Упавшая звезда

Глава 24

— Разве нам не следует спрятаться? — спросила я Лайлена.

Обнаружив толпу Жнецов, марширующих через пустыню к дому, Лайлен схватил меня за руку и побежал по коридору обратно в комнату, откуда недавно переместились Алекс и Эйслин. Затем он начал сбрасывать книги с полок. Какова была цель этого, я не могла понять. Возможно, у него на мгновение помутился рассудок — слишком сильный стресс или что-то в этом роде. Я не знаю.

Но я точно знала, что запаниковала.

— Лайлен! — Закричала я, перекрывая грохот книг, падающих на пол. — Что ты делаешь?! — Прямо в меня полетела книга, и мне пришлось увернуться в сторону, чтобы она не попала мне в лицо.

— Где-то здесь есть ключ... — Он заглянул в книгу и бросил ее на пол. — От люка прямо под этим ковриком. — Он кивнул на черно-красный клетчатый коврик на полу. — Мы можем спрятать тебя там, пока...

Он перекинул книгу через плечо, и она приземлилась на пол прямо у моих ног.

— Пока, что? — С тревогой спросила я. Боже, он что, уже закончил предложение? Толпы Жнецов направлялись прямо к нам, сгорая от желания убить меня.

Он взял с полки старую книгу в кожаном переплете и раскрыл ее.

— Пока я не смогу увести их отсюда... избавив тебя от опас... — Его голубые глаза загорелись, когда он вытащил маленький серебряный предмет из-под обложки. Он уронил книгу на пол и поспешил ко мне.

— Вот он. — Он поднял серебряный предмет, который, как, оказалось, был ключом.

— От чего он? — Спросила я, и мой голос зазвучал высоким, пронзительным стаккато, который, казалось, появлялся всякий раз, как только я оказывалась в стрессовой ситуации. Я бросила быстрый взгляд на окно, гадая, насколько близко были Жнецы, но ничего не смогла разглядеть из-за занавесок.

— Лайлен, я, правда, думаю...

— Секундочку. — Он подошел к ковру и перевернул его. В деревянном полу был вырезан небольшой квадрат с отверстием для ключа и углублением для ручки. Он походил на один из тех люков, которые в старину использовались на сценах. Лайлен опустился на колени и вставил ключ в замочную скважину. Щелчок, и затем он поднял люк.

— Скорее залезай внутрь.

Он что, издевался надо мной? Я уставилась на таинственную темную дыру, мои ноги приросли к полу.

— Что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Полезай внутрь и спрячься.

Я украдкой оглянулась на занавеску, закрывавшую окно. Воздух с каждой секундой становился все холоднее. Мои руки и ноги покрылись гусиной кожей. Они, должно быть, были уже близко.

— Джемма. — Звук сердитого голоса Лайлена отвлек мое внимание от окна и вернул к нему.

— Но, что ты собираешься делать? — спросила я.

Он бросил на меня грозный взгляд, и я все поняла. Он собирался остаться здесь и сражаться, пока я буду прятаться, как трусиха. У меня внутри все сжалось от чувства вины, как тогда, в Черной темнице, когда мы с Алексом убежали и оставили Эйслин и Лайлена одних.

Я начала было спорить.

— Но я...

Он оборвал меня.

— Послушай, я знаю, это тяжело — всегда быть тем, кому приходится скрываться. Но так и должно быть. Ты не можешь изменить себя, как бы сильно этого ни хотела. Поверь мне.

— Это неправильно. — Отозвалась я.

Не обращая внимания на мои слова, он протянул мне ключ.

— Этот ключ также запирает дверь изнутри. Обязательно запри её, когда войдешь.

Нахмурившись, я выхватила у него ключ, протопала к люку и села на пол, свесив ноги в отверстие.

— И всё же я не думаю, что это правильно, — сказала я, опускаясь в отверстие.

Внутри было темно, и потолок касался моей макушки. Если бы я страдала клаустрофобией, у меня были бы неприятности.

К счастью, это было не так.

Я посмотрела на Лайлена, и он наклонился. В его руке был нож с золотой ручкой и серебряным лезвием.

— Если что-то случится, — произнес он, — возьми это и направь им прямо в сердце. Это поможет ослабить их настолько, что у тебя появится шанс сбежать.

Я неохотно взяла нож, чувствуя, как холодит кожу его рукоять.

— И куда именно я должна бежать?

— К машине. Ключ в замке зажигания. Постарайся найти дорогу обратно к Адессе. Она сможет тебе помочь, по крайней мере, до тех пор, пока кто-нибудь не приедет.

Да, шансов на то, что это случится, было немного, учитывая, что, когда мы ехали в Вегас, было темно, и я очень плохо ориентировалась на местности.

Громкий глухой удар. Он прозвучал близко — возможно, даже внутри дома.

— Не выходи, пока не убедишься, что это безопасно, — прошептал он, прежде чем захлопнуть дверцу люка.

Темнота душила меня. Я протянула руку и пошарила вокруг, пока не нашла замок. Мне потребовалась минута, чтобы вставить ключ в замочную скважину, но я справилась. Над собой я услышала сильный стук. Холод сковал воздух и кусал мою кожу. Я тряслась и поеживалась, и все мои чувства были обострены до предела. Я не могла предвидеть хорошего исхода этой ситуации — Лайлен там, наверху, один, пытается сразиться неизвестно со сколькими Жнецами без Меча Бессмертия, в то время как я прячусь здесь, замерзая насмерть. Даже если Жнецы меня не убьют, холод, вероятно, точно добьет.

Ладно, я не знаю, приходилось ли вам когда-нибудь раньше прятаться в потайном проходе, но позвольте мне просто сказать тем из вас, кто этого не делал, что вам повезло. При абсолютном отсутствии света и возможности что-либо разглядеть над собой, я понятия не имела, что, черт возьми, происходит. Было много шума и возни, и все, что я могла сделать, это оставаться в укрытии, скрестив пальцы, надеясь, что каким-то чудом Лайлен внезапно распахнет дверь и скажет, что я могу подняться.

Но, конечно, такое никогда не случится.

Звуки действительно начали стихать, что заставило меня задуматься о возвращении наверх. Я имею в виду, какой у меня был другой выход? Я не могла просто прятаться здесь вечно. Лайлен сказал подождать, пока не станет безопасно. Тишина должна означать безопасность, верно? Да, возможно, с большой натяжкой это можно считать безопасностью, но я приняла эту отговорку.

Я судорожно вздохнула, пытаясь успокоить нервы. Моя рука задрожала, когда я ощупала все вокруг и наткнулась на замок, металл холодил кончики пальцев. Это не очень хороший знак. Я вставила ключ в замочную скважину и отперла дверцу. Хорошо, ты можешь это сделать. Выдохнула и толкнула дверь. Она не поддалась. Я попробовала еще раз. Ничего. Что-то лежало на ней. Надеюсь, это был ковер. Сунув нож в задний карман юбки, я обеими руками изо всех сил толкнула дверцу, кряхтя и чертыхаясь, пока она, наконец, не распахнулась, с громким стуком упав на пол, что было совсем не лучшим началом.

У меня скрутило живот, и я почувствовала, что яйца, которые я съела ранее, вот-вот начнут подниматься обратно. Подождав секунду, прислушиваясь к каким-нибудь предупреждающим звукам, но вокруг стояла пугающая тишина. Хороший это знак или плохой, я не была уверена. Но был только один способ выяснить это. Трясущимися руками я выбралась из прохода и поднялась на ноги. Я быстро осмотрела комнату. Окно было разбито, и внутрь просачивался яркий солнечный свет. Книги были разбросаны по полу, но это сделал Лайлен. Самым страшным были свисающие с потолка сосульки, длинные, заостренные и колючие.

Жнецы должны были быть где-то рядом.

Мне нужно было придумать план. И побыстрее. Я знала, что должна была сделать — побежать к машине и поехать к Адессе. Но мысль о том, что я оставлю Лайлена одного, грызла меня изнутри. Так что, вместо этого я совершила настоящую глупость. Я направилась к двери, чтобы найти Лайлена.

Я достала нож из заднего кармана и приоткрыла дверь. Выглянув в коридор, я увидела, как мое дыхание облачком поднимается передо мной.

Ещё один плохой знак.

Я приоткрыла дверь и оглядела коридор. Там никого не было. Я открыла дверь до конца и шагнула наружу.

Пол был покрыт льдом, что придавало ему эффект катка. Как вы все знаете, у меня отличная координация движений, поэтому мне пришлось опереться рукой о стену, пока я медленно кралась по коридору в заднюю часть дома, мои ноги скользили при каждом шаге. Я проделала примерно половину пути, когда до меня дошло, насколько глупой была эта идея. Почему, спросите вы, это была глупая идея? Ну, поскольку в конце коридора внезапно появился Жнец, а при том темпе, с которым я двигалась, мне потребовалось бы чертовски много времени, чтобы добраться куда-либо.

Я развернулся так быстро, как только позволили мне мои ноги. На долю секунды я потеряла равновесие и чуть не врезалась в него лицом. Почти, но не совсем. Держась рукой за стену, я заскользила по ледяному полу, пробираясь обратно по коридору.

Входная дверь была не так уж далеко, но когда я обернулась, чтобы проверить, как там Жнец, он без всяких усилий устремился ко мне, и я поняла, что шансов на то, что я доберусь до входной двери, было ничтожно мало. В панике я приняла поспешное решение вернуться в комнату, из которой только что вышла. Я захлопнула за собой дверь и заперла ее, прекрасно понимая, что замок вряд ли поможет остановить чудовище. Все, на что я могла надеяться, что это замедлит его настолько, что я смогу выбраться из окна и добраться до гаража.

Но я успела пройти только половину комнаты, как дверь с грохотом распахнулась. Я бросилась бежать так быстро, как только могла. Я добралась до окна и начала вылезать, но тут услышала, как подо мной раздался треск. Я знала, откуда этот звук. Лед. И он выползал из-под меня и прокладывал себе путь к окну. Мне пришлось отпрыгнуть назад, иначе я бы сама примерзла ко льду.

Через несколько секунд окно было полностью закрыто толстой ледяной стеной. Я попыталась отколоть лед ножом, но это было бесполезно. Стена была слишком толстой. Я оказалась в ловушке.

Холодок пробежал у меня по спине, и я медленно обернулась. Жнец зловеще возвышался передо мной. У меня перехватило дыхание, едва я посмотрела своей смерти в глаза — в желтые, бездушные глаза, в которых горела жажда убийства.

Приближалась моя смерть.

Нет. Я не могла сдаться. Не тогда, когда судьба мира была в моих руках. Или, лучше сказать, внутри меня. Я должна была спасти себя, чтобы спасти мир.

Я почувствовала, как холодная рукоятка ножа уперлась в мою ладонь, и без малейшего колебания взмахнула им вперед, целясь лезвием прямо в сердце Жнеца, как и советовал мне Лайлен. Теперь я не собираюсь лгать и говорить, что я ни капельки не удивилась, когда нож действительно вонзился в грудь монстра.

Жнец издал душераздирающий вопль, и его глаза вспыхнули под черным плащом, прежде чем превратиться в черные дыры

Я сделала это. Я, черт возьми, совершила невозможное. Я смогла уложить одного из них.

По крайней мере, мне так показалось.

Мгновением позже я усвоила очень важный урок. Никогда ничего не предполагай заранее, потому что в тот же миг Жнец бросился на меня, выпустив струю ледяного воздуха, которая ударила мне прямо в грудь. Из меня словно высосали весь кислород до последней унции. Пытаясь отдышаться, я рухнула на пол, мое тело парализовало от холода и страха. Чувствуя головокружение и не в силах пошевелиться, я ждала, что он нападет снова, на этот раз, прикончив меня.

Монстр, шатаясь, направился ко мне, покачиваясь, как пьяный, наклоняясь назад, затем вперед, прежде чем, наконец, полностью потерять равновесие и рухнуть на пол, приземлившись всего в нескольких дюймах от меня.

Я захрипела. Оно было мертво? Убила ли я его? Нет, не надо ничего предполагать. Лайлен сказал, что ударив ножом Жнеца, я только замедлю его действия. Мне нужно было оторвать задницу от пола и бежать к машине, пока я еще могла. Проблема была в том, что мои ноги и руки не слушались меня. Они не двигались с места. Чем, черт возьми, эта штука на меня подышала? Это было причиной того, что меня парализовало? Или я просто замерзла до смерти от холода?

Мне была нужна помощь.

Я открыла рот, чтобы закричать, но из горла вырвался только хрип. Я снова попыталась подняться на ноги, но это было бесполезно. Силы оставили меня окончательно. Я была такой сонной.

Мои веки закрылись.

— Это не входило в наш план, — прорычал мужской голос. — Мы должны были держать ее подальше от человечества. Таков был уговор.

Что за… Я резко открыла глаза. Я была уже не у Лайлена, а свернулась калачиком за стулом в незнакомой темной комнате. Стены были высечены из камня, а подо мной лежал персидский ковер. Меня охватил страх. Меня снова засосало в видение, как и во время инцидента с телескопом. И, как и в случае с телескопом, я не прикасалась к шару Провидца, что заставило меня задуматься, могу ли я обладать способностью вызывать видения без него.

Я медленно села и напрягла слух, чтобы расслышать голоса по другую сторону стула.

— Я понимаю, в чем заключается план, Деметрий. — Это был другой мужской голос, не тот, который я слышала в первый раз, глубокий и низкий. Это был голос, который я почти узнала. — Но ты должен понимать, что есть препятствия, которые мне приходится преодолевать. Некоторые Хранители начинают относиться ко мне с подозрением.

А? Деметрий? Хранители? Судя по тому, что сказал мне Алекс, эти двое были настоящими врагами друг другу. Деметрий был тем, кто хотел моей смерти, и тем, кто контролировал Жнецов. Так почему же кто-то, будучи Хранителем, разговаривал с ним?

— Да, Хранители, — ответил первый мужчина, который, как я теперь знала, был Деметрием. — Так что же ты такого сделал, что они стали подозревать тебя, мой дорогой друг?

— Ну, похоже, что мать девочки исчезла, — отозвался другой мужчина, который, как я предположила, был Хранителем. — И были некоторые предположения, что я, возможно, имею какое-то отношение к ее исчезновению.

— Вот оно что, — задумчиво ответил Деметрий. — Ну, разве это не интересно?

— Очень, — ответил Хранитель со смехом в голосе.

Меня осенило, и каждая клеточка моего тела напряглась. Могли ли они… Может быть, они говорят обо мне и моей матери?

Нет. Это невозможно. Или возможно?

Если они говорили о ней, я должна была узнать. Я должна была узнать, как выглядит этот Хранитель.

Во всех других подобных видениях, в которые я попадала, никто не мог меня увидеть. Я надеялась, что и здесь было то же самое.

Очень осторожно я выглянула из-за угла стула.

Перед камином стояли двое мужчин. Один из них был значительно выше другого, с темными волосами, доходившими ему до плеч. На нем был длинный черный плащ, очень похожий на те, что носили Жнецы. Другой мужчина — тот, что пониже ростом был с головы до ног одет в черное, а его черные волосы были зачесаны назад. Огонь отбрасывал оранжевый отблеск на их лица, которые, конечно же, были скрыты пеленой тумана.

Стоило догадаться.

— Мне нужно, чтобы ты набрался терпения, Деметрий, — произнес мужчина пониже ростом, Хранитель, имени которого я не знала. — Я позабочусь о том, чтобы девочка оставалась в безопасности, пока не придет время.

— Для тебя же лучше, чтобы так и было, — предупредил мужчина в плаще, Деметрий. — Иначе тебе не поздоровится.

— Думай, кому ты угрожаешь, — ответил мистер Безымянный Хранитель, резко указывая пальцем на Деметриуса. — Ты сейчас ходишь по очень тонкой грани.

Внезапная вспышка света осветила лицо Человека-Хранителя. Дымка, покрывавшая его лицо, на мгновение рассеялась, прежде чем снова превратиться в размытое пятно. Но этого мерцания хватило, чтобы я увидела едва заметный белый шрам на его щеке. Я ахнула. Это был человек из моих ночных кошмаров. Тот, кто всегда выходил из тени леса сразу после того, как Жнец брал меня в плен.

— Ты это слышал? — Спросил мужчина со шрамом.

Деметриус покачал головой.

— Что слышал?

Человек со шрамом поднял руку и повернул голову в мою сторону.

Я прикрыла рот дрожащей рукой и спряталась за спинку стула. Этого не должно было случиться. Он не должен был меня увидеть.

Тяжелые шаги приближались к тому месту, где я пряталась. Мое тело сотрясалось от страха. Я знала, что если он поймает меня, то убьет, как делал это в моих ночных кошмарах.

— Я мог бы поклясться... — донесся его голос из-за спинки стула.

Я закрыла глаза. Пожалуйста, проснись. Пожалуйста, проснись. Пожалуйста….

— Джемма, проснись.

По моей коже пробежал электрический разряд, что означало... я приоткрыла глаза. Я снова была у Лайлена, и да, Алекс был там, стоял надо мной и выглядел совершенно испуганным. Но почему? Почему он так на меня смотрел?

— Что, черт возьми, произошло? — Его голос дрогнул.

Я открыла рот, чтобы заговорить, но из него вырвался только хрип. Что со мной не так? У меня что, голос сорвался? А потом все вернулось ко мне. Жнец. Дыхание, ударившее мне в грудь. Я была парализована.

Охваченная паникой, я попыталась заставить свои замерзшие конечности двигаться.

Ничего не вышло.

— Не двигайся, — сказал мне Алекс и повернулся к.…Эйслин — до этого момента я даже не замечала, что она здесь.

— Пойди, посмотри, сможешь ли ты найти Лайлена.

Ее ярко-зеленые глаза были широко раскрыты.

— Что ты собираешься делать?

— Я не уверен, — проговорил Алекс, взглянув на меня сверху вниз. — Ее кожа уже посинела.

Посинела! Я попыталась поднять руку, чтобы оценить повреждения, но потом вспомнила, что не могу пошевелиться.

У Эйслин на плече висела фиолетовая спортивная сумка, и она уронила ее на пол.

— Алекс, ты сможешь остановить это... потому что ты знаешь, что если ты не сможешь, то...

— Просто уходи! — крикнул он.

Она вздрогнула, развернулась и выскочила за дверь.

Алекс немедленно перешел в режим «Спасти Джемму». Он снял куртку и опустился на колени на пол рядом со мной.

— Хорошо, — пробормотал он себе под нос, оценивающе глядя на меня. Он обнял меня и помог сесть, чувствуя, что каждая косточка в моем теле вот-вот сломается, как веточка. Затем он прижал меня к себе.

Электричество сразу же начало творить волшебство, отогревая мое замерзшее тело и прогоняя холод прочь. Я снова могла дышать и даже немного шевелить кончиками пальцев.

— Всё будет в порядке, — прошептал он.

Что ж, это была приятная перемена. Я оказалась на грани смерти, и он стал добр ко мне. И, как ни странно, я на самом деле была довольна. Все мои проблемы, большие или маленькие, казались в тот момент неуместными.

Через несколько мгновений мое дыхание нормализовалось. И я задрожала, что было хорошим знаком, потому что это означало — я больше не была парализована.

Он провел рукой вверх и вниз по моей спине.

— Ну, по крайней мере, ты снова двигаешься.

— Да, хоть что-то, — прохрипела я.

Он засмеялся, его дыхание щекотало мне шею.

Теперь я начинала чувствовать себя лучше, но не предпринимала никаких попыток отодвинуться от него. Я сидела там и позволяла ему гладить меня по спине и шептать, что все будет хорошо, потому что… Ну, потому что это было приятно. И нет, я не забыла обо всей той лжи и неразгаданных тайнах, которые, казалось, были связаны с Алексом. Просто его объятия меня успокаивали, и, эй, я была всего лишь человеком... или, по крайней мере, частично человеком... Я думаю.

— Джемма, — пробормотал Алекс.

— Что. — Мой голос прозвучал до странного довольным.

— Это ты сделала?

— Что сделала?

— Ударила эту тварь.

Я оторвала голову от его плеча и проследила за его взглядом до распростертого на полу Жнеца, из груди которого торчал нож.

— Да, я это сделала. Лайлен сказал мне, что если я столкнусь с одним из них, то должна ударить его ножом в грудь и убежать. Но он дохнул на меня этой облачной штукой, и я больше не могла пошевелиться.

— Эта облачная штуковина называется «Холод Смерти», — сказал он, а затем пробормотал: — Не могу поверить, что ты действительно пырнула ножом одного из них.

«Холод Смерти». Что ж, звучит миленько.

— Думаю, я была застигнута врасплох или что-то в этом роде.

— И все же это не....

Эйслин вошла в комнату. Увидев нас, она резко остановилась и прижала руку к сердцу.

— О боже. Я так рада, что с тобой все в порядке. Я подумала...

— Эйслин, — предупредил Алекс.

Я знала, что он пытался сделать. Он пытался помешать ей сообщить мне плохие новости о том, что я чуть не умерла. Но я поняла это в тот момент, когда меня пронзил «Холод Смерти».

— Где Лайлен? — Алекс отпустил меня и поднялся на ноги.

Я постаралась не выдать своего разочарования из-за того, что он отпустил меня, и попыталась подняться на ноги. Мои ноги подкосились, комната закружилась, и я чуть не упала обратно. К счастью, у меня хорошо получалось справляться с головокружением, и я справилась с вращением, не упав на задницу.

— Он был прямо за мной, — сказала Эйслин в тот самый момент, когда Лайлен вбежал в комнату.

Он захлопнул за собой дверь, и сосульки на потолке задребезжали в знак протеста. Он хотел запереть дверь, но Жнец, тот, которого я ранила, сломал замок, когда вломился в комнату.

— Сукин... — Он ударил кулаком по двери. — Нам нужно убираться отсюда! Сейчас же! — Он поспешно придвинул к двери одну из книжных полок. Позвольте мне добавить, что это была очень тяжелая книжная полка, которую он смог поднять очень легко. Значит, он был сильным.

— Их больше! — Воскликнул Алекс, и я внезапно осознала, что в его руке зажат Меч Бессмертия.

Лайлен уставился на него, разинув рот.

— Да, это еще не все. А ты как думал, Жнец придет один?

Алекс пристально посмотрел на Лайлена и угрожающе шагнул к нему.

— Ребята, — Эйслин встала между ними, — вы можете драться сколько угодно позже. А сейчас нам нужно убираться отсюда, пока нас не нашли остальные, или эта тварь не решила проснуться. — Она указала на лежащего на полу без сознания Жнеца.

— Этот никогда не проснется, — сказал Алекс, вытаскивая маленький нож, который я вонзила ему в грудь. Он отбросил нож в сторону, лезвие было покрыто густой черной слизью. Затем он поднял Меч Бессмертия в воздух и глубоко вонзил его в грудь Жнеца.

Честно говоря, я ожидала этого серьезного испытания. Казалось, что глаза Жнеца распахнутся, или он вскочит на ноги и испустит один из тех ужасных криков, которые я слышала от него раньше. Но ничего не произошло. Крика не было. Глаза не открылись. Вообще никакого движения. Возможно, потому, что он уже был без сознания?

Алекс вытащил меч и вытер черную слизь о плащ Жнеца.

— Ты можешь перенести нас отсюда? — спросил он Эйслин.

— Я не знаю… Четыре человека — это слишком много для одновременного переноса. — Она помолчала, обдумывая это. — Но если сделать две ходки, это можно попробовать.

— Хорошо... — Взгляд Алекса скользнул по Лайлену, затем по мне, прежде чем вернуться к Эйслин. — Сначала ты должна забрать Джемму и меня, потому что она самая важная из тех, кто должен выбраться отсюда. Потом ты сможешь вернуться и забрать Лайлена. — Он повернулся к Лайлену. — Ты не против?

Лайлен пожал плечами.

— Как скажешь. Но, возможно, тебе стоит поторопиться. Их было много, они направлялись через пустыню прямо к нам. Я уже разобрался с двумя из них, но когда появятся остальные, даже Меч Бессмертия не поможет.

Алекс кивнул и поднял с пола две спортивные сумки — черную и серую.

— Почему Лайлен всегда должен оставаться один? — Спросила я Алекса, когда он закинул черную спортивную сумку на плечо.

— Потому что я должен быть тем, кто присматривает за тобой, — просто ответил он. — Меня не было всего пару часов, и тут начался настоящий ад.

— Но Лайлен в этом не виноват, — возразила я. — Это я вышла из укрытия, в котором он велел мне оставаться.

— Он был единственным, кто отвечал за тебя, следовательно, это его вина, — сказал Алекс достаточно громко, чтобы Лайлен услышал.

Лайлен не произнес ни слова.

Я открыла рот, чтобы возразить, что это не его вина. Это была моя вина — я должна была остаться в этом дурацком лазе. Но Лайлен бросил на меня такой красноречивый взгляд, словно говоривший мне даже не начинать. Я вздохнула.

— О, прекрасно. Как скажешь.

Алекс бросил на Лайлена неодобрительный взгляд, я понятия не имела, почему, ведь это он грубил, и бросил в меня серую спортивную сумку. Вместо того, чтобы поймать ее, я отскочила в сторону. Как я уже сказала, у меня плохая координация, и я знаю, что даже пытаться не стоит.

— Мы забрали кое-что из твоей одежды, пока были у тебя дома, — сказал он мне резким тоном.

Нахмурившись, я схватила сумку. Мысль о том, что он с Эйслин рылись в моей одежде, заставила меня поежиться.

— Так ты нашел Марко и Софию?

Он покачал головой.

— Ничего.

— Что насчет Стефана?

— Ничего.

Он вел себя как последний придурок, так что, как бы то ни было, я просто замолчала.

Итак, Эйслин и Алекс не смогли никого найти в Афтоне. Я вспомнила наш с Лайленом разговор об «исчезновении» Стефана и моей мамы, и то, как Лайлен сказал, что Алексу промыли мозги. Возможно, Лайлен был прав. Что, если бы они действительно нашли Марко и Софию? Что, если бы они действительно нашли Стефана? Что, если бы все это было уловкой, чтобы заманить меня туда, где они смогут заставить меня лишиться вновь обретенных чувств.

— Джемма. — Голос Алекса вывел меня из оцепенения. Он подошел к Эйслин и жестом пригласил меня подойти.

Я подошла как раз в тот момент, когда Эйслин окунула кончик свечи в пламя.

— Подожди секунду. — Она вытащила кристалл обратно. — Куда мы направляемся?

— В хижину Хартфилдов, — ответил Алекс. — Туда никто не заходит, так что пока там должно быть безопасно.

Она кивнула и начала вращать кристалл в огне.

— Этим камнем я освещаю дорогу.

От свечи поднимался красноватый дым.

Я оглянулась на Лайлена, прислонившегося к книжной полке, которая закрывала дверь. Мне не хотелось оставлять его одного. Конечно, я едва знала его, но из всех, кто был в моей жизни, он единственный был честен со мной. И вот теперь мне приходилось убегать с Алексом, гуру в искажении правды. Не поймите меня неправильно, я не боялась Алекса, ничего такого. Но было трудно понять, что из его слов было правдой, а что — враньем. Особенно учитывая этот постоянный гул электричества.

Лайлен одними губами попросил меня быть осторожной.

Я кивнула, давая ему знать, что поняла его намек — не подставляйся.

— Этим камнем, я освещаю дорогу, — закричала Эйслин. Кристалл светился ярко-красным. В воздух дико поднимался дым.

Алекс неожиданно обнял меня за талию, вызвав у меня шок, и я вся напряглась.

— Это, чтобы ты не упала как в прошлый раз, когда мы перемещались, — объяснил он мне с небольшой долей веселья в голосе.

Кажется, неплохая идея.

Я закрыла глаза и сжала ручку своей сумки. Я услышала громкий хлопок, а затем… Я падала. Или летела?

Я не была точно уверена.

Как только я снова открыла глаза, то оказалась в другой комнате, вся мебель в которой была завешена пыльными белыми простынями. В одной из стен был камин из серо-коричневого камня, а остальные стены были сложены из бревен.

Алекс мгновенно отпустил мою талию. Он был прав. Благодаря его поддержке, я не упала.

Эйслин снова зажгла черную свечу.

— Я сейчас вернусь.

Алекс взял меня за руку и отвел в сторону от нее.

— Поторопись, пожалуйста, — сказал он ей взволнованным голосом.

Она слегка улыбнулась ему и погрузила кристалл в пламя.

— Этим камнем я освещаю дорогу, — произнесла она. На этот раз она исчезла быстро. Может быть, потому что была одна?

Я бросила сумку на пол и села на мраморную ступеньку у камина. Алекс тоже сел. Никто из нас не произнес ни слова, пока мы ждали возвращения Эйслин и Лайлена. Мы ждали. И ждали. Прошло около десяти минут, и Алекс поднялся на ноги и начал расхаживать взад-вперед по комнате. Я не сводила глаз с того места, откуда исчезла Эйслин, и грызла ногти, что было очень странно, поскольку раньше у меня не было такой привычки.

Старинные напольные часы, возвышающиеся в углу, часто отсчитывали минуты, сокрушительно возвещая, что прошло слишком много времени. Они уже должны были быть здесь.

Алекс перестал расхаживать по комнате и рассеянно посмотрел на часы.

Мне было неприятно это говорить, мне было неприятно даже думать об этом, но я должна была знать.

— Они ведь не вернутся, да?

С самым душераздирающим выражением на лице он сказал:

— Нет, я так не думаю.