В преддверии Перестройки

Глава 7 Прибытие делегации

А внушительная делегация получилась. Три преподавателя, пять студентов. Хорошо, что мы на двух машинах приехали, как раз все влезут.

— Прошу внимания, — представляю всем американца, — Наш куратор от университета Стив Полак. По всем организационным, бытовым и иным вопросам обращаться к нему. У нас две машины, так что грузим багаж и отправляемся в кампус. Как раз все в салоны поместимся.

— Алекс, — обратился ко мне Стив, — Наверное, люди голодны после перелета, мы можем заехать пообедать.

А, ну да, он же мне говорил, что ему выделена сумма на представительские расходы. Сегодня нужно оформить документы. На ужин наши сходят в студенческую столовую, впрочем, в ней и преподаватели питаются, но с обедом засада, так что лучше в городе перекусить.

— Надеюсь, вы багаж уже получили? — поинтересовался, не хотелось бы забыть чей-нибудь чемодан.

Оказалось, что все нормально. Да и не так много вещей — по паре сумок или чемоданов на человека. Я полагаю, в багажник все войдет, тем более что у аспиранта тоже внедорожник.

Урбан по-быстрому представил всю группу. Кроме него из преподавателей в нее входит Громин Илья Васильевич и Минаев Сергей Васильевич, оба из Хабаровского политеха с факультета электронной техники. Из студентов трое тоже из Хабаровска: Андрей Комлев, Валентин Тонких и Ирина Дольских и еще двое из Магадана: Павел Рыжов и Лина Арсенова.

Поздоровался со всеми, вроде народ выглядит адекватно, но это не факт, просто сейчас все обрадованы, что долгое путешествие закончено, поэтому малость возбуждены. Нужно будет поговорить наедине с Урбаном, думаю, он знает, кто и что собой каждый представляет.

Разобрали с аспирантом пассажиров. Ко мне садятся магаданцы, включая Урбана, но хабаровцев больше, поэтому к нам присоединился еще руководитель делегации. Я с куратором нашим заранее обсудил куда поедем. Сейчас первым делом покормить людей нужно, поэтому везем их в ресторан. Ничего пафосного, заведение средней руки, но весьма приличное, я там уже не один раз обедал и с Майклом и сам. Очень вкусно кормят и интерьер там приятный, мне нравится.

Проезжали мимо супермаркета, что-то из наших студентов восхитился, что вывесок много, на что тут же получил гневную отповедь от Громина, но, похоже, особого впечатления выволочка не произвела, потому как Лина томным таким голосом спросила:

— А когда можно будет по магазинам походить?

— Через месяц, — пояснил любезно девушке, — Раньше не стоит.

— Эт чо, нас месяц в город не выпустят? — выпучил глаза Рыжов.

Неудобно разговаривать, когда народ реплики с заднего сиденья подает, все время приходится в заднее зеркало поглядывать на них. Но позабавило, как парень глаза выкатил от изумления. Кстати, он действительно рыжий, впрочем, скорее рыжеватый. Еще и Лина рот открыла, но, видимо, Павел то же самое сказал, что и она хотела, чем снял вопрос.

— Не-а, — объясняю я, — В городе погулять можно без проблем, но в магазинах ничего покупать пока не стоит.

— Почему так? — последовал вопрос хором.

— А пусто там сейчас, выбора нет, совсем как у нас, — объясняю особенности аляскинской торговли, — Размели все товары. Тут, на Аляске каждый год дивиденды с нефтяных доходов всем постоянным жителям выплачивают. Вот пару дней назад деньги и выдали. Здешний народ после получения халявы буквально все в магазинах сметает, так что там еще с неделю будут пустые полки. Потом постепенно завозить товар станут, но еще с месяц цены будут зашкаливать. Какой смысл сейчас что-то втридорога брать, если через месяц стоимость упадет и прилично? А вообще, лучше всего закупаться перед Рождеством, тогда распродажи идут, вещи продаются со скидками. Говорят, народу масса в это время в магазинах — люди выбирают подарки. Здесь Рождество — главный праздник, а не как у нас Новый Год.

— Ого, — опять подала голос Лина, — Смотрю, ты тут уже все знаешь.

— Да не то, чтобы все, но я уже месяц тут торчу, еще в и Нью-Йорк летал, в Сан-Франциско.

— А еще где был? — заинтересовался Громин.

— В Чикаго провел день, потом в Ганнибале был, это родина Марка Твена, в Канзас-Сити, в Финиксе. Специально ездил на Большой каньон. Ах да, еще в Лос-Анджелесе встречался с Рэем Бредберри.

Рассказываю не без умысла, все равно эта информация не секретная, тем более я планирую опубликовать путевые заметки, а потому и скрывать факт моих поездок не вижу смысла. С другой стороны лучше сразу показать свои возможности, что-то у меня появились сомнения насчет Лины, очень уж у нее голос какой-то нарочито капризный. Балованная девица, мне так кажется.

— Это ты за месяц уже так попутешествовал? — недоуменным голосом тянет Громин, — А деньги на них где брал?

Ну, да, вечный вопрос наших людей, оказавшихся за границей.

— В Сан-Франциско летал в консульство, они сами попросили. А в Нью-Йорке был по делам издательства, здесь мою книгу перевели, так что пришлось ехать обговаривать некоторые вопросы по оформлению и тексту, — поясняю суть дела, — А на обратном пути решил неделю потратить на путешествие, заодно и страну посмотреть.

Я расхохотался.

— А что смеешься? — спросила Лина, опередив остальных.

— Да, то еще путешествие получилось. В Чикаго на шайку бандитов нарвался, чуть не убили, ограбить хотели. Зато в Финиксе в полицию забрали, приняли меня за шпиона.

Народ пораженно притих.

— Выпустили? — задал глупый вопрос Громин.

— Конечно, — я плечами пожал, — Сидел бы я здесь за рулем иначе. Там просто донес кто-то, что я в самолете на русском писал, ну и в полицию стукнул. Пришлось им свои записи переводить. Но пару часов подержали.

Чувствую, что ждет меня пристрастный допрос у руководителя нашей делегации, но я специально подставляюсь. Я уже и так случившиеся эпизоды в заметки внес, разве что не стал акцентировать тот факт, что в Чикаго на меня черные наехали. А так бандиты и бандиты, сами думайте, кто это был.

— Слушай, а машину ты тут купил? — пока остальные переваривали мой рассказ, задал мне вопрос Павел.

— Не покупал, это автомобиль моего приятеля, дал мне на время. Тут арендовать машину можно, но нужно оформлять страховку, это обязательно. Аренда и полис получатся довольно дорогие.

— А наши права подойдут?

— В принципе да, можно и с ними ездить, но лучше оформить местные, а то остановят полицейские, будут в затылках чесать, пытаясь прочесть документы. И не знаю, как тогда страховку оформлять, ее-то продадут, но цену могут увеличить изрядно. Хотя точно не скажу, это надо у страхового агента выяснять. Вообще тут все дорого, — вздыхаю я, — Тем более на Аляске. Это же Америка, тут деньги — это все. Зато все улыбаются, только не нужно принимать эти улыбки за чистую монету. Это просто так, принято так. «Здесь вообще все просто так, кроме денег», — закончил я свой рассказ цитатой из «Брата-2», впрочем его, кроме меня, никто не смотрел, так что юмор мои собеседники не поняли.

Павел погружается в размышления.

— А мы где жить будем? — следует новый вопрос.

— В одном из общежитий кампуса. Наших преподавателей поселят на этаже для аспирантов, там и молодые профессора живут, им три комнаты выделили. А студенты в комнатах по двое планировалось, но получается, что один из парней будет один жить, а я в городе остановился.

— Так не пойдет, — немедленно возражает Громин, — Вся группа должна быть в одном месте. Придется тебе переселиться в общежитие.

— А не получится, — решил расставить все точки над «i» я, — По договору между нашими университетами за мое проживание и питание отвечает мой издатель. Комнату он мне предоставил в своем доме. Общежитие тут, кстати, весьма дорогое, да и столовая вовсе не дешевая. Он выкладывать эти деньги не будет. Кроме того, мне придется принимать участие во встречах с читателями и в других мероприятиях, причем в других городах. И все это внесено в договор. Опять же, скоро придется лететь в Сан-Франциско, мне сообщили, что моей книгой заинтересовались в ФРГ, так что придется опять выезжать, чтобы подписывать бумаги.

Теперь уже руководитель делегации загрузился, размышляет. Особых сомнений у меня нет — обязательно попытается загнать меня в стойло, я бы даже сказал, всенепременно. Только ничего у него не получится, потому как в договор об издании «Марсианина» внесен пункт о моем участии в любых мероприятиях по выбору издателя. И сопровождение не предусмотрено. Как говорится «насчет мальчика вот не знаю. На мальчика кредита не отпущено. На свой счет — пожалуйста» [1].

А за свой счет Громин хрен куда поедет, жаба задушит, да и оставить основную группу он не посмеет. И переселить меня не получится, тут опять же в контракте прописано, что живу я отдельно. И изрядная неустойка предусмотрена в случае любых изменений. А кто же уже полученные денежки будет отдавать, да еще в валюте? Дурных нету. Так что давай-давай, а я посмотрю. Любви ко мне у нашего руководителя в результате не прибавится, ну, да мне с ним детей не крестить. Пущай дуется, мне на это по барабану.

— А не знаешь, видик тут купить можно? — следует вопрос от Павла.

— Можно, но тогда придется еще и телевизор покупать и переть в СССР.

— Почему? — не понимает Павел.

— Тут стандарт цветного телевидения другой — NTSC, а у нас SECAM. В принципе можно декодер сделать, но это специалист нужен. А не проще наш ВМ купить?

— Да есть у меня ВМ-12, — недовольно отвечает Рыжов, — Думал взять здесь хороший.

— А вы через Москву сюда летели или через Владик и Японию? — решил я уточнить.

— Через Японию.

— Тогда, если там есть возможность выйти в город, то лучше у японцев взять. У них, правда, тоже NTSC, но они делают видики в стандарте PAL-SECAM, не будет проблем с подключением к нашим телевизорам. Хотя не совсем уверен, если честно. Кстати, все, приехали, выходим.

Перекусили в ресторане, а потом отправились в кампус, впрочем, сделали небольшой крюк по городу, чтобы немного показать его, хотя тут кроме центра особо смотреть нечего. Как и в любом американском городке, большую часть территории занимают пригороды с частными домами. Но, тем не менее, проехались, а я вроде как гидом поработал.

В кампусе первым делом заехали в административную часть, где я представил нашу делегацию, но с ними будут общаться завтра, сегодня нужно оформить документы. Как у нас, чтобы заселиться и в столовой харчеваться требуются основания.

В местном деканате быстро выписали на нашу группу карточки-пропуска. В принципе, больше никаких документов нашей делегации не нужно, потому как еще есть загранпаспорта, поэтому права в департаменте транспорта оформлять не требуется. Не думаю, что тоже кто-то собирается счет в банке открывать. Хотя… не поручусь.

Так, на одном деле галочку можно поставить, ибо выполнено. Теперь следующее — размещение. К счастью, от меня ничего особо не требуется — на то куратор есть. Я больше делаю вид, что от меня что-то тоже зависит.

Общежитие мне понравилось. Здание не слишком большое, в три этажа. На первом просторный холл, комната для занятий, кухня. Жилые комнаты занимают два следующих этажа. Каждая комната примерно метров по 20 или немного больше. Вообще в этой общаге живут всякие помощники, лаборанты, часть их которых параллельно учится. Есть и пара начинающих преподавателей. Но нашу группу решили разместить компактно.

В принципе очень неплохое жилье с новой мебелью. Удобные койки, у каждого студента личный стол для занятий, шкафчики для одежды. Есть практически все, покупать ничего не нужно. Даже холодильник небольшой установлен в каждой комнате и стеллаж для книг. На полу ковровое покрытие, для наших людей, не привыкших в обуви по дому рассекать, будет комфортно.

Вот здесь и произошел первый инцидент, Ирина Дольских устроила скандал, заявив, что желает жить одна. Вот только для студентов выделили три комнаты, одну для девушек и две для парней. Если девушек поселить по одной, то парням придется ютиться вместе, иначе никак не получается. И тут опять получается засада, потому как против не только они, но и куратор, нормы заселения — два человека на комнату, но никак не три. Это у нас, если очень хочется, но нельзя, то можно, а тут шалишь, за нарушение правил университету штраф придется платить. И комнату лишнюю никто выделять не будет, потому как свободных номеров в этом здании нет, да и сумма на делегацию уже выделена, никто ее пересматривать не будет. Все это ей попытался донести наш руководитель. Ну, да, как же, поняла:

— А почему мне нельзя в городе жить? Пусть мальчики тут живут по двое, а я в городе, — сделала предложение скандалистка.

Я как бы малость обалдел от такого закидона.

— Видишь ли, — я постарался вежливо говорить, — Тут дело не во мне, а в хозяине дома, это с ним нужно договариваться. А с чего ему принимать у себя неизвестного ему человека?

— Ну, так договорись с ним, — ошарашила меня новым заявлением девица.

Ага, сейчас, уже бегу, аж волосы развеваются.

— И зачем мне это нужно? — задал я резонный вопрос.

Все-таки уговорили взбалмошную девицу второй в комнате поселиться. Блин, натуральный испанский стыд, это же все на глазах куратора происходит. Понабирали мажоров. Надеюсь, остальные студенты адекватные.

Наши товарищи обживаться начали в своих номерах, я решил смыться по-английски, но не успел.

— Александр, зайдите ко мне, пожалуйста, — услышал я в спину от руководителя группы.

— Да, Илья Васильевич, вы что-то хотели? — спросил, заходя в комнату.

— Закрой дверь, — попросил преподаватель, потом продолжил задушевным тоном, — Саша, все же так дело не пойдет. Я руководитель группы, я обязан контролировать всех студентов. Здесь есть одно место, вы можете его занять. Поймите, я не могу допустить, чтобы кто-то из моих студентов бесконтрольно посещал город. По правилам либо я, либо кто-то из преподавателей должен сопровождать вас.

— Видите ли, Илья Васильевич, я не знаю, о каких правилах вы говорите, — постарался сохранить я спокойствие, — Вот только есть заключенный между советской стороной и моим издателем контракт, по которому тот на полгода, пока мы находимся в Штатах, может использовать меня для продвижения моего романа. Данный пункт договора включает встречи с читателями, выступления на радио и телевидении, а также работу с текстом, написание рассказов и другие работы. Нашей стороне это выгодно, чем больше тираж, тем больше страна получит валюты.

— Это понятно, но как тебе помешает выполнять свои обязательства то, что ты будешь жить в общежитии?

— А кто оплатит проживание в кампусе? Если вы думаете, что можно просто жить здесь по своему желанию, вы ошибаетесь.

— Насколько я знаю, тебе выплатили почти три тысячи долларов, — повысил голос мой начальник.

— Чуть больше двух тысяч, точнее две тысячи двести и что?

— Ты можешь оплатить место из них, — последовала незамутненная сомнениями рекомендация.

Охренеть дядя мои деньги считать навострился.

— В отличие от вас, Илья Васильевич, мне суточные не положены и эти две тысячи долларов мне нужно растянуть на полгода. Если же я заплачу за проживание и питание в кампусе, то на что я буду питаться при поездках по США? И на какие деньги я должен летать в Сан-Франциско? Меня уже второй раз в консульство вызывают. Билеты я покупаю за свой счет, — разговор меня начал откровенно выбешивать. И еще вопрос — в других городах вы как за мной собираетесь «присматривать»?

— Билеты может оплатить твой издатель.

— И для сопровождающего лица тоже? — попытался я сыронизировать.

— Конечно, он сам должен быть заинтересован в том, чтобы кто-то присматривал за тобой, — дядя оказался непрошибаемым.

— Хорошо, — я решил заканчивать гнилой разговор, полез в карман ветровки, — Вот визитка моего издателя, позвоните ему и передайте свои предложения.

— А ты сам не можешь договориться?

— Нет, и даже пытаться не буду, вы руководитель, вы и должны этим заниматься.

— Я могу обязать тебя переселиться в общежитие, — попытался пригрозить преподаватель.

— В таком случае я прошу письменный приказ с вашей подписью.

— Это тебе еще зачем?

— А затем, что в случае любого изменения контракта, вступает пункт о неустойке. Я лично полмиллиона долларов из своего кармана выкладывать не намерен. Да и нет у меня таких денег. До свидания.

— Ты понимаешь, что я тебе такую характеристику напишу, что ты больше никуда не выедешь? — перешел к угрозам преподаватель.

— Да, вообще не вопрос. Я сюда не рвался, попал случайно. Не выеду больше и ладно, — фыркнул я и закрыл за собой дверь.

Тоже мне угроза, помнится, уже с первого января 87-го выезд за границу должны серьезно облегчить. Граждане смогут получить визу по приглашению. Уже не надо будет характеристики запрашивать и комиссии отменят. И осталось всего полтора года. Так что не страшно, опять же, если что, то Стафф сам приедет или человека пришлет. Смотаюсь в Москву и передам материалы. Блин, напугал ежа голым задом.

Но в целом, не слишком мне наша делегация понравилась. Как минимум с двумя людьми я уже понимания не нашел, а может быть и нашел, но будущих врагов. Да и шут с ними.

Решил, что нужно к Урбану зайти. Постучался осторожно и вошел, как только услышал:

— Да, заходите, не закрыто.

— Это я. Еще раз хочу сказать, что рад видеть вас, Василий Петрович. Но, кажется, только вас и рад. Что-то мне остальная наша делегация не показалась, — я развел руками.

— Что, Громин пытался в стойло загнать? — усмехнулся Урбан.

— Требовал, чтобы я переселился в общежитие, да еще и оплатил все расходы за свой счет. Мало того, договорился с издателем, чтобы он покупал билеты и содержал за свой счет сопровождающее меня лицо.

— Узнаю, узнаю Громина, — хохотнул Урбан, — Особо не беспокойся, перебесится и успокоится.

— Можете хоть ввести в курс дела, что хоть за люди в группе? А то, если все такие, как эти двое, то просто ой, — попросил я.

Урбан отказывать не стал.

— Ну, с Громиным ты уже познакомился. Он заместитель заведующего кафедрой электронной техники. Человек тяжеловатый, но, если не прогибаться, то на своем настоять можно. Попробую с ним поговорить, чтобы успокоился. Минаев с той же кафедры, вроде отец у него в исполкоме Хабаровска должность неплохую занимает, но точно не уверен. Хабаровских студентов я особо не знаю. Ирина Дольских, как мне сказали, дочь от первого брака заместителя командующего Дальневосточного округа. Ссориться тебе с ней особого резона нет, если нажалуется, то тебя из института в армию дернут. На втором курсе она. Андрей Комлев и Валентин Тонких, парни вроде ответственные, без капризов, оба на третьем курсе политеха учатся. Родители у них тоже непростые.

— А что по магаданцам?

— Павел Рыжов наш студент третьего курса, младший сын второго секретаря обкома. Студент, как студент. По успеваемости средний, неконфликтный. Лыжами занимается. У Лины Арсеновой мама инструктор в горкоме. Вроде неплохая девушка, но я с ней особо не пересекался. Сейчас она на втором курсе у нас, но собирается переводиться в Москву. Собственно все.

— А как у всех с английским? Тут придется постоянно на нем общаться.

— Базовый точно у всех есть, но насколько хороший, сказать не смогу, — пожал плечами Урбан.

Плоховато, что и говорить. Впрочем, как-то разберутся, к каждому переводчика не приставишь.

— Ладно, Василий Петрович, вы отдыхайте сегодня. Завтра я подъеду часам к десяти утра. Завтра пятница, нам нужно будет выбрать курсы которые будем изучать, а с вами местные профессоры конференцию устроят. Суббота и воскресенье выходные. В субботу мы со Стивом организуем вам небольшую экскурсию по городу. С девятого начнутся занятия.

Поехал домой в расстроенных чувствах, вымотал меня этот Громин и все настроение испортил. Вот же сволочь твердолобая. Еще девица эта взбалмошная. А ведь действительно, мало ли, нажалуется папе, а тот прикажет меня призвать, наплевав на отсрочку и медкомиссию. Хрен потом что докажешь.

Да и шут с ними, если честно. Не буду я ни под кого прогибаться. Ну, призовут, так призовут. Мимо аэродрома легкомоторной авиации проезжал и вспомнил про желание на курсы записаться. Что я жду? Мне говорили, что в этом же здании есть небольшое медучреждение, где осмотры проводят. Зашел туда записаться на прием на ближайший день, а мне предложили сразу пройти комиссию. Заплатил и получил справку. Ну, вот, разберусь с понедельника, как будут идти занятия, и можно будет начинать учиться на пилота. Здесь оформление быстрое, за пару часов все бумаги выправят, а на следующий же день можно приступать к занятиям. Затягивать не стоит, мало ли, испортится погода и придется делать перерыв, пока не улучшится летная обстановка. Не Флорида чай, это там даже зимой лето.

Приехал домой, сразу позвонил старшему Стаффу, он уже в Сан-Франциско, до сих пор ведет переговоры с японцами. Нация такая — быстро принять решение они не могут. Обязательно несколько подходов будет. Рассказал ему про наезд на меня со стороны нашего руководителя. Мой агент только посмеялся:

— Не беспокойся, Алекс, я им такой счет выставлю, что желание ставить условия у твоего профессора быстро исчезнет.

Ну, не знаю, профессор ли Громин или нет, но не думаю, что у него получится тягаться со Стаффом. Он все же настоящая акула бизнеса, вряд ли наш преподаватель сможет пободаться с ним на его же поле.

Стафф еще сообщил, что, скорее всего, на той неделе приедет. А вот это отлично, подведу его под ясны очи Громина и пусть побеседуют. Посмотрю, осмелится ли наш руководитель твои требования диктовать бизнесмену или он только со мной такой храбрый. А то сомневаюсь, что он позвонить решится. Вот меня доставать и нервы мотать — это запросто.

Потом заказал разговор с Магаданом. Алису звать не нужно, она уже у Урбанов по вечерам, поэтому попросил соединить сразу. Поговорил с невестой, Игорьку сообщил, что видел его папу, передал привет. И как трубку положил, так и почувствовал, что настроение выправилось. Ладно, «Поттер» сам себя не допишет, пойду рубить словесный уголек стахановскими темпами.

[1] ответ заведующего хозяйством насчет Кисы Воробьянинова, которого ушлый Остап Бендер на пароходе «Скрябин» пытался выдать за мальчика и ассистента художника, И. Ильф и Е, Петров «Двенадцать стульев»