Упавшая звезда

Глава 14

Некоторое время мы оба молчали. Единственным звуком, нарушавшим тишину, было тиканье часов. Алекс все еще держал меня за руку, его теплая кожа излучала статическое электричество. Он так и не ответил на мой вопрос, откуда я могу знать эту женщину. Но думаю, почувствовал, что я обо всем догадалась по моему внезапному молчанию.

— Джемма, ты в порядке? — наконец спросил он.

Я медленно кивнула.

— Ты знаешь кто она, да?

Я снова медленно кивнула.

— Тогда ты понимаешь, что это означает?

Я сжала губы. Да, я поняла, что это значит. Очень, очень четко поняла. Он сказал, что последние восемнадцать лет я хранила в себе энергию упавшей звезды. Какой-то долбаный осколок солнца из солнечной системы. И как бы безумно это ни звучало, в этом был смысл. Я никогда не была нормальной. Я была опустошена и эмоционально оцепенела, пока не почувствовала невидимый укол, и мои эмоции не выплеснулись наружу. Добавьте к этому фиолетовый цвет моих глаз и мою способность чувствовать или вызывать электрический ток, просто находясь рядом с кем-то… Я действительно была чудачкой. Буквально. Вероятно, меня даже не считали человеком.

— Так кто же я? — Потрясенно произнесла я.

— Кто ты? — Он нахмурился. — Хм? О чем ты говоришь?

— Ну, я же, наверное, не могу быть человеком? — Я поперхнулась словами. — Так кто же я?

— Ты человек, — заверил он меня. — Просто человек, в котором кипит огромная сила.

Я прямо сейчас чувствовала, как во мне бурлит эта сила, и казалось, что меня вот-вот стошнит. Я попыталась высвободить свою руку, но он вцепился в нее.

— Послушай, — начал он очень сдержанным, но в то же время решительным тоном. — Я знаю, все это звучит безумно. Понимаю, ты, наверное, сейчас в шоке, но я должен сказать тебе еще кое-что.

— Это еще не все?! — Воскликнула я. Несколько часов назад я ничего так не хотела, как услышать правду. Но теперь, после того как я узнала, часть меня пожалела, что нет кнопки перемотки, чтобы я могла вернуться в прошлое, и не слышать этого.

Он медленно кивнул.

— И думаю, мне, вероятно, следует предупредить тебя, что все так же плохо, если не хуже, чем я тебе уже говорил.

Мои руки дрожали, я чувствовала, что задыхаюсь. Что может быть хуже, чем услышать, что я обладаю силой звезды, которая, возможно, спасет мир от смертоносного апокалиптического портала? Я вырвала свою руку из его и уронила голову на ладони.

— Это все слишком сложно для понимания. Я не уверена, что смогу выдержать еще.

— Ладно, если хочешь, чтобы я остановился...

Я вскинула голову.

— Нет. — Я выпрямилась. Собиралась с духом.

— Мне нужно дослушать до конца, иначе это сведет меня с ума.

Он вздохнул. Думаю, он, скорее всего, надеялся, что я попрошу его остановиться, но, хорошо это или плохо, мне нужно было это услышать. Я уже слишком много узнала, чтобы останавливаться на полпути. Все изменилось. Теперь ничего не будет просто. Но взглянем правде в глаза, разве мне что-либо давалось просто?

Он выглядел недовольным, но продолжил.

— Что ж, нам повезло, потому что Демитриус так и не узнал, где находится источник силы звезды. Однако через несколько месяцев после твоего рождения Провидец сообщил Стефану другое пророчество о звезде. В пророчестве говорилось, что если не контролировать её эмоции, то сила звезды ослабнет и, в конечном счете, исчезнет совсем, что сделает бесполезными попытки остановить открытие портала. — Он снова положил руку поверх моей, что показалось мне немного странным. Казалось, он действительно был полон решимости прикоснуться ко мне. — Итак, чтобы этого не случилось, и Демитриус никогда не узнал, Стефан принял решение, что ты уедешь и будешь жить с Марко и Софией в реальном мире.

— Сколько мне было лет, когда я стала жить с ними? — спросила я.

— Тебе исполнился год, когда ты переехала жить к Марко и Софии, — ответил он ровным тоном, который озадачил меня. Я почувствовала, как вспотела его ладонь на моей руке, и мне пришлось признать, что это было довольно неприятно. — И у них был строгий приказ следить за тем, чтобы ты оставалась безэмоциональной.

Некоторое время я ничего не говорила. На меня снизошло какое-то жуткое спокойствие или что-то в этом роде. Или, может быть, мне следовало бы сказать «безэмоциональное» спокойствие. В тот момент я поняла, что все мои сомнения в том, что Алекс говорит правду, исчезли. Как я могла отрицать это, когда он знал о моей безэмоциональности? Проблема, с которой я столкнулась, заключалась в том, что меня сделали такой.

Намеренно.

— Джемма, — произнес он.

— Как? — Спросила я безжизненным тоном. Тем же безжизненным тоном, который я использовала большую часть последних восемнадцати лет своей жизни. Пока не почувствовала покалывание.

Он в замешательстве склонил голову набок.

— Как что?

— Как они это сделали? — Я попыталась высвободить свою руку из его, но он не отпускал. — Как им удалось сделать меня безэмоциональной.

Он опустил взгляд в пол и пожал плечами.

— Я не знаю. Наверное, просто оградили тебя от любого эмоционального контакта. Если кто-то не узнает, что такое счастье, печаль или любовь, то как он сможет это почувствовать?

Неспособность смотреть в глаза — первый признак того, что кто-то лжет, так ведь?

— Ты лжешь, — обвинила я его.

— Нет, это не так, — произнес он, все еще не отрывая взгляда от пола.

— Да, это так, — настаивала я. — Ты даже смотреть на меня не можешь.

Он покачал головой и посмотрел на меня со снисходительным выражением на лице.

— Ну вот. Теперь ты счастлива?

Мое притупленное спокойствие внезапно испарилось, и волна паники и гнева захлестнула меня. Я дергала, дергала и снова дергала, пытаясь вырвать руку из его хватки. Отчаянно желая убраться отсюда к чертовой матери. Совсем не понимая, куда пойду, но как я могла остаться здесь после всего, что он мне рассказал? Все, чего мне хотелось — это сбежать и спрятаться, свернуться в крошечный комочек и плакать, пока не высохнут глаза. Поэтому я сделала единственное, что смогла придумать, чтобы заставить его отпустить меня. Видите ли, за последние несколько недель я узнала, что Алексу нравилось контролировать ситуацию. Поэтому все, что мне нужно было сделать — заставить его думать, что он теряет контроль. Я знала лишь одну вещь, способную помочь мне в этом.

Ложь.

— Но я была способна чувствовать, — сказала я ему.

— Да, — отозвался он, ничуть не удивившись. — Марко и София заметили в тебе перемены за последние несколько месяцев. Это одна из причин, по которой мы с Эйслин поступили в школу. Мы пытались выяснить, что же произошло, что вызвало такие перемены. И мы должны были не спускать с тебя глаз.

Так вот почему они появились в моей школе. Я покачала головой. Не стоит зацикливаться на этом, иначе я отвлекусь от плана своего побега.

— Я не это имела в виду. Мои чувства появились гораздо раньше, чем несколько месяцев назад. Некоторое время назад я нашла в одной из тумбочек Софии листок бумаги, на котором был список дат. — Я уловила намек на понимание, промелькнувший на его лице, и поняла, что он догадался, о каком листке я говорю. — После долгих поисков я, наконец, поняла, что это значит. — Теперь я оказалась в затруднительном положении, потому что не была уверена, имеет ли список дат какое-либо отношение ко всему этому. Это было всего лишь мое предположение, но я следовала ему. — После этого вся эта штука со способностью чувствовать стала мне абсолютно ясна.

Я искала признаки того, что он купился на мою ложь. Сначала он выглядел совершенно растерянным. Затем выражение его лица сменилось гневом. Пару мгновений спустя на его лице отразилось беспокойство. Я почувствовала, что он ослабил хватку на моей руке, и воспользовалась возможностью. Я дернула руку так сильно, как только могла. Это сработало. Его рука соскользнула с моей, и я в мгновение ока вскочила на ноги и бросилась к двери, не обращая внимания на боль в боку.

— На твоем месте я бы этого не делал, — крикнул Алекс.

Не обращая на него внимания, я ринулась к двери.

— Жнецы найдут тебя, — произнес он. Я слышала, как он приближается ко мне, его шаги лениво шаркали по деревянному полу, как будто он был уверен, что я не убегу. — Теперь, когда они почуяли в тебе силу звезды, они всегда будут искать тебя.

Все, что мне нужно было сделать, это уйти. Сбежать. Найти входную дверь и вырваться на свободу. Но мой страх заставил меня сомневаться. Что, если он говорит правду? Что, если они действительно найдут меня, и я останусь совсем одна? Что со мной будет? Стоит ли ради этого рисковать?

Я повернулась к нему лицом, моя рука все еще лежала на дверной ручке.

— Почему ты так уверен, что они почувствовали во мне силу звезд?

— О, поверь мне, они знают. — Он остановился передо мной. — После того, что произошло в автобусе, они не могут не знать.

Я оказалась в ловушке. Либо сбежать, рискуя быть убитой кучей монстров, вызывающих переохлаждение, либо остаться здесь с Алексом, лжецом, из-за которого большую часть своей жизни я страдала, превратившись в ходячий бесчувственный труп.

Я оставалась неподвижной, даже когда он положил свою руку поверх моей.

— Убегать было бы очень глупо, — тихо произнес он. — Никогда больше не пытайся этого делать. — Я нахмурилась, когда он убрал мою руку с дверной ручки. — Ты солгала, не так ли? Насчет того, что к тебе вернулись чувства гораздо раньше, чем мы узнали? — спросил он.

Я бесстрастно уставилась на него.

— Я знаю, что ты врешь, — сказал он. — Если бы это было правдой, Марко и София поняли бы.

— Ты так уверен? — Я вырвала свою руку из его хватки. — Потому что она, похоже, не заметила, что я украла список дат из ее тумбочки.

Мы, молча, уставились друг на друга. Я не была уверена, чему верить. И у меня было ощущение, что он чувствует то же самое, чего я и добивалась. Я хотела, чтобы он чувствовал себя таким же потерянным и сбитым с толку, как и я.

— Что ж, поскольку разговор зашел в тупик, я, пожалуй, пойду и позвоню Стефану, — внезапно объявил он.

Я скрестила руки на груди.

— Отлично. Делай, что хочешь.

— Я и собирался, — он прошел мимо меня и махнул рукой, приглашая следовать за ним.

Несмотря на то, что я очень-очень не хотела этого делать, я пошла за ним.