Великий поход [СИ]

Глава 23

Ждать и думать что за хтонь встретилась мне в очередной раз я не стал. Следом за первым удалением полетело второе, а потом я шарахнул по площади дестабилизацией. В боевом варианте.

В глазах помутилось, но теперь я уже не отрубался полностью после применения этого дара. Может сказывалось повышения уровня навыка или привычка организма, но меня только слегка замутило. А вот непонятной птице досталось по полной.

Целый кусок пространства вокруг ворона пошёл волнами. Послышался жуткий шипящий вой и хруст битого стекла, словно по горе пустых бутылок ехал асфальтовый каток.

Я быстро подхватил растерянно моргающего куста, развернул коня и понесся в обратном направлении. Уже на краю полянки, когда за спиной оказались первые кусты, я решился оглянуться и это чуть не стоило мне с таким трудом сохраненного сознания.

На месте ворона стояла уродливая чёрная фигура, отдалённо похожая на человека. Силуэт незнакомца обладал нужным количеством конечностей, но на этом сходство заканчивалось. Чёрные кости, пепельного цвета лохмотья кожи и пылающие призрачным огнём глаза в пустой черепушке. В них пульсировала такая ненависть ко всему живому, что пятки невольно придали лошади дополнительное ускорение, завершая стихийную спасательную операцию.

Конь несся сломя голову и мне оставалось только надеяться, что жуткая тварь не кинется за нами в погоню. Под копытами мелькала лесная тропа, а по сторонам сливался в зелёную массу еловый бор. Через несколько минут я услышал впереди шум приближающегося отряда и это были самые прекрасные звуки за все последние дни.

Я вылетел навстречу возглавлявшему дружину Прохору и нервно помахал рукой, с зажатым в ней фамильяром. Воевода остановил своего коня и озадаченно проводил меня взглядом.

— Я его нашёл! — на ходу выкрикнул я, — Поспешим, а то таки будем по этим лесам бродить до самой смерти.

Остаток фразы, скорее всего, услышал только замыкавший колонну гридень. К счастью, вопросов насчёт моего странного поведения задавать никто не стал. Обернувшись, я увидел, как мои подчинённые разворачивают коней и перестраиваются. Позади было тихо. Я не был уверен, что чёрное чудовище будет во время погони дико реветь и шатать деревья, но привычная лесная тишина успокаивала. Можно было выдыхать.

— Ну и что он от тебя хотел? — усадив фамильяра на седло перед собой, требовательно спросил я.

Куст выдал длинную скрипучую фразу и изобразил пантомиму вселенского раскаяния. Леший разводил веточками, пожимал плечами и строил виноватое лицо.

— Не знаешь? — настойчиво спросил я, — А чего тогда не сбежал, а начал отбиваться от этого урода?

Куст немного подумал и грозно встряхнул прутиком, заменявшим ему оружие. Подарок старшего родича придавал моему фамильяру какую-то неадекватную храбрость. Может в далёком будущем это и имело какие-то основания, но точно не сейчас.

— Воинственность деревянная, — проворчал я, — Мало мне проблем без твоих выходок.

Фамильяр поник, а я незаметно вернулся мыслями к черному монстру. Поведение чудовища было очень странным. При таком подавляющем превосходстве в размерах и силе, оно предпочитало ждать подходящего случая, а не сразу разделать лешего на щепу. И этот образ…

Похожая птица сидела на дереве когда я впервые столкнулся с папашей Куста. Только та была значительно меньше. Но она тоже ждала. Я задумчиво посмотрел на своего питомца и пришёл к выводу, что строить дальнейшие догадки абсолютно бессмысленно. Может тварь уже давно следила и хотела заполучить в свои лапы новорождённого лешего, а может просто оказалась рядом и решила сожрать зазевавшегося малыша.

Для меня сейчас имела значение только степень желания этого монстра заполучить моего фамильяра. Если это был случайный эпизод, то можно было выбросить его из головы и двигаться дальше. Если же речь шла о целенаправленной охоте, то нужно было хорошо подумать, прежде чем отпускать куда-то Куста в следующий раз.

Дружинники быстро меня догнали и, несмотря на узкую тропу, выстроили вокруг защитный периметр. Ехать так было неудобно, но я сразу почувствовал себя более защищённым. Странно, но наличие рядом десятка проверенных бойцов помогало избавиться от неприятных мыслей надёжнее, чем готовые к бою заклинания.

В течении следующих нескольких часов накопленное напряжение постепенно отпускало. Вскоре я окончательно пришёл в себя после встречи с чёрным монстром и стал с интересом поглядывать по сторонам.

Интересно, что наш главный проводник тоже начал чувствовать себя более уверенно. Временами я замечал, что Прохор кивает каким-то своим мыслям при виде очередного разлапистого дерева или глубокого оврага. По всей видимости, мы уже миновали аномальную зону с непонятными изменениями и вокруг начали встречаться знакомые воеводе ориентиры.

Куст, чувствуя моё недовольство, забрался в сумку и старался не привлекать к себе внимания. Погода, впервые за последнее время, испортилась и сверху начали падать прохладные капли.

— Далеко ещё? — спросил я у проезжавшего мимо Никиты. Десятник периодически двигался вдоль всего отряда, следя за численным составом дружины.

— До чего? — не понял мой подчинённый.

— До привала, — ответил я. Поездка постепенно переставала мне нравиться. Дождь усиливался и каждая встречая ветка норовила плеснуть за шиворот пригоршню холодной воды, — Или до крыши над головой.

— Часа два скакать до развилки, княжич, — немного подумав, ответил десятник, — А там ещё час и будем в городище. Ежели не приключится ничего.

— А может? — тут же вспомнив о недавней встрече, спросил я. Никита пожал плечами и ничего не ответил. Судя по реакции десятника, случиться в здешних лесах могло всё что угодно и расслабиться можно будет только добравшись до места. Да и то лишь самую малость.

Через час я уже был мокрым насквозь. Зубы выбивали дробь и решение идти в обход Шумячей уже не казалось таким привлекательным. Дождь зарядил в полную силу. Видимость упала до нескольких метров. Впереди маячил мокрый круп лошади и смутная фигура дружинника.

Когда мой единственный ориентир внезапно остановился, я чуть в него не врезался. В последний момент подал коня в сторону и поехал в голову колонны. Оба моих военачальника о чем-то беседовали. Их нисколько не беспокоили льющиеся на плечи потоки воды. Гораздо больше офицеров моего войска занимала смутная тень перед ними.

Я доехал до подчиненных и оглушительно чихнул. Челюсть звонко клацнула, а мгновением позже послышался звук покидающих ножны мечей.

— Что тут у вас? — игнорируя направленное в мою сторону оружие, гнусаво спросил я, — Привал?

— Решение твоё нужно, княжич, — гулко произнёс воевода, — Неладное тут что-то…

Я подъехал ближе и удивлённо уставился на здоровенную глыбу чёрного камня. Она полностью перекрывала тропу. Вернее, служила своеобразной развилкой. И я даже почти не удивился, когда рассмотрел на поверхности валуна выбитые в камне строчки текста.

— Направо пойдёшь — коня лишишься, — спрыгивая на землю, проворчал я, — Плавали — знаем…

— Не путевой то камень, Алексей, — серьёзно произнёс Никита, — Оттого и сомнения у нас появились.

Подчиненных моя фраза нисколько не удивила, из чего я сделал вывод, что такие камни в этом мире тоже существовали. Может и троица богатырей знаменитых где-то слонялась по землям рядом с Киевом.

Текст прочесть оказалось неожиданно сложно. Потоки дождя зваливали камень и мешали рассмотреть и без того сливающиеся буквы. Но я был настойчив. И я справился. А потом растерянно посмотрел на хмурые лица военачальников и снова на камень.

"Если тебе дороги твои жизнь и посмертие, путник, то поворачивай своего коня и возвращайся домой. За этой границей начинаются земли темного царства забвения и смерти. Ежели решишься ты продолжить свой путь, то знай, что ни боги, ни предки здесь тебе не помогут. Ибо нет у них власти в этой земле."

— И что это значит? — спросил я.

— Неведомо, — хмуро ответил Прохор, — Но добра ждать точно не стоит.

— Может шутка просто? — с надеждой спросил я. Из головы не шла встреча с костлявой тварью. Такой же чёрной, как этот камень, — Местные юмористы поставили пугалку для посторонних. Чтобы не шатались всякие по их землям.

— Может и так, — проворчал воевода, — А может и нет.

— Ты потрясающе информативен, Прохор, — с сарказмом ответил я и снова оглушительно чихнул. Холод пробирал до костей и желание попасть под крышу становилось всё сильнее, — Давайте рассуждать логически. Мы сейчас находимся на земле Смоленского княжества. Так?

— Так, — синхронно кивнули оба офицера и посмотрели на меня в ожидании продолжения.

— Этот удел принадлежит Тихону, которого мы несколько дней назад видели в Смоленске. Так? — задал следующий вопрос я.

— Так, — снова кивнули подчинённые, а я принялся расхаживать перед камнем, постепенно собирая на сапоги комья размокшей земли.

— Тихон тот ещё говнюк и крайне мутный тип, но явно не похож на властелина темного царства, — продолжил рассуждать я. Во время движения мысль шла лучше, но вскоре я вынужден был признать, что передвигаться стало слишком сложно. Сапоги превратились в два пудовых утяжелителя и я практически завяз в натоптанной колее, — При этом он ни словом не обмолвился о том, что в его владениях что-то не так. Даже наоборот. Всячески бил себя в грудь, что только благодаря ему смоленский князь мог сводить концы с концами.

— Нечисти много вокруг, — прогудел Прохор, — И мед, которым жители Шумячей торгуют, не простой совсем.

— Это да, — согласно кивнул я, — Но также мы знаем, что подобный промысел сказывается на добытчиках, а не превращает окрестные земли в обитель зла.

— Неведомо насколько далеко зашли местные жители в своей погоне за выгодой, — произнёс Никита, — Может и не только душ их торг нечистый коснулся.

— За неделю? — с сомнением спросил я, — То есть с момента отъезда Тихона местные быстренько заключили контракт на большой объем мёда, продали души, распилили надел, расставили на всех подходах вот такие булыжники и превратили Шумячи в столицу мирового зла. И, по совместительству, главный центр по производству сладостей центральной части Руси. Так?

Собранные в кучку факты смотрелись настолько дико и несуразно, что мои подчинённые только неопределенно пожали плечами. Возразить им было нечего, но и подтверждать мои выкладки они не спешили.

А мне не хотелось продолжать эту бессмысленную дискуссию. Я промок чуть больше, чем полностью, замёрз и хотел отдохнуть. Пусть даже с угрозой нападения зомбированных селян. После ночного боя со стаей упырей, пара сотен крестьян уже не выглядела такой уж серьёзной угрозой.

— Вы как знаете, а я готов рискнуть, — в итоге произнёс я, — Писанина на этом булыжнике ещё ни о чем не говорит, а задача добраться до летнего терема моего отца никуда не делась.

Заявление было несколько самонадеянным, но мне надо было хоть как-то поддержать моральный дух офицерского состава. Сам я действительно считал надпись на камне не более чем обычным предостережением. Как минимум, ни один злодей не будет расставлять подобные штуки на подходах к своему логову, чтобы обозначить своё присутствие всем желающим.

Никита вопросительно посмотрел на Прохора и тот медленно кивнул. Я принялся чистить сапоги, потому что опасался, что с таким грузом не смогу залезть на коня, а воевода разразился серией команд дружинникам.

Переход за невидимую черту превратился в полноценный штурм. Мокрые гридни выстроились в одну линию и приготовились одновременно пересечь границу. Вскоре я понял, что подобная подготовка была для моих воинов далеко не новой. Неизвестно что могло произойти на другой стороне и поэтому было принято решение двигаться единым фронтом, чтобы никого не потерять по дороге.

Я против ничего не имел, хоть и считал такие предосторожности излишними. Когда всё было готово, воевода взмахнул рукой и шеренга всадников синхронно двинулась вперёд. Потоки дождя не давали рассмотреть края нашего строя. С двух сторон от меня ехали военачальники, а дальше я практически ничего не видел… Секунд пять…

Шаг, другой… Струи безумного ливня внезапно оборвались, словно мы въехали под крышу. Пейзаж перед нами как-то разом изменился. Вместо залитого дождём елового бора, вокруг стояли уродливые искореженные деревья. Совершенно голые и как-будто мёртвые. Над головой, с невероятной скоростью, неслись черные тучи. Земля выглядела чёрной и высохшей, как мертвый солончак в пустыне.

Я удивлённо посмотрел на мрачного Прохора. С бровей воеводы ещё капала вода, но он не обращал на это внимания. В руке богатыря уже был подаренный мной топор. Остальные гридни тоже обнажили оружие.

— Строй! — проревел воевода и повернулся ко мне, — Что дальше, княжич? Теперь тоже будешь говорить, что нас просто припугнуть хотели?

Я независимо пожал плечами и, на всякий случай, обернулся в сторону путевого камня. Вместо чёрного валуна там стоял высоченный столб, на вершине которого была вырезана фигура уродливого существа. И она была отвратительно похожа на того монстра, которого я видел в лесу. Самым неприятным открытием стало то, что никакого дождя позади столба не было. И леса не было тоже.

До самого неба поднималась мутная пелена, касаться которой не было никакого желания.

— Что ж, господа… — протянул я, — Должен признать, что моё решение несколько усложнило наше путешествие. Кто-нибудь знает кто изображён на этом столбе?

— Лихо, — неприязненно сплюнув в сторону, проворчал Прохор и для всех гридней произнёс гораздо громче, — Следите за тем, кто рядом. Держите в поле зрения двоих или больше соратников. Да помогут нам боги!

— Не помогут, — враз охрипшим голосом произнёс Никита. Взгляд десятника был устремлен в пустоту, а лицо стремительно бледнело, — Чужая земля, братцы…

Я немедленно открыл интерфейс и заковыристо выругался. Панель умений сияла тревожным красным светом. Все имеющиеся в моем распоряжении навыки обзавелись жуткими дебафами в пятьдесят и больше процентов. Причём в половину порезали только мои личные скилы. Всем свиткам досталось и того больше.

Ситуация, из просто неприятной, мгновенно превратилась в катастрофическую. Я впервые столкнулся с феноменом родной земли в таком ключе. Если все представители враждебных сил сталкивались с такими же проблемами, то не было ничего удивительно в том, что армии таскали за собой телеги со своей землёй. Я бы от такой сейчас тоже не отказался.

При этом мой главный танк гарантированно выбывал из строя. Я конечно мог использовать костыль в виде двух оставшихся свитков с навыком Прохора, но это было совсем не то же самое. А с учётом дебафа вообще теряло всякий смысл.

— Без паники! — теперь уже больше стараясь успокоить себя, воскликнул я, —Есть предположения что делать дальше?

— Убить Лихо, — просто ответил воевода, — Это, конечно, ещё никому не удавалось, но ты же у нас способный. Верно, княжич?

— Сарказм тут неуместен, — трезво оценивая свои возможности, кисло ответил я, — Где его искать?

— В городище, вестимо, — угрюмо ответил богатырь и, заметив мой вопросительный взгляд указал рукой направление, — Там.

Я посмотрел в нужную сторону. Мы находились на небольшой возвышенности и видно было достаточно далеко. Лысый лес почти не мешал обзору. На грани видимости можно было рассмотреть более симметричные ряды деревьев. Возможно, сад или своеобразное подобие частокола…

Рассмотреть более подробно не получалось, потому что глаз постоянно сбивался на множество чёрных точек, которые постоянно перемещались между деревьями. В какой-то момент я понял, что они не просто перемещаются, а целенаправленно двигаются в нашу сторону.

— А это кто? — в тайне надеясь услышать, что мне просто померещилось, спросил я у Никиты.

— Местные хозяева, — с тяжёлым вздохом ответил десятник, — То, что осталось от жителей Шумячей.

— К бою! — взревел рядом со мной Прохор.