Всего лишь бывшие

ЭПИЛОГ

Спустя два года

Ксения

— Сроки будут? — слышу выкрик из зала.

— Две недели, — обозначаю я, обводя взглядом собравшихся.

Некоторых из присутствующих я вижу впервые, поскольку сегодня в главный офис приехали сотрудники коммерческих отделов двух наших относительно новых филиалов из области. И волнуюсь на столько, насколько можно волноваться буквально позавчера выйдя из декретного отпуска.

— И с вами можно быть на связи?.. — спрашивает кто-то, — На случай возникновения вопросов.

— Разумеется. Вы получите номера телефонов наших консультантов, с которыми можно будет связаться в любой момент в рамках рабочего времени.

— Спасибо.

— Еще вопросы?..

Вопросов по новой системе структурирования всей клиентской базы нашей компании пока нет, но я знаю, что появятся в процессе работы. Мы к ним готовы. Я готова.

Это продукт моего труда за последние полгода.

— Тогда объявляю собрание оконченным, — проговариваю, улыбаясь, — Всем удачи.

Следующий я трачу на общение с коллегами и новые знакомства. От головокружительной скорости погружения в работу немного качает. А потом начинается скрежет за грудиной, который появляется всякий раз, когда я расстаюсь с дочкой на достаточно продолжительное время. Мне становится сложно дышать и сконцентрироваться на чем-то другом.

— Всего доброго, — прощаюсь в холле у лифта с последними из приглашенных коллег и, зажав телефон в ладони, быстро возвращаюсь в свой кабинет.

Плотно прикрываю дверь и сразу набираю маму.

— Мам?.. Ну, что, как у вас дела? Как Машенька?

— Все хорошо!.. — восклицает мама наигранно — оптимистичным тоном.

Я, сразу, почувствовав подвох, напрягаюсь. Волосы на затылке начинают шевелиться.

— Мама?..

— Вот... играем с Машенькой!.. — продолжает она громко тем же тоном, а потом, судя по звукам, куда-то выходит и произносит гораздо тише, — Эта явилась...

— Кто?

— Твоя свекровь.

В моем саднящем от непривычно долгого выступления перед публикой горле застревает нервный смешок.

Нет, ты посмотри на нее!..

Светлана Николаевна звонила вчера, чтобы узнать, с кем останется наша дочка, когда я уйду на работу. Я доходчиво ей объяснила, что за ней присмотрит моя мама, которой я полностью доверяю.

Но видимо не доверяет она, раз решила приехать и проверить, как мама справляется.

— Давно она приехала?

— Пару часов уже сидит!.. Вы скоро приедете?

Я бросаю взгляд на часы и прикидываю, что через час мы с Давидом должны уже быть дома.

— Скоро мам, — усмехаюсь тихо, — Держись там.

— Не задерживайтесь.

Светлана Николаевна кардинально изменилась с рождением Маши. До такой степени, что порой я не узнавала ее. Как шелуха слетели высокомерие, надменность и снисходительность, и она превратилась в обыкновенную, помешанную на своей внучке, бабушку.

Мы с ней не раз и не два еще обсуждали ее ко мне отношение и всю ту ситуацию с разводом семь лет назад, и смогли со временем если не подружиться, то хотя бы найти общий язык. Лезть к неу под кожу я больше не хотела, и вся инициатива по нашему сближению перешла в ее руки.

— Как все прошло? — спрашивает муж, когда я захожу к нему в кабинет с плащом и сумкой в руках, — Понервничала?

Я не собиралась в этом признаваться, но он знает меня лучше себя самого.

— Пф-ф-ф... немного.

Короткое объятие, его губы на моем виске, а потом сухой поцелуй действуют на меня как волшебная пилюля и снимают стресс.

— Поехали домой, там...

— Моя мать, я знаю, — говорит он, насмешливо дернув бровью.

— Она звонила тебе? Зачем?..

— Я сам звонил. Твоей маме...

— Эй! — толкаю его в плечо, — Ты ей не доверяешь?! Думаешь она не справится с маленьким ребенком?.. Она нас со Златой вырастила!

— Доверяю, — смеется Давид, — Я за Мэри переживал... Как она там без тебя.

— В порядке она!.. Ей с моей мамой хорошо!

— Да, понял уже, — подталкивает к двери, — Поехали, пока они там не подрались.

Прошло уже больше двух лет как мы вместе, и чуть больше года, как мы снова женаты, а я все еще боюсь проснуться и понять, что это всего лишь сон. Затяжной, реалистичный и напрочь отбивающий все сомнения, но все же сон.

И от этого каждое прожитое мгновение, каждое прикосновение и тихо сказанное на ухо слово, каждая улыбка нашей дочки — для меня ценнее всего, что может быть в мире.

Мы любим так же, как любили семь лет назад, когда только встретились, но при этом совсем другие. Наши чувства стали осознанными, и осознание это сделало нас неуязвимыми. Я не представляю, что должно случиться, чтобы я усомнилась в нас.

Давид с жадностью забирает все, что я ему даю. Любовь, тепло, ласку, нашу дочь. И я рада, что первой родилась именно девочка — она пришла в этот мир, чтобы превратить сухаря Росса в сентиментального папашу, и добилась этого уже в первую минуту после своего появления на свет. Я помню его глаза в тот момент.

— Как думаешь, вспоминала нас? — спрашивает он задумчиво, ведя машину в плотном автомобильном потоке.

— Мне кажется, у нее не было на это времени. С двумя-то бабушками.

Мы пока не нанимали профессиональную няню. Хотим для начала приучить ее к моему отсутствию целый день.

Оставив машину на парковке во дворе, на лифте поднимаемся на третий этаж и открываем дверь квартиры своим ключом.

— Ходить босиком полезно для иммунитета, — первое, что мы слышим, когда переступаем порог.

— Она еще маленькая для этого!.. Застудит ножки — будет насморк!.. — возражает мамин голос.

— Не будет!.. Я подписана на канал очень авторитетного педиатра, который говорит...

В этот момент из комнаты, в которой спорят бабушки, выглядывает Маша. Сначала появляется голова с двумя тоненькими хвостиками на макушке, а потом, взвизгнув, вся она.

Неуклюже подпрыгнув на месте, она бежит к нам со всех ног и, остановившись на мгновение, раздумывая, кого обнять первым, выбирает все же ногу отца.

Давид роняет портфель на пол и подхватывает ее на руки. Машка, хохоча от счастья, лезет к нему со слюнявыми поцелуями.

— Принцесса моя!.. — бормочет муж, обнимая ее хрупкое тельце, — Соскучилась?

Лопоча что-то на своем языке, она смеется, а потом перебирается ко мне.

— Ой!.. — восклицает свекровь, заметив нас, — Вы уже вернулись? А мы уже ужин приготовили...

— Машеньку накормили, — добавляет мама.

— И сказку почитали.

— И названия животных поучили...

— Бедная Маша... - проговаривает Давид шепотом.

— Я все слышу! — заявляет Светлана Николаевна, — Это потому, что бабушки две, а внучка всего одна!..

Я усмехаюсь и вдруг ловлю на себе взгляд мужа, которого будто только что осенило.

Ну, нет.

Сразу нет!.. Не в ближайшие пять лет!.. И не в три!

И точно не в следующем году!