образы: наши смехи, искренние разговоры о мечтах, тихие вечера, когда слова не были нужны, и просто её присутствие согревало душу. Но сейчас между нами стояла стена, построенная из недопонимания и обид, которую не удавалось разрушить.

— Прощай! — прошептала Аделин, и в её голосе звучала такая печаль, что сердце сжалось. Она вышла из моей комнаты, из моей жизни, и в этот момент я почувствовал, как что-то внутри меня трескается. Я остался один, окружённый тишиной, которая теперь казалась оглушающей. Воспоминания о нас, о том, что было, и о том, что могло бы быть, заполнили пространство, оставив лишь горечь утраты.

Тихий, одинокий вечер окутал комнату мягким светом настольной лампы. За окном ветер шептал свои печальные мелодии, а в сердце зреет тоска от потери любимой женщины. Она ушла, оставив лишь пустоту и воспоминания, которые теперь терзали душу. В такие моменты кажется, что ничего не может быть хуже, чем одиночество, как вдруг раздался звонок. Час ночи, незнакомый номер.

— Алло, — ответил я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Милош, это я… Тим, — раздался знакомый голос, но он звучал так, будто исходил из далекого мира.

— Откуда ты мне звонишь? — спросил я, чувствуя, как внутри все сжалось от тревоги.

— Из полицейского участка. Милош, брат, послушай меня, нас выцепили, но я сказал, что был один, так и дают меньше и мне все равно осталось не долго, а ты… Ты нужен Аделин. Найди мне лучше хорошего адвоката.

Слова Тима пронзили тишину, как гром среди ясного неба. В голове закружились мысли: как он оказался в такой ситуации? И что теперь делать? Я понимал, что не могу оставить его в беде, даже если сам едва справляюсь с собственными демонами.

— Как так получилось? Ты шутишь? — не верилось мне в происходящее. Я пытался осознать, что именно произошло, но мысли путались в голове. В панике я сжимал телефон со всей силы. — Я постараюсь найти тебе адвоката, алло, Тим? — выкрикивал я в трубку, но в ответ слышались лишь отголоски мрачных гудков.

Каждый гудок словно подчеркивал безысходность ситуации. Я чувствовал, как сердце колотится в груди, а в голове роились вопросы: как это могло случиться? Почему именно сейчас? Я знал, что время не на моей стороне, и каждая секунда могла стать решающей.

Собравшись с мыслями, я снова попытался дозвониться, но снова только гудки. Я бросил телефон на стол и начал метаться по комнате, не зная, что делать. В голове крутились обрывки разговоров, которые я слышал ранее, и я понимал, что нужно действовать быстро.