Темный феникс. Возрожденный. Том 6

Глава 19

Я склонился и взял в руки оба артефакта, глядя на них своим взглядом и взором тьмы одновременно. Нет, мне не показалось — они действительно выкованы в пламени феникса. В моём мире на такое был способен только один артефактор, который и сам был близок к тому, чтобы получить собственное пламя. Но даже без него он мог пропускать через себя моё пламя, как и все птенцы, чтобы ковать в нём редчайшие артефакты.

Тёмное пламя выжигает всё без остатка, это правда. Но его можно приручить, как сделал я, а потом и мой птенец. Я наблюдал за его первыми работами с долей скептицизма, но затем понял, что передо мной гений и истинный творец.

И вот на моей ладони лежит доказательство того, что в этом мире был как минимум один феникс, а ещё у него был такой же гениальный артефактор, способный плавить металл в тёмном пламени феникса.

— Хозяин, — позвал меня Грох. — Ты там живой? А то будто и дышать перестал.

— Живой, — я криво улыбнулся. — Можешь распознать назначение этих артефактов?

— Могу, — вздохнул кутхар. — Только мне совсем не нравится то, что я вижу.

— Ну-ка, поделись, — я прислонился к стене плечом и посмотрел на своего питомца.

— Их закаляли в крови теневых монстров, — возмутился он. — И не абы каких, а таких же, как я! Сколько же крови моих сородичей нацедил этот умелец, а?

— А если теневые вороны отдавали кровь добровольно? Об этом ты не подумал? — прищурился я.

— С чего бы им делиться? — буркнул он, а потом поймал мой взгляд. — Нет, ну для тебя бы я не отказался.

— Радомир Шаховский держал возле себя целую стаю теневых воронов, как ты знаешь, — припомнил я ему слова Феликса Рейнеке. — Думаю, Шаховские давно и тесно с твоим видом в особых отношениях. Так что я не удивлюсь, если твои сородичи добровольно поделились кровью с любимым хозяином.

— Ну тогда это меняет дело, — немного воодушевился Грох. — Но я всё равно не понимаю… а ладно. В общем, как я вижу, благодаря нашей крови вот этот артефакт позволяет любому тёмному перемещаться через изнанку.

Он указал на довольно изящную цепочку с металлическим кругом без драгоценных камней. На тёмном металле было выгравировано изображение крыла теневого ворона. Что самое интересное, этот кулон не обязательно было привязывать.

Любой тёмный, кто его наденет, сможет беспрепятственно перемещаться по изнанке. Единственное, я не знал, до какого уровня. Защита от энергии изнанки стояла очень мощная, но погружаться дальше третьего-четвёртого слоя я бы не рекомендовал никому.

Вторым украшением оказался мужской перстень. Эта печатка с ровной площадкой, украшенной таким же изображением крыла теневого ворона, так же, как и кулон, не имела драгоценных камней, но зато нуждалась в привязке к хозяину. И вот она, на мой взгляд, была даже интереснее предыдущего украшения.

После привязки этот артефакт мог окружать владельца подобием моего пламени. Активация была автоматической и срабатывала в ответ на атаку любым видом энергии — от света и тьмы до стихийной и некротической. Защитный купол мог не только защищать, но и перерабатывать всю направленную энергию, усиливая владельца.

Потрясающая вещица. Она заменяла моё пламя и мой купол, почти полностью их копируя. Я поглощал и перерабатывал энергию монстров, а потом и энергию узлов и некромансеров, тратя собственные силы и испытывая боль. Артефакт позволял делать это почти незаметно для владельца.

Но было и условие — кольцо работало только если у тёмного, надевшего и привязавшего его к себе, был подходящий дар, позволяющий впитывать чужеродную энергию.

— К себе привяжешь? — поинтересовался Грох, внимательно рассмотрев оба артефакта.

— Нет, конечно, — я мотнул головой. — Зачем мне то, что у меня и так уже есть? Подумаю, может Юлиане или Виктории передам. У них как раз подходящий дар, который можно усилить этими артефактами.

— Если так рассуждать, то у твоей невесты именно с поглощением лучше дела обстоят, — рассудительно заметил Грох. — Она по части энергии сильнее. А сестре бы больше подошло что-то, усиливающее её возможность находить слабые места.

— Таких артефактов мы точно не найдём, — задумчиво протянул я. В словах Гроха было зерно истины, но мне нужно хорошенько подумать, прежде чем передавать такой ценный артефакт кому-либо. — Даже в моём мире я их видел всего пару раз. И то они работали по принципу усиления взора тьмы, который у Виктории только начал формироваться.

— Откуда знаешь? — с интересом спросил кутхар.

— Иначе она бы не смогла видеть уязвимые места барьеров, энергетические следы и стихии одарённых, — объяснил я. — У неё может быть другая разновидность, но суть одна. Это как с Эдвардом Рейнеке — у него тоже есть взор, но сильно урезанный. Максимум, на что он способен, это видеть отголоски чужой силы и распознать присутствие одарённых поблизости.

Я убрал оба артефакта в карман и потянулся, разминая мышцы. Кристаллы света и тьмы я решил оставить в сокровищнице, а вот остальные артефакты отдал Гроху. Ничего особенного в них не было, а он заслужил свои трофеи.

После я вернулся в свои апартаменты и ещё долго лежал без сна. Проверять артефакты на себе было бессмысленно — у меня уже есть собственные умения, так что оценить полезность я не смогу. Вариантов у меня не много — либо Александр Рейнеке, либо Леонид Орлов.

Решив, что займусь этим завтра, я наконец уснул, прижав к себе Юлиану. Проснувшись, я ощутил прилив сил, какой бывает после хорошего отдыха. Я спустился на завтрак и сразу же отметил три пустых стула, где раньше сидели бабушка, Феликс и Эдвард.

— Доброе утро, — поприветствовал я всех и сел на своё место. — Сегодня после завтрака у нас по плану тренировка. Леонид, твои способности я ещё не успел оценить. Расскажи, чем ты можешь удивить в бою?

— В основном я сражаюсь при помощи своих артефактов, но и магией могу ударить неслабо, — Орлов растянул губы в скупой улыбке. — Я архимаг, так что резерв источника у меня соответсвенный.

— Вот и славно, поможешь мне в одном деле, — сказал я и принялся за еду.

Сначала я хотел протестировать кулон на Александре, но он нужен для тренировки дара прекрасной половины нашей группы. Ни на ком из девушек проводить испытания артефакта работы древних мастеров я точно не собирался, а Леонид как раз специализируется на артефактах, так что будет даже полезнее Александра.

Борис бросал на меня странные взгляды, пока мы завтракали. Кажется, он хотел что-то рассказать или наоборот спросить. Едва он доел, как сразу же выскочил из столовой, но из дома не вышел, а спрятался в тени на втором этаже у моих апартаментов.

Я закончил завтракать и последовал за ним.

— Слушаю тебя, — сказал я, остановившись рядом с тем местом, где паутина показывала брата.

— У Вики день рождения послезавтра, — тихо сказал он. — Если хочешь её порадовать, то предложи испытать свои силы в очаге или вроде того. А то она считает, будто ты её специально отстраняешь.

— Интересное заявление, — я нахмурился. — Когда бы я успел её отстранить, если сам мотаюсь по империи и очагам?

— В общем, я тебе сказал, а дальше сам решай, — прошептал он и рванул через тень к полигону.

Я переместился на изнанку и тут же наткнулся на Тарана. В этот раз он не пытался давить на жалость или подлизываться, вместо этого просто смотрел грустными глазами и выдыхал чёрный дым.

— Скоро отправимся в путешествие, — пообещал я ему, подумав над словами брата. — Там у нас в монгольских степях есть слабенький очаг, в котором, судя по карте дедули, на третьем слое изнанки прячется один из якорей. Заодно Викторию с днём рождения поздравим, если амулет пройдёт испытания.

— Это хорошо, — Таранище снова выдохнул дым из ноздрей. — Мне скучно и совсем нет движения.

— Скоро мы это исправим, — я покачал головой. — Я бы с радостью сунулся прямо сейчас в центр сибирского очага, но надо подготовиться. У нас осталось тринадцать якорей, которые нужно уничтожить до битвы с Вестником.

— Зачем? — Таран с интересом склонил голову набок.

— Затем, что к этим якорям привязаны гнёзда некромансеров, — я всё же выпустил когти и почесал ему шею. — Тех, кого ты убивал во время битвы в особняке. И чем дольше гнёзда остаются привязанными, тем сильнее становятся некромансеры. Ну а потом из них рождаются призывающие, с которыми мы бились в ледяном краю.

— Тогда надо поспешить, — кивнул Таран. — Я чувствую эти якоря, хотя для меня они выглядят как узлы из нитей энергии.

— Даже на таком расстоянии чувствуешь? — удивился я.

— Таран — потомок гроксов, властителей восьмого уровня изнанки, — очень чётко проговорил мой питомец. Даже голову горделиво вскинул. — Папа дал мне жизнь здесь, среди людей и других монстров, но память моей крови сильна. Я многое вижу и чувствую, что не дано увидеть Гроху и Агате.

— Знаешь, я очень рад, что ты на моей стороне, — серьёзно сказал я, понимая, что повторяюсь. Совсем недавно я подумал то же самое о Жнеце. Вообще теневики — самые опасные из врагов и самые полезные из союзников.

— Таран всегда будет с папой, — прогудело моё чудовище и упёрлось головой мне в плечо.

Я кивнул и покинул изнанку, оказавшись на полигоне. Мои родичи собрались рядком, бросая друг на друга вопросительные взгляды. Они уже собирались начать без меня, ведь за время моего отсутствия у них появились отработанные схемы.

— Так, слушаем мои команды, — привлёк я их внимание. — Александр, на тебе тренировка Марии и Юлианы. Действуй в соответствии с собственными представлениями, контролируй сложность и тяжесть проклятий в зависимости от задачи.

Я повернулся к Борису и тут же заметил, как из тени выскочила Агата. Я не видел её больше недели, с того самого боя в имении. Она очень изменилась за это время.

Мало того, что моя питомица заметно подросла и теперь доходила мне до бедра, так она ещё и внешне стала больше походить на взрослого теневого ирба. Шерсть стала выглядеть колючей и жёсткой, а острые шерстинки, казалось, могут пронзить насквозь. Оранжевые глаза были похожи на два блюдца, в которых медленно тлеет огонь.

— Агата, вижу, ты не тратила время напрасно, — мысленно похвалил я кошку.

— Старалась, мур-р, — она потёрлась о мою ногу, но быстро отодвинулась, чтобы не разодрать тренировочные брюки. — Хозяин придумал для меня что-то интересное?

— Будете с Борисом и дальше тренироваться, — я усмехнулся. — Он говорил, что вы пытаетесь обогнать Тарана.

— Мы скоро обгоним, — прошипела она, распушив хвост. — Надо просто больше пытаться.

— Борис, вы с Агатой продолжаете в том же духе, — сказал я, глянув на брата. — Если догоните Тарана, я вам награду дам.

— Доспехи? — с азартом спросил Борис, в глазах которого тут же появился жадный блеск.

— Точно, тебе доспехи, Агате — кое-что вкусное, — я улыбнулся. — Всё, работайте, а я пока с остальными займусь.

Как только они растворились в тенях, я посмотрел на Викторию и Леонида. Была у меня одна задумка для проверки способностей сестры, но без помощи опытного артефактора она заняла бы куда больше времени.

— Леонид, твоя задача сейчас — активировать защитный купол над Викторией, — сказал я Орлову. — Я вплету в него свою паутину, а Вика должна будет распутать всю эту конструкцию за час.

— Мне кажется, что даже Юлиана бы не справилась с такой задачей так быстро, хотя я сам её тренировал видеть энергетические потоки, — с сомнением протянул Орлов, но достал из кармана артефакт купола. — Впрочем, это всего лишь тренировка.

Он активировал купол, который я усилил. Моя паутина оплетала каждую энергетическую нить, особенно густо закрыв собой все важные узлы. Я постарался сделать так, чтобы уничтожить мою паутину без повреждения несущих узлов было невозможно.

— Вика, помни, что тебе нужно не уничтожить, а именно расплести всё это дело, — сказал я напоследок и, получив в ответ сосредоточенный кивок сестры, махнул Леониду, отзывая его в сторону. — Посмотри на эти артефакты.

Я протянул ему оба древних артефакта, закалённых в крови теневых воронов и выкованных в пламени феникса. Глаза Леонида расширились от удивления. Он смотрел на кулон и кольцо с таким видом, будто готов прямо сейчас упасть на колени и просить меня отдать их для изучения.

Я усмехнулся и протянул ему кулон, дающий способность перемещаться через изнанку. Он поднял на меня неверящий взгляд, а его пальцы будто сами собой протянулись и вцепились в кулон.

— Мы с тобой будем проверять возможности этого артефакта, чтобы я мог быть уверен в безопасности тех, кто будет его использовать в дальнейшем, — сказал я, продолжая усмехаться.

— Можешь меня не жалеть, — он качнул головой. — Я на всё согласен. Где ты их достал?

— Перешли по наследству, — я пожал плечами. — Их изготовили мои предки из рода Шаховских. Видишь отпечаток крыла теневого ворона там и там?

— Радомир Шаховский тоже клеймил свои творения отпечатком крыла, но он был инженером, кузнецом, но никак не ювелиром, — Орлов приблизил кулон к глазам и принялся осматривать его со всех сторон прищуренным взглядом. — Эта вещица точно постарше будет. Даже не предположу, из чего его изготовили и как закаляли. Слишком сложная техника, но безусловно искусная.

— Надевай и пойдём тестировать, — сказал я, не посвящая его в детали изготовления артефактов. Повторить их он всё равно не сможет, а вот лишние мысли ему в голову вбивать не стоит.

Леонид нацепил кулон на шею и посмотрел на меня в ожидании. Я не сразу сообразил, что сам он войти в тень не может — нет такого навыка и понимания, что нужно делать. Так что я шагнул к нему и, ухватив его за предплечье, переместился на первый слой изнанки.

Я был готов немедленно рвануть обратно, если артефакт не сумеет защитить Орлова от энергии тени. Но нет, всё прошло гладко.

Леонид крутил головой и ёжился от холода. Он сейчас был похож на мальчишку, который дорвался до того, что раньше было для него недосягаемым. И это было правдой — далеко не каждый тёмный маг может посмотреть на изнанку.

— Освоился немного? — спросил я его через несколько минут. — Я хочу проверить, до какого слоя действует защита.

— А это первый? — поинтересовался Леонид, продолжая всматриваться в дрожащий от мороза воздух.

— Именно, — кивнул я и без предупреждения переместил нас на второй слой.

Орлов замер и сделал несколько рваных выдохов. Он вполне сносно держался, но почти не шевелился не то от удивления, не то от неожиданности. Пришлось подождать подольше, чтобы он немного пришёл в себя.

Как только Леонид расслабился и оживлённо закрутил головой, я сделал шаг на третий слой. Все мои мышцы напряглись от готовности рвануть обратно в реальный мир, но обошлось. Орлов открыл рот и попытался втянуть в себя густой морозный воздух.

— Это только кажется, что он плотный, — пояснил я, наблюдая за его действиями. — Здесь он чуть гуще, но дышать можно. А вот на четвёртом и пятом слое без защитного барьера почти невозможно сделать вдох.

— Мы и туда пойдём? — удивился он.

— Посмотрим сначала, как ты тут продержишься, — серьёзно сказал я. — Мне нужно точно знать, с чем столкнётся Юлиана или Виктория, когда наденут этот кулон.

— Ну, тогда пока ждём, я тебе сразу расскажу, что ощущения скверные, — признался Леонид. — Изнанка будто давит со всех сторон. Знаешь, чем-то похоже на то, будто я в пузыре, который постоянно сжимается.

— Это нормально, — я выдохнул от облегчения. — Я тоже ощущаю именно это.

— Разве ты не теневик? — удивлённо воскликнул Орлов. — Мне казалось, что ты по теням гуляешь, как у себя дома.

— Гуляю, но давление ощущаю, — я покачал головой. — Тень — не моя стихия, но она — часть тьмы, поэтому я могу здесь находится. Правда, силы я трачу прилично, чтобы туда-сюда перемещаться.

— Тогда и думать нечего, раз это обычные ощущения для не теневиков, то пошли дальше, — предложил Леонид.

Я согласно кивнул и переместил нас на четвёртый слой. И снова я был готов вытащить своего птенца в реальный мир в ту же секунду. Только вот я не подумал о том, что мой питомец решит сыграть с нами в прятки.

— Папа! — прогудел Таранище, выпрыгнув передо мной и взяв разгон.

А в следующую секунду Леонид, не готовый к такой неожиданной встрече, выпустил перед собой сферу тьмы, целясь в морду Тарана.

Ну а моё чудовище играючи подхватило Орлова на рога и рвануло вместе с ним куда-то на пятый или даже шестой слой.