Темный феникс. Возрожденный. Том 6

Глава 16

— Чуть больше конкретики, — сказал я, со всей силы натянув поводок Тарана. На большом расстоянии он не мог услышать мой мысленный призыв, но я надеялся, что ему хватит сообразительности поспешить ко мне.

— Случился прорыв монстров, четвёртый класс, я таких раньше не встречал, — быстро проговорил Александр. — Вместо привычных стихий они применяли энергетические атаки. Огнестрельное оружие вывели из строя почти сразу, а потом оглушили большинство защитников стены.

— Так, продолжай, — я понимал, что дело действительно важное и нужно поскорее вернуться домой, но прямо сейчас я мог лишь ждать Тарана, который наконец начал двигаться в мою сторону. Я отправил питомцу через поводок импульс своей силы, чтобы немного ускорить его.

— Пока я организовывал людей, Виктория на правах единственной Шаховской в имении убедила гвардейцев отвезти её к стене, — со злостью в голосе продолжил дядя. — И с ней напросились Юлиана и Мария.

В трубке повисла тишина, которую нарушал только звук медленно цедящегося воздуха сквозь сжатые зубы.

— Они отбили нападение монстров, но с их энергосистемой что-то случилось, — наконец сказал он. — Я вижу линии, но они будто перекручены и разорваны. Константин, я не знаю, что делать, они не приходят в сознание.

На последней фразе его голос дрогнул. Я разделял его чувства. Самое сложное — не знать, как помочь близким. У меня самого было не слишком много вариантов для помощи с энергоструктурой одарённых, не связанных со мной ритуалом перерождения.

Из троих девушек помочь я мог только Виктории, так как она моя родственница по крови. Но это только в том случае, если я правильно определю проблему. Сложно делать прогноз, не увидев своими глазами происходящее.

С остальными было сложнее. Несмотря на то что все трое обладали схожим направленным даром, супруга Александра была в положении и имела совершенно другую врождённую сопротивляемость негативным эффектам и энергетическим перепадам. А Юлиана хоть и могла перерабатывать даже некротическую энергию, была наиболее чувствительна и соответственно уязвима к подобным энергетическим всплескам.

— Ты понимаешь, что я сказал? — упавшим голосом спросил дядя. — Твоя сестра нарушила мой приказ и убедила гвардейцев, что три женщины сумеют остановить прорыв. Пока мы с Зубовым пытались восстановить связь со стеной, они уже умчались туда…

— Скоро буду. Следи за их состоянием, — сказал я и, завершив звонок, переместился на изнанку.

Коротко пересказав случившееся дома, я сообщил, что скоро примчится Таран, и отправился ему навстречу. Борис рванул за мной, скрыв лицо в тени, чтобы я не увидел его страх за Викторию. Эти двое были очень близки, и теперь перед Борисом снова замаячил страх потерять сестру. Совсем как в то время, когда она впитала много проклятий, защищая гвардейцев на стене.

Жнец последовал за нами, никак не прокомментировав моё сообщение. Казалось, что ему всё равно, куда и зачем двигаться. Одно только было непонятно — почему он всё же решил пойти со мной, а не остаться в столице. Но спрашивать я ничего не стал — не до того было.

Мы мчались через третий слой, преодолевая загустевший от мороза воздух. Через несколько минут мы покинули территорию столицы, оставив позади не до конца подавленный мятеж и императора с его эмиссарами, гвардейцами и спецами особых подразделений.

Я был рад, что отложенный приказ Бартенева сработал именно сейчас, да ещё и в моём присутствии. Вряд ли его величество сумел бы сам сообразить, что нужно просто перебить отданный приказ новым. Если в их роду принимающий клятвы одарённый рождается лишь в единственном экземпляре на поколение, не удивительно, что никто из них до конца не разбирается в механиках ритуальной клятвы верности.

Пока я размышлял, отслеживал движение Тарана через поводок. Он мчался на какой-то совершенно нереальной скорости, перемещаясь огромными рывками. Уже через полчаса я сумел поймать обрывки его мыслей.

— Папа! — пробасил он, довольный тем, что сумел до меня докричаться. — Я уже рядом!

— Молодец, — похвалил я его и отправил ему ещё немного своей энергии. Мне показалось, что двигаться он стал гораздо быстрее.

При этом мы продолжали движение навстречу моему питомцу, чтобы хотя бы немного сократить расстояние. Я летел на крыльях, а Борис со Жнецом ускорялись с каждым рывком. Нам понадобилось ещё около двадцати минут, чтобы Таран наконец нас нагнал.

Я сразу же взлетел на его спину, а затем поманил к себе Бориса.

— Кажется, ты хотел на нём покататься, — напомнил я ему. — Вот как раз сейчас и сможешь проверить, насколько Таран быстрый.

— Угу, — без особой радости согласился Борис. — Главное, чтобы мы успели.

— Это самый быстрый способ, — я вздохнул. — На самолёте нам лететь около трёх часов, а потом ещё до имения добираться, — я посмотрел на Жнеца, замеревшего в стороне. — Ты тоже садись, если планируешь присоединиться к нам.

— Я, пожалуй, воздержусь, — он мотнул головой. — Помочь в вашей ситуации я не смогу, спешить мне тоже некуда. Доберусь своим ходом, — он посмотрел на меня пристальным взглядом, а потом добавил. — Или вообще отправлюсь к тем Тишайшим, что ждут в теневом кармане Антарктиды.

— В таком случае, до встречи, — я кивнул ему и мысленно отдал приказ Тарану возвращаться домой, послав ещё один импульс силы.

Таранище всхрапнул и ломанулся вперёд, прорываясь через слои и расстояния. Несколько раз мы оказывались на пятом и шестом слоях, а потом двигались в основном через четвёртый и третий. Бориса я усадил перед собой, чтобы его не сбросило при такой скорости.

Если я правильно посчитал, то Таран двигался, нарушая все мыслимые законы физики. Понятное дело, что изнанка позволяла значительно сократить расстояние, но даже так его скорость превышала разумные значения.

Чтобы добраться до дома нам понадобилось около часа. И Таран сразу же направился к особняку, куда, видимо, доставили трёх защитниц стены. Мы с Борисом соскочили с питомца и переместились в реальный мир.

Я поблагодарил Тарана за помощь и направился к одной из гостевых спален, где расположили Юлиану, Викторию и Марию. Рядом с ними ощущалась ауры Александра, Ивана Белого и Григория Савельева. Вряд ли целители могли помочь, но они хотя бы контролировали состояние девушек, что не могло не радовать.

Как только я ступил в комнату, сразу же ощутил некую неправильность. Александр сказал, что энергосистема девушек была нарушена, искривлена и разорвана, но я видел ровные и чёткие ответвления, заполненные энергией до предела.

— Итак, — сказал я, шагнув к кровати, где в ряд лежали девушки. — Мне нужны подробности.

— Сначала помоги им, — попросил дядя, глядя на меня с мольбой во взгляде. — Я знаю, что ты можешь, чувствую это.

— Видишь ли в чём дело, дядя, — я бросил ещё один взгляд на девушек, влив побольше силы во взор. — Им ничего не угрожает, а их внутренние системы в идеальном состоянии.

— Что? — Александр резко повернул голову и осмотрел свою супругу прищуренным взглядом. — Но я же вижу…

— А ты сам был на стене во время нападения? — уточнил я, начиная догадываться, что именно произошло.

— Конечно, — дядя повернулся ко мне и сжал кулаки. — Я отправился туда сразу, как мы с Зубовым поняли, что связь с отрядом Ивонина потеряна. Правда к тому моменту Виктория уже успела покинуть особняк вместе с твоей невестой и моей женой.

— Отлично, я повторю свои слова, — я встал напротив него и мельком отметил, что паутина показывает Бориса рядом с нами, но его самого не видно. — Мне нужны подробности прорыва.

— Поступил сигнал тревоги со стены, — начал дядя, собравшись с мыслями. — Всё было стандартно — патрульные заметили активность у подножия стены. Через несколько минут поступил второй сигнал, что начался прорыв, класс монстров четвёртый, но самих монстров никто не опознал. Всё, что было известно, что они выпускают энергетические импульсы.

Дядя провёл ладонью по лицу, будто пытался стереть усталость и страх за супругу.

— Мы с Зубовым готовились выезжать, когда связь прервалась. Нам понадобилось несколько минут, и за это время Виктория уже уехала, — он выпрямился и сделал глубокий вдох. — Когда я добрался до стены, увидел странные тени, непохожие на монстров в привычном понимании. Они были слишком быстрыми, размытыми и совершенно непохожими на теневых монстров.

Я кивнул, внимательно слушая дядю и изучая лица Белого и Савельева. Целители точно что-то знали об этих монстрах, но молчали. Интересно, почему?

— Первыми отключились пулемёты и личное оружие гвардейцев, потом начали падать люди, — продолжил дядя. — Они падали, как подкошенные, но никаких внешних ран не было. Это было похоже на чистые концентрированные импульсы силовой энергии.

— Иван, Григорий, — я повернулся к целителям. — Что это за существа?

— Что? — Александр резко посмотрел на них, а потом вернул взгляд ко мне. — Откуда целителям знать?

— Я задал вопрос, — сказал я, проигнорировав дядю.

— Я знаю только одних существ, способных гасить электронику и всю нервную систему живых организмов целиком, — начал Белый. — Точнее даже не так. Не знаю, но слышал о них. В архиве библиотеки целительского факультета есть вырезки из древнего трактата об исследовании Гиблых Топей, там было описание подобных монстров, — целитель переглянулся с Савельевым и продолжил. — Если дословно, то там было указано, что это монстр четвёртого класса типа деструктор. Их называли фантомами, и судя по записям, они были единственными монстрами, от которых могли напитывать силы светлые маги.

— Григорий, есть что добавить? — я перевёл взгляд на учёного и сразу же понял, что ему есть о чём поведать.

— Первыми подопытными образцами в моей лаборатории были именно фантомы, — тихо сказал он. — Мы пытались отделить их энергию и перенести её в отдельные резервуары, но ничего не вышло. Энергия фантомов слишком нестабильная и хрупкая. Каждый такой монстр может выпускать несколько десятков импульсов подряд, но потом они уходят в долгую перезарядку, которая может длиться несколько суток.

— Откуда ты знаешь? — нервно спросил Александр. — Кто ты вообще такой? Откуда ты здесь взялся?

— Дядя, — осадил я его. — Все, кто вхож в мой дом, преданы мне, и я лично допустил их сюда.

— Прости, — он запрокинул руку наверх и вцепился в свои волосы. — Я переживаю за Марию и нашего ребёнка.

— Я понимаю это, — я шагнул к нему и положил руку на его предплечье. — Я тоже переживаю, именно поэтому и хочу разобраться в том, что произошло.

— Да, конечно, — он вздохнул и будто сдулся. — Нужно взять себя в руки. Ты прав — информация важнее моих эмоций.

— Продолжай, Григорий, — я вновь посмотрел на Савельева.

— Наши первые подопытные прошли слияние с фантомами, после чего мы обнаружили, что сила подопытных возросла многократно, — Григорий поёжился. — Это и стало ключевым направлением в моей работе. Синергия одарённого и фантома — та самая первая ступень, с которой всё началось.

— Чем закончились эксперименты с фантомами? — спросил я, глядя на Юлиану и Вику. Мне очень хотелось верить, что они восстановятся и станут сильнее, но если бы это было так, Бартенев обошёлся бы только монстрами и не стал бы доить одарённых ради силы.

— Длительный контакт приводил к безумию и выбросу силы. И под длительным я имею в виду тот контакт, при котором импульсов было более десятка. — Савельев покачал головой. — По сути одарённые выжигали сами себя, будучи неспособными переварить то количество энергии, которое им передавалось от монстров. Было принято решение прекратить эксперименты и заменить фантомов людьми.

Александр резко выдохнул, только сейчас осознав, что именно творилось в уничтоженной мною лаборатории в московском аномальном очаге. Белый тоже вздрогнул, а вот мы с Савельевым остались спокойными. Мы оба знали, чем именно занимался учёный под эгидой спасения мира и новейших научных открытий.

— Однократное слияние с энергией фантомов не даст такого эффекта? — уточнил я, продолжая разглядывать девушек. Они не выглядели больными или уставшими, их щёки были здорового розового цвета, энергосистемы пылали силой.

— Ни в коем случае, — помотал головой Савельев. — Никаких последствий не будет. Даже наоборот, все получившие пару зарядов энергии от фантомов станут сильнее. А вот технику придётся заменить, она восстановлению уже не подлежит.

— И всё же я одного не могу понять, — процедил Александр. — Почему я вижу, что их энергетическая структура нарушена?

— А как, по-твоему, происходит резкое усиление энергоканалов и магического источника? — спросил я, глянув на дядю. — Именно через разрушение и сращивание. Это точно так же, как с мышцами — микроповреждения затягиваются, и мышцы становятся больше и крепче.

— Но… — он сжал руками голову. — Нет, я видел до этого рост одарённых. Я работал в Особом Корпусе…

— Ты упустил кое-что ещё, — я улыбнулся. — За переживаниями о супруге ты пропустил важную деталь, — он вскинул на меня взгляд и замер, будто ожидал услышать страшное. — Ты тоже получил как минимум пару зарядов энергии фантомов.

— И что? Я архимаг, не думаешь же ты, что я сразу стану грандмагом? — раздражённо выпалил он.

— Вот именно, что ты архимаг, дядя, и эта энергия для тебя лишь капля в море, учитывая резерв твоего источника, — моя улыбка стала шире. — Ты даже не заметил этого усиления, но твой дар видеть энергетические нити и каналы стал более глубоким и отчётливым.

— То есть Марии ничего не угрожает? — сделал он один-единственный вывод, который волновал его больше остальных.

— Абсолютно, — ответил Григорий Савельев. — Но мне интересно другое… как глубинные монстры очага оказались у стены? Для моих экспериментов их специально отлавливали, и больше пяти особей за раз я не видел никогда. А здесь их было несколько десятков.

— Это очень хороший вопрос, Григорий, — сказал я, бросив взгляд в тот угол, где ощущался Борис. — Я думаю, что это не случайный прорыв. Это или разведка боем или послание для меня.

— Почему ты так считаешь? — спросил дядя, шагнув к кровати и взяв супругу за руку.

— Потому что я точно знаю, что Вестник уже начал выводить свою армию против нас, — спокойно проговорил я. — И я для него давно стал той костью в горле, которую не выплюнуть и не проглотить. Если бы удар не приняли на себя наши девушки, фантомы били бы гвардейцев неоднократно. Они бы растратили весь резерв и довели моих людей до пресыщения, после которого наступила бы смерть.

— Но тогда почему ты так спокоен? — Александр снова начал нервничать. — Ты ведь не знаешь, сколько импульсов поглотили Мария, Виктория и Юлиана.

— Это не имеет особого значения, ведь у них есть то, чего нет ни у моих гвардейцев, ни у других одарённых этого времени, — я улыбнулся уголком губ. — Их направленный дар позволяет перерабатывать все негативные эффекты. Не только проклятья, дядя, а вообще все — от яда до таких вот энергетических всплесков.

— То есть мы вместо прорыва монстров и катастрофических последствий получили усиление самых слабых звеньев? — дядя недоверчиво посмотрел на меня и замер с приоткрытым ртом.

— Именно так, дядя, — я склонил голову к плечу и прищурился. — Вопрос только в том, знают ли об этом те, кто послал к нам монстров, опасных для всех живущих, кроме конкретной троицы, которая сейчас валяется рядком на этой самой кровати.

— Безумие какое-то.

На лице дяди вспыхивала довольная усмешка, в которой всё ещё сквозило недоверие. Он посмотрел на меня странным взглядом и сглотнул.

— Виктория будто знала… постой, откуда она могла знать?