Усадьба у края болот

Глава 14

Ночь прошла спокойно. Спать вечером легли рано, а проснулись уже на рассвете. Первой выбралась из машины Катя. Потянулась, щурясь на утреннее солнышко, заулыбалась и босиком по росе кинулась под деревья. Санузел в лесу не предусмотрен, приходится выкручиваться как есть.

Когда девочка вернулась из палатки уже выбирались Ваня и Гоша. Последний ворчал, кляня и болото, и дурацкую поездку, и чьи-то идиотские идеи.

– Я никого не заставлял, – буркнул Ваня, понимая, что друг просто не выспался, и отмотай время назад, снова предложи поездку, конечно же, не откажется. Авантюрист и искатель приключений – Гоша всегда лез туда, где интересно, а значит страшно и опасно, снимал всё подряд, а потом заливал видео в сеть. Отчего же сейчас не выкладывает ничего? Снимает – да, но не выкладывает. Ни одного поста не выложил с тех пор, как поехали. – Гош, а почему ты ничего не выкладываешь? – не сдержал любопытства Ваня. – Смотри, подписчики забудут…

– Я это… – Гоша смутился. – Фиг с ними, с подписчиками, я тут подумал, что материала по нашей поездке наберётся много и очень много. Так чего я буду мелочиться и разменивать такой клад на короткие видосы? Задумал я, брат, кое-что покруче.

– Что? – Впрочем, Ваня уже догадывался, каким будет ответ.

– Хочу из отснятого за поездку материала фильм смонтировать. Полноценную документалочку замутить. Как тебе идея? А?

– Идея хороша! – оценил Ваня. – Одна просьба есть. Маленькая. Меня в кадре быть не должно. И с девчонками поговори, вдруг они тоже против.

Гоша удивил Ваню, легко согласившись, даже уговаривать не стал, лишь кивнул озадаченно. Складывалось впечатление, что отвлёкся и потерял нить разговора, а кивнул так и вовсе, по инерции, не расслышав вопрос или не уловив его суть.

– Приём! Приём! Меня слышно? – Ваня помахал рукой перед лицом друга. – Гош, ты где?

– Да тут я… Задумался. Мы это, завтракать будем или сразу в детский дом отправимся?

Открылась дверь фургона, с полотенцами на шее, с зубной пастой и щётками в руках появились девчонки.

– Мы умываться, – сообщила Маша. – А вы пока костёр разведите.

– Ну вот ещё! – возразил Гоша, – Костёр вечером, не стоит на него утро терять. У нас же баллоны с газом остались.

После завтрака команда загрузилась в фургон. В детский дом решено было ехать всем вместе. Можно было и пешком дойти, да коробки с картинами разве дотащишь на себе?

Стоило подъехать к детскому дому, и сразу понятно стало – там опять что-то случилось. Дети, сбившись в кучу, стояли у беседки, взрослые находились рядом, глаз с детей не сводили, ну а директор, кто бы мог подумать, стоял поодаль в гордом одиночестве и, не скрываясь, курил. Увидел ребят, направляющихся к нему, улыбнулся виноватой, затравленной улыбкой.

– Вот… – он показал им сигарету, – Я вообще не курю, пачка уже года полтора без дела валяется, но сегодня можно. Сегодня можно всё.

– Да что случилось-то? – спросила Маша.

– Случилось… Я так мечтал об этой работе, так хотел создать идеальный мир, и абсолютно всё полетело кувырком, стоило устроиться в этот детский дом… – он, казалось, не в себе был и говорил будто сам с собой, не замечая собеседников. – Снова стёкла сами собой вылетели. На этот раз в кухне.

– Пострадал кто?

– Повариха. Осколки ей руки буквально нашпиговали… Я час возился, стёкла пинцетом вынимал, пока она голосила… А теперь ничего, усердно шинкует капусту на борщ и ворчит на меня…

– Может, ей помочь? – поинтересовалась Дина.

– Отчего же нет, помогите.

– Вы не расстраивайтесь, – попытался успокоить Василия Тимофеевича Гоша, – С минуты на минуту стекольщик подъедет, мы его заботам и второе стекло поручим.

– Ты не понял, на кухне все окна полопались. Все! Четыре окна, одновременно!

– Ну так все четыре и вставим. Вот уж проблема!

Не понимая, как объяснить то, что существует только на грани предчувствия, Василий Тимофеевич покачал головой, поднёс сигарету к губам, глубоко затянулся, уронив на рубашку пепел и даже не заметив этого, поднял голову, с тоской глядя на старый барский дом.

– Мне хорошо здесь было. До этой весны… Спокойно и легко работалось, а потом произошло что-то и находиться в доме стало страшно. Очень страшно. Я же живу здесь, вы знаете? Так вот мне стали сны странные сниться. Ничего определённого, я даже не запоминаю их, вот только просыпаться стал с ощущением тревоги. Каждое утро теперь начинается с тревоги.