Темный феникс. Возрожденный. Том 6

Глава 15

Его величество не сводил с меня взгляда около минуты, после чего развернулся к экранам и придвинул к себе микрофон. Он сделал глубокий вдох и кивнул канцлеру, и тот нажал на очередную кнопку.

— Говорит его императорское величество Михаил Алексеевич Романов, — властный голос императора ввинчивался прямо в мозг. Вряд ли этот эффект могли передать громкоговорители, но здесь и сейчас я ощущал отголоски магического усиления. — Приказываю всем подразделениям вернуться в расположение части и ждать дальнейших указаний от своих командиров. Нарушение приказа будет расценено мной как акт неповиновения и свидетельство измены.

Я повернул голову к экранам. На них было видно, как рвущиеся ко дворцу военные замирают на месте и вслушиваются в слова его величества. Кто-то сразу разворачивался, кто-то ждал продолжения речи государя, а кому-то было плевать на приказ.

Я прищурился и всмотрелся в кадры. А ведь приказ императора, который звучал через громкоговорители, перебил приказы Бартенева. Это означало, что все нарушители изначально были на стороне заговорщиков.

Что ещё интереснее — в малом тронном зале я видел, что клятву верности приносили далеко не все гвардейцы и слуги, находящиеся во дворце. Большинство из них вообще не участвовало в нападении на аристократов и попытке переворота. А вот элитные спецы, которые продолжили движение к дворцу, были явно из тех, кто действовал не под клятвой.

— Желаешь остаться и помочь? — без интереса спросил Жнец, который внимательно следил за всеми нами.

— Не особо, — я пожал плечами. — Но вот эмиссара Кожевникова я бы хотел встретить в бою. Он вёл себя чересчур дерзко в нашу единственную встречу в столичном особняке Рейнеке, а теперь ещё и решил обвинить меня в попытке захватить власть в империи.

— Я могу найти его, — предложил Жнец.

— Поищи, будь так добр, — я усмехнулся и вспомнил сообщение от бывшего княжича Давыдова, которое оставил без ответа. — И найди мне Илью Давыдова. Он должен быть в столице. Только не убивай его, мне нужно с ним поговорить.

Жнец кивнул и растворился в тенях, а я продолжил делать вид, будто изучаю экраны. Его величество закончил раздавать приказы в громкоговоритель и теперь пытался успокоить народ, уверяя людей, что опасности нет, а граф Шаховский на самом деле верноподданный его величества и империи. Ну что ж, могло быть и хуже.

Я мысленно позвал кутхара, который старательно изображал своё отсутствие.

— Грох, к тебе тоже есть дело, — сказал я, придвинувшись к выходу из бункера.

— Я уж надеялся, что ты про меня забыл, — проворчал он.

— Ага, а ещё ты надеялся, что я не замечу, как ты таскаешь артефакты из дворца, — хмыкнул я. — Хотя Ермолаев точно не обеднеет, а виру ему император назначил всего-то пятьсот тысяч.

— Только у меня проблема, — обрадовавшись, что я его не ругаю, проговорил Грох.

— Некуда артефакты складывать? — предположил я.

— Угу, пришлось взять пару пространственных хранилищ наподобие твоего кольца, — буркнул он.

— Стоп, — я замер, не двигаясь и не дыша. — А где ты их взял? Уж не в сокровищнице ли его величества?

— Ну да, так они ему всё равно не нужны, — начал оправдываться кутхар. — Они в ящике с неопознанными артефактами лежали, вот я и подумал, что нам они точно пригодятся.

— И как ты смог запихнуть в них артефакты? Они же без привязки не активны, — я нахмурился, но тут же принял безразличный вид. На меня уже косились Одинцов и Лутковский. — А, понял. Поскольку ты не человек, да и действуешь на изнанке, то проблем с наполнением не возникло, тем более что все привязки слетели. Там хоть что-то интересное внутри было?

— Откуда я знаю, — голос Гроха стал недовольным. — Складывать в них артефакты я могу, а вот достать — никак не получается.

— Вот что, потом разберёмся с ними, — пообещал я. — Сейчас ты должен ещё раз проверить весь дворец. Но в этот раз твоя задача — искать кристаллы света или тьмы.

— Так я уже всё проверил, — Грох засопел. — И вот знаешь, ты, конечно, хороший хозяин, но почему-то думаешь, что я без приказов ни на что не способен.

— Да ты просто меня уже не раз подставлял, — я вздохнул. — Если ты уверен, что собрал всё самое опасное и важное, и что во дворце не осталось кристаллов или сфер стихий света и тьмы, то можешь дальше заниматься своими делами. Но учти, что ничего особо ценного и важного брать не стоит. Всё же мы не мародёры и грабители, а гости.

— А что я? Я ничего, — тихо пробормотал он. — Что плохо лежало и было не нужно, забрал. Не такой уж Грох глупый.

— Ну-ну, — я покачал головой и не дав ему договорить отослал прочь. Я и без того знал, что он хотел похвастаться своей предусмотрительностью, ведь и Агата, и Таран в итоге оказались весьма полезными питомцами.

Так, что я пропустил, пока разбирался с кутхаром? На экранах всё поменялось. После слов императора спецы схлестнулись между собой.

Те из них, кто действовал по приказу Бартенева, пытались остановить тех, кто по своей воле предал государя. Я готов был поставить свой молот, что никто из них не приносил клятву верности, раз уж их не убило откатом, как тех бойцов в Карпатских горах.

Голос императора всё ещё гудел на всю империю, но мои мысли были далеко отсюда. Мне нечего было делать в этом душном бункере, как и в столице вообще. Мне не было дела до людей, которые сами не могли решить, кому служить.

Моё место у стены, где в любой момент может случиться прорыв. И ладно, если это будут обычные монстры. А вот против некромансеров моя ослабленная и разделённая ударная группа вряд ли выстоит.

Я сам отдал приказ Феликсу и бабушке принять предложение стать эмиссарами, но это решение далось мне не так легко. Я фактически ослабил тыл, когда вывел из отряда мастера щитов и эмпата с хорошими боевыми навыками и опытом службы в особых подразделениях.

Но тогда я мыслил так: бабушка после принятия моего клейма не могла дать повторную клятву, как и Феликс, который стал моим птенцом. И это делало моих близких самыми ценными кадрами во дворце императора, ведь несмотря на службу его величеству они всё равно продолжали служить мне.

Я почти ушёл в тень, увлекая за собой Бориса, как вдруг вернулся Жнец. Он незаметно проявился за моей спиной, и я был уверен, что никто не заметил его отсутствия.

— Кожевников мёртв, — спокойно сказал он. — Его убила клятва верности. Как только император сообщил о твоей невиновности в заговоре и приказал сложить оружие, этот эмиссар захлебнулся собственной кровью.

— Ну хоть какая-то польза от этой демоновой клятвы, — я закатил глаза. — Вот что случается, когда дилетанты суются в сложные области магической науки. Удивительно, что система клятв вообще просуществовала так долго, и переворот не случился раньше.

— О чём ты говоришь, граф? — резко спросил император, который уже отключил микрофон и повернулся ко мне.

— О том, что вам стоит перестать слепо верить клятвам, даже магическим, — я пожал плечами и положил руку на плечо Бориса. — Я надеюсь, что этот урок будет усвоен вашим родом. Ведь те, кто сможет принимать клятвы, будут рождаться в каждом поколении снова и снова.

— Откуда тебе это известно? — его величество бросил гневный взгляд на Жнеца. — Это ты ему рассказал? Ты теперь служишь ему, а не мне?

— Я никогда не служил вам, ваше величество, — равнодушно сообщил Жнец. — Как и мои предки. Если вы запамятовали условия договора, то я могу их вам напомнить. Мы всегда были равными партнёрами, которые держались за связующую нить с двух концов.

— Не ожидал от тебя такого предательства, — император поджал губы. — И ладно бы ты рассказал всё своему наследнику, у которого проявился след договора, но граф слишком юн…

— Для чего? — спросил я, склонив голову к плечу. — Слишком юн для чего, Михаил Алексеевич? Для того чтобы стать Вестником Тьмы? Или для того, чтобы закрывать аномальные очаги по вашей просьбе? Или, может быть, для сражений с падшими и с теми, кого создал ваш родственник?

— Ты слишком много себе позволяешь, — процедил он, раздув ноздри и невольно принимая мою правоту. — Ты хотел вернуться домой, так вот, я тебя не держу.

— Благодарю, — я небрежно кивнул ему и посмотрел на бабушку и Феликса. — Будьте на связи, если что, сразу звоните.

— Как быстро ты сможешь прийти, если нам понадобится помощь? — тихо спросила бабушка.

— Ориентируйтесь на полчаса, но в случае реальной опасности я думаю, что смогу прибыть быстрее, — я поймал удивлённый взгляд Денисова и улыбнулся ему. — Вы тоже можете звонить, если что-то произойдёт.

— Хорошо, — немного замедленно кивнул он.

— И, Алексей, — позвал я его. — Убедитесь, что все связанные с Бартеневым схвачены. Если что я сейчас про Николая Тереньтева говорю. Он даже собственную супругу не пожалел и отдал на опыты.

— Тереньтева уже схватили, — сухо сообщил Одинцов. — Как и всех шпионов в моём ведомстве.

— Тайная Канцелярия тоже чиста, — добавил Лутковский. — И всё благодаря вам, граф.

— Разве? — удивился я. — Не припомню, чтобы вмешивался в работу ваших ведомств.

— Ваше короткое заключения помогло выявить продажных стражников и слабую систему защиты от проникновения через тень, — на губах канцлера появилась кривая ухмылка. — Как и то, что на тьму и свет не сработала глушилка магии.

— В таком случае был рад помочь, — я склонил голову. — Всего хорошего, господа. Благодарю за гостеприимство и оказанное доверие, ваше величество.

— Идите уже, граф, и постарайтесь сделать так, чтобы следующий ваш визит в столицу был менее… насыщен событиями, — император снова перешёл на формальное общение, и это указывало на то, что он уже успокоился. — Мне, кстати, весьма любопытно, каким образом вы покинете самое закрытое и защищённое место во дворце, если не во всей империи.

— Через тень конечно же, — я улыбнулся ему в ответ и полюбовался вытянувшейся от удивления физиономией государя.

Кто же виноват, что они привыкли к тому, что каждый маг обладает конкретным набором магических характеристик и не может через них перешагнуть. Я точно не вписывался ни в одну категорию.

Я подхватил Бориса и переместился сразу на третий слой изнанки, который в этом мире считался максимально возможным для прогулок по теням. Кивнув Жнецу, нырнувшему вслед за нами, я попросил его указать путь к Илье Давыдову.

Путь через третий слой был привычным. Густой от мороза воздух остудил голову и помог переключиться на рабочий лад. Жнец шёл впереди, то ускоряясь, то замедляясь, Борис тоже двигался подобными скачками. Совсем как Таран.

Все теневики, будь то монстры или люди передвигались по изнанке такими прыжками, преодолевая большие расстояния куда быстрее, чем это мог я. Мне для ускорения приходилось каждый раз призывать теневые крылья, но они тратили много резерва, который я по привычке экономил.

— А здорово ты их всех, — радостно воскликнул Борис, вернувшись ко мне. — Одними только словами и взглядами напугал до полусмерти.

— Далеко не всех, — хмыкнул я. — А ты — молодец. Очень достойно себя показал как на собрании, так и во время сражения с «совершенными».

— Я же обещал, — он неловко пожал плечами и умчался вперёд. Через мгновение он уже снова был рядом. — А зачем тебе Давыдов? Это же сын того князя, что напал на наш дом?

— Да, он просил о встрече, — я увеличил приток энергии в крылья и сделал их побольше. — Мы с ним не друзья, так что мне очень интересно, что ему нужно.

— Понятно, — протянул брат и перепрыгнул сразу через три десятка метров.

Вскоре Жнец замедлился и кивнул мне, обозначая, что мы на месте.

— Побудьте в тени, — попросил я их. — А то бывший княжич может перепугаться и забыть, зачем хотел встретиться.

Я вышел с изнанки в коридоре гостиницы и сразу же нашёл Илью Давыдова. Взор тьмы показал мне его ауру, которую я отлично помнил. Постучавшись в дверь номера, я услышал грохот упавшей мебели и ругательства.

— Я же сказал, что мне ничего не надо! — рявкнул Илья, открывая дверь. Увидев меня, он замер с выпученными глазами и бросил взгляд мне за спину. — Заходи скорее, пока тебя никто не увидел.

Он распахнул дверь пошире, пропуская меня в скудно обставленную комнату. Как я понял, гостиница была не самого высокого уровня, да и мебель тут знавала лучшие времена.

— Ты хотел встретиться, — сказал я, остановившись в двух шагах от выхода. — Слушаю тебя.

— Когда я писал, тебя ещё не обвиняли в попытке захватить трон, — Илья нервно пригладил волосы и рвано выдохнул. — Хотя теперь вообще всё странно стало.

— Ты тратишь моё время, — ровным тоном сказал я, глядя на бывшего княжича. Теперь он был бароном без средств и обширных земель, что сказалось на его виде не лучшим образом.

— Да, извини, — он посмотрел на мои доспехи и скривил губы в подобии улыбки. — Я наслышан о твоих подвигах, граф. А писал я тебе, чтобы предупредить о твоих новых соседях.

— Ты про Лопуховых? — уточнил я на всякий случай. Вроде бы других новых соседей у меня не появилось.

— Да, про них, — Илья отвёл взгляд. — Их родовое имение находится под Омском. Как ты знаешь, теперь и я там живу. В общем, у Лопуховых всеми делами занимается княгиня, вся из себя простая и болтливая баба, а по факту — та ещё стервь. Её муженёк изображает подкаблучника, но они друг друга стоят.

— С чего ты взял, что мне это интересно? — разочарованно спросил я. Меньше всего меня интересовали сплетни и внутренние дела семейства Лопуховых.

— С того, что они приходили ко мне перед тем, как поехать в новое имение, — он снова посмотрел на меня, уже с вызовом во взгляде. — Расспрашивали про защиту на твоём особняке и о том, как именно ты смог убить моего отца.

— Думаю, что это интересует многих людей, — я пожал плечами со скучающим видом. — Илья, это обычные вопросы для любого аристократа, которые едет на новую территорию.

— Больше всего Лопуховых интересовала защита, о которой я даже не знал, — Илья поджал губы. — Якобы ты навесил над своей территорией барьер, через который не могут проникнуть посторонние. И вот он-то был настолько важен для княгини, что она позволила себе проявить настоящее лицо.

— Для неё эта информация бесполезна, тем более что мой барьер теперь не только над особняком, но и над всеми моими землями, — проговорил я, отчётливо понимая, что зря теряю время. Ничего действительно важного барон Давыдов мне не сообщит.

— Основные активы рода Лопуховых сосредоточены на фабриках по производству лекарственных препаратов, — выпалил Илья. — Знаю, что тебе не интересны слухи, но я всё же расскажу. Говорят, что курировал одну из фабрик Лопуховых некий эмиссар его величества. Фамилию никто не называл, но это и не обязательно, все и без того в курсе, что девичья фамилия матери княгини была Кожевникова. И насколько я знаю, у тебя был конфликт с их родом.

— Вот теперь ты меня заинтересовал, — я склонил голову к плечу. — Значит Кожевников курировал фабрику по производству лекарств, а Лопуховы делились с ним доходами.

— Именно так, я считаю, что надо как-то расспросить Кожевникова, — Илья вздохнул. — Я понимаю, что он эмиссар, но ты вроде бы теперь национальный герой и имеешь доступ во дворец.

— Эмиссар Вячеслав Кожевников мёртв, — коротко сказал я. — Расспросить его уже не выйдет. Да и смысла в этом я не вижу — вряд ли на фабриках Лопуховых творилось что-то запрещённое. Но я всё равно проверю. Спасибо за информацию.

— Да не за что, — Илья перевёл взгляд на дверь за моей спиной, намекая, что мне пора. — Кстати, хотел тебе сказать, что император выдал моих сестёр замуж за достойных людей. Никаких стариков или подлецов. Так что это я тебя благодарю. Считай, что наша встреча — это моя расплата за будущее для них.

— Принимаю твою расплату, — я бросил взгляд на выцветшие обои и направился к двери. — И я рад за твоих сестёр.

Выйдя из номера, я снова переместился на изнанку. Борис со Жнецом дожидались меня в том же месте, но теперь к ним присоединился и Грох. Мой питомец держал в клюве два артефакта, судя по всему — те самые пространственные хранилища.

Я протянул руку и взял кулон, выполненный в виде цветка, с крупным камнем в центре. Это было женское украшение, но я даже на изнанке ощущал внутри воздушный вакуум, свойственный подобным артефактам. Мне было любопытно, что внутри, но заниматься привязкой и проверкой содержимого я буду уже дома.

Второй артефакт оказался ещё одним кольцом, очень похожим на моё, доставшееся мне от Ильи. Только вместо белого сапфира здесь был использован обычный камень синего цвета. Нацепив его на палец, я положил кулон в карман и уже собрался брать курс на аэропорт, как вдруг почувствовал натяжение нити Тарана.

Следом за ним натянулась нить Агаты. Оба питомца явно хотели привлечь моё внимание.

— Что-то случилось дома, — быстро сказал я и покинул изнанку. И сразу же мой телефон разразился трелью. Я нажал на приём вызова, увидев на экране номер Александра Рейнеке. — Да, слушаю.

— Константин, у нас беда. Ты срочно нужен здесь!