Темный феникс. Возрожденный. Том 6

Глава 17

Взгляд дяди стал тяжёлым. В нём смешались надежда, подозрение и страх отца и мужа, который готов ухватиться за любую соломинку. У меня не было ответа на его вопрос. Только догадки, и те слишком уж неправдоподобные.

Я собирался сказать об этом Александру, но в этот самый момент на кровати рядом с Викой дёрнулась Юлиана. Она сделала резкий судорожный вдох и распахнула глаза, в которых не было ни намёка на длительное бессознательное состояние.

В них была ледяная концентрация и тьма. Тьмы было особенно много.

Юлиана первым делом посмотрела на Викторию и Марию. Она положила пальцы на запястье Вики и прислушалась к ощущениям. Я уже видел подобный взгляд моей невесты — точно так же она анализировала состояние Виктории после поглощения проклятий.

Убедившись в безопасности Вики, Юлиана обхватила запястье Марии.

— Не трогай её, — вырвалось у Александра, который сделал шаг вперёд и попытался перехватить руку Юлианы.

— Дядя, — остановил я его. — Не мешай ей.

— Что? Она же всё равно ничего не сможет сделать, — возмутился Александр, но остановился.

— С ними всё в порядке, — уверенно сказала Юлиана, убрав пальцы от запястья Марии и повернувшись ко мне. — Их энергосистема адаптируется к новой силе. Осталось совсем чуть-чуть.

Александр всмотрелся в лицо моей невесты, продолжая бороться между недоверием и желанием поверить.

— Сколько импульсов ты получила? — спросил я, подходя ближе и оценивая ауру Юлианы. Изменения были колоссальными. Пусть она не взяла новый ранг, но её сила стала похожей на полноводную реку, способную смыть любую заразу.

— Я не знаю точно, монстры били волнами, — ответила Юлиана, пожав плечами. — Я не могла блокировать эти импульсы, только впитывать и перерабатывать поступающую энергию.

— Это было больно? — перебил её Александр, сжав пальцы в кулаки.

— Первые импульсы были болезненными, они будто насквозь прожигали, потом стало проще, — Юлиана посмотрела на свои руки и вздохнула. — Я едва успевала перерабатывать эту силу, но теперь она моя.

Она замолчала и посмотрела на кровать, где уже начинала шевелиться Мария. В отличие от Юлианы, она пробуждалась медленными тягучими движениями. Сначала она застонала, потом повернулась на бок, а затем её рука инстинктивно легла на округлившийся живот.

Дядя рванул к ней и коснулся пальцами щёк и лба, отводя влажные от пота пряди волос. По лицу Марии прошла тень тревоги, которая почти сразу сменилась облегчением, едва она открыла глаза и встретилась взглядом с мужем.

— Наш ребёнок сияет, как маленькое солнышко, — прошептала она, глядя на Александра с нежностью. — Маленькое тёмное солнышко.

Александр не выдержал и рухнул на колени у кровати. Он схватил Марию за руку и прижал её ко лбу. Его плечи вздрогнули всего один раз — нервное напряжение выплеснулось и затихло.

Я обошёл кровать и подал руку Юлиане. Виктория находилась между ней и Марией, и она до сих пор лежала неподвижно. В её энергоканалах бился ровный мощный поток силы, будто она уже переварила всю энергию и сейчас просто не желала просыпаться.

Юлиана осторожно спустила ноги с кровати и встала, слегка покачнувшись. Я подхватил её и не дал упасть.

— Костя, ты должен кое-что узнать, — прошептала она мне на ухо так тихо, что услышать её мог только я. И Борис, который до сих пор укрывался в тени, незримо присутствуя в комнате. — Когда в нас хлынула энергия, Виктория осознанно управляла этими потоками. Она контролировала каждый импульс.

— Мы со всем разберёмся, — пообещал я, прижимая Юлиану ближе к себе.

— Ты хочешь раздавить меня своими доспехами? — пискнула она. — Лучше поставь на пол, пока у меня не появились отметины от этих пластин.

Я с улыбкой поставил её, но отпускать не стал. Мы вместе повернулись к кровати и наткнулись на спокойный взгляд Виктории, которая смотрела на нас с выражением торжества. Будто всё случилось именно так, как она планировала.

— Виктория, — мой голос прозвучал резче, чем я хотел, но я действительно был немного зол на сестру. — Откуда ты узнала, что монстры не причинят вреда тебе и остальным?

— Я не знала, — тихо поправила она меня. — Я просто почувствовала это.

— Ну уж нет, — я покачал головой. — Ты правда думаешь, что я поверю? Чуйка имеет место быть, но у опытных воинов, прошедших не одну битву. Когда инстинкты обостряются настолько, что фиксируют малейшие несоответствия, которые ещё даже мозг не успел расшифровать.

— Я подключилась к твоей паутине, — выдохнула она одним предложением и тут же зажмурилась.

Я почувствовал, как внутри меня медленно поднимается холодная ярость. Мне не хотелось верить Виктории, но, похоже, что она говорит правду.

Моя паутина, моя система тотального контроля, наблюдения и защиты над всеми землями рода Шаховских. Сеть, сплетённая из тьмы, моей воли и моей сути… к ней не мог подключиться никто. Ни в этом мире, ни в предыдущем.

Даже бабушка и Александр, которых я внёс в качестве временных управляющих контуром, могли лишь пропустить посторонних внутрь периметра или же закрыть его ото всех. И вот теперь моя сестра утверждает, что смогла подключиться к моему барьеру, сотканному из нитей тьмы.

— Объясни, — коротко приказал я.

— Это само получилось, — Вика покачала головой, но глаза не открыла. — Я испугалась за гвардейцев на стене и захотела узнать, что там происходит. Мой дар же находит слабину в любых щитах, да?

Вот теперь она резко распахнула веки и посмотрела на меня. Я медленно кивнул.

— Я просто развернула свой дар и смогла найти слабое место внутри твоего щита, — Вика упрямо поджала губы. — Но не нашла. Ты запечатал все прорехи и не оставил ни единой лазейки.

— Именно так, — я снова кивнул. Уж над защитой я поработал так, чтобы ни единая душа не смогла прорваться.

— В общем, я нащупала нити паутины и твой энергетический след, — сестра обняла себя за плечи и опустила голову. — Я просто потянулась к твоей паутине, и она ответила. Пропустила меня ненадолго, буквально на секундочку, но этого хватило.

— И что ты увидела? — устало спросил я, понимая, что Виктория умудрилась переплести свой энергетический след с моим, чтобы моя паутина откликнулась. Если так подумать, то мы одной крови и теоретически такая возможность всегда существовала, учитывая дар Виктории.

— Всё, — прошептала она. Её лицо озарилось восторгом и ужасом одновременно. — Я увидела энергетические контуры твоего барьера и стены. Даже гвардейцев увидела, которые были похожи на восковых человечков с горящими внутри кровеносными сосудами. А потом я увидела монстров.

Вика ловко соскочила с кровати и приблизилась ко мне, не обращая внимания на Александра, который метал в неё гневные взгляды.

— Эти монстры такие интересные, — Вика принялась жестикулировать, пытаясь описать то, что видела. — Они будто пустые, вокруг них исчезает вообще всё — свет, звук, электричество. Но когда они выпускают импульсы… это как будто концентрированная сила, способная убить обычного человека, — она замолчала, подбирая слова. — В общем, это сложно описать, но я почувствовала, что могу впитать эту силу без последствий. Мы все — я, Юлиана и Мария могли переработать эту энергию. Ты же сам говорил, что наш дар — это не просто снятие проклятий. Ты говорил, что мы можем поглощать любой энергопоток и делать его своим. Ты учил нас именно этому, Костя.

— И ты решила, что раз рискнула однажды, забрав проклятья у десятков гвардейцев, то стоит рискнуть и сейчас? — спросил я, стараясь говорить без упрёка в голосе. — В прошлый раз ты чуть не погибла.

— В прошлый раз я была одна, — воскликнула она, задрожав от эмоций, которые не могла скрыть. — Я была одна и мне некому было передать проклятую энергию, которую я впитала. А в этот раз нас было трое. Мы распределили нагрузку. Мы сделали всё так, как ты нас учил.

Последнее слово она прокричала во весь голос. В нём звучали боль, страх за тех, кого она защищала в прошлый раз и ярость от собственного бессилия тогда. И в то же время я услышал в голосе сестры твёрдость и даже жёсткость. Она действительно была уверена в том, что делала.

— Риска не было, — добавила она спокойно. — Вернее он был, но я его просчитала. Одна бы я не справилась, но втроём мы смогли сделать это.

Я молча смотрел на неё. На девочку, которая за несколько месяцев превратилась в опасного тактика, способного использовать систему защиты как прицел, а свой собственный дар как оружие и щит одновременно. На девочку, которая наконец-то выросла из «сестры, которую нужно защищать» в опасного и умного бойца, который был готов рискнуть жизнями других людей.

— Не смотри на меня так, — она устало покачала головой. — Ты учил меня анализировать, я нашла лазейку в защите и использовала её в своих целях. Сделала всё, как ты учил. Максимальная эффективность при минимальных потерях. Вот и всё.

— Кхм, — подал голос Иван Белый, словно напоминая, что они с Савельевым ещё в комнате. — Мы, пожалуй, пойдём?

— Что же вы раньше не ушли? — спросил я с усмешкой. — Хотели посмотреть на последствия атаки фантомов?

— А кто бы не захотел? — без смущения сказал Белый. — Я про этих монстров только читал в летописях, а тут мало того, что вживую на них посмотрел, так ещё и на выживших… то есть на успешно поглотивших импульсы.

— Ага, а теперь хочешь посмотреть на гвардейцев, приходящих в себя, — понятливо кивнул я. — Езжайте на стену и передайте Ивонину, что я жду полный отчёт. И я надеюсь, что связь уже начали восстанавливать, мне проблемы в виде отрезанных от основной гвардии бойцов на стене не нужны.

— Непременно, — пробормотал Белый, пятясь к двери. — Обязательно передам.

Как только они вышли из гостевой комнаты, я обвёл взглядом родственников, задержавшись на пятне тени в углу. Напряжение последних часов начало спадать, уступая место холодной оценке.

Виктория оказалась права на все сто, и её действия были интуитивной импровизацией на поле боя. Она спасла наших гвардейцев, устранила угрозу и усилила своих. Идеальная операция. Если не считать одного.

— Не стоит без спроса лезть в мою паутину, Виктория, — проговорил я, прищурившись. — Там есть ловушки, сигнальные и атакующие нити. Ты могла не только сгореть сама, но и повредить сеть, оставив лазейку для врагов. Ты поняла меня?

— Поняла, — медленно кивнула она, упрямо задрав подбородок.

— Вот и хорошо, — я улыбнулся. — С завтрашнего дня включу в твои тренировки работу с энергетическими линиями. Думаю, для начала хватит небольшого кокона из паутины, который будешь распутывать, пока не выберешься. И ещё. Ты молодец. Действительно, молодец. Но в следующий раз сначала предупреди остальных, а уже потом бросайся в бой.

Вика замерла и шумно выдохнула. Её глаза вспыхнули азартом и радостью, а сама она едва сдерживалась, чтобы не пуститься в пляс. Бросив на меня ещё один взгляд, Вика получила разрешение и пулей вылетела в коридор. Одновременно с ней тень в углу комнаты рассеялась, а Борис устремился вслед за сестрой.

Я покачал головой. Моя сестра только что указала мне на уязвимость моей паутины. Я выстраивал её как непроницаемую защиту от чужих, но не подумал о близких. Одно радовало — других сюрпризов точно не будет. Просто потому, что больше никто из моих родственников не обладает таким же даром.

Виктория смогла «подключиться к паутине», и это было не очень хорошо. Мало того что она ещё ребёнок, так ведь и характер у неё не самый приятный. Впрочем, как и у всех тёмных.

— И ты не накажешь её? — процедил Александр. Он уже помог встать супруге с кровати и сейчас очень нежно поддерживал её за талию.

— Не накажу, — я встретил его злой взгляд и качнул головой. — Ты бы наказал своих подопечных в Корпусе за то, что совершила сегодня Виктория?

— Она могла убить моих жену и ребёнка, — в его голосе прорезались рычащие нотки.

— Если отбросить эмоции и степень близости и родства, ты бы наказал своих подопечных за подобное? — повторил я свой вопрос, выделив голосом первую половину моей фразы.

Дядя замер и начал переосмысливать произошедшее. Мы оба знали, что в Особом Корпусе действуют свои правила подготовки учеников. И что больше всего там ценится сила и те действия, которые принесут наибольшую пользу, невзирая на последствия.

— Не наказал бы, — наконец ответил он. — А поощрил и добавил тренировки по проявленному направлению дара.

— Именно это я и сделал, — я развёл руками. — Не думай, что мне плевать на последствия и что я не переживал о девушках. Пока я мчался сюда, разрезая изнанку, я думал, что уже потерял их. Не ты один умеешь чувствовать, дядя.

— По тебе не скажешь, — буркнул он, отворачиваясь.

— Так и по тебе бы я не сказал, — я усмехнулся. — Вспомни наши первые встречи. Вспомни, как ты сам отправил свою супругу на задание, в котором она могла погибнуть. Я не знал, что Мария в положении, но тебе это было прекрасно известно.

— Я думал, что всё контролирую, — тихо выдохнул Александр. — Ты показал мне, что я не контролирую ничего вообще. Я так глупо подставился и погиб… почти. Я не смог защитить её тогда, а ты… у тебя получилось.

— Возвращайся в строй, дядя, — спокойно сказал я. — Ты нужен мне собранным и готовым к войне. Каждый день может стать тем днём, когда придёт Вестник вместе с падшими и призывающими.

— Но ты же уже придумал, что делать? — спросил он, сузив глаза и склонив голову к плечу.

— У меня есть варианты, — согласился я. — Но для начала нам нужно позаботиться о своих женщинах. Через пару минут они получат жёсткий откат, их энергосистема перегружена, и они бодры только из-за циркуляции заёмной энергии, которая всё ещё пытается встроиться.

— Откуда ты знаешь? — Александр покосился на жену и быстрым движением подхватил её на руки.

— Сам проходил через такое не раз, да и Виктория уже вырубилась в своей комнате, — ответил я, выслушав донесение Агаты. — Так что до встречи за завтраком, дядя.

Я протянул руку Юлиане и повёл её из комнаты, внимательно следя за её состоянием. На мой изучающий взгляд она ответила улыбкой. Сил у неё было теперь столько, что тьма окружала её плотным коконом.

— Знаешь, я совсем не чувствую никакого отката, — она подмигнула мне. — Даже наоборот, хочется сбросить излишки энергии. Как тогда, в пещере.

— Давай посмотрим, что ты скажешь через несколько минут, — я усмехнулся.

Мы дошли до моих апартаментов, где я снял доспехи и принял быстрый душ. Когда я вышел из ванной комнаты, Юлиана до сих пор не спала и ждала меня.

— Вижу, что и впрямь есть излишки энергии, которые мне срочно нужно забрать, — со смешком сказал я и утянул её за собой в постель.

Через несколько часов Юлиана уснула на моём плече, а вот ко мне сон не шёл. Я всё думал о словах Савельева и Белого. Фантомы, о которых все только слышали. И в то же время Бартенев сумел доставлять их партиями для исследований Савельева.

Где-то здесь была очень явная нестыковка. Если фантомы существовали в эру зарождения сибирского аномального очага, то изначально там всё же были именно разрывы реальности, как в моём мире. Ведь Ядро Реальности, которое оберегал Жнец и забрал Вестник, создало сразу несколько очагов в разных точках этого мира.

И по всему выходило, что в очаге, который тогда называли Гиблыми Топями, происходили массовые сражения одарённых. Эту цепочку событий я выстроил уже давно, но засомневался в ней после посещения заброшенной крепости в Карпатских горах, а потом и после столкновения с «совершенным» нового поколения в подвале столичного особняка Бартенева.

Что-то очень сильно не сходилось. Знать бы ещё, что именно.

Мои размышления прервал звонок телефона. Я аккуратно переложил Юлиану со своего плеча на подушку и встал с кровати. На экране высветился номер Алексея Денисова, а часы показывали полночь. Что такого могло произойти, что Денисов не стал ждать утра?

— Слушаю, — ответил я, глядя на то, как сонно ворочается Юлиана.

— Константин, мы вскрыли кабинет Бартенева по наводке Волны, — быстро проговорил Денисов.

— И он хранил там что-то действительно важное? — с сомнением спросил я.

— Ничего особенного, если не считать копию архивных записей из закрытой секции библиотеки академии магии, — Денисов набрал воздуха в грудь. — Константин, там генеалогическое древо Шаховских и запись об упоминании некоего Стража Порога.

— Ничего не понимаю, — выдохнул я. — Что ещё за Страж Порога? Какого Порога?

— Порога между мирами. А Страж этот имел дар, который позволяет закрывать пути в другие миры, запечатывая их тёмным пламенем.