Упавшая звезда

Глава 20

С моей головой творилось что-то неладное. Не то, чтобы что-то было повреждено физически, скорее, какое-то психическое помешательство. Не знаю, причиной тому шок, из-за того, что я едва избежала смерти, или это последствия последних часов, наконец дали о себе знать. Но по какой-то причине я никак не могла сосредоточиться. Все кружилось и кружилось, как будто я была поймана в ловушку вышедшей из-под контроля карусели. Меня начало подташнивать, когда Алекс велел мне лечь и поднять ноги, бормоча что-то о том, что это поможет мне справиться с шоком.

И вот я лежала на заднем сиденье Понтиака¹, положив ноги на колени Алексу.

Позже до меня дошло, что в юбке поднять ноги на колени парню была не лучшая идея. Как только я наконец пришла в себя, я поняла, что если бы он захотел, то мог заглянуть мне под юбку. К счастью, казалось его больше интересовал вид из окна. И в самом деле, кого я обманывала? Алекс ни за что не пожелал бы заглянуть мне под юбку.

Я вздохнула, одернув подол.

Алекс повернул голову и посмотрел на меня сверху вниз.

— О, отлично, ты проснулась.

— Я, что спала? — спросила я. Я не помнила, как задремала.

Его глаза скользнули по моему лицу, словно о проверял нет ли видимых повреждений.

— Ты уверена, что не ударялась головой?

Я вспомнила тот момент, когда меня чуть не убили.

— Нет... я уверена, что не ударялась.

Он взглянула на Эйслин. Они оба обменялись взглядами, которые я не смогла истолковать.

— Что? — Спросила я, начиная садиться. Ой. Может ли голова пойти кругом? Я прижала ладонь ко лбу. — Ауч.

— Джемма, тебе нужно лечь обратно, — настаивал Алекс.

Я убрала ноги с его колен и села прямо.

— Что происходит?

Они снова обменялись взглядами, и на этот раз мне показалось, что в выражении лица Алекса промелькнуло разочарование.

— Почему вы двое продолжаете странно смотреть друг на друга? — Моя голова перестала кружиться, и я поняла, что машина не только остановилась, но и Лайлена в ней не было. — А где Лайлен?

— Он там. — Эйслин указала на окно здания из красного кирпича, на двери которого было написано «Травы и специи Адессы». — Он пошел первым, чтобы проверить сможем ли мы все туда войти.

— О… ну, а почему вы, ребята, продолжаете так смотреть друг на друга? — спросила я.

— Как именно? — спросил Алекс так небрежно, что я поняла: он прикидывается дурачком.

Я переводила взгляд с одного на другого. Выражение их лиц ничего не выражало. Но я все равно чувствовала, что что-то не так.

— Ты уверена, что не ударилась головой? — Поинтересовался Алекс. — Ты как-то странно себя ведешь. Ты хорошо себя чувствуешь?

Хмм… Хорошо ли я себя чувствую? Внезапно на меня снизошло озарение.

— Подождите секунду, — я раздраженно подняла руки перед собой. — Вы, ребята, подумали, что я снова ничего не чувствую или что-то в этом роде? — Эйслин неловко поерзала на сиденье, и я поняла, что точно догадалась, о чем они подумали. — Почему вы так подумали?

— Потому что ты вела себя странно, — ответил Алекс таким непринужденным тоном, что можно было подумать, мы обсуждали погоду, а не то, что мои эмоции снова улетучились.

— Ты была такой милой, — добавила Эйслин дрожащим голосом.

— Ох. — Я удивленно подняла брови. — Значит, вы, ребята, подумали, что я ударилась головой или что-то в этом роде и вернулась прежняя Джемма.

Никто из них ничего не сказал. Эйслин поправила козырек перед собой, а Алекс уставился в окно. Я знала, что он просто пытался избежать зрительного контакта со мной, хотя, что мы находились в темном, пустынном месте, и снаружи не было ничего особенно интересного.

— Что ж, это мило, — пробормотала я, откидываясь на спинку сиденья.

Эйслин медленно повернулась на своем месте и посмотрела на меня грустными глазами.

— Джемма, мы не это имели в виду. Мы просто подумали...

— Что я перестала чувствовать, — неохотно закончила я за нее. — Что ж, извини, что расстраиваю тебя, но я не думаю, что удар по голове вернет меня к этому состоянию. — Затем я скрестила руки на груди и притворилась, что храню этот огромный секрет о том, что вызвало внезапный всплеск моих эмоций. На самом деле, я понятия не имела, что заставило мои эмоции внезапно вырваться наружу. Но им и не нужно было этого знать. Как ни странно, мне было очень приятно позволить им думать, что я знаю больше, чем говорю.

— Джемма, если ты что-то знаешь, — начал Алекс, но я повернулась к нему спиной и уставилась в окно, обводя взглядом очертания окружающих зданий.

Я попыталась отмахнуться от того факта, что Алекс казался разочарованным тем, что я проявила эмоции. Кого волнует, что он думает. Точно не меня. Я могла чувствовать, и только это имело значение. Ладно, кого я обманываю. Но это неважно. Я постараюсь изо всех сил стараться не зацикливаться на том, что Алекс чувствует ко мне. Ведь, если я позволю себе думать об этом, то это чувство, разъест меня изнутри.

Разглядывая «Травы и специи Адессы», я заметила, что на дверном окошке нарисован полумесяц, обведенный черной звездой. Я взглянула на татуировку на плече Эйслин. Она была точно такой же, как на витрине.

— Что это? — Спросила я, указывая на ее плечо.

Она провела пальцем по линиям татуировки.

— Это ведьмин знак. После того, как я стала ведьмой, он появился на моей коже.

— Что-то вроде знака бессмертия? — Поинтересовалась я.

Она в недоумении нахмурилась. — Откуда ты об этом знаешь?

— Лайлен рассказал мне, когда мы были в Черном подземелье, — объяснила я.

— О, здорово, — усмехнулся Алекс. — Что еще он тебе сказал?

— Ничего, — ответила я, что было ложью, поскольку теперь я знала, что такое Черный Ангел. — Так у каждого есть метка?

Эйслин кивнула.

— Вообще-то, у меня их две. Одна, потому что я ведьма. — Она поставила ногу на центральную консоль и включила верхний свет. На ее лодыжке был вытатуирован черный круг, обрамленный золотыми языками пламени. — И еще одна потому, что я Хранитель.

— И что? Они просто так внезапно появились?

— Да, моя метка Хранителя появилась, когда мне было около двенадцати. Примерно в то же время я по-настоящему начала понимать, что значит быть Хранителем. А ведьмина метка появилась, когда мне было около пятнадцати, и именно тогда я впервые узнала, что обладаю магией викка².

Интересно, сколько меток было у Алекса? Являлся ли он кем-то большим, чем просто Хранителем?

— Если тебе интересно, есть ли у меня метки, то ответ — да, — отозвался он, как будто прочитал мои мысли.

— Постойте! Что, если он умеет читать мысли? В смысле, учитывая все, что я узнала за последние двадцать четыре часа, я бы ни капли не удивилась, если бы оказалось, что способность читать мысли существует. Если бы Алекс мог читать мысли, то это был бы полный отстой, учитывая, что мои мысли были сосредоточены вокруг него и его неотразимости.

— Но у меня есть только одна метка, — произнес он, встретившись со мной взглядом. — Метка Хранителей.

Фух. Какое облегчение.

— Она выглядит так же, как у Эйслин?

Он кивнул.

— Такая же метка только в другом месте.

Почему, ради всего святого, его замечание вызвало такой всплеск эмоций, было выше моего понимания. Я прикусила нижнюю губу, сильно отвлекшись на свои мысли о том, где может быть его метка.

На его лице появилась хитрая усмешка.

— Если хочешь, я могу показать тебе, где.

— Алекс, — прошипела Эйслин. — Что ты делаешь?

— Расслабься, — сказал Алекс. — Не нужно так заводиться. Я просто дразню ее.

Я тут же пришла к выводу, что, возможно, у Алекса какое-то биполярное расстройство. Сначала он ненавидел меня. Потом поцеловал меня. Иногда я раздражала его. А иногда он дразнил меня. Для человека, который не хотел, чтобы я что-то чувствовала, он постоянно выводил меня на эмоции.

Выглянув в окно, Эйслин вздохнула с облегчением.

— О, отлично, мы можем заходить.

Я проследила за ее взглядом и увидела Лайлена, который стоял перед магазином Адессы и махал нам рукой, приглашая войти.

В «Травах и специях Адессы» пахло шалфеем и какими-то ещё специями, которые я не смогла точно определить. Пол был выложен черно-белой плиткой в шахматном порядке, а в центре нарисован ведьмин знак. Стеклянные столешницы, на которых были выставлены такие простые вещи, как украшения, свечи и благовония, подчеркивали красоту помещения. Однако некоторые предметы в витринах выглядели довольно сомнительно. Черный горшок с нарисованным на нем жутковатым глазом (клянусь, эта вещь наблюдала за мной), миниатюрная фигурка египетской пирамиды и статуэтка кошки с двумя головами. Я не могла не задаться вопросом, для чего предназначены эти странного вида предметы. Были ли они просто выставлены напоказ? Или же обладали какой-то магической силой?

— Итак... — Эйслин оглядела комнату с озадаченным выражением лица. — Где же эта Адесса?

— Она спустится через минуту. — Лайлен прислонился спиной к витрине и оперся на нее локтями. — Ей понадобилось за чем-то подняться наверх.

Я прошлась по комнате, бесцельно водя пальцем по стеклянной столешнице и разглядывая все эти странно выглядящие предметы. На одном из прилавков я заметила хрустальный шар, похожий на те, что используют гадалки, чтобы заглянуть в будущее. Я заглянула внутрь, гадая, смогу ли я увидеть, что ждет меня в будущем. Фиолетовые ленты изящно плавали в море мерцающей воды. Сквозь них на меня смотрело мое отражение. Очевидно, я не обладала экстрасенсорными способностями. Либо так, либо этот конкретный шар был никудышным.

— Если не будешь осторожной, то можешь застрять внутри, — произнес Алекс, появляясь практически из воздуха и напугав меня до смерти.

Я прижала руку к своему учащенно бьющемуся сердцу.

— Господи. Ты меня до смерти напугал. — Я замолчала, переводя дыхание. — Так что ты там говорил о том, что я застряну внутри?

Он постучал пальцами по хрустальному шару.

— Застрянешь внутри. Это хрустальный шар Провидца. Они им пользуются, для предсказаний. Но чтобы увидеть будущее, им действительно нужно попасть в будущее. — Он щелкнул по шару пальцем. — Погрузившись внутрь этого.

— Но почему я должна застрять внутри? Я не Провидец.

— Да, но ты... другая. Не думаю, что прикасаться к нему было бы такой уж хорошей идеей.

— Но ты продолжаешь прикасаться к нему, — заметила я.

— Но во мне нет силы звезды, не так ли? — Он снова постучал пальцами по хрустальному шару, наверное, пытаясь доказать свою точку зрения. — Кто знает, что может случиться, если ты прикоснешься к нему? Ты можешь активировать его энергию или что-то в этом роде, и тебя засосет в видение. На самом деле, тебе, вероятно, вообще не следует ни к чему прикасаться.

— Включая пол, — отозвалась я с горьким сарказмом. — Потому что, похоже, это было бы очень сложно.

Большинство людей разозлились бы на мой остроумный комментарий. Но только не Алекс. Неа. Для него это было как игра.

— Это действительно звучит довольно непросто. — Он наклонился ко мне и понизил голос. — Думаю, ты понимаешь, что я не это имел в виду.

Я сделала несколько медленных, глубоких вдохов, потому что не могла иначе. От того, как близко он был, во мне словно зажглось электричество, и я начала бороться со своими эмоциями. Часть меня хотела дать ему пощечину, в то время как другая часть хотела прижаться к его губам.

Я оторвала от него взгляд и посмотрела на Лайлена и Эйслин, чтобы отвлечься от своих безумных чувств. Они, казалось, были поглощены очень серьезным разговором. Лайлен не сводил глаз с Эйслин, которая продолжала возбужденно размахивать руками.

— Ну, если так важно, если я к чему-то прикоснусь, — пробормотала я, — тогда, может, мне лучше уйти и подождать в машине.

— Ты не можешь вернуться к машине, — строго сказал Алекс. — Не в одиночку.

Мы стояли там, глядя друг на друга, пока вокруг нас образовался гигантский пузырь электричества.

Наконец, Алекс отвел взгляд. Он пнул плитку носком ботинка.

— Так что да, просто убедись, что ты ни к чему не прикасаешься, кроме пола.

Через несколько мгновений в комнату, вальсируя, вошла женщина лет тридцати. У нее были золотистые кошачьи глаза и волнистые черные волосы, которые ниспадали до самой талии. На ней было темно-синее бархатное платье, большие золотые серьги-кольца, а кожа была цвета меда.

— Я Адесса, — сказала она мягким, словно шелк, голосом. — Лайлен сказал мне, что одна из вас ведьма и ищет кристалл Вектума. — Ее кошачьи глаза остановились на мне. — И дай угадаю, это ты.

Я нервно огляделась по сторонам, а затем покачала головой, не понимая, почему она так подумала. Я ткнула пальцем в сторону Эйслин.

— Нет, не я — она.

— Хм... это интересно. — Она сосредоточила свое внимание на Эйслин. — Так какой же именно ты ищешь, дорогая?

— Ну, я использовала фиолетовый аметист. — Эйслин сделала паузу. — Но поскольку нам предстоит преодолеть большое расстояние, я думаю, золотой подойдет лучше.

Адесса повертела в руках ожерелье с красными бриллиантами, висевшее у нее на шее.

— Насколько большое расстояние, дорогая?

— О… думаю, около 500 миль, — сказала Эйслин. — Плюс-минус миля.

Адесса зашла за прилавок и махнула Эйслин, чтобы та следовала за ней.

— Думаю, у меня есть кое-что, что подойдет даже лучше, чем золотой. — Она подняла руку и нарисовала в воздухе невидимый прямоугольник. Одна из полок, стоявших вдоль фиолетовой стены, сдвинулась назад, уходя в стену, словно ее притянула невидимая сила. Или магическая сила. У меня отвисла челюсть, когда полка исчезла совсем, открыв скрытую за ней массивную черную дверь. Адесса взмахнула рукой, словно отгоняя муху, и дверь распахнулась. С того места, где я стояла, я не могла разглядеть, что было внутри. Я попыталась как бы невзначай наклониться влево, чтобы рассмотреть получше, но безуспешно — Адесса и Эйслин загораживали обзор.

Адесса указала на дверь.

— Только после тебя, моя дорогая.

Эйслин прикусила губу и неуверенно шагнула внутрь. Адесса последовала за ней. Ярко-красная вспышка озарила комнату, и дверь захлопнулась.

Затем они исчезли.

— Что за чертовщина? — Я пребывала на грани между полным восхищением и абсолютным ужасом. — Куда они делись?

— В тайное место, где Адесса прячет некоторые вещи, — ответил Лайлен.

— Какие именно? — Спросила я, заинтригованная.

Лайлен подошел ко мне, засунув руки в карманы.

— Опасные.

— Лайлен, — предупредил Алекс.

— Что? — Лайлен одарил его невинным взглядом. — Она задала вопрос, и я ответил. Что в этом плохого?

— С этим всё не так, — откровенно заявил Алекс.

Я вздохнула. Закончится ли когда-нибудь эта секретность? Я могла бы скрестить пальцы и надеяться на это, но я не стану задерживать дыхание, иначе, вероятно, умру от недостатка кислорода.

Я провела пальцем по трещине в витрине.

— Так почему Адесса решила, что я ведьма?

Лайлен склонил голову набок, наморщив лоб.

— Я не совсем уверен.

Алекс развернул хрустальный шар Провидцев на подставке — тот самый, к которому я не должна была прикасаться, но, очевидно, он мог.

— Наверное, из-за твоих глаз.

Я рассеянно дотронулась до уголка своего глаза.

— Почему мои глаза заставили ее так подумать?

— Ты ведь их видела, верно? — насмешливо спросил он. — Цвет какой угодно, только не обычный — это явный признак того, что в тебе есть что-то необычное.

— Да, я их видела, — огрызнулась я.

— Я не пытаюсь быть грубым. — Это прозвучало так, будто он говорил искренне, но кто мог сказать наверняка. — Мне действительно нравится этот цвет. Он приятно отличается.

Не понимая, дразнит он меня или нет, я решила держать рот на замке. Таким образом, я не выскажу больше ни одну глупость.

Лайлен отошел от нас и начал возиться с набором черно-синих керамических коробочек на ближайшей полке. По моему телу побежали электрические разряды, от кончиков пальцев ног до макушки. Они были не слишком горячими и не слишком сильными, и, должна признаться, мне понравилось, как я себя чувствовала, хотя и знала, что не должна этого делать. Были такие короткие, мимолетные моменты, когда я могла расслабиться и насладиться ощущением покалывания на коже. Но я задавалась вопросом, настанет ли когда-нибудь время, когда я смогу просто наслаждаться этим. Или просто наслаждаться своей жизнью? Стану ли я когда-нибудь нормальной? Может быть после того, как я предотвращу этот апокалиптический конец света, у меня просто всё получится.

Может быть.

Но что вообще должно было случиться со мной после того, как я предотвращу конец света? Мне так и не дали этого понять. На самом деле мне ничего не было ясно.

— Можно тебя кое, о чем спросить? — обратилась я к Алексу.

Он уставился на крошечный черный камешек внутри прилавка.

— Думаю, это зависит от того, что именно ты спросишь.

Я покачала головой. Я сильно сомневалась, что он даст мне прямой ответ, или ответит вообще, но я должна была хотя бы попытаться, верно? Я глубоко вздохнула и быстро задала свой вопрос.

— Что будет со мной после того, как портал закроется?

Итак, из опыта общения с Алексом я поняла, что он хороший актер. Он мог лгать как настоящий профессионал. Притворяться тем, кем он не был. Манипулировать моими мыслями. Поэтому, когда его лицо побледнело, мое сердце практически остановилось. Каким бы ни был ответ, он должно быть был ужасным.

— Что? — В панике воскликнула я.

Он покачал головой, его кожа все еще была очень бледной.

— Джемма, я не уверен, что нам стоит говорить об этом прямо сейчас.

— Что значит, ты не думаешь, что нам стоит говорить об этом прямо сейчас? — Я топнула ногой по полу, да, как двухлетний ребенок, но, учитывая обстоятельства, думаю, это было совершенно необходимо. — Просто скажи мне.

— Я бы предпочел этого не делать, — решительно заявил он.

— Ну, а я бы предпочла, чтобы ты это сделал, — возразила я.

— Нет, мы не должны сейчас это обсуждать.

И тогда я поняла. Я никогда не стану нормальным человеком. Я никогда не смогу радоваться жизни, быть счастливой и делать со своей жизнью все, что захочу. Почему? Потому что у меня никогда не будет нормальной жизни. Портал убьет меня.

— Я ведь умру, не так ли?

— Я не знаю. — Он колебался. — На самом деле никто не знает. Ты можешь просто вернуться к нормальной жизни или.... — Он замолчал.

— Или могу умереть, — закончила я за него.

Он не ответил, но смотрел куда угодно, только не на меня.

Обезумев, я развернулась на каблуках, готовясь броситься к двери, но мой локоть наткнулся на что-то холодное и твердое. Хрустальный шар Провидцев. Он отскочил от подставки, скатился с прилавка и с громким стуком ударился об пол.

— Дерьмо, — сказала я. Даже не задумываясь, я наклонилась, чтобы поднять его.

Алекс с Лайленом закричали:

— Нет!

Едва мои пальцы коснулись стекла, я почувствовала, как нечто затягивает мое тело. А затем я оказалась в темном туннеле.