Скрипачка и вор

Глава 28

Через сутки Новый год! Предоновогодние хлопоты накрыли меня и Аделин с головой, у каждого свои обязанности. Мы с Кириллом, тем временем, нашли просто чудесный домик у леса, где наша компания сможет по-настоящему насладиться праздником. Предвкушаю, как мы будем гулять по заснеженному лесу, греться у камина и, конечно же, отмечать Новый год в теплой, дружеской атмосфере. Осталось совсем немного!

Но мои умопомрачительные мечты о праздновании Нового года упорхнули, как только я открыл входную дверь. На пороге стояла картонная коробка, явно не первой свежести.

Я взял коробку в руки и начал рассматривать её, в голове крутились разные сценарии. "А вдруг там бомба?" — мелькнула мысль, и сердце заколотилось быстрее. "Что если она взорвется прямо у меня в руках?" Я отстранился на шаг, но любопытство пересилило страх.

Сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Собравшись с духом, я осторожно приоткрыл крышку. Внутри, к моему удивлению, не оказалось никаких взрывчатых веществ. Лишь старые, поломанные игрушки и гирлянды, словно осколки ушедших праздников, тихо лежали в пыли.

Сначала я почувствовал облегчение, но тут же заметил наклейку, приклеенную к одной из коробок. Руки задрожали, когда я прочитал корявые буквы: "Не вернешь тачку, я разобью твоя жизнь будет разбита также, как и эти игушки".

Внутри все похолодело. Игрушки больше не казались просто старым хламом. Они стали зловещим предупреждением, символом того, что меня ждет, если я не выполню их требование. Дух ушедших праздников сменился леденящим душу страхом. Теперь я знал, что это не просто шутка. Это угроза, и она вполне реальна.

Коробка полетела в мусорный бак, а я, перепрыгивая через ступеньки, выскочил из подъезда. Кирилл уже ждал, припарковавшись у обочины. За рулем, как обычно, он, а на переднем сиденье — Лилия. Я забрался на заднее.

— Привет, Милош! — Лиля улыбнулась мне.

— Привет! — ответил я, и тут же зажмурился от яркого света. Снег, укрывший все вокруг, сиял под лучами солнца.

— Ты какой-то не в себе, что случилось? — Кирилл бросил на меня взгляд через зеркало заднего вида.

— Все нормально… А где Аделин? — спросил я.

— Она уже в домике, хлопочет над праздничным столом. — ответил мне Кирилл не отводя взгляд от дороги.

Услышав это, я почувствовал облегчение. Главное, что Аделин в безопасности. Иван и его прихвостни понятия не имеют, куда мы едем, и не смогут нас достать.

Неужели этот насыщенный год подходит к концу? Время летит так быстро, и, оглядываясь назад, я понимаю, сколько всего произошло. Этот год стал для меня особенным, ведь он подарил мне Милоша — человека, который наполнил мою жизнь светом и радостью.

Но не только это стало важным событием. Я вновь обрела своего отца, который продолжает жить со мной. Это невероятное чувство — видеть его на моих концертах, ощущать его поддержку и гордость. Впервые он присутствует на моих выступлениях, и это придаёт мне сил и вдохновения.

Я счастлива, что могу вдыхать эту жизнь полной грудью, наслаждаться каждым моментом и идти по тропе, поросшей алыми розами. Этот год научил меня ценить простые радости и близких людей. Я с нетерпением жду, что принесет мне следующий год, но сейчас просто хочу насладиться тем, что у меня есть.

— А вот и мы! — выкрикнул Кирилл, едва войдя в дом.

Я обернулась к нему с улыбкой, отряхивая муку с белого фартука, украшенного кружевными рюшами. В воздухе витал сладкий аромат имбирных пряников, которые уже давно томились в духовке. Я с нетерпением ждала, когда смогу их попробовать. Но сейчас дело за малым: нужно было подготовить курицу, начинить её фруктами и овощами и отправить в духовку. В это время, отец настраивал волну телевизора, чтобы мы все смогли послушать президента и насладиться праздничным концертом.

Кирилл, заметив мои приготовления, подошёл ближе и с любопытством заглянул в прозрачный тазик.

— Что ты там готовишь? — спросил он, подмигнув.

— Угощение для нас, — ответила я, улыбаясь. — Надеюсь, всем понравится!

Он кивнул, а я, чувствуя, как сердце наполняется теплом, продолжила готовить. В такие моменты я осознавала, как важно делиться радостью и любовью с теми, кто рядом. Каждый миг, проведённый вместе, становился частью нашей общей истории, и я была готова впустить в неё ещё больше ярких красок.

Я вошел на кухню, и в воздухе витал аромат старого дуба, имбирного печенья и цедры апельсинов. Я как-будто попал в детство, в котором ба наполняла нашу хатку ароматом свежей выпечки, где каждый уголок казался уютом, где царила теплая атмосфера. Я подошел к Аделин, тихонько приобнял ее за талию и прошептал на ухо:

— Понравится.

Она вздрогнула от неожиданности, и, развернувшись, бросилась мне на шею. Я обнял ее взаимно, чувствуя, как ее радость наполняет меня радтеплом. В этот момент все заботы и тревоги остались за дверью, а в нашем маленьком мире существовали только мы двоем и этот волшебный аромат, который словно обнимал нас.

— Я так рада, что ты приехал! — воскликнула я, не в силах сдержать восторг.

— Ну хватит вам любезничать, — проворчал папа, подходя к нам. Он хлопнул Милоша по плечу и обратился к нему: — Мил, помоги мне настроить телевизор, это оказалось сложнее, чем я думал.

Милош, не успев толком ничего сказать, последовал за отцом в гостиную. На его место тут же подошел Кирилл, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Я все еще стояла, как приклеенная к полу, идиотски улыбаясь. Приезд Милоша действительно меня обрадовал, и, казалось, все вокруг вдруг стало ярче.

— Сестра, как ты? Справляешься? — спросил Кирилл, с усмешкой наблюдая за моим состоянием. Его взгляд был полон игривости, и я не могла не улыбнуться в ответ.

— Ой! — Наконец-то я отмерла, быстро заморгав. — Все в порядке, мне осталось доделать только курицу.

Я попыталась вернуть себе уверенность, но внутри все еще бурлило от волнения. Мы с Кириллом обменялись взглядами, и я почувствовала, как он понимает, что этот день для меня особенный. В голове крутились мысли о том, как здорово, что мы снова вместе, и как много воспоминаний сохранит в себе этот дом.

— Сынок, вы с Аделин снова вместе? — неожиданно спросил меня отец Аделин. Теперь стало ясно, почему он обратился именно ко мне за помощью. Похоже, нас ждал серьезный разговор.

— Да, она сама мне позвонила, — ответил я, стараясь звучать уверенно.

— Ты с воровством завязал? — Виталий Сергеевич смотрел на меня так, будто мог заглянуть в самую душу.

— Конечно! Безусловно, — поспешил заверить его.

— Если ты еще раз обидишь Аделин, я не отвечаю за себя. У нее и так в жизни было немало трудностей. Я, как любой нормальный отец, хочу, чтобы моя дочь была счастлива, а она даже слышать ничего не хочет о запрете думать о тебе! Сынок, она видит счастье в тебе, не дай своему темному прошлому завладеть ее хрупким миром. — Отец, словно тень, прошел мимо меня к двери. Я остался стоять в полном замешательстве, прокручивая в голове его последние слова, как заезженную пластинку.

Я вышел на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Ночь уже окутала город, и звезды, казалось, смотрели на меня с осуждением. Их холодный свет напоминал о том, что я не на своем месте. Чиркаю спичку, чтобы прикурить сигарету, и в этот момент мысли, как непрошенные гости, начинают заполнять мой мозг. Почему Аделин выбрала именно меня?

Она — невероятная скрипачка, её музыка способна заставить сердца замирать, а глаза наполняться слезами. Она сверкает, как самый драгоценный камень в этом мире, а я — всего лишь вор, просто воришка с некчемным будущим. В её присутствии я чувствую себя неуместно, как будто надел не тот костюм на важное событие.

Сигарета медленно тлеет между пальцами, и я делаю глубокий вдох, пытаясь прогнать эти мысли. Но они не покидают меня. Как она могла увидеть во мне что-то большее, чем просто тень, крадущуюся по улицам? Я не достоин её света, её таланта.

Ветер шепчет мне на ухо, и я понимаю, что, возможно, именно в этом и заключается моя проблема — я не верю в себя. Я смотрю на звезды, и они, кажется, смеются надо мной. Но в глубине души я надеюсь, что однажды смогу стать тем, кем она видит меня.

Я вышла на улицу, чтобы позвать Милоша к столу. Через час стрелки пробьют двенадцать, и мир погрузится в новую, волшебную симфонию, незнакомую для каждого из нас. На мне было бежевое, нежное платье ниже колена, а пуговицы, словно маленькие зеркала, отражали заснеженные деревья.

— Мил, все уже собрались за столом! — крикнула я, прищуриваясь, чтобы разглядеть его силуэт в полумраке. Наконец, уловив отдаленное движение, я услышала его угрюмый голос:

— Иду.

— Все в порядке? — встревоженно спросила я, подходя ближе.

— Да, просто… жаль, что Тима сейчас нет с нами.

В душе у меня восцарила грусть. Хотя я и не испытывала особых чувств к Тиму, он мне не нравился, но он близкий друг Милоша, и в этот тяжелый момент мне хотелось поддержать его. Милош, заметив мое состояние, встал и, взяв меня за руку, повел в дом. Мы уселись за стол, и он заботливо устроил меня на деревянном стуле с мягкой подушкой, обитой роскошным велюром.

— Ну что, пришло время подарков! — произнес Кирилл, и за его словами последовал шум, словно кто-то распаковывал сюрпризы. — Сестра, ты недавно встретила мужчину, и я надеюсь, что он действительно твой. Я хочу сделать тебе подарок — полное обследование глаз и, если потребуется, коррекцию, которую я оплачу. Так ты сможешь лучше увидеть самодовольное лицо того, кого выбрала! — В зале раздался смех, а у меня на глазах выступили слезы. Этот жест был для меня невероятно ценным. Пару лет назад мы уже рассматривали возможность обследования, но тогда это было слишком дорого для нас. — К тому же, — продолжил Кирилл. — У тебя еще и день рождения скоро, хочу, чтобы ты оценила мой торт тебе в полной мере!

— Спасибо! — поблагодарила я, обращаясь ко всем присутствующим. В комнате царила теплая атмосфера, и я чувствовала, как радость переполняет меня.

В этот момент Милош, наклонившись ко мне, прошептал с легким недоумением:

— Когда у тебя там день рождения, напомни?

Я улыбнулась, заметив его искреннее желание не упустить важное событие.

— Не волнуйся, я не забуду тебя пригласить! — ответила я с игривой ноткой в голосе, чувствуя, как в воздухе витает ожидание чего-то особенного.

Комната наполнилась теплом и смехом, когда мы собрались все вместе. В этот момент, когда тревоги и недопонимания остались за дверью, мы стали одной большой семьей. Внезапно из телевизора раздался бой курантов, и сердца забились в унисон. Мы подняли бокалы, и каждый из нас, с надеждой и трепетом, загадал свои самые заветные желания.

Милош все это время крепко держал меня за руку, как будто боялся, что с боем курантов я растворюсь в этом волшебном мерцании новогодней гирлянды. Его прикосновение было теплым и уверенным, словно обещанием, что этот момент останется с нами навсегда. Я чувствовала себя в безопасности, утопая в его взгляде, в этом уютном свете, в предвкушении чего-то светлого и доброго.

И даже подумать не могла, что в новом году все эти умиротворяющие огоньки, создающие волшебство в каждом уголке нашей души — превратятся во мрак. Что тепло его руки сменится ледяным отчуждением, а обещание вечности обернется горьким разочарованием. Тогда, под бой курантов, я верила в сказку. А теперь… теперь я знаю, что сказкам свойтвенно заканчиваться.