Трон Печатей

Глава 16

Кай не разрешил мне войти в здание первой, а я не позволила ему отправиться туда одному. Мы сделали этот шаг вместе, жаль только за руки взяться не смогли, ведь мне требовались обе мои Печати.

В конце тёмного библиотечного холла, где пахло плесенью и сыростью, за старым столом библиотекаря сидела светлая фигура, повёрнутая к нам спиной. Я видела лишь белокурую макушку, но сердце уже застучало в горле. Неужели мы настолько ничтожны в глазах Беллиана, что он даже не удосужился повернуться к нам лицом, чтобы избежать удара в спину?..

Однако спустя пару шагов, стул на колёсиках наконец развернулся. Свет с улицы осветил прекрасное и одновременно пугающее лицо Беллиана. Слишком ангельское для того, кто чуть не истребил целый мир. Слишком юное для того, кто прожил так долго. На его губах растянулась широкая улыбка белоснежных зубов, а золотые локоны, достававшие до плеч, чуть растрепались, предавая образу обманчивой лёгкости.

Беллиан неспешно поднялся со стула на ноги, демонстрируя во весь рост свой белоснежный наряд, контрастировавший с обстановкой вокруг, как нечто чистое и безупречное посреди разрухи и хаоса. Белый удлинённый фрак, под ним кремовый жилет и рубашка в тон верху. Даже его обувь была белоснежной несмотря на то, что ступала по хлюпающему от сырости ковролину.

— Мой драгоценный потомок. Принц Ада… Как папа? — ухмыльнулся он.

Кай не стал церемониться и тратить время на пустую болтовню. Он точно знал зачем сюда явился и чем рискует. Резко вытянул вперёд заранее зажжённую Печать, но не успело из ладони вырваться заклинание, как Беллиан щёлкнул пальцами, и мой принц исчез. Просто-напросто испарился!

— Нет! — завопила я. — Где Кай⁈ Что ты с ним сделал⁈

— Хотел поговорить наедине, — Беллиан развёл руки, усыпанные перстнями с крупными камнями. — А он нам только мешал. Не разговорчивый у тебя бойфренд, сразу нападает. Мне такое не по душе.

— Верни его! — потребовала я, так же подняв и нацелив на Беллиана обе Печати. — Сейчас же!

— И ты туда же… — блондин наигранно закатил глаза.

Ну всё! Сам напросился! Мои Печати загорелись ярче, вбирая в себя духовные частицы. Ещё мгновение и я обрушила бы на тирана всю свою мощь, как вдруг Беллиан взмахнул рукой и мои Печати разом потухли как по команде.

— Что за… — и больше не загорались.

— Я же сказал, что просто хочу поговорить с тобой наедине, — Беллиан обошёл ветхий стол и расслабленной походкой направился ко мне.

Сердце теперь стучало не в горле, а во всём теле. Я попятилась назад к выходу, но очень скоро упёрлась в глухую стену: двери позади меня, в которую мы вошли минуту назад, больше не было.

— И что потом? — спросила с плохо скрываемым страхом в голосе.

— Будет видно, — Беллиан остановился на полпути. — Убить вас я всегда успею.

— Значит, Кай ещё жив? — с облегчением вздохнула я.

— Я же сказал — он просто мешал нам. Ты за кого меня принимаешь? — блондин вновь обнажил идеальные белые зубы. — Я не убиваю людей… за такие мелочи.

— Тогда верни его!

— Вы скоро встретитесь, идём.

Беллиан указал на покосившиеся двустворчатые двери со стеклянными вставками. Они вели прямиком в читальный зал, где я ни раз проводила выходные в детстве. В ту пору моими лучшими друзьями были книги и пожилая библиотекарша, звавшая меня деточкой.

— Что там?.. — я и с места не сдвинулась.

— То, что ты любишь, — туманно ответил тиран. — Тебе лучше поспешить.

Не дожидаясь меня, он направился к дверям. Толкнул их, первым войдя внутрь. Во мне прибавилось уверенности, и я сделала несколько осторожных шагов вперёд. Затем ещё и ещё, пока не нагнала Беллиана.

— Почему ты не в Академии, дорогая? — как ни в чём не бывало поинтересовался он. — Учёба важна. Что я за дедушка такой, если не уследил за твоей успеваемостью?

Я не удостоила его наигранную заботу ответом, вместо этого начав озираться по сторонам. С виду здесь всё было по-старому, только опустело. Не осталось ни столов, ни книжных полок. Не было больше древних компьютеров, бордовых штор и горшков с комнатными растениями. Обычное заброшенное помещение, с виду без ловушек.

— Где Кай? — ещё раз спросила я, надеясь увидеть его здесь.

— Он не член нашей семьи, зачем он тебе? — голос Беллиана звучал мягко, но в зелёных глазах читалась насмешка. Плевал он на семью. Плевал на меня.

— Где. Кай. — повторила с нажимом и паузой.

Беллиан не ответил, медленно зашагав дальше вглубь читального зала. Мои Печати так и не горели, а терпение подобралось с своему пределу. Долго не думая, я сделала то, чего никак от себя не ожидала: с размаха разбила стеклянную вставку в одной из створок покосившейся двери. Осколки стекла посыпались на пол, а ещё спустя мгновения один из них очутился у меня в руке, сдавленный пальцами до крови.

Беллиан лишь успел обернуться, когда осколок оказался у его шеи. Шок на его лице отразился музыкой в моей душе. Надоело видеть эту физиономию такой довольной и расслабленной!

— Ты правда это сделаешь?.. Убьёшь своего родича? — он широко расставил руки в стороны, а от дурацкой ухмылки не осталось и следа. — Ты смогла меня удивить. Удиви же снова!

И я почти решилась, плотнее надавив ему на горло. Но что-то на задворках сознания меня остановило. Это ловушка, подсказало чутьё. Беллиан слишком цепляется за жизнь, топча землю намного дольше положенного. Он истощил ради бессмертия целый мир! Это могло означать лишь одно: он не уязвим для подобных атак. Или, что ещё хуже, совсем не уязвим.

— Что ж, я разочарован, — хмыкнул он, опуская руки. Я же всё ещё держала осколок у его горла, так и не решившись нанести удар. — Давай я тебе кое-что покажу.

Он снова щёлкнул пальцами, как обстановка вокруг тотчас сменилась. Вместо отсутствующих лампочек по стенам побежали зелёные огни, а окна исчезли. Все стены стали глухими и как будто из металла. Осколок стекла в моей руке рассыпался в пыль, разлетевшись по воздуху. Больше мне нечем было угрожать Беллиану. Я убрала руку от его шеи и сделала два шага назад. Двустворчатой двери позади тоже не оказалось. Лишившись последнего преимущества, сердце вновь заколотилось как бешеное.

— Давно виделась или хотя бы говорила с родителями? — вдруг спросил он.

Эти два слова, вылетевшие из его уст, настораживали сами по себе. Только бы Беллиан их не тронул! Если он что-то им сделал… если… Я сглотнула ком, образовавшийся в горле. Что я могла против него? Он избавился от Кая одним щелчком пальцем и погасил мои Печати взмахом руки.

— И друзей зря оставила в той пещере… — продолжал он, лишая меня кислорода.

У меня не хватило сил подать голос. Я продолжала тупо таращиться на него в ожидании следующих слов. Но вместо них тиран поднял обе руки, направляя к высокому потолку Печати. Железные пластины тотчас разъехались в разные стороны и вниз опустилась огромная птичья клетка.

— Мама! — прокричала я, глядя на пленников внутри. — Папа!

Попыталась броситься к ним, но отсыревший ковролин под ногами превратился в вязкий клей, не позволивший сделать и шагу дальше. Тогда я вытащила ногу из ботинка, но тут же повторно увязла в трясине. Споткнулась и упала, оказавшись плашмя приклеенной к полу.

— Отпусти их, умоляю!

Вместо ответа из потолка спустилась ещё одна клетка. В ней находились все те, кто отправился с нами на безрассудную миссию в Средний мир. Все те, кого меньше часа назад мы оставили в той проклятой пещере, решив, что так им будет безопаснее.

— Они тут не при чём! — только и смогла выдавить из себя, стремительно теряя надежду.

Но окончательно её не стало, когда выехала третья клетка…

— А вот и твой парень! — весело воскликнул Беллиан. — Я же говорил, что вы скоро встретитесь.

— Кай… — прошептала я, всё ещё делая слабые попытки высвободиться из крысиной ловушки. Обычно трясина засасывает, меня же намертво приклеило к полу. — Чего ты хочешь⁈

Беллиан посмотрел на меня, затем на клетки позади себя, потом снова на меня.

— Давай сыграем в убийственно занимательную игру, — внезапно предложил он.

— Что я должна сделать, чтобы ты их всех освободил? — мой голос надломился. Возможно, не только он. Я ощутила вкус поражения на языке.

Беллиан поднял перед собой указательный палец и помотал им в разные стороны, щёлкая языком.

— Не угадала, малышка, — притворно ласково заговорил он. — Ты можешь выбрать одну группу пленников из трёх, которая спасётся. Можешь исходить из любых параметров. Выбрать тех, кто дороже или тех, кого больше. Численность или привязанность?..

— Я не стану этого делать!

— Тогда умрут все. Выбор за тобой.

Я приподняла голову. Она осталась единственной частью моего тела, которой я ещё могла шевелить. Посмотрела на подвешенные клетки: в первой находились оба моих родителя. Мама плакала, пока отец её обнимал, пытаясь успокоить. Пятеро моих друзей во второй безрезультатно пытались зажечь свои Печати, Крис и вовсе колотила ногами стальные прутья, выкрикивая разного рода ругательства. В третьей сидел Кай с закрытыми глазами. Похоже, без сознания. Я больше не чувствовала стука сердца, лишь слышала громкий звон в ушах, поглотивший все остальные звуки.

Мои Печати не горели, но я всё равно решила попытаться проверить обстановку на правдивость. Академия Печатей, да и сам Беллиан в прошлом приучили меня, что все в Верхнем мире злоупотребляют иллюзиями. К тому же я отказывалась верить, что мне предстоит выбор, от которого стынет кровь в жилах, а к горлу подступает тошнота. Пусть всё это окажется очередной глупой шуткой тирана! Только бы это была иллюзия…

— Пытаешься понять, не иллюзия ли это?.. — ухмыльнулся Беллиан. — Вот же он я перед тобой! Разве иллюзия могла бы лишить тебя Печатей или одолеть твоего несравненного принца? Он сильный противник… но не для меня.

Я промолчала, так и не поняв, удалось ли мне воспользоваться хоть крупицей моей силы. Но в одном Беллиан прав — я никогда не слышала, чтобы иллюзия была настолько сильна. И уж тем более для Кая, который с лёгкостью распознал бы её, а затем развеял. Он не мог проиграть столь простому фокусу, в котором сам преуспел. Принц славился иллюзиями и ни раз демонстрировал отточенные умения.

— Думай быстрее. За долгую жизнь я научился ждать, но это не значит, что стану.

— Я… — в горле пересохло. — Я не стану делать выбор.

Что-то внутри меня бесповоротно сломалось от боли и страха, но я не могла поступить иначе. Не могла предать тех, кто находился в этих клетках. Я не мой мрачный принц. Не умею принимать тяжёлые решения и распоряжаться чужими жизнями, словно фигурками на шахматной доске. Ведь это живые люди! Дорогие и близкие мне люди, которых я обязана защищать, но вместо этого всех их подвела…

— Убей меня! — взмолилась я. — Я угроза, а не они!

— Слабачка, — фыркнул Беллиан, после чего лёгким движением провернул поднятое вверх запястье с зажжённой Печатью.

По всем трём клеткам одновременно ударило разрядами тока, вырвавшимися из его ладони и прошедшими по стальным корпусам цепочками голубоватых вспышек.

— Не-ет! — закричала я, наблюдая, как все мои друзья и близкие корчатся в конвульсиях.

Звук и заполнивший помещение запах невозможно передать словами. Их сердца больше не бились, чего я желала и самой себе, чтобы избавиться от нахлынувшей волны боли. Клетки опустились на пол, а вместе с ними и моё лицо, упавшее в трясину. Мне больше незачем бороться.

— Не хочешь с ними попрощаться? — тихо поинтересовался Беллиан.

Я расслышала, как за его спиной все разом отворились стальные дверцы.

— Покончи со мной, не тяни… — пробубнила в клейкий ковролин, поглотивший весь мой голос.

— Я даю тебе возможность проститься с теми, кто пострадал из-за твоей слабости. Ты можешь встать.

И тут я почувствовала, что больше не приклеена к полу. Теперь меня держало лишь собственное отчаяние. Кое-как найдя в себе силы, я поднялась на четвереньки и проползла мимо белоснежной обуви Беллиана, замерев у клетки Кая.

— Выбор сделать проще, когда его уже совершили за тебя… — заявил тиран, наблюдая у какого из тел я остановилась.

Я хотела обнять их всех, накрыть собой и защитить от его бездушных глаз, но не могла разорваться на три части. Мама и папа, простите меня, если сможете… Во мне не осталось сил не на месть, не даже на ответ ему.

— Однако можно было сделать выбор с самого начала и спасти хоть сколько-то жизней, — продолжал он. — Но ты слишком слаба, чтобы принести кого-то в жертву.

Я молча плакала, касаясь безжизненной руки Кая. Беллиан сломал меня, даже ни разу не атаковав. Как же я была наивна, решив, что двойная Печать убережёт меня от всех невзгод. Что она самое грозное оружие во всех трёх мирах. Отнюдь. Жестокость — величайшее оружие всех времён.

Я не рыдала. Не было ни крика, ни громких всхлипываний, лишь горькие слёзы лились ручьём. Обычно, когда плохо, из меня так и рвутся эмоции. Но сейчас, когда всё по-настоящему ужасно, я буквально окаменела, пожираемая изнутри болью и не способная выпустить её наружу: слишком уж она велика. Настолько, что случившееся казалось выдумкой. Сном. Дурным кошмаром, коих я давно не видела, засыпая в объятьях любимого мужчины. Теперь его нет, как нет моих чудесных добрых родителей и отважных друзей, напрасно поверивших в меня. В какой-то момент я просто рухнула на грудь Кая всё также безмолвно и не моргая, мечтая лишь о том, чтобы самой оказаться на его месте. Или же рядом с ним…

— Предсказание сбылось, моя дорогая, — голос Беллиан стал тише. — Это произошло бы в любом случае, ведь ты не отступилась.

— Верни их и я отступлюсь… — слабо вымолвила я, практически не соображая. Слёзы продолжали течь, намочив футболку на бездыханной груди Кая.

— Мёртвых не воротишь, — Беллиан подошёл ближе. — Можно достигнуть бессмертия, но попав на ту сторону — обратной дороги нет.

Он встал совсем рядом. Краем глаза я видела его белую обувь. Хотелось одновременно вцепиться в неё зубами, раздирая до крови, и начать целовать, попутно умоляя найти способ вернуть мне любимых.

— Однако… — опять заговорил он. — Ты всё ещё можешь с ними встретиться.

Беллиан наклонился, заставляя меня навалиться на Кая всем телом, будто бы он мог ещё что-то сделать моему принцу… Изящная рука в перстнях потянулась ко мне, а с губ слетели слова, произнесённые бархатным голосом:

— Ты можешь снова быть со всеми ними в следующей жизни… — он протянул мне тот же самый осколок стекла, что я недавно держала у его горла и который рассыпался в прах. — Всего пара точных движений избавит тебя от страданий.

Я не шелохнулась. Тогда Беллиан сам вложил мне в руку осколок, нежно сомкнув на нём мои дрожащие пальцы.

— Он тебя ждёт. Все они.

Я ненавидела его всей душой, но и сопротивляться не находилось сил. Всех, ради кого я боролась, не стало. Возможно, Беллиан прав. Может, в следующей жизни мы вновь встретимся, и наша борьба продолжится? Однако в этой я уже проиграла…

Я поднялась над грудью Кая и крепко сдавила осколок в руке, но боли не почувствовала. Она лишь капля в океане тех чувств, что одолевали мной в этот момент. Вновь захотелось исчезнуть, раствориться в пустоте. Я закрыла глаза, но вместо бездны увидела ветхую библиотеку с разбитыми в дверях стёклами и сильным запахом сырости, исходившим отовсюду. Но, главное, всего на мгновение в моём сознании промелькнули вишнёвые омуты. Они меня отрезвили.

— Не дождёшься! — резко воскликнула я, распахнув глаза.

Теперь передо мной стоял уже не Беллиан, а уродливый старик с паучьим клешнями и облезающей гнойной кожей. Из его пасти текла чёрная жижа, окрасившая редкие зубы и подбородок. Я даже не испугалась, ведь произошедшее здесь было куда страшнее любого чудища.

— Это всё ложь… — слабо пробубнила я, поднимаясь на ноги. Осколок я оставила при себе для обороны. — Но как… как тебе это удалось? Ты почти сломил меня!

— Думаешь, что всё знаешь?.. Очнись, девочка. Решила, что раскусила меня, как бы не так! Ты в ловушке и умрёшь вслед за всеми своими друзьями, я лишь предлагал тебе лёгкий выход. Ты всего лишь жалкая полукровка, но я рядом. Я помогу, только очнись.

— Что ты несёшь?..

— Посмотри на меня!

— Я и так на тебя смотрю…

— Посмотри!

Я попятилась назад. Ожидала чего угодно, но только не бессвязной болтовни. Беллиан в обличии монстра бросился за мной.

— Очнись и пойми же, что ты натворила! — он схватил меня липкими клешнями за плечи. Из его пасти разило смертью и разложением. — Все погибли из-за тебя!

— Не верю! — поморщилась я, с трудом не отвернувшись от смрада.

— А зря, моя леди!

Моя леди?.. Что⁈